Unsweet

Единственное, что не давало мне покоя долгое время — Сехун. Все мои мысли были забиты им, точнее его поцелуем. Я пыталась переключится на что-то другое, но в моей голове, словно что-то выключилось, и теперь ни о чем другом я думать не могу. Как бы не хотела, не получалось. Каждый раз, когда я ловила себя на мысли о нём, я корила себя и сердилась. Вновь и вновь. Даже до конца не понимала, почему так злюсь, думая о нём. Всё это время я старательно избегала Сехуна в школе, и я могла бы похвастаться этим, у меня это получалось просто превосходно! Конечно, я постоянно чувствовала на себе чей-то взгляд, и даже знала чей, но игнорировала его. Меньше всего мне хотелось связываться с ним, ведь проблем от его псевдо-фанаток потом не оберешься, и, думаю, он меня спасать от них не будет. На следующий же день после встречи с Сехуном ко мне подошла девушка, я уже видела пару раз её в школе до этого, и стала угрожать, обосновывая это тем, что видела, как парень провожал меня до дома. На тот момент я сильно удивилась, не представляя себе, на что способны эти школьницы. Они ведь следят за ним! Как он спокойно ложится спать ночью? Эти девушки действительно ужасны, слышала, они избивали и калечили всех, кто смел позариться на их сокровище, О Сехуна. У меня у самой не было абсолютно никакого желание продолжать общаться с ним. С каждым днем он всё больше и больше казался мне отвратительным, высокомерным и избалованным мальчиком. Но было бы неправильно, если бы я даже самой себе не призналась в том, что он привлекал меня. Каждый раз, когда вижу его, я в каком-то бреду. При виде него мне хочется снова прикоснуться к нему, почувствовать запах обалденных духов и испариться в нём. Мне приходится сразу же ругать себя и отчитывать за такие мысли. Я всеми силами старалась думать об этом как о недостатке тепла со стороны парней. Нет, я не говорю, что не интересую парней как девушка, просто хотелось отношений, но только с таким парнем я могла доверять ему на все сто процентов, а вот такого идеала я еще не нашла. Даже сейчас на уроке я ясно ощущаю на себе пристальный взгляд. Хочется обернуться и признаться, что да, я замечаю тебя, Сехун, я специально игнорирую тебя, но держу себя в руках, не до конца понимая, почему я вообще это делаю. Стоп. Правда. Для чего я это делаю? Черт, я даже сама себя не понимаю, но делаю вид, что права во всем. Прекрасно, Сохён!

***

На перемене Джихён подходит и пододвигает стул ближе ко мне, прежде чем плюхается на него. Я лишь молча наблюдаю за её действиями, а она всеми силами пытается разговорить меня. Я прекрасно это знаю, но продолжаю не обращать внимания. — В последнее время ты так странно себя ведёшь, подруга, — Джихен тяжело вздыхает и тыкает меня в плечо, — так и хочется тебя потыкать чем-нибудь. Никак не реагирую на это. — Эй, ты вообще меня слышишь? — Конечно, я тебя слышу, — я склонила голову набок, подпирая её своей рукой, чтобы мне стало лучше видеть подругу, — ты сидишь перед моим лицом. Прекрати так кричать. — Но ты игнорируешь меня, — она смешно надула свои щечки, как делает это всегда, когда недовольна чем-то. Как только видит легкую улыбку на моих губах, она перестает обижаться и принимает обычное выражение лица. — Я просто задумалась, такое бывает, знаешь. — О чём ты постоянно думаешь? — Ни о чем важном, просто забей, — неохотно отвечаю и встаю со стула, намереваясь выйти из класса. Под недовольство своей подруги выхожу из кабинета. Когда я не в духе, я всегда ухожу, где бы не находилась, в какой бы компании не была. Мне не нравилось, что кто-то видел моё ужасное душевное состояние, я всегда думала, что заставляю людей намного больше расстраиваться. Тем более я ненавидела, когда кто-то, поддавшись моему влиянию, портил себе настроение. Джихён знала всё это, поэтому сейчас не последовала за мной. Она всегда понимала без слов, что мне нужно, и делала это, я благодарна ей. Я столько раз благодарила её после того, как она оставляла меня одну со своими мыслями, но в скором времени мне надоедало сидеть где-то в тихом углу, а после она терпела мои истерики, выслушивала всё, и не задавала лишних вопросов, ведь в конечном итоге я возвращалась к ней, и рассказывала всё. Наверное, никто другой в мире не смог бы так, как делала это Джихён. Она по-настоящему являлась моей лучшей подругой.

***

Чувствую прохладный ветерок, который заставляет мои волосы струиться волной вдоль моего тела. Мне приятно это ощущение. Я смотрю на наручные часы, встаю с холодного пола и ухожу с этого места. Эти пару минут, что я была совсем одна на крыше высокого здания, помогли мне. Я не испытывала раздражения от малейшего шороха, как раньше. Это помогло мне прийти в себя, теперь я могу рассказать о своих мыслях Джихён, которая, уверена, сейчас меня ждет. Спустившись по лестнице, я проделала пару шагов в сторону своего класса, и когда я оказалась на пороге прежде, чем войти в кабинет, я натыкаюсь на чью-то тёплую грудь. Прикрыв глаза от неожиданности, я не успеваю открыть их, как чую парфюм, сразу же ударивший мне в нос. Мне хватило полминуты, чтобы понять, кто передо мной стоит. И когда поднимаю свои глаза на обладателя знакомых духов, это не мешает мне удивиться. Охаю и ахаю, когда вижу перед собой Сехуна. Не в силах сделать хоть один шаг в сторону, я замешкалась рядом с ним, всё потому что его тепло оказалось так близко, что мне не хотелось переставать его чувствовать. Я молилась самому Богу, лишь бы отойти с этого места, подчинившись кому угодно. Встряхиваю голову и собираюсь обойти парня, но его рука схватила меня за предплечье. Я взволнованно оглядываюсь, хочу заметить хоть какого-то из учеников, и я слабо выдыхаю, когда понимаю, что здесь достаточно много народа. — Далеко собралась? — меня бросило в дрожь от одного его вопроса. Что же ты делаешь со мной, О Сехун? Готова поспорить, он заметил, что моё тело дрожит, как осиновый лист. Смущение это или?.. — Ты так и будешь из себя глухую строить или, может быть, скажешь хоть слово? — Тебе что-то нужно? Огромного усилия мне потребовалось, чтобы сделать свой голос как можно тверже и холоднее. Я взглянула на него, наполненная решимостью. Ведь не до конца же дней мне избегать его в конце концов. Я неясно слышала нелепые перешептывания, которые разошлись по всему классу. Это порядком отвлекает сейчас. Одноклассники наблюдали за нами, ожидая продолжения нашего разговора. Пока мы молча стояли, коридор успел заполниться огромным количеством учеников, они явно были заинтересованы нами. Сехуну тоже не нравилась такая обстановка, поэтому он уволок меня в мужскую раздевалку, где сейчас никого не было. Наверное, кто-нибудь другой бы обрадовался этому, но не я. Я отчаянно надеялась, что хоть кто-нибудь да зайдет, и отвлечет меня от разговора с брюнетом. Оглядываюсь вокруг. Меня не покидала надежда, что кто-то появится из-за угла. Я старалась не смотреть на парня и искала лишний повод отвернуться от него. Но он ставил меня в более неловкое положение. Его пристальный до чертиков взгляд смущал меня сейчас гораздо сильнее обычного. Если раньше мы находились далеко друг от друга, и я могла с легкостью игнорировать его, то сейчас мы стоим настолько близко, что мне казалось, температура в этом помещении заметно поднималась. Когда же мне надоела эта ситуация, я всё-таки решила произнести интересующий меня вопрос: — Что мы здесь делаем? Он уставился на меня, как будто ожидал другого вопроса, менее тупого, что ли. — Ты забыла, как обещала мне поговорить? — произносит он, складывая руки на груди, я ясно услышала ледяные нотки в его голосе. — Нет, не забыла. Ты просто избегаешь меня, как трусиха. Он стоял, опревшись о косяк двери, и смотрел на меня из-под густых ресниц. Выглядел он, мягко сказать, устрашающе. Но даже его озлобленный взгляд не делает его менее привлекательным, он всё тот же красавчик, которому до безумия идёт вид плохого парня. Потребовалось немного времени, чтобы я переосмыслила его слова. — Что ты имеешь в виду? — Как долго ты бы продолжала игнорировать меня, если бы я не привёл тебя сюда насильно? — Я не понимаю, — я обессиленно опускаю руки, отступаю на шаг назад и чувствую холодную стену спиной. — Брось, Сохён, — он махнул рукой, наступая на меня, — тебе ведь тоже понравилось. В голове вспыхнули воспоминания о поцелуе. Поцелуй был действительно самым потрясающим за всю мою жизнь, хоть и целовалась я не так уж много, Сехун оставил большое впечатление на меня, и, черт, я была бы лгуньей, если бы ответила, что мне не понравилось, а врать я не люблю. Я старалась выглядеть так, словно меня не интересовали его слова, но, кажется, мы оба знаем, что это не так. Точнее я знаю, а он догадывается, что тоже выводит меня из себя. — Не понимаю о чём ты. О двинулся снова, подходя ещё ближе ко мне. Когда между нами оставалось пару каких-то шагов, я поняла, что всё заходит намного дальше, чем думала, и заговорила увереннее: — Так, этот бессмысленный разговор пора заканчивать, мне уже пора на... Я не успела договорить, как он уже перебил меня: — Учителя тебе ничего не скажут, так как ты со мной. — А, ну точно, — хмыкаю ему в лицо, — ты ведь заработал прочную репутацию престижного мальчика. — Что, уже слышала обо мне? Не желая оставаться тут ни минуты, я хотела обойти его стороной, но он снова ухватился за моё плечо. Раздражение накатило на меня, и я гневно скинула его руку с себя, всем своим видом показывая, что я не настроена на дальнейший разговор с ним. — Наш разговор должен был начаться достаточно давно, поэтому я могу занять ещё немного твоего времени, — он определенно на полном серьёзе это говорит. — Я же сказала, что не понимаю, о чём ты тут пытаешься мне сказать, — прошипела я, прекрасно зная, что он услышит моё недовольство. — Так ты не из тех людей, которые держат обещания? Его очередь насмехаться надо мной. Он сам замечательно знает, что я понимаю всё, что тут происходит, и нарочно вынуждает заговорить меня об этом, и пока что у него хорошо получается, несмотря на то, что я пытаюсь выглядеть сдержанной. Снова злость овладела мной, и я развернулась всем телом, делаю шаг навстречу, и почти впритык оказываюсь прижатой к нему по собственной инициативе, у меня остается одна только возможность — смотреть на него. — Прекрати это, — я раздраженно посмотрела на него, — можешь говорить, что тебе нужно, и я пойду. — Что, так не нравится моё общество? Я промолчала, не зная, как ответить. Во мне столько раздражения, сколько и тревоги, испытываемой только при присутствии О. В который раз он издает смешок. Я замечаю, как он протягивает руку к моему лицу, пальцами касаясь щеки. Она тут же вспыхнула, что не ушло от глаз парня. Я задержала дыхание, не переставая смотреть ему в глаза, и ждала, что он сделает дальше. — Я хотел поговорить с тобой, — начал он, и я напряглась. — Но ты так часто избегала меня, что у меня вообще почти не было возможности это сделать. Я не говорила, не считала это нужным. Я просто не знала и не хотела отвечать. Нервозность ведь читалась у меня в глазах, и готова поклясться, он пользуется этим. — Ты так и будешь молча стоять? — Я же сказала, что не хочу. — Но это была твоя идея поговорить, разве нет? Я прекрасно знала, что он говорит правду, но он не переставал ставить меня в неловкое положение перед ним, что сильнее заставляло меня нервничать. Я совсем забыла, что стою предельно близко к нему, что его рука держит меня за талию, а другая внимательно исследует кожу на моей шее, мягко касаясь чувствительного места. От его нахальства мне хотелось ударить этого брюнета, но тепло, исходящее от него, и приятные прикосновения доставляли мне удовольствие. И снова потребовалось немалое усилие, чтобы дать ему отпор. Я оттолкнула брюнета от себя, вырываясь из плена его рук. Он лишь слабо усмехнулся, словно позволил мне сделать это, но я не хотела признавать такого. Я отошла на несколько шагов, и остановилась, когда поняла, что нахожусь на безопасном расстоянии. Сехун наблюдал за моими действиями, мне даже показалось, что он знал, о чём я думаю, но я тут же приняла эту мысль за абсурд, ведь такого не может быть. Он же не умеет читать мысли, правда? Конечно, нет. Это невозможно. Но его взгляд говорил об обратном, он настойчиво смотрел на меня, заставляя чувствовать себя растерянно. — Так или иначе, — начал говорить он, совсем не сменив тон, — но ты задолжала мне ещё кое-что. Мне ничего не оставалось, кроме как усмехнуться этому, потому что я знала, что именно к этому приведёт наш небольшой разговор. — Так и думала, что ты не из чистых побуждений спас меня. — Судьба сама подтолкнула меня к этому. И не волнуйся, что я потребую от тебя чего-то непристойного, пока этого не захочешь ты. Я расширила глаза от изумления, он с такой уверенностью произнес это, будто уже знал, что это произойдет. Я зло посмотрела на него, доказывая ему и себе, что такого никогда не случится, что, чёрт его возьми, я не позволю такому совершиться. — Ты так решителен в своих словах, — с саркастичной улыбкой на лице замечаю, — уверен, что будет именно так? Думаешь, я захочу иметь с тобой что-то общее? — Ты уже начала сомневаться, — отрезает он, избавляя меня от своей же улыбки и бывалой твердости в своей уверенности. Удивительно, но он стоял на месте, совсем не двигался, и сохранял между нами расстояние. — Чего же ты хочешь? — Свидание, — он даже не остановился, чтобы подумать, а ответил сразу, будто давно знал ответ. — Прости? — удивляюсь его нахальству. — Сначала ты целуешь меня против моей воли, между прочим, а сейчас ты требуешь свидание. Ты понимаешь, что это просто... Я пискнула, прежде чем успела прикусить губу, потому что поняла, что сморозила. Он довольно посмотрел на меня, и его губы изогнулись в кривой ухмылке, а я мысленно убила себя, осознавая, что только что проиграла ему. Боже, я же сама хотела притвориться, что ничего не понимаю. — Но всё же, — попыталась выпутаться, но ничего не могла придумать. — Чёрт, твоё нахальство просто не знает границ. — Твой отказ не принимается, дорогуша. Он последний раз взглянул на меня, и вышел, оставляя заключительное обращение ко мне таким же, каким было у того пьяного мужика в ту ночь, когда я впервые встретила этого несносного парня. От воспоминания того происшествия меня скрючило внутри, вызывая большое отвращение к Сехуну. Что ж, этот раунд за тобой, Сехун, но не думай, что я сдамся. Я обязательно выиграю у тебя в следующий раз.