Птичий крик

      Очнуться мне посчастливилось лицом в подушке, и я с шумом выдохнула. Сны никогда не запоминались, и сегодняшнее исключение вызвало скорее... разочарование, чем радость. Ничего интересного во сне не было: такое я могла себе придумать с лёгкостью, просто зависнув на часиков десять в какой-нибудь игре-РПГшке. После такого долгого нахождения в игровой реальности, имена и уровни начинали мерещиться даже над холодильником.       Я перевернулась на спину и приготовилась уже открыть глаза, как замерла. Разочарование всё ещё плескалось в душе, но туда же начало заползать здравое опасение. И выражалось оно одной мыслью: «А где мои верхние недевяносто?».       Открыв глаза, я увидела перед собой полупрозрачное окно, на котором, тем не менее, хорошо выделялись буквы, и которое не мешало разглядеть комнату. Нисколько не похожую на мою, к слову. Я провела рукой по телу, поднесла пальцы к глазам. Говорят, во сне у тебя никогда не бывает пяти пальцев. У меня было пять. Пять милых детских пальчиков.       Со смешком (может быть, самую каплю истеричным) подумав, что, похоже, игра началась, я обратила свой взгляд на окно, оказавшееся Окном персонажа. Я уже видела его, как раз перед тем, как отключиться, но тогда рассматривала без особого внимания. В отличие от этого раза.       Имя: Тори Каору       Статус: Надежда родителей       Класс: —       Уровень: 3 (0/440)       Здоровье: 40/40       Чакра: 5/5       Контроль чакры: 0 (+0,5 к скорости прокачки)       Сила: 2       Ловкость: 3       Выносливость: 1       Интеллект: 10 (+0,15 к скорости прокачки)       Удача: 0       Свободные очки: 6       Репутация: 25       Имя было настолько же японским, насколько моё тело — детским. Все сто процентов. Я отвлеченно подёргала себя за короткие волосы. Самым интересным был статус, отсутствие какого-либо класса и неожиданные плюшки к контролю чакры и интеллекту.       Статус: Надежда родителей — вы прошли отбор в Академию шиноби, а потому родители ожидают от вас многого, и вам приходится соответствовать. Никакого давления.       +0,15 к скорости прокачки Интеллекта.       +25 к репутации.       Один из бонусов сразу стал понятен.       Класс — вы ещё колеблетесь в выборе собственного пути.       Контроль чакры — чем лучше вы контролируете эту неведомую энергию, тем меньше тратите на дзюцу. У вас смехотворно мало чакры, и правильно направить её легко.       +0,5 к скорости прокачки.       Характеристики, с которыми мне предстояло жить и выживать, стали ясны. Я с сомнением покосилась на количество свободных очков, но решила пока что их не трогать: кто знает, какие статы важнее всего для шиноби. Вот когда пойму, что лучше всего в моей ситуации прокачивать...       С другой стороны, несмотря на то, что свободных очков шесть, а уровень третий, — на уровень по три, и начала я с первого, значит, — в характеристиках всё было не по нулям. Значит, что? Значит, их можно как-то прокачивать, а не только раскидывать свободные очки при получении нового уровня.       А что по квестам? Я закрыла окно персонажа и, стоило только очень сильно пожелать, как открылся журнал. В нём было бы девственно пусто, если бы не одна запись.       Основной квест       Первый (?) раз в первый класс       Поступите в Академию шиноби.       Награда за выполнение: +1000 опыта; вы станете ниндзя и, возможно, сможете выжить в будущем хаосе.       Наказание за провал: родители в вас разочаруются (-100 репутации), вы проведёте всю жизнь, стоя за прилавком и продавая парфюм.       Я недоверчиво хмыкнула и перечитала ещё раз. Выходило, что выбора особого нет — если я хочу играть, то мне по-любому надо выполнить это задание и не саботировать собственное обучение. Но ведь и награды, как таковой, не было — не считая, конечно, солидного количества опыта. Где мои деньги? Где мой лут? Где, может быть, какие-то добавки к статам?       Ничего.       — Тори-чан! — прозвучал голос за дверью. — Просыпайся, пора кушать.       — Конечно, я сейчас! — откликнулась я.       На самом деле, всё было не особо радужно. Да, у меня есть дом, одежда, еда. Денег нет, но я ребёнок, меня воспринимать нормально не будут или до достижения визуальной взрослости, или до выпуска из Академии, когда я напялю на себя протектор. Но даже это меркнет по сравнению с тем, что я банально ничего не знаю про эту Тори. Кто она? Что любит и как себя ведёт? Как зовут её родителей? Придётся действовать очень осторожно.       Я надела те вещи, которые лежали ко мне ближе всего и более-менее подходили друг к другу и выскользнула из комнаты, привычно-тихо шлёпая босыми ногами по деревянному полу. Комната напротив моей, после бесшумной проверки, оказалась ванной. Здраво рассудив, что для начала стоит умыться, а не являться родителям так, спросонья, я зашла.       В зеркале отразилась заспанная физиономия. Я быстро завершила все утренние процедуры и с сомнением уставилась в зеркало. Девочка лет, наверное, пяти-шести. Лицо было уже не таким сонным, но всё ещё не было моим. Кожа светлая, волосы черные, глаза — тёмные, а разрез глаз просто кричал о родственных связях с монголоидной расой. Но вместе всё это смотрелось гармонично-мило. Я сложила губки бантиком и взглянула на себя как можно более прочувственно, чуть не пошатнувшись от количества кавая, хлынувшего на меня из зеркала.       Открыта новая способность!       Волна умиления 1ур. (активный, активируемый)       До Лолиты вам как до Луны пешком, но, может быть, ещё не всё потеряно!       Я растерянно закрыла выскочившее перед лицом окно и, развернувшись, пошла в сторону третьей в этой квартире комнаты. Оттуда уже доносился приглушенный разговор и, стоило мне войти, он чуть приостановился: высокая по сравнению со мной женщина ласково улыбнулась и кивком показала на место за столом; тарелка с завтраком уже стояла там и дожидалась меня.       Стоило сесть и взять в руки палочки, как я вспомнила об одной японской традиции и покорно промычала: «Итадакимас». Если этого делать не нужно было, то всё равно никто ничего не поймёт, если нужно, то вид у меня был всё ещё сонный, так что невнятность фразы спишут именно на это.       — Даже не знаю, что делать, — по всей видимости, продолжил вздыхать сидящий по правую руку от меня мужчина. — Это так неожиданно, а мы не богачи, чтобы тратить лишние деньги. Разве только Тори-чан... — он вздохнул, скосил на меня взгляд и, не дождавшись реакции, мотнул головой.       Реакции от меня не последовало, потому что я как раз жевала и думала. Это — родители, ясно как божий день. Волосы у обоих тёмные, у мамы разве только чуть посветлее; глаза у отца такие же, как у меня, а у мамы — карие. Чей оттенок черного я унаследовала, сказать было сложно, так как волосы у меня были короткие, и цвета без зеркала я сравнить не могла.       — А что надо? — как можно невиннее спросила я, проглотив.       Новый побочный квест!       Упаковать и продать       Помогите матери в магазине, пока отец будет в отъезде.       Награда за выполнение: +100 опыта; родители будут вам благодарны (+10 к репутации); вы, возможно, получите новые навыки.       Наказание за провал: затруднительное положение в семье (-5 к репутации).       Вопрос «выполнять или нет» даже не стоял. Если бы не присутствие других людей, я бы уже довольно пищала: квесты сами идут мне в руки, не надо даже по локации бродить! А эта игра, похоже, максимально приближена к реальной жизни, и за вопросы «А вам не нужно чем-нибудь помочь?» из уст маленькой девочки последует, скорее, смех.       Впрочем, когда девочка перестанет быть маленькой, смех будет пошлым. М-да. Я щёлкнула палочками, которыми, по счастливой случайности, умела пользоваться: нравились мне эти японские рестораны и обилие риса, когда могла побаловать себя — баловала.       — Мне скоро придётся уехать примерно на месяц, — объяснил отец. Я улыбнулась. Как же его зовут? — Твоя мама смогла бы справиться и сама, но нужно и следить за магазином, и упаковывать товар, клеить ценники, и всё это — в подвале. А Юми много ходить уже тяжело.       Только сейчас я обратила внимание, что под просторной лёгкой кофточкой у моей матери виднеется говорящий о беременности больше слов живот. Удивительно, как я заметила это только сейчас. С другой стороны: да, с таким арбузом (ну, ладно... пока что небольшим), который к тому же может толкаться, туда-сюда не побегаешь.       — Я согласна, — объявила я; кто в здравом уме вообще бы отказался? Хотя, может, стоит добавить условий... но не излишней ли наглостью будет попахивать такой поступок? — Куда ты едешь?       — В страну Чая. Нужно решить кое-какие вопросы.       Я прищурилась. Страна Чая — это замечательно, надо будет потом попросить дать мне карту, география никогда не была бесполезным предметом, но меня волновало отнюдь не это. Если отца зовут на, скажем так, «совещания», то он должен быть главой нашего филиала (а раз совещание в другой стране, получается, мы всего лишь филиал, верно?) — или хотя бы его заместителем. Учитывая, что наша семья продаёт, и едет тоже один из членов нашей семьи, он всё-таки глава. А это значит, что?       Это значит, что нанять кого-нибудь на месяц — не проблема, и родители лишь хотят показать дочурке, что да как. Но тогда неясно, почему наказание за провал «затруднительное положение в семье». Или это связано не с финансами?       — Ясно, — односложно высказалась я, подслащая это дело улыбкой. Вспыхнуло сообщение о том, что я использовала навык «Волна умиления». Спасибо, капитан. — А можно мне ма-а-аленькую зарплату за работу?       — Ты сначала начни работать, — рассмеялся отец, потрепав меня по голове. Мать, Юми, тоже улыбалась, показывая ямочки на щеках. И ни на одного не подействовала моя способность.       С другой стороны, она довольно бесперспективна: работать будет максимум лет до четырнадцати, но это надо ещё постараться, чтобы так долго продержалась, а то вдруг рано начну расти и оформляться. Развивать нет смысла, только время у зеркала зря потрачу. Но что-то взрослое сейчас качать вряд ли получится. Хотя... Обаяние какое-нибудь...       — Тогда сегодня вечером папа тебе всё покажет, а потом начнёшь потихоньку помогать, чтобы мы могли тебя контролировать. К тому времени, как Сабуро уедет, ты уже будешь всё уметь.       — Отлично, — оптимистично заявила я. — Я пойду погуляю?       — Конечно, — кивнул отец, вставая вместе со мной. Юми улыбнулась и отнесла тарелки в раковину, сразу же включив воду.       У входной двери я быстро натянула странного вида босоножки (ну хоть не такие же безвкусные, как у шиноби) и вылетела на улицу. С отцом девочки говорить не хотелось. А ну скажу случайно что-то не то? Нет, лучше уж постепенно заставлять их привыкать к новой мне, а в оправдание изменившемуся поведению побольше шляться на улице или выпросить у матери возможность сидеть за прилавком, пока Сабуро не будет. Выход из дома оказался, для начала, лесенкой вниз — я спустилась и быстро обошла здание.       На первом этаже, что не удивительно, был магазинчик с яркой и говорящей вывеской: «Духи». Значит, что-то там про парфюм в основном квесте мне не показалось. Я почесала щеку и направилась на поиски других детей, параллельно думая об этом магазинчике. Вывеска хоть и яркая, но не излишне, ровно настолько, чтобы привлечь внимание; снаружи всё выглядит мило, внутри — черт его знает, я не заглянула, потому что на двери была нацеплена табличка «Закрыто».       Кстати, а почему закрыто-то? Нам торговать, что ли, не надо?       — Извините, а вы не подскажете время? — я заискивающе улыбнулась первому попавшемуся прохожему цивилизованного вида, даже не смотря на вспыхнувшую табличку о том, что я опять использую умение.       — Да около восьми, наверное, — благодушно откликнулась престарелого возраста дама. Я кивнула, поблагодарила и ускакала дальше.       Если рассуждать логически, то открываемся мы в восемь. Значит, вставать надо будет полвосьмого, если захочется что-нибудь сделать утром — то вообще в семь. А лучше вставать и, например... да хотя бы зарядку делать с утра. Я поморщилась. Никогда таким не занималась, но, похоже, пора было начать. И гулять побольше, бегать, прятаться... Так и тело чуть-чуть разовью. Самой заниматься не хочется: вдруг переборщу, потяну себе что-нибудь... ну это дело. Дождусь Академии и спрошу сенсея. Я пригляделась к камушку, который собиралась пнуть, и моргнула от выскочившего окна.       Открыта новая способность!       Наблюдение 1ур. (активный, активируемый)       Смотрите внимательно и, возможно, вы увидите хотя бы часть сути.       Хмыкнув, я ещё раз опустила взгляд к камушку и мысленно активировала способность. Камень тут же оказался подписан сверху хорошо читаемыми буквами как — что логично — «Камень». И всё. Я подняла глаза к небу, деактивируя способность, и всё-таки пнула его. Игра надо мной издевается.       А вообще, что там по навыкам? Я пожелала, чтобы передо мной появилось новое окно, и недовольно цокнула. Не густо.       Разум игрока МАХ. (пассивный)       Вы спокойны, как слон, даже в самых тяжелых жизненных ситуациях. Или не совсем спокойны. Или не совсем как слон.       Тело игрока МАХ. (пассивный)       Кому-то кунай в спину, а вам — критический урон.       Волна умиления 1ур. (активный, активируемый)       До Лолиты вам как до Луны пешком, но, может быть, ещё не всё потеряно!       Наблюдение 1ур. (активный, поддерживаемый)       Смотрите внимательно и, возможно, вы увидите хотя бы часть сути.       Не густо, но жить можно, учитывая то, что потолка по уровню и количеству способностей не заявлялось. И, надеюсь, не появится такого ограничения и в будущем. Я наконец услышала пару детских голосов и направилась в нужную сторону.       То ли попав под улыбку судьбы, то ли доверившись инстинктам тела (если таковые вообще были), я вышла к небольшой детской площадке. Дойдя, я твёрдо решила для себя несколько вещей. Первое: надо пытаться прокачать навык Наблюдение, а значит, пялиться на всё подряд. Второе: надо проявлять лидерские качества. Третье: если меня всё же пустят сидеть за прилавком, надо прокачивать навык торговли, тут ещё нет привычных мне супермаркетов, цену на некоторые товары (на рынках, например) можно и сбить.       — Хэй! — крикнула я; играющие обернулись ко мне. — Я с вами!       — О, Тори-чан, — обрадовалась девочка с круглым лицом, круглыми глазами, круглыми хвостиками на голове... — Мы играем в догонялки.       — Замечательно.       — Теперь водишь ты! — ткнул пальцем в меня зеленоволосый мальчишка.       Возраст детей по внешнему виду я определять не умела, но в росте разница была небольшая, так что я малодушно решила, что все — примерные ровесники. Характер проявлять было не время, да и незачем, так что я согласно кивнула, и ребята, до того момента осторожно расходившиеся подальше, бросились врассыпную. Я не стала выжидать и бросилась за одним из парней, переключилась на мелькнувшую слева девочку...       Через минут пять я поняла, почему в статах выносливость у меня равнялась единичке: я начала уставать. Впрочем, откровенный ужас ситуации подстегнул меня, и ценой невероятных усилий мне таки удалось передать сомнительную участь быть «во́дой» другому ребёнку. Через несколько минут я уже забилась за роскошные кусты, надеясь немного отдышаться.       Понятное дело, ребёнок. Но всё не должно быть настолько плохо! Я же будущая шиноби! Вызвала окно персонажа, полюбовалась на значение чакры. Пять единиц. А в основном задании не сказано доучиться, сказано только поступить в Академию. Спорю на свои свободные очки, что следующий квест будет именно таким. Не вылететь из-за бездарности. И вряд ли у меня получится, если характеристики будут такими же.       Ладно, за энное количество дней до Академии и до первого зачета «на вылет», который наверняка будет, я подтяну свою физическую форму. Но как быть с этой чакрой? Разве только учителя да книги в этой самой Академии помогут.       Я высунула нос из-за кустов и тут же выскочила оттуда, разгоняясь. Всё, убежище заметили, надо искать другое или бегать как бешеный заяц, пока водящий не устанет нарезать за мной круги. И ещё раз. И ещё. Потом всё-таки быть пойманной, поймать ту самую девочку, назвавшую меня по имени — Каеде Соджиро, спасибо, Наблюдение — и так ещё энное количество раз. Потом мне надоело.       — Так, а давайте в прятки? — громко сказала я, запрыгивая на горку. Недовольные или удивлённые взгляды детей не пугали. Ну дети же.       — Ну и зачем? — фыркнул один из самых высоких с каштановыми волосами. Наблюдение! Акио Джибо.       — А ты разве не устал? — спросила я и добавила последний свой аргумент: — Я буду искать!       Открыта новая способность!       Харизма 1ур. (активный, поддерживаемый)       Ещё очень много, и люди будут слушаться вас, как змеи — дудочку заклинателя.       Стоит ли говорить, что моё предложение приняли?       Я бы, наверное, играла ещё долго, потому что после моего выступления и́гры, а значит, и наверняка медленно прокачиваемые навыки, начали сменяться куда как быстрее; я играла, не замечая ни иногда меняющихся детей, ни положения солнца на небе, но меня остановило бурчание собственного желудка. Такое было и час, и два назад, — о, боже, как долго я тут?! — но теперь сопровождалось появившимся окном.       На вас наложен дебафф!       Голод       Вы не ели уже долгое время.       -50% силы.       -50% выносливости.       -20% восстановления здоровья.       — Ладно, пока всем, я домой! — крикнула я, помахав рукой детям и нескольким взрослым на площадке. Некоторые даже попрощались в ответ.       Домой я побежала со всех ног. Не потому что так хотелось есть, а потому что хотелось устроить себе ещё одно испытание на выносливость. Ну и на ориентирование на местности. В итоге первое прошло успешно, а вот второе — провалилось, так что мне пришлось спрашивать дорогу у прохожих. Домой я пришла примерно минут через пятнадцать.       Немного обеспокоенная, но ещё не нервничающая мать встретила меня дома и, стоило мне только заявить о своём присутствии, вышла встретить, чуть придерживая живот. Мой живот опять скрутило от голода, и Юми, охнув, повела меня на кухню, кушать. Стоило приняться за еду, она села на свободный стул рядом и начала:       — Тори, пойдём, я тебе всё сама покажу? Сабуро сейчас стоит у прилавка.       Я, быстро закидывая в себя еду, кивнула, и через несколько минут мы уже направлялись в подвал. Там было прохладнее, чем дома или на улице. Юми объяснила, как и что делать, а я кивала, запоминая. Вот тут название духов, вот тут коробочки, куда складывать («Не перепутай, Тори, для каждого — своя!»), вот тут какие-то описания, которые надо бросить внутрь, вот так вот упаковывают, а вот таким образом писать ценники.       — Но писать нечасто нужно. Я, наверное, сама буду, у тебя пока не очень с каллиграфией, — вздохнула Юми. — Иногда дети обрывают их или мнут, приходится заменять на новые.       — Хорошо, — кивнула я головой, подумав, что надо ещё и каллиграфии учиться. — А можно мне за прилавком сидеть?       — Пока нет, — мягко, но непреклонно заявила Юми, и я решила, что пока что лучше не спорить, пошарила взглядом по квадрату подвала и наткнулась на другую стену. Там стоял стол, заваленный листами и какими-то скляночками, одинокий стул, несколько стеклянных приборов разного предназначения и какие-то коробочки.       — А это...       — Я иногда балуюсь с запахами, — хмыкнула Юми и легонько подтолкнула меня к лестнице наверх. Я покорно потопала в нужном направлении.       Как оказалось, время уже было, по родительским меркам, поздним — я только и успела, что попить чай, и меня тут же отправили спать. Впрочем, я и сама чувствовала, как закрываются глаза и расслабляется тело, а потому, только раздевшись и рухнув на кровать, сразу же заснула.       Несколько следующих дней прошли точно в таком же темпе: я завтракала, чуть-чуть болтала с родителями, убегала гулять, иногда забывала прибежать на обед, возвращалась к ужину. После Юми или Сабуро, тут уж как карта ляжет, вели меня в подвал и следили за тем, что я делаю. К моей гордости стоит заметить, что никаких ошибок я не допускала, разве только с каллиграфией действительно была беда. Но это, как заверила меня Юми, пройдёт со временем, надо только практиковаться.       Ко дню, когда Сабуро уехал и мне пришлось несколько часов в день тратить на выполнение своего побочного задания, я сумела прокачать выносливость на одно очко, открыть пассивный навык Мелкая моторика, а у Наблюдения и Волны умиления получить новый уровень.