Во всем виноват дождь.

Холодный ветер. Горячий шоколад. Сериалы. Тёплый плед и любимый человек, которого всё время надо обнимать. Эвену нравилась такая погода, особенно в выходные. Когда можно просто достать плед, взять в руки Исака, завернуть его в плед, как рулетик, посадить перед ноутбуком и, обнимая его, смотреть сериалы под звуки капель, которые барабанят по крыше. Это был как раз тот день. Исак и Эвен смотрели «Бесстыжих». — Эвен. — Вальтерсен перевёл дыхание после последней серии седьмого сезона. — М? — Блондин взглянул на Исака своими голубыми глазами. — Ты ведь не бросишь меня так же? — Как? — Как Микки бросил Йена. — Исак, во-первых: Микки не бросал Йена; во-вторых: я тебя не брошу, если ты сам этого не сделаешь. — Эвен наклонился ближе. — ты ведь меня не бросишь? Исак замер. В уголках его глаз скопились слезы и несколько уже упали на руку, словно прожигая её. — Исак, — Уже более серьёзно сказал Эвен. — ты ведь не бросишь меня? — Я… — Блондин забегал глазами по комнате. — Нет, я тебя не брошу, Эвен, я люблю тебя. Лицо Найшейма озаряла улыбка. — Я тоже тебя люблю. — Эвен прижал к себе своего парня и начал поглаживать того по спине. — Я люблю тебя, Исак Вальтерсен, я так сильно тебя люблю. — Эвен повернулся лицом к Исаку и поцеловал того в губы.

***

— Исак! — Крикнул Эвен и подбежал к блондину. — С тобой все в порядке? — Да, а почему ты спрашиваешь? — Исак. — Голос Найшейма стал серьезнее. — Ты ушёл без меня. — Да, я просто захотел побыть один, если ты понимаешь. — Один? — Один. — Ладно, хорошо, я все понимаю. Сейчас ты тоже хочешь побыть один? — Эвен вскинул брови. — Знаешь, если скажешь «да», то я тебя не послушаю и сделаю это. — Старший замахнулся, и Исак хотел уже увернуться от удара, но Эвен крепче обнял блондина. Исак не сопротивлялся, он прижался сильнее к груди Найшейма. И начал вдыхать, он обожал этот запах. Запах своего парня. Ему это доставляло удовольствие. Это было привычкой: вдыхать запах лайма с корицей. Это было зависимостью. Это было сильнее наркотиков. Эвен был для Исака наркотиком. Он погрузился в какую-то неопознанную вселенную, из которой его вывел черный «Porsche». Исак хорошо знал эту машину. На такой обычно ездил Вильям Магнуссон — известный бабник школы. Из «Porsche» начал выходить Вильям, но тот, кто вышел потом заставил удивиться всех. С заднего сиденья вышел Крис. Новенький Крис. Исак просто смотрел на все это. Он замер. Он не понимал, что происходит, но понимал, что где-то защемило в груди. Это была не ревность, скорее обида, ведь Крис не поздоровался, даже не взглянул на Исака. Это было до тошноты в желудке обидно. — Исак, все хорошо? — Эвен приобнял Вальтерсена за плечи. — Все в порядке. — С щеки блондина скатилась слеза, которую он быстро вытер, чтобы Эвен не заметил. Никто не заметил.