Angel my love

POV Артем Этот несчастный час казался вечностью. Мне все мерещилось, что я ее больше никогда не увижу. Не успею. Не верну. Я не обижался на Валентину, ведь понимал зачем и для чего она это все сделала. Да, я порой бываю резок и груб, но это не повод выводить Стасю и помочь ей сбежать, да еще и с моим малышом! — Тем, красный же горит! — Толя закрыл лицо рукой. Сейчас я не думал ни о чем, лишь о своей любимой Стасе. — Лучше бы я за руль сел. — Я самый первый запрыгнул в машину, ехал на красный, а скорость мне была по кайфу. — Сейчас мне нужно сделать все, чтобы мой красный стал гореть зеленым! — Если она не вернется ко мне, то моя жизнь приобретет серые краски. Все станет на свои круги, а я этого не хочу. Стася была единственной девушкой, которая приняла меня таким, какой я есть, со всеми недостатками. Я все время поглядывал на часы, считал минуты и как на зло мы попали в пробку. Вовремя. — Не злись! Сейчас все рассосется. — Сказал Никита, а я в очередной раз ударил рукой по рулю. — Уже полчаса ничего не происходит! Ничего не сосется, тьфу ты, не рассасывается! — Выйдя из машины, я прикинул сколько мне нужно времени, чтобы добежать. — Толь, машину оставляю на вас. Я побежал в аэропорт. — На физкультуре я так не бегал, как сейчас… что тут скрывать? Я никогда так не бегал, как сейчас. Я согнулся пополам, тяжело дыша. Осталась одна минута. Кажется, я сбил девушку, но меня это мало волновало. — Мужчина, вы куда? Самолет только что взлетел. — Сообщила девушка и держала меня за плечи. — Как взлетел? — Я больше ее никогда не увижу и в этом виноват я. Думал, приползет ко мне на коленях, будет прощение просить, а я еще подумать, прощать эту грешную или нет. Я готов отдать все на свете, лишь бы она была рядом. Я мог ее поцеловать, прижать к себе, сказать, как сильно люблю и не могу без нее. — Очень шумно и с пассажирами. — Не время шутить. У меня, можно сказать, жизнь рушится, а она шутит. Мое сердце мне говорило, что она здесь, но разве это возможно? Повернув голову в правую сторону, я заметил Стасю. Она сидела, обняв себя за живот, рядом стояли вещи. Моему счастью не было предела. — Стася? — Я очень сильно был удивлен. Думал, летит уже в облаках. Моя девочка прижалась ко мне, плача. — Я не смогла улететь. Это будет не правильно. Все так глупо получилось. Я не смогла… — Невыносимо смотреть на ее слезы и слышать всхлип. — Я рад, что ты не улетела. Ты не представляешь, как я бежал сюда, чтобы остановить и сказать «Не уезжай». Я тебе редко это говорю, но я очень сильно люблю тебя. Признаю, в тот вечер мне захотелось сорвать на ком-то свою злость и к моему огромному сожалению, под горячую руку попалась ты. Мне жаль. Валентина мне все рассказала и я ее ни в чем не виню, она все сделала правильно. Я мог наломать таких дров… Она пыталась уберечь тебя. — Из ее красивый глаз текли слезы, а мое сердце обливалось кровью. — Не плачь. Я тебя очень прошу. — Ты должен был сказать мне это гораздо раньше. — Она горько улыбнулась. Согласен. Я не должен был столько времени молчать и показывать свою гордость, кому она нужна, если рядом нет любимого человека? — Ты очень многое пропустил. — О чем ты говоришь? — Живот на месте, да и до срока еще два месяца. Тогда в чем дело? — Наш сын начал толкаться. — В ушах зазвенело. Меня не было рядом, когда это произошло. Снова. Я вынес для себя мораль, что больше времени нужно уделять людям, которых я люблю, а в особенности Стасе. — Пообещай мне, что если это еще раз произойдет, ты меня позовешь. — Она положила свою голову мне на плечо и кивнула. — Поехали домой? Будем тебя откармливать, а то исхудала то как. — Ты сейчас шутишь? Я? Исхудала? Смешно. — В гостиницах кормят не айс, знаю по себе, а если учесть, что она только переболела, то ей обязательно нужно поесть что-то для укрепления иммунитета. — Фух, успели, — Толя облегченно выдохнул и кинул мне ключи от машины. — А ты переживал. Я тащил вещи Стаси, но рядом ее не обнаружил. Когда я повернулся, то увидел ее сидевшую на скамье, она свела ноги, а по ним текла кровь. Нет, нет, нет, только не это! — Очень сильно болит. — Шепнула она мне на ухо, а я взял любимую на руки. За руль сел Толя, а мы с Стасей на заднее сидение. — Очень больно. — Потерпи немного. Мы уже почти приехали. Солнышко мое, все будет хорошо. — Я целовал ее в висок, а сам очень переживал. В реанимацию меня не пустили, даже за взятку. Остается лишь надеяться на чудо. Наш сын должен выжить. Он просто обязан. Он еще не успел родиться, а жизнь его уже испытывает, но у него есть преимущества - у него будут любящие его родители.