Акаши-кун еще тот зверь

— Тецуя, — Император посмотрел на него гневным и властвующим взглядом, Куроко не мог не подчиниться. — Хватит сопротивляться. Ты же понимаешь, что это бесполезно, так зачем попусту тратишь время? — П-прости, Акаши-кун, — виновато молвил мальчишка, смущённо смотря на красновласого. В такие вот моменты, когда он был таким, Куроко просто не мог устоять, держать себя в руках. Хотелось сразу же отдаться ему, без раздумий, но в тоже время появлялось желание побыть немного неприступным, подразнить его, хотя это, обычно, ничем хорошим не заканчивалось. — Вот так, молодец, — довольно и ласково прошептал Сейджуро полу охрипшим голосом и невесомо поцеловал парня в макушку, в награду за послушание. — Только не долго. — сразу же поставил условие голубовласый, не забывая о дополнительной тренировке, которую тренер организовал, дабы лучше подготовиться к игре, что была запланирована у них с одной из сильнейших школ Токио, и пропустить её — было бы кощунством. — Ну хорошо, хорошо, — сразу же согласился Акаши, не желая тратить времени на дополнительные споры. К тому же он и сам понимал важность тренировки, ведь был капитаном команды. Парень посадил хрупкого мальчишку на холодную деревянную скамью, медленно расстегнув тонкую белую рубашку и легонько провел подушечками пальцев от сильно выделяющихся на худощавом теле ключиц к аккуратному и подтянутому животу, спускаясь еще ниже и нетерпеливо расстегивая ремень и ширинку. Спустя некоторое время, штаны уже валялись на полу. Куроко был только в нижнем белье и распахнутой хлопковой рубашке. На самом деле, Фантом тоже испытывал невероятное желание, что возрастало всё больше и больше, с каждой секундой, поэтому он возбудился намного быстрее, чем обычно. Доказательством тому был вставший и затвердевший член, который можно было заметить даже сквозь боксеры, что красновласый и сделал, довольно улыбнувшись. И улыбка его была вовсе не милой, а похотливой, садистской, такой, которую как обожал Тецуя, от которой по его телу бегали мурашки, дыхание учащалось, а сердце начинало биться быстрее. Голубоглазый притянул любимого к себе и яро впился в его губы, хозяйничая в его рту, переплетая языки в неистовом танце. Но Сейджуро быстро перехватил инициативу, углубляя поцелуй, делая его более грязным, мокрым, приятным. Они также не забывали ласкать друг друга, трогать, прикасаться. Фантом оглаживал руками крепкую спину любовника, гладил по мягким красным волосам, к которым обычно Император, не разрешал прикасаться никому, да и ему, на людях. Но сейчас такая вольность была позволена Куроко, ведь никто не видит, да и тем более, в данный момент это не имело совершенно никакого значения. Руки Акаши также безобразничали на теле любовника, поглаживая его грудь, задевая розовые, затвердевшие бусинки сосков, торс, красивый и упругий животик, переходя к самому сокровенному, и лаская сквозь мягкую ткань уже влажных трусов. Но вскоре, кислорода стало катастрофически мало, из-за чего нехотя, но пришлось отстранится и перевести сбившееся дыхание. Парни смотрели друг на друга выжидающе, похотливо, томно, но никто особо не спешил и не начинал более активных действий. Первым не выдержал Тецуя. Жалобно заскулив и одарив капитана щенячьим взглядом, он умоляюще молвил: — Акаши-кун, ну же, быстрее… — Что быстрее? — непринуждённо, будто, не замечая желания любовника, спросил Император. Ему нравилось мучать мальчишку, видеть на его лице такое беспомощное и милое выражение, видеть его расфокусированный и мутный взгляд. — Ну хватит, прошу, не издевайся надо мной… — недовольно попросил Фантом, изнывая от возбуждения, что уже становилось болезненным для него. — Я не понимаю, чего ты хочешь от меня, Тецуя. Если ты не скажешь прямо, я не пойму. — максимально серьёзно произнёс красновласый. Но было видно, что он просто играет, забавляется. — Ты ведь специально. — констатировал очевидный факт мальчишка, обиженно надувшись и повернув голову в сторону, в знак своего недовольства. — Да нет, что ты. — ласково улыбаясь сообщил Сейджуро, поглаживая любовника в области талии. Куроко сейчас выглядел прямо как ребёнок, которому не купили обещанную конфетку. Фантом долго решался на этот поступок, но всё же, поняв, что ему не дадут того что он хочет просто так, сказал: — Я хочу, чтобы ты дотронулся до меня… здесь… — жестом руки указывая на возбужденный член. — Так бы и сразу сказал. — довольно прошептал на ухо покрасневшему от головы до пят мальчишке Император, обжигая его кожу горячим дыханием. Он подхватил голубоглазого под аппетитные бедра, аккуратно уложив на скамью, а сам устроился между ног любовника, ловко сняв с него белье и легонько дотронувшись указательным пальцем до упругого и горячего члена парня. Это вызвало бурную реакцию у Тецуи. Он прикусил губу и, прогнувшись в спине, тихо застонал. Акаши нравилось наблюдать за реакцией любимого, которая казалась ему весьма занятной. Красноглазый сжал руку на члене, плавно водя то вверх, то вниз. Куроко прикрыл глаза, его дыхание сбилось. Напоследок, Император сделал вещь совсем не присущую ему, а именно: наклонился и поцеловал головку члена любимого. Ну, а когда в ответ он услышал громкий и сладкий стон, ему совсем сорвало крышу. Капитан навис над возлюбленным и резко поцеловал его. Это был уже не такой нежный поцелуй как раньше. Теперь он был более грубым и жадным. Сейджуро нетерпеливо снял одежду, которая, в данный момент, так мешалась. Акаши уже довольно длительное время был возбуждён, так что дополнительных действий не понадобилось. Красноглазый аккуратно провёл ладонью по тощему боку и ягодице юноши, а потом захватил под поясницу, ставя в удобное положение. Растягивать парня Сейджуро не собирался, поэтому сразу же после того, как нашел удобное положение, резко, без подготовки ворвался, входя почти на всю длину. Тецуя вскрикнул, Император порвал его. По возбужденному органу капитана потекла тёплая алая кровь несчастного мальчика, скулящего от боли. Он вцепился в плечи Акаши, прислонившись лбом к его груди, тяжело дыша. Сам красноволосый даже не обратил на это внимания, ведь сейчас был на пике удовольствия. Его разум затмило желание, которое он уже не мог контролировать. С каждым разом Сейджуро вбивался в Куроко все грубее и грубее, быстрее и быстрее, выбивая у мальчика болезненные вскрики и полустоны. Долго они в таком темпе, естественно, не продержались. Первым кончил Тецуя, а следом за ним и Акаши, причём сделал он это внутрь, за что потом выслушивал лекции от Куроко. — Я люблю тебя Акаши-кун, будь только моим. — нежно пролепетал Фантом, беря любимого за руку, переплетая пальцы. — Это приказ? — насмешливо поинтересовался капитан, легко и непринуждённо улыбнувшись. — Нет, это просьба, — заверил его Тецуя, подарив такую же нежную улыбку ему в ответ. — Ну раз так, то я согласен. — подтвердил своё согласие Император, наклонившись и поцеловав парня, лежащего у него на коленях, в губы. — Вот и славно! — произнес Тецуя, счастливо и радостно улыбаясь. Только вот он ещё не знает, что эта улыбка сойдёт с его лица, как только он попытается встать…