Purple sign. Not all evil is as terrible as it is painted ...

             Прайм с интересом смотрел на человека, что сейчас шагал перед ним вперёд и назад, даже не думая притормаживать. Мужчина, уже в годах, где-то лет под сорок с неаккуратным ежиком седых, несколько голубоватых волос и глазами, полными зелёного огня, с неестественно бледной кожей. Острые, хищные черты лица; тощее, но жилистое тело, и мягкий шаг… он был… опасным. Автобот чувствовал это, но не мог понять, откуда эта опасность и походка матёрого убийцы, а оттого настораживался. Раф, сидящий рядом с поджавшей губы Мико на диване, не отводил от него взгляда. Этот мужчина… он напоминал ему кого-то. Кого-то очень знакомого, и такого же опасного.              — Значит, одного из наших самых перспективных агентов убил какой-то наёмник? — его шипящий, мягкий голос успокаивал, расслаблял, притупляя бдительность.              — Не просто наёмник, а бывший механоид. — Поправил мужчину Дарби, — Он мастер рукопашного боя и профессианальный убийца. Он на стороне десептиконов, и мало ли, что могло взбрести в его голову.              — Ясно. — Мужчина продолжил своё хождение, — Кто ещё имеет к десептиконам отношение?              — Зэйн Бэккер, вор и карманник, она же по-совместительству аферист и любитель ювелирного дела, но в делах ещё ни разу не участвовала, а за Эртана вам уже сказали…              — А откуда это знаешь ты, мальчик? — обернулся на Рафа мужчина, сверкнув изумрудным взором и чуть обнажив свои, несколько удлинённые клыки в усмешке.              — Я… — юный хакер замялся и, как в одну канув, выдал: — Я был схвачен и провёл на корабле десептиконов в качестве пленника несколько дней, сэр, а за мной наблюдала третья в том отряде, подопечная десептиконского связиста, известный хакер под прозвищем «Отражение». — Парень сверкнул глазами, — И знаете, вы с ней чем-то очень похожи.              Мужчина едва заметно вздрогнул, а через минуту, его губы разъехались в широкой улыбке и он пояснил на недоуменные взгляды:              — Разумеется мы с Бертой похожи. Я Дэнн Хэллер, глава отдела Пентагона, отвечающего за международный терроризм, а Берта Хэллер, она же «Отражение» — моя единственная, но очень упрямая дочь.              

***

             Берта сидела в кафе, в самом центре Джаспера, но далеко не в самом благополучном районе, и, не обращая внимания на конвой из трёх десептиконов, спокойно пила сок. Напротив неё сидела женщина средних лет, чем-то очень на девушку похожая, но в тоже время, сильно отличающаяся. Длинные, чёрные, как сама тьма, волосы; красивые и несколько раскосые глаза цвета мёда и светлая, но едва-едва загоревшая кожа; правильная фигура и аккуратное лицо с тонкими чертами, обезображенное двумя длинными, рваными шрамами. Глаза обеих горели адским пламенем, но пламенем не опасным, а тёплым, недоверчивым, ведь после стольких лет они обе знают: в их семье нет родства, ведь они — живут делом.              — Здравствуй, мама. — Берта улыбнулась, доставая из сумки несколько папок, — Как видишь, свою часть работы я выполнила.              — И тебе не хворать, Берта. — Убийца обозначила усмешку, протягивая дочери флешку и несколько чипов в коробке, — Как видишь, я тоже ещё не сильно постарела.              Обе рассмеялись, быстро обмениваясь вещами, сверкая скальпелями в рукавах… нет, в их семье никогда не было доверия и не будет. Яркие, индивидуальные, со своими принципами и желаниями… было вообще удивительно, как они трое, такие разные и такие свободолюбивые, уживались вместе… а потом случился разлад и каждый узнал о том, чем занимается другой. Хакер, агент правительства и убийца. Их пути разошлись и семья эмпатов распалась, стараясь не пересекаться без необходимости. И вот, — необходимость возникла. Кения подняла взгляд на дочь и спросила:              — Тут всё?              — Обижаешь, мамочка. — Хэллер улыбнулась, а её расслабленная поза начала убийцу раздражать. — Я всегда выполняю свою работу и даже сверх того. На пятой странице полный доклад.              — Спасибо. — Женщина вздохнула, — Я уже устала за этим пронырой бегать. Всё, беру отпуск.              — Сочувствую. — Вампир тонко улыбнулась, — Мам?              — Что?              — А ты не считаешь, что тот мужчина, что целится мне в голову из-за поворота заслуживает смерти? — это было произнесено нарочито громко, и киллер вышел уже открыто, в наглую выйдя и вскоре, присев к дамам за стол:              — А я-то думал, когда вы меня заметите. — Взгляд горящих, изумрудных глаз, прошёлся по родным лицам и остановился на лице дочери: — Милая, не пояснишь родителям, во что ты вляпалась на этот раз?              — Всё просто, родные. — Девушка тихонько хмыкнула, — Я, с недавних пор, имею долг жизни перед тем, кто хочет уничтожить человечество, как вид. И знаете, он довольно милый и смешной в своей преданности делу.              — И как же ты осталась жить, моя милая? — бровь мужчины поползла вверх.              — Я — эмпат, папа. Я — хакер, что отбивал атаку всех твоих подчинённых из Пентагона. Я, коль на то пошло, ассистент Саундвейва. Впрочем, о последнем тебе явно рассказали, но кое-о-чём, мы все трое знаем отлично:              — Эмоции не врут.              — Именно, родные. И он привязался ко мне, впрочем, как и я к нему… кстати, папа, — Берта обернулась к отцу, — Не расскажешь, где база автоботов?              — Увы, пока не знаю. — Мужчина с улыбкой развёл руками, — А при следующей встрече, дорогая моя, ты будешь врагом.        — Именно, папа, а потому, я хочу поговорить сейчас, и в первую очередь с тобой. — Глаза младшей Хэллер полыхнули, — Папа, не мешай. Мы оба прекрасно знаем — дело и долг важнее. Ты — можешь погибнуть.              Помолчали. Убийца с любопытством прислушивалась к разговору мужа и дочери:              — Боюсь, милая, не выйдет. На руках твоего друга, кровь моего человека. — Мужчина покачал головой, — Нет, мстить я не буду, но вмешиваться — да. Лучше отойди со сцены сама, ибо мы с тобой можем когда-нибудь столкнуться.              — Скорее, папа, тебя убью я. — Острый взгляд и задорная улыбка, — Ведь за мной — армия.              — А за мной — власть.              — Мы оба можем играть до бесконечности.              — Но над нами обоими стоят те, кто слишком торопит события.              — Значит, враги?              — Враги.              Острые, грустные улыбки и пожатие рук. И отец, и дочь, они оба умели ценить сильного противника, и оба знали себе цену.              — Значит, с вами мы, дорогие мои, разобрались. — Кения подняла взгляд на мужа и не в меру «взрослую» дочь, — Зачем вы оба звали меня?              — Я, чтобы выйти на магазины с оружием и подпольной торговлей, и, попросить не вмешиваться. Мне нужно пройтись по правильным магазинам. — Отозвалась младшая Хэллер, улыбаясь и вставая, — Но это я уже сделала. До встречи, родные, а меня уже заждались. — И девушка, в одной из своих личин, удались внутри эскадрильи из трёх тёмно-фиолетовых «машин».              Её родители переглянулись:              — Что думаешь, Кени?              — Наша дочь выросла, Дэнн. — Женщина усмехнулась, — Наверное, ей уже не нужны наши с тобой советы. Ведь она права, за ней — сила.              — Как и за мной… как продвигается пропаганда «МЕХ»?              — На высшем уровне, дорогой, на высшем уровне, но думаю сейчас, нам лучше разойтись.              — Абсолютно согласен… и да, Кени?              — Что?              — Не влезай в эту бучу. Берта права — это один из тех случаев, когда пуля в лоб — самый лучший вариант смерти от близкого тебе человека.              — Это ваши разборки, Дэнн, и можешь быть уверен, я в это — не полезу. — Женщина тонко улыбнулась. демонстрируя абсолютно ровные, белоснежные зубы. — Не настолько я высокого полёта птица.              — Что же, тогда до встречи, Кени.              — До встречи, Дэнн.