Мисс Поттер

Привет, Мира! Надеюсь, ты по нам скучаешь, потому что мы по тебе скучаем очень сильно. Эти письма – дерьмо собачье! Ждать их можно до бесконечности. И ты же ещё просишь относить их не на почту, а своей тётке. Видеть её кривящиеся губы – удовольствие ниже среднего. Посмотрел, и весь день испорчен. Но ладно, чёрт с ним. Как твои дела? Надеюсь, тот склизкий говнюк ещё жив? Помни, за убийство тебя будет ждать колония для несовершеннолетних. А нам хотелось бы увидеть тебя на Рождественских каникулах в этом году, а не лет через десять! А вообще, стоило ожидать, что в этой частной школе многие будут душными богатыми уёбками. Но ты справишься, малышка, мы в тебя верим и ждём. У нас же всё нормально. Джэк недавно заболел, только. До сих пор ходит и хрипит, и ещё носом шмыгает. В лечение, конечно не помогает, что мы практически живём в наших гаражах, а не в приюте. Я и Джек как поссорились с мисс Милфой*, так и не хотим возвращаться. Так что Джессика периодически таскает нам еду и лекарства. Ругается на нас. Имеет право, сама молодец, так на учёбу налегла, сплошные пятёрки. Я в школе давно не был, но Майкл заходил, говорит что она лучше учителей всё знает. От этого они бесятся, конечно, но сделать ничего не могут. В школу не хожу, потому что работу нашёл, даже две. Машины ночью гоняю, и в магазине продавцом. Мне в феврале 18 исполнится, школу окончательно брошу, поеду в Лондон. Надо всё подготовить, чтобы ребята могли летом туда приехать. Джессика будет поступать. Джек тоже, но ему вряд ли что-то светит. Но попробуют. А я не хочу пока. Не знаю зачем и куда, поэтому не тороплюсь. Я себя знаю, если захочу – выучусь и поступлю. Может, и ты на лето сможешь к нам выбраться, красавица. Письмо только от меня, потому что написать очень захотелось. Джек и Джессика потом тебе обязательно напишут. Не умри и не убей там никого, Том

Я улыбнулась, дочитав письмо. Тому одиноко и страшно, это очевидно. Он не знает, чего хочет, поэтому сбегает от проблем. Я такая же. Мы всё бежим и бежим, сами не знаем куда и зачем, главное быстрее. Что ждёт нас в конце этой бесконечной гонки? Холодный ветер пахнул мне в лицо. Морозный воздух щекотал нос и горло. Были последние числа ноября. Точнее, было 27, среда. В том мире у моей сестры был бы день рождения. Ей бы исполнилось шесть лет… Хотя почему «бы»? Надеюсь, где-то там, не то что за километры, а через вселенные, она отмечает этот праздник. Вряд ли она будет вспоминать меня, а с каждым годом образ старшей сестры будет становится всё менее отчетливым. Грустно, что я так и не увижу её, повзрослевшую. Интересно, мама тоже думает так обо мне? Что вообще там, в том мире? Раньше я не думала об этом. Слишком тяжело и страшно это было. Сейчас же мне легче, я всё прочнее врастаю в этот мир, учусь жить заново. Здесь у меня гораздо больше возможностей, но не всегда получается их ценить. В том мире я была одинока, семья мало значила для меня, причинила много боли. Но я всё равно скучаю по ним сегодня, ведь знать то, что ты связан этой жизнью ещё с кем-то кроме тебя самой приятно. Греет душу. Небо серело. Оно было высоким и сплошным. Особенно просторным казался мир из Совятни, оторванной от земли и замка, с мрачным видом на Запретный лес. Кстати, почему я ещё не ходила туда? Надо будет исправить этот момент. Учёба продолжалась. Мне, если честно, начало всё это поднадоедать. Бегаешь с вытянутым языком, делаешь эти сто три реферата. И времени заинтересоваться темой совсем нет. Поэтому либо пишешь кучу поверхностной чуши на заданную длину (то же та ещё системка), либо делаешь одну классную работу, но по другим отхватываешь «Удовлетворительно». Если честно, я бы даже эти «Удовлетворительно» не получала, если бы не Гермиона, которая: а) давала мне списывать, б) таскала в библиотеку. Кстати, о Гермионе. Мы начали общаться. Так как меня игнорил чуть ли не весь мой курс, у меня появилось время познакомиться с ней поближе. Обычно мы общались после уроков, сначала в библиотеке, а потом уходили в туалет на третьем этаже. Как бы с чего знакомство началось, тем и… Кхм, ладно. Просто в какой-то момент я вспомнила, что в этот туалет никто не заходит. В отличие от библиотеки. Там народ сновал толпами, и если большую компанию это мало волнует, то вот когда вас двое и вы самые известные первокурсницы, то внимание начинает напрягать. Поэтому мы часто сидели в туалете. Плакса Миртл нас не донимала. Не знаю, чего все так её не любят. Обычная девочка, которой необычайно не повезло. Скверный характер? О, я, как человек, который однажды умирал, могу сказать, что данное обстоятельство дружелюбия не добавляет. - Лиз**, а твоё тело же можно найти? - С чего ты это взяла? – лениво отозвалась Миртл, сидящая на трубе под потолком. – И что ты собралась с ним сделать? Сварить супчик на гнилых костях? Я рассмеялась, а Гермиона неодобрительно покосилась на нас. Она пыталась делать очередной доклад по чарам («как и в какой последовательности махать палочкой, чтобы посильнее дать соседу в нос» – примерно к этому сводились они все), а мы ей мешали. Да и в целом, наше загробное чувство юмора её немного напрягало. - Нет. Если бы мне нужны были гнилые кости, я расчленила бы Малфоя. Да и причем здесь кости? Твоё же тело окаменело. Ну, ты же умерла от взгляда Василиска. Он так работает. - Я умерла от взгляда Василиска? – Миртл уставилась на меня, как на сумасшедшую. - Ну да. А от чего ещё? Том же не лично тебя придушил. - Откуда ты это знаешь? – тут уже голоса Гермионы и призрака прозвучали хором. Они переглянулись и снова уставились на меня. Кажется, я сболтнула лишнего. Ну бл…! - Откуда ты знаешь, что это был Том? Да, он меня нашел, но не убивал же! – Элизабет возмутилась, и поэтому даже решилась слететь вниз. - Ну так он же умеет разговаривать со змеями. Логично, что Василиск послушался его! – я решила упрям стоять на своём. Тем более, я действительно запуталась! - А это ты с чего взяла? - Ну так он же Волан-де-Морт! Или вы хотите сказать, что не знаете, как его по-настоящему зовут? Строить из себя максимальную дурочку, строить из себя максимальную дурочку, только так я смогу выйти сухой из этого туалета. Давай Мира, ты сможешь! Мой глаз начинал постепенно дёргаться. - Мира… - осторожно, после короткой паузы, начала Гермиона. – Никто не знает, как его зовут. - Почему? Это тайна? – на моём лице отразилось искреннее недоумение. - Не тайна. Он просто никому не рассказывает, - усмехнулась Миртл. - Подожди! - Гермиона остановила её жестом. – Ты действительно знала какого-то Тома? - Да. Он был старостой Слизерина. Такой красавчик, все девочки по нему вздыхали. Но он был холодным и неприступным, как … - Миртл на секунду задумалась, - как нам недоступно содержание вот этой прекрасной головки! И призрак попыталась погладить меня по волосам, но немного не рассчитала и рука провалилась внутрь. Это, безусловно, портило наглядность примера. Я поморщилась – на ощупь рука была прохладной и влажной. - Ну, так это и был Волан-де-морт! Он был змееустом, нашёл Тайную комнату, и подчинил себе Василиска, который в ней жил и достался в наследство от Салазара Слизерина. Ты же просто стала случайной жертвой его экспериментов. Или неслучайной. - Чего?!!! - Ну так, а как?... Мы втроем сидели и молча удивлённо пялились друг на друга. Герми и Миртл были просто удивлены, а я была поражена своей тупостью. Вот зачем? Зачем? Тебя кто-то просил рот открывать? Боги! С другой стороны, у меня действительно рушилась картина мира. Я всегда была уверена, что Плакса Миртл знает, кто её убил и почему. Она же должна была видеть Тома? Или нет? Или как это вообще происходило? Ну, как минимум вопрос «что», объединяет нас. Командный дух! - Это было жутко. Это случилось прямо здесь, в этой самой кабинке. Я пряталась, потому что Оливия Хорнби дразнила меня очкастой дурой. Я плакала, а затем услышала, как кто-то вошёл. Они так смешно говорили, на каком-то ненастоящем языке. И я поняла, что говорит мальчишка, так что я открыла дверь сказать, чтобы он уходил, и... я умерла. Только потом я узнала, что Том нашёл моё тело, он бросился на крик… Ты думаешь, это он говорил? – Миртл выглядела озабоченной. - Да, скорее всего… - Но почему Василиск? – Гермиона нахмурилась. - Ну так что ещё за чудовище мог поселить в свою комнату основатель Слизерина? Большая змея хороша, а огромная – вообще замечательно. Всё логично. - Но ведь никто не знает, что за чудовище проживает в Тайной комнате. Тайная комната – это просто легенда! Я читала! - Нет, это не просто легенда! Она как раз была открыта, когда я училась в школе! Все только и говорили, что о Тайной комнате и наследнике Слизерина! Только откуда Мира может знать такие подробности? И они опять уставились на меня. Я же обхватила голову руками и уткнулась ей в колени, будто у меня сильно заболела голова. Ничего не болело, но надо было срочно придумать объяснение. Как я могла узнать прошлое? А как его узнал Гарри? Через дневник. Том сам показал ему воспоминания… Воспоминания. Том и после играл с его головой… Но не могу же я сказать… Или могу? Я осторожно подняла голову. Гермиона глухо ахнула. - Мира, у тебя… - она дёрнулась вперёд, но я уже опередила её, касаясь лба. На пальцах остался неяркий красный след. - Шрам девочки-которая-выжила… А я думала, что у тебя его и вовсе нет, - пробормотала Миртл, отлетая. Гермиона помогла мне встать и подвела к зеркалу. Я то уже знала, что там увижу: на лбу алела кривая линия, чем-то напоминающая молнию. Когда я только оказалась в этом теле, то шрам ещё можно было разглядеть. Хотя и тогда он был скорее бледной полосой. Постепенно же магия сходила на нет. Я много думала об этом, особенно после того, как уничтожила змею в зоопарки на день рождения Дадли. Скорее всего такой мощный скачок магии, как смена сущности, уничтожил крестраж живущий в Миражанне Поттер. Поэтому шрам и затянулся, ведь он был всего лишь следом, внешним проявлением этого «нечто». Со зрением, скорее всего, тоже самое. Даже если на это не влиял крестраж, на это влияют магические потоки, которые способствуют заживлению и восстановлению тела. Но сейчас этот шрам был мне нужен. - Что-то случилось? Мира! Как ты себя чувствуешь? - Голова… болит, - выдавила из себя я. Гермиона начинала паниковать не на шутку. - Что же это! Надо что-то сделать! Я… Я позову Макгонаггал! Подожди! – Грейнджер неловко дёрнулась и чуть не упала, запутавшись в собственной мантии. - Герми, успокойся! Не особо зная что делать, я схватилась за голову. Пальцы запачкались в липкой крови. Упс, кажется, я перестаралась. Но должный эффект это произвело, и Гермиона растеряно остановилась. Плакса Миртл же просто висела в воздухе и наблюдала за нами. Выражение лица у неё было хмурое. - Не надо этой гриффиндоской… львицы. Не хочу, чтобы она копалась в моих проблемах! - Не говори так! Профессор замечательная! - В твоих фантазиях, - огрызнулась я, включая воду. Пару раз кран глухо булькнул, загудел и в конце концов заработал. – У меня бывает такое, ничего страшного. - Бывает, что кровь просто так течёт из башки? Не завидую твоей жизни. - Ха! Я своей жизни тоже не особо завидую. Ещё и не останавливается ничего! Что я вообще сделала? Пришлось подживлять шрам руками. Корка быстро затянула кожу. - Такое бывает, иногда, - мой голос и правда сел, да и стекающая по лицу вода возвращала меня во времена головной боли, когда умыться было моим единственным лекарством. – Это с самого детства. Порой снились разные кошмары, а после я просыпалась и лоб был весь в крови. Порой шрам не заживал по нескольку недель и постоянно кровоточил, а иногда становился практически невидимым в пару минут и надолго. Тётю и дядю это… раздражало. Могли запереть в чулане, пока шрам не заживет. Чтобы в школе я не привлекала к себе внимание своими… странностями. В последнее время это происходило всё реже и реже. Прошлый раз был летом, где-то в августе. - Запирали в чулане? – выдохнула Гермиона. Я посмотрела ей в глаза и внутри что-то упало. Ей так больно и страшно, она очень хочет помочь… Нечем, солнце. - Я не так сказала, в чулане просто была моя комната. Так что ничего страшного. Прогуливала школу, только и всего. - И они что, не попытались обратиться к врачу? Их совсем это не волновало? - Они знали, что мои родители волшебники. Вот и думали, что это всякие «магические штучки». - Но всё равно, они могли попытаться обратится к кому-нибудь. Даже родители волшебника должны были забеспокоиться и попытаться что-то сделать! К врачу, что-то узнать…! – гневно затараторила Гермиона. В таких диалогах бесит больше всего, что тебя пытаются убедить в твоей неадекватности. «Да нет, мама тебя не бьёт, тебе кажется! А если и бьёт, то всё не так страшно, как ты думаешь. Она же тебя любит!» Бесит! Я даже не заметила, как повысила голос. - Герм, им было плевать! – дверь одной из кабинок громко ударилась о стену. Гермиона замерла. - У них был свой сын, о котором они заботились. - А ты? – она сделала робкий шажок ко мне. Надо успокоится. Она не виновата. Дыши. - А я была лишней. - Мне жаль, - тихо, пристыженно пробормотала Гермиона. Мне стало горько. - Не стоит. Мне не жаль, а это главное! Я постаралась улыбнуться, но получилось фальшиво. Всё тело было наполнено чем-то вязким, послушным и злым. Сейчас главное держаться. - Кх-кх! Мне конечно жаль прерывать вашу драму, но есть вопросы! – подала голос Плакса Миртл, влетая между нами. – Что за сны тебе снились? О моей смерти ты тоже узнала из снов? - Я никогда особо не запоминала их содержание. Там были разные картинки. Образы. Незнакомые люди. После этих снов всегда становилось тяжело и гадко на душе. Вот и всё. - Тогда откуда ты знаешь про Тома? - Просто знаю… Мне казалось, что это всем известно. Как только услышала про призрака в туалете сразу подумала: «А, эта та Плакса Миртл, которую убил Том Реддл!» - «Призрак в туалете», вот как теперь меня называют! – скривилась Миртл. Ну, она призрак. И живёт в туалете. Не вижу поводов для обиды. - Про тебя написано в книге про Хогвартс! Я читала! – подала голос Гермиона. Видно было, что первый шок прошёл, и она готова к расследованию. - Написано? И что же? - Ну… - Герми смутилась. – Что туалет на третьем этаже заброшен, потому что там живёт призрак девочки, которая умерла вследствие несчастного случая в сороковые годы. Там даже сказано, именно «несчастный случай», а не убийство. Так что я не знаю, откуда, Мира, ты могла это подцепить! - Подцепить? – я подняла одну бровь. - Серьёзно? Это всё, что там написано?! Вот же гады, всем всегда было плевать на меня, даже после смерти! – возмутилась Миртл и взмыла под потолок. – Чтобы я не делала, никому нет до меня дела! И она зарыдала. Вода в туалетах забурлила. Несколько кранов рядом подозрительно зажурчали. - Валим отсюда! – прошептала я Гермионе на ухо, подталкивая её к двери. Конечно, сценой в туалете всё это не закончилось. Это же Гермиона! - Ты должна рассказать обо всем профессору Макгонагалл! – выпалила она мне в лицо на следующее утро. Я была сонная, злая и хотела уронить на кого-нибудь люстру. Но Гермиону пришлось пожалеть. - Этой мегере? – я скривилась. - Она не мегера! Не называй её так. Она очень строгий и хороший преподаватель! – вспыхнула Герми. – Ты не любишь её только потому, что ты слизеринка! - Потому что она не любит слизеринцев – логику улавливаешь? Вы же Снейпа тоже не цветами и фанфарами встречаете, - а это мысль, кстати. Думаю, он оценит. - Он вам подсуживает! - Бинго! Поэтому мы любим его, и не любим Макгонагалл! И вы с точностью до наоборот, – и я хлопнула её по плечу, уже желая пройти в Большой Зал и наконец поесть, но Гермиона продолжала удерживать меня. – Ну что? - Ты должна кому-нибудь об этом рассказать! Мира, вдруг это опасно! Лицо её выражало искреннюю обеспокоенность. Мне даже как-то неловко стало. Гермиона, солнышко, я бронированная, меня хоть головой о стенку бей, хоть катком переезжай – не подохну. - Но почему Макгонагалл? Я на Слизерине! Гермиона почувствовала, что я сдаюсь и насела с новой силой. - Тогда профессору Снейпу! – тон её звучал по боевому, но в глазах появилось сомнение. Я обернулась и увидела, что за нашей спиной как раз прошел Снейп. Лицо его как всегда выражало призрение ко всему живому, в особенности к ученикам этой школы. Его легко бы взяли на роль классического графа Дракулы. Видимо, мы с Гермионой одновременно подумали о том, что контактировать с ним лишний раз - плохая идея. – Хорошо, не ему. Тогда сразу к Дамблдору! - Ну неееет… - конечно же я согласилась. Мы тащились в его кабинет, и я считала ступеньки, чтобы отвлечься от грустных мыслей о том, как Джэмма убьёт меня. Гермиона шагала впереди, полная решимости. Её в гриффиндорцев баллонами закачивают, что ли? Лестница была невероятно длинной и с каждым пролётом ещё и сужалась. В школе нет физкультуры, но эти спуски и подъемы неплохо её заменяют. - Ой! – Гермиона резко остановилась, и я чуть не врезалась ей в спину. Что там такое? А, точно! Прямо на нас пялилась злобная морда с двумя выпирающими клыками. Круглые глаза на выкате жутко уставились прямо Гермионе в лоб. - Пароль! – морда открыла пасть с негромким скрипом. Гермиона в свою очередь тихо охнула, оседая мне на руки. - Видишь, нас не ждут! Пошли назад, уверена директор занят и ему не до жалоб первокурсниц, - я попыталась воспользоваться её испугом и растерянностью, но Грейнджер быстро взяла себя в руки. Я даже готова позавидовать её мужеству, потому что меня говорящие статуи нервируют. Ещё в детстве, ходишь по городу, засовываешь руку в пасть какого-нибудь льва и ждешь, откусит он или нет. - А ты не знаешь пароля? - Конечно знаю! Мне же Дамблдор лично говорит пароли от своего кабинета. Ещё и от всех гостиных в придачу. - Увы, боюсь этого я не могу сделать, потому что пароли устанавливают сами ученики. А юная фантазия порой непредсказуема. Мягкий, добрый голос из-за спины заставил меня собраться, а Гермиону опять сдавленно «ойкнуть». Конечно, Дамблдор знает, что в любом деле главное - «эффектно появиться». - Моя, увы, гораздо скромнее. Поэтому пароль довольно простой: «лимонные дольки». Горгулья пару раз затопталась на месте, а потом начала медленно отъезжать. - Что же, проходите. Полагаю, что вы пришли сюда не за ними (лимонными дольками), хотя если так, охотно с вами поделюсь. Мисс Поттер, Мисс Грейнджер, вы слышите меня? – и директор немного улыбнулся сквозь белую бороду. - Да, конечно, простите! – я схватила Гермиону за руку и потащила вглубь кабинета. Кажется, это уже стало для нас стандартным способом передвижения. Я споткнулась о ступеньку, поэтому в кабинет мы буквально ввалились. Профессор Дамблдор величественно проследовал за нами. Из-под длинной мантии не было видно ног, поэтому казалось, что он практически плывёт по земле. В прошлый раз у меня не было много времени, чтобы рассмотреть это место. Сейчас же, днём, всё было как на ладони. Пожалуй, это было одно из самых магически-уютных мест во всём Хогвартсе. Через множество окон в помещение проникал солнечный свет. Пространства было много, в нём было легко дышать. Высокие потолки, широкая площадка перед столом, просторные стеллажи, заставленные разнообразными вещами. Жердь для феникса пока пустовал, но было открыто одно из окон. Даже множество глазеющих на тебя портретов смотрелись тут уместно. Может, из уважения к нынешнему директору, они притворялись максимально неживыми, лишь изредка почёсываясь или моргая. Дамблдор сел за свой стол, испытующе смотря на нас через очки-половинки. Так же он придвинул нам мисочку с лимонными дольками. Я взяла парочку. Гермиона при этом уставилась на меня так, будто я плюнула директору в лицо. Да он же сам предлагает, в самом деле! - Спасибо! - Пожалуйста, рад, что кому-то кроме меня приходится по душе это лакомство. Рад и тому, что тебе удалось найти себе друзей, Миражанна. Мисс Грейнджер, слышал, у вас прекрасные успехи в учёбе, - очки половинки сверкнули в Гермионину сторону. Та тут же стушевалась, начиная топтаться на месте и пряча лицо в копне непослушных волос. - Д-да, - она едва выдавила это из себя, окончательно упираясь взглядом в пол. Видимо, придётся мне разбираться с этой ситуацией. Если честно, соблазн стереть всем память и свалить был очень велик. Я чувствовала, мне это по силам. Событие происходит сейчас, оно яркой ниточкой уходит в голову. Память человека чертовски гибка: потяни за ниточку, и закрась пару моментов и всё – они никогда не вспомнят, что тут было. Главное не оставлять пробелов. Точно знаю, что это бы никак не повлияло на ход событий, но если честно, это слишком страшно. Вот так всё просто? Взяла и стёрла? Меня пробрало до мурашек. Не сегодня, магия, не сегодня. - Понимаете, Гермиона обеспокоена… Нет, проще начать сначала. Мы были в туалете Миртл, и я спросила у неё, где её тело. Она спросила, к чему этот вопрос, и я ответила, что как же, ведь её убил Василиск, которого на неё натравил Том Реддл, который и является Лордом Волан-де-мортом. И девочки удивились, потому что они никогда не о чем таком не слышали. - И потом у Миры стал кровоточить шрам! – возбужденно продолжила Гермиона. А я и не думала, что её настолько задели эти события. – Кровь всё не прекращала лить, а потом он резко затянулся коркой, как по волшебству! – после этого монолога повисла небольшая пауза, потому что мы с Дамблдором одновременно посмотрели на Гермиону. Она смутилась. - Да, у меня заболела голова, а потом шрам стал кровоточить. Такое уже бывало раньше. Правда, вот так просто днём редко, чаще после снов, которые мне снились. - Мы сделали вывод, что Мира узнала всё это из своих кошмаров, потому что во всех остальных источников не написано ничего подобного! Я специально ещё раз вчера всё проверила! Умница, Гермиона, делает правильные выводы из той информации, которую я подкидываю. Боже, храни канон! Мы обе снова замолчали. Гермиона пыталась отдышаться, румянец прилил к её щекам. Я же просто не знала, что ещё сказать. Дамблдор задумчиво погладил свою бороду. - Мира, и давно тебе снятся подобные сны? - С самого детства. Они невнятные, я не запоминаю, что в них происходит. Но когда Хагрид впервые сказал мне про Хогвартс, я сразу представила замок. И в реальности он выглядел точно так же, как и в моих фантазиях. - Хм… Это достаточно необычно. Хотя я и подозревал о чем-то таком. Правда, надеялся, что оно проявится в гораздо старшем возрасте, - Дамблдор качнулся в кресле и встал. – Понимаете ли, Волан-де-морта и правда раньше звали Томом Реддлом. Он учился в Хогвартсе, когда ещё директором был другой человек, а я работал учителем трансфигурации. Миртл и правда скончалась не вследствие несчастного случая, её убило чудовище из Тайной комнаты. - Что такое «Тайная комната»? Про неё не было написано в «Истории Хогвартса», - робко спросила Гермиона, тем более, что Дамблдор замолчал. - О, ты читала книгу Гариуса. Он и правда написал очень о многом, но увы, этот замок неохотно открывает свои тайны, даже самым любознательным. А Гариус не умел быть уважительным к тому, что изучает. Он воспринимал Хогвартс как объект для изучения, как очередной манускрипт, хотя даже с ними я бы посоветовал обращаться осторожнее. Книги, особенно древние, бывают очень прихотливы. Поэтому я бы не доверял его труду полностью. Всё, что он говорил, отзывалось в моей душе. Да, таким и был мир, который я чувствовала – у каждого предмета своя, особенная жизнь. Каждый предмет ощущается и существует по разному, а замок… Большие и старые дома, особенно магические, имеют свой характер и свою душу. Только обращаясь к ним как к равным можно добиться от них чего-то. Не зря же древняя магия обращается к предметам напрямую? Видел ли всё это Дамблдор? Был ли он таким же как я? Или просто… - Тайная комната больше легенда, миф. Говорят, что ранее она принадлежала самому Салазару Слизерину, одному из основателей Хогвартса. Считается, что только истинный потомок Салазара может найти Тайную комнату. Уже позже начали ходить слухи, что в Тайной комнате живёт чудовище. В то время, когда в школе учился Том стали происходить страшные события – что-то стало нападать на учеников. Тогда и вспомнили об этой старой легенде. Чудовище тогда поймали, виновных нашли. - Том и помог указать на виновного? Правда же? Дамблдор с интересом посмотрел на меня, пока я старательно хмурила брови. - Хочешь сказать, что Том так прятал следы? – в ответ я лишь замотала головой, как бы надеясь, что после хорошей встряски там всё встанет на места. - Это логично… Если он убийца и наследник Слизерина, то он мог сделать всё так, чтобы подумали не на него, - робко высказалась Гермиона. - Да, девочки, вы правы. Если видения мисс Поттер правдивы, то картинка складывается горазд стройнее. Мне надо подумать. - Тогда, мы пойдём? – я схватила Гермиону за руку, уже собираясь вытаскивать её из кабинета. Мне очень хотелось свалить из кабинета, подальше от этой ситуации. - А как же Мирин шрам? - Боюсь, пока мы ничего не сможем с этим сделать, - развёл плечами Дамблдор. – Но вы не беспокойтесь, Мисс Грейнджер. Ваша подруга прекрасно умеет справляться с неприятностями, и лучшее, что вы можете сделать – не бросать её в одиночестве. Всем нам нужны друзья. Гермиона задумчиво кивнула, крепче сжимая мою ладонь. Что-то теплое разлилось по моей груди. - Всё же, я надеюсь, вы понимаете, что об этом не стоит много говорить? Слухи о вас уже переполняют школу, вы же не хотите, чтобы к ним добавились ещё одни? Мы вместе сказали, что понимаем, и начали уже двигаться из кабинета, как Дамблдор остановил меня. - Мира! Ещё раз, что вы спросили у Элизабет? - Где её тело, - теперь я по-настоящему растерялась. - Ну, я подумала, его же не просто взяли и разбили, а потом разбросали мелкие камушки. - Мисс Поттер, а как вы думаете, какие свойства у взгляда Василиска? – он был удивительно спокоен, но в его тоне я чувствовала подвох. - Ну… Он превращает людей в камень? - Советую вам заглянуть в библиотеку, шестой стеллаж справа, пятая полка, десятая книга от окна. Если вам интересно узнать о Василиске по-больше, разумеется. Чёрт, кажется я где-то очень крупно облажалась!