Male and other drugs

— И где это я?       Услышав вопрос Криса, Элли оглянулась и улыбнулась, приветствуя его, появившегося сразу сидящим за небольшим столиком, накрытым к обеду. — Уютное местечко, правда?       Вуд нахмурился и осмотрелся — перед ним раскинулось крошечное помещение какого-то кафе, причем абсолютно без посетителей. Но насчет уюта он не мог не согласиться с ней — обстановка и каждая деталь интерьера, даже самая мелкая, была явно подобрана заботливо и с любовью, чтобы люди, приходящие сюда перекусить, чувствовали себя комфортно и могли расслабиться.       Кстати, в отличие от него. — Возможно, но я все равно не понимаю, что здесь делаю, — покачал он головой. Вроде бы ложился спать в их с Мелиссой квартире, а очутился в незнакомом месте. И уже отвык от подобных встреч, учитывая, как давно они с его вселенской карой не виделись и ментально не общались. — Увидела снимки в журнале и решила, что нам подойдет. Меня вдохновляет. А тебя? — Элли выглядела совершенно невозмутимо, вдобавок еще и пожала плечами, и Крис нахмурился еще сильнее, теперь наморщив лоб, отчего на нем залегла глубокая складка. — Я чего-то не знаю? — решил уточнить он, когда на тарелку перед ним опустилась тарталетка, наполненная — на вид — лососевым муссом и украшенная стебельками микрогрина, а девушка вытерла ладошки о белый передник, не преминув предварительно немного пододвинуть к центру стола блюдо со льдом, на котором были выложены устрицы. — Мы не виделись с самого… — запнувшись, она закусила нижнюю губу, и ему показалось, будто она не пыталась правильно подобрать слова, а вспоминала в этот момент свои тогдашние ощущения, — нового года. Хотела расспросить тебя о твоих делах. Почему не сделать это здесь? На моей кухне ты бы чувствовал себя неуютно, а к себе никогда не звал. — Но я сплю, — напомнил ей Вуд, склонившись над тарелкой и настороженно понюхав угощение. Пахло съедобно и аппетитно: морем, душистым перцем и щепоткой розмарина, растертого либо в небольшой кухонной ступе, либо меж ее пальчиков.       От этой мысли Крис напряженно сглотнул, посчитав, что обильное слюноотделение у него сейчас из-за еды, потому что его соулмейт, как оказалось, изобрела способ после заката и вообще отбоя уплетать за обе щеки все, что душе угодно, и не страдать потом в тренажерном зале. Правда, Элли, поедая очередную шоколадную конфету перед сном, любила приговаривать мантру, дословно звучавшую так: «пожалуйста, пусть лишние калории останутся на булочках моего соулмейта, на моих уже попросту некуда». Это успокаивало, видимо, ее совесть. Про заботу же о Вуде никогда речи не шло.       Так на нее похоже и так в ее характере, что он едва удержался, чтобы не цокнуть языком и не покачать головой. — И? — с приличной порцией издевки спросила она. — Будто это когда-то нам мешало. Другого канала связи у нас все равно нет. Как твои дела?       Ловко подхватив винный бокал под основание, Элли принялась натирать его стенки полотенцем, вызывая у Криса еще больше вопросов, чем раньше.       С последней их встречи эта девушка изменилась. И речь была не только в новой стрижке или более ровном цвете лица. Взгляд у нее стал другим, чужим немного, далеким и отстраненным. Будто она находилась где-то еще, пребывая с ним тут, и карие звезды бадьяна блестели не так колко и иронично, а приглушенно, со спокойствием и… — Влюбилась, — ахнул Вуд изумленно, не успев остановиться и произнеся свою догадку в голос.       Девушка замерла на мгновение, на какой-то ничтожный и едва заметный миг, вздрогнула, глянула на него испуганным крольчонком, словно защищая свою самую сокровенную и заветную тайну, и непривычно робко кивнула. — Оказывается, лгут, утверждая, что год проводят с тем, с кем его встречают, — неожиданно сердито констатировал он. — А чего ты хотел? — фыркнула Элли, возвращаясь к своему привычному — и крайне несносному, по утверждениям Вуда, — характеру. — Поцеловал и исчез на четыре месяца. — Эй! Я выручал тебя вообще-то! — возмущение его напомнило все их предыдущие встречи, и теперь Крис стал чувствовать себя более комфортно. — Поцелуй из благотворительности, значит? Занеси в список добрых дел своего фонда, — проворчала она, недовольно наморщив нос.       Ничего, вот абсолютно ничего не изменилось с их прошлой, пусть и не совсем обычной, встречи. Каждый из этой пары мейтов остался таким, каким и был прежде. Словно Вселенной нравилось сталкивать их лбами и это забавляло ее.       Что Вуду, что Элли же, наоборот, было не до забавы.       Она поставила перед ним с противным скрипом натертый до блеска бокал, звякнув им о край тарелки так сильно, что тарталетка на ней подскочила, и Крис не упустил момента попрекнуть ее этим: — Давай, детка, разнеси здесь все! Мне же так не хватало твоих сцен!       Сердито уставившись на него, желая, чтобы Вселенная в этот раз разразилась громом над его темноволосой головой и двинула его молнией в самое темечко, причем несколько раз, девушка шумно втянула носом воздух и решила сама взять ситуацию в свои руки, размахнувшись и заехав Вуду полотенцем по лицу.       Он опешил, даже не моргая, а она тем временем взвилась, отчего в ее взгляд наконец-то вернулись искры: — Да я тут готовила все для тебя! А ты как был полнейшим кретином, Кристофер Чарльз Вуд, так и остался! Надеюсь, шоколадные кексы сгорят к чертовой матери до состояния рассыпающихся золой углей, — на этом моменте Вуд все-таки не мог не отметить, что во время их жарких перепалок она была просто дьявольски остра на язык и чрезвычайно изобретательна, и это вызывало у него задорное восхищение, в чем он, естественно, не собирался признаваться ей и под градом ударов полотенцем. — Ненавижу тебя! Ненавижу! — Это и мой сон. Если я захочу, то не сгорят, — нараспев произнес он, откинувшись на спинку стула со скрещенными на груди руками. — Я тебя сейчас еще раз ударю, серьезно, — предупредила девушка.       Крис усмехнулся. От растерянной Элли не осталось и следа — за секунду всего перед ним снова стояла уже привычная ехидная разъяренная фурия, на дерзость от которой нарваться легче, чем дождаться милости. Эх, раньше он думал об этом чаще, а потом они и правда пропали друг для друга, затерялись во снах, принадлежащих чужим людям, будто выражали так протест Вселенной, несогласными будучи с ее выбором.       Ну, в самом деле, кто и где посчитал, что ему может подойти эта девушка?! Да она же его едва не убила только что! И не факт, что не собиралась повторить неудачное покушение. Вон угрожала же снова ударить. — Что я снова сделал не так? Мне следовало начать с поцелуя, а? — поддел ее Вуд. — Не смей приближать ко мне свои губы, понял? У меня от них одни неприятности! — отмахнулась Элли, после вздохнув и повернувшись к нему спиной. И непонятно было, почему так. Что такого случилось после того поцелуя? Крис не знал. Эта девушка, как и всегда, была окутана завесой загадки и тайны. Причем, ему порой казалось, что исключительно для него.       Впрочем, наверное, так будет всегда. И ничего не изменится даже спустя годы. Если они не разругаются вдрызг, конечно, что успешно у них получается.       Ему этого уж точно не хотелось. Мелисса была другой: спокойной, уравновешенной, мирной и милой. А в этой девушке словно все черти ада устроили шабаш, еще и с катаклизмами, вроде торнадо и штормов, ну, на крайний случай, сильных порывистых ветров. И порой умиротворение, что всегда под боком, Вуда не влекло, несмотря на развивающиеся отношения…       Поднявшись со стула, еще раз взглянув и на тарталетку, и на вообще сервировку стола, Крис подошел к Элли и коснулся ее плеча.       Она дернулась и возмущенно хмыкнула, но ничего не произнесла и не оглянулась.       Естественно, это его не остановило, и он потянул за ленту передника, развязывая бант, на котором тот держался. — Ну вот что ты делаешь? — недовольно и укоризненно запричитала девушка, наконец-то снова обратив свой взгляд к нему. — Не заладилось у нас, да? — Ты только заметил?       Вуд посмотрел в ее глаза, снова подпадая под пряно-пьянящее влияние бадьяна, карими лучиками раскинувшееся на ее радужке. Почти что долгожданная встреча после четырехмесячной разлуки, почему бы не поддаться? С компромиссами он дружил, пусть и не делал этого с Элли, ведь с ней проще цапаться было, как собаке с кошкой, и оттого веселее и совершенно не скучно. — Попробуем еще раз? Пока никто из нас не проснулся, — предложил Крис миролюбиво. И где только набрался этого? Наверное, у Мелиссы. — Это из-за кексов, да? — ворчливо уточнила она. Но противиться не стала. Победа? Он пока уверен не был. — Конечно! — его кивок сразу сменился вопросом, — так почему мы здесь? — Не думал же ты, что я забыла, малыш? — усмехнулась Элли. — С днем рождения, Крис. Это мой тебе подарок.       Поколебавшись немного, девушка все-таки встала на носочки и коснулась губами его виска, ловко избегая даже параллели с его ртом, чтобы не возвращаться к тому, что произошло в новогоднюю полночь.       При этом она прочесала щекой по его бороде, и Вуд напрягся, ожидая очередной лекции о том, как ему паршиво с ней и что она напоминает ватные клочья на подбородке Санта-Клауса. Но, похоже, на компромисс решился сегодня не только он.       А вот про свой день рождения умудрился забыть во время перепалки. Впрочем, собирался наверстать упущенное, ведь ему же были обещаны еще и кексы. И плевать, что это всего лишь сон — если ментальная связь могла оставлять ожоги на пульсирующих под кожей венках при прикосновениях, то и удовольствие от шоколада точно будет настоящим.       А шоколад Крис всегда любил. И почему-то его особенно радовало, что такой подарок он получил от Элли. Оказывается, даже несносные фурии, насильно навязанные Вселенной меткой на запястье, умели делать чертовски приятные сюрпризы, хоть и в свойственной им буйной манере.       Что ж, начало года проведено порознь, но раз на знаменательные даты они вместе, то все еще не так уж и плохо.