The Way of the Warlock

Хогвартс. Большой Зал. Дамблдор мрачно смотрел в стол. Он медленно осознавал, но еще никак до конца не мог поверить в реальность происходящего. Студенты оказались менее впечатлительными, а может быть просто не поняли всей невероятности события. Лишь слизеринцы усиленно шептались между собой. Гермиона имела озабоченный вид. Рон тоже переваривал новости, хотя внешне этот процесс у него не отличался от переваривания пищи. Джинни выглядела совсем несчастной. Она только что узнала, кого любит Гарри. Гермиона попыталась ее утешить. — Джинни, ну ты все же видела сама. Как они смотрели друг на друга, и вообще… Джинни кивнула, глаза ее подозрительно заблестели. — Тебе нужно просто принять это и все. — Ты как всегда права, Гермиона. И я желаю им удачи. Если кто-то и заслуживает того, чтобы быть счастливым, так это Гарри. Гермиона немного успокоилась, хотя тон у Джинни был очень унылым. Тут очнулся Рон. — А знаете, что? Гарри первый, кому удалось так удивить Дамблдора. Он до сих пор стоит с открытым ртом! Восклицание было произнесено отнюдь не шепотом, и добрая половина гриффиндорского стола прыснула от смеха. — Видно Гарри не шутил, когда сказал, что присмотрит за Дамблдором, — ухмыльнулась Джинни. — Будет плохо, если Дамблдор не прислушается к этому предупреждению, — заметила Гермиона серьезно. — Как думаешь, Кингсли накажут? — спросил Рон у Гермионы. — Я не совсем поняла, — Гермиона сглотнула, — но, похоже, что Гарри не шутил. — Он точно не шутил, — прошептала Джинни. — Что это за секретный уровень «омега»? Я ничего о нем не знаю. Неожиданно для всех ей ответил Невилл. — Есть несколько уровней секретности. Они обозначаются буквами греческого алфавита. Чем выше уровень, тем меньше людей о нем знает. Омега — последняя буква алфавита, кажется она по счету двадцать четвертая. Я слышал, что за разглашения сведений уровня «гамма» уже грозит Поцелуй дементора. — Поцелуй? — Гермиона и Джинни побледнели. Невилл кивнул и снова уставился в тарелку. — Да-а-а-а-а... А сейчас, когда идет война, вряд ли будет снисхождение, — обеспокоенно сказала Гермиона. — Эй, смотрите — Дамблдор ожил, — усмехнулся Рон. — Шепчется со Снейпом и Макгонагалл. Могу поспорить на что угодно, что сегодня будет заседание... Сами-Знаете-Чего! — выразительно скривилась Гермиона. С этим утверждением трудно было не согласиться. — Держу пари, что мы будем специальными гостями, — добавила Гермиона и отпила из стакана сок. — Черт! — забеспокоился Рон. Гермиона оказалась права. Сразу после завтрака Макгонагалл сообщила им, что после обеда их ждут в кабинете директора. — И не могли бы вы передать приглашение Тонкс? — добавила она. — Профессор, она, скорее всего в апартаментах Гарри, а пароль от них мы не знаем, — сказала Гермиона. — Не знаете? — удивилась Минерва. — Гарри не дал нам пароль, и причина этому, видимо, в Тонкс. — Логично, — согласилась Макгонагалл, — может быть Дамблдор был и не совсем прав, но теперь очевидно, что между ними все же была связь. — Гарри счастлив с ней, поэтому лично я ничего не имею против. И разница в возрасте не так уж и велика, — возмутилась Гермиона. — Хоть я и согласна с вами, но школьные правила никто не отменял. И не забудьте придти после обеда в кабинет директора, — сказала Макгонагалл и отошла от Гриффиндорского стола. Ребята переглянулись. Предстоящее собрание не сулило им ничего хорошего. * * * Собрание началось со скандала. Дамблдор изложил свое видение ситуации, сделав упор на недопустимое поведение Поттера и Тонкс. Гермиона не выдержала и накинулась на директора с встречными упреками. Макгонагалл, неожиданно для всех, поддержала ее. Шуму и неразберихи добавляла Молли, которая истошно вопрошала всех, где Гарри и почему его здесь нет. Остальные члены Ордена крутили головами, пытаясь понять хоть что-нибудь. И тут Гермиона кинула упрек, который Поттер утром адресовал директору. — Гарри сказал, что вы и Кингли раскрыли уровень «Омега»! — Тихо! — рявкнул мигом проснувшийся Грюм и грохнув протезом в пол. — Альбус, как это понимать? Кингсли арестован за измену? А я-то ничего понять не могу! Вы что натворили? — Аластор! — с укоризной воскликнул Дамблдор, всем своим видом давая понять, что аврор глубоко заблуждается. — Такое обвинение от Поттера в адрес Кингсли и директора действительно прозвучало, — негромко подтвердила Макгонагалл. — Минерва? — директор даже несколько растерялся, от такого удара в спину от самой верной сторонницы. — Я думаю, Кингсли очень сглупил! — Грюм мрачно сверлил взглядом главу Ордена. — Секретный уровень «Омега» создавался не для публичных разоблачений и объявлений. Это уровень Невыразимцев и боюсь, что наш Шеклбот поплатится головой за свою болтливость. Это очень плохо. Но еще больше меня беспокоит, каким образом Поттер вляпался во все это? Дамблдор молча смотрел в стол. — Где Гарри? — в очередной раз спросила побледневшая Молли. Директор вздохнул и изложил собравшимся версию событий, которые произошли в Большом зале Хогвартса. В течение всего рассказа Тонкс сверлила его недовольным взглядом и Дамблдору пришлось тщательно выбирать выражения, чтобы поведать о своем двусмысленном поступке с попыткой обвинить Нимфадору в связи с учеником. — Ну, для Поттера никакие правила не писаны, — скривился Снейп. — Ты бы для разнообразия хоть раз сказал о нем что-то хорошее, — возразил Люпин — Так он сейчас в министерстве? — с надеждой спросила Молли. — Я не знаю Молли. Поэтому я и пригласил сюда его друзей. Я надеюсь, что они расскажут нам, где в данный момент находится Гарри. — Мы не знаем, профессор, — честно ответила Гермиона. — Мы видели, что он что-то замышляет. Но, где он сейчас — нам не известно. — Так, — Дамблдор перевел взгляд на Тонкс, — но вы-то должны знать, где сейчас Гарри? — Нет, — ответила она холодно. — Нимфадора, это очень важно. Я готов извиниться, если в вас говорит обида, — твердо произнес Дамблдор. — А по-моему Грюм вам все очень доступно объяснил насчет уровня «Омега». У вас есть желание последовать в тюрьму вслед за Кингсли? Мне известно то же, что и всем остальным. Гарри закончил обучение в Хогвартсе и покинул его. — Что значит, закончил? Он же не сдал ПАУК! — вскричала Молли. — В том-то и дело, что сдал. И сдал очень неплохо, — вздохнул Дамблдор. — Что? — Да, мама, он сдал их даже слишком хорошо, У него сплошь превосходные оценки, — усмехнулся Рон. Гермиона пнула его в лодыжку. Глаза Дамблдора вновь заблестели. Ребята все-таки кое-что рассказывают, и Молли с ее вечной заботой оказалась здесь весьма кстати. — Ремус, а что тебе известно об этом? — спросил он, как бы между прочим. Ремус посмотрел, на недовольную Тонкс и хладнокровно ответил: — Я не буду рассказывать то, что мне известно, но могу успокоить Молли — Гарри в порядке. Он продолжает обучение. — И кто же его учит? Кто это несчастный? — Снейп издевательски рассмеялся. — Заткнитесь! — раздраженно оборвала Тонкс. — Скудные сведения. Гарри, оказывается, был довольно скрытен, — сдался Дамблдор. Пока шел разговор, он аккуратно использовал легилименцию, но новой информации так и не получил. Тонкс закрылась щитом, а ребята действительно больше ничего не знали. Заканчивая собрание, Дамблдор настаивал: — Нам крайне важно найти Гарри. Будьте на чеку, и сообщайте мне любые новости о нем. Это касается и вас! — Дамблдор посмотрел на студентов. — Директор при всем уважении к вам, я рассказывать ничего не буду! — тон Гермионы был спокоен и решителен. — Грейнджер, двадцать баллов..., — проревел Снейп. — ... Гриффиндору! — прервала его Макгонагал. — За верность идеалам факультета! — Отлично! Я тоже не буду докладывать, — поспешно заявил Рон, но баллов не получил. — И я не буду, — поддержала друзей Джинни. — Минерва! Это возмутительно! — вскипел Дамблдор. — Альбус, не заставляйте их выбирать между Орденом и дружбой. — Вот именно! Тем более, что в Орден нас никто не принимал! — выпалил вдруг Рон. — Что ж, вы приняли решение. А заодно напомнили мне, что вам следует покинуть кабинет. Больше совет Ордена в вашем присутствии не нуждается! — Дамблдор был так раздражен, что с трудом сдерживал себя. — Свобода! Конец пытке! — вскричала Джинни и радостно выскочила из кабинета. Рон и Гермиона ушли улыбаясь. — Тонкс и Ремус! Ваша скрытность плохо вяжется с клятвой, которую вы принесли Ордену! Грюм наконец не выдержал. — Отстань от них, Альбус! Все равно я не допущу разглашения секретных уровней! Остановись, наконец. Я сам переговорю кое с кем в министерстве и попробую раздобыть информацию без разглашения секретных сведений. А то такими темпами ты потеряешь половину Ордена. — Но ты-то, Аластор, на моей стороне? — Сторона у нас одна, — согласился аврор, — но секреты могут быть разными… * * * Мой взгляд на Альбуса Дамблдора (в этом фике) Альбус Дамблдор, победитель Гриндевальда и великий светлый маг и прочая. Он предстает в двух ипостасях. Первая. Чудаковатый добрый старик, души не чающий в студентах. Все его действия продиктованы заботой о Гарри Вторая. Старый хитрец и прожженный интриган. Искусный и расчетливый манипулятор. И я слоняюсь ко второму варианту. Думаете, что это немного категорично? А я уверен в своей правоте. События пятой книги не могут быть объяснены только добротой и заботой. Видно, что старик плетет сложные интриги и вовлекает в них всех, кого только можно. Отдаление от Поттера, под нелепым предлогом, признание, что к Дурслям Поттера отправили не только для безопасности, но чтобы он вырос «обыкновенным мальчиком», выбор Снейпа в качестве педагога по окклюменции, а на самом деле под благовидным предлогом пошарить в голове у Гарри в поисках связи с Лордом. Это, да и многое другое наводит на мысли о тайной игре директора. Особенно возмущает пичканье Поттера мелками клочками информации, которой совершенно невозможно воспользоваться. Информационная зависимость Поттера — главное оружие директора! Но в этом фике Дамблдор совершенно неожиданно теряет контроль над Поттером, и это ломает хитроумные планы директора. Это вызывает раздражение и приводит к попыткам вернуть ситуацию под контроль. И в ход идет привычная схема: воздействовать на что-то дорогое для Гарри и опять сделать его зависимым. Но только птенец уже вылетел из гнезда. Изменения в Гарри, которые директор позорно прохлопал, уже настолько сильны, что вернуться назад уже нельзя. Гарри уже не даст собой манипулировать и готов сам защищать то, что ему дорого!