Болтовня
29 мая 2017 г., 20:28
— Что-то частенько ты мелькаешь. — Буркнул красный Хуан Пабло Вассермиллер, когда его желтый коллега Рикардо Иванович Зайцев вернулся обратно в карман. — Неужели такая скверная игра?
— По праведе говоря, — ответил Рикардо, — мне кажется, что арбитру больше нравится желтый цвет. Меня уже дважды сунули под нос какому-то дрищу с дредами.
— Судя по тому, как орет арбитр, скоро я тоже посмотрю на этого дрища. — заметно оживился сидящий в кармане уже второй тайм Хуан Пабло Вассермиллер. — Ненавижу дреды.
— Согласен, в мое время таких фараоны били дубинками и разгоняли водометами. А теперь гляди-ка, немытые хиппи гоняют мяч, как ни в чем ни бывало.
Некоторое время сидели молча, прислушиваясь к звукам игры, реву болельщиков и к тяжелому дыханию бегающего по полю судьи. В кармане становилось все жарче и влажнее, внутренняя стенка рубашки липла к груди и от этого брезгливому Рикардо Ивановичу становилось некомфортно. Он даже пожаловался, что чувствует себя горчичником на самом деле.
— Ха-ха! — Закричал Хуан Пабло Вассермиллер. — Наконец-то! Ну, хайпанем немножечко!
Рикардо Иванович посморел вверх, в просвет кармана, увидел, как раздостно взмывает в воздух красная карточка.
— Ну, что там? — Поинтересовался он у коллеги, вернувшегося со свежего воздуха заметно посвежевшим.
— Я был прав, амиго! Это твой дредовый тощага. Доигрался, видимо. Там назначили штрафной, я бы посмотрел как будут бить. У парня, который вышел против вратаря такие кривые ноги, что я сомневаюсь попадет ли он по мячу.
— Правда?
— Как два полумесяца.
Отсмеявшись, красный Хуан Пабло Вассермиллер вдруг почувствовал, как жирные пальцы судьи снова тащат его наверх.
— Если эта карточка попадет в правильные руки, она станет популярной! — Донесся сверху его философский крик.
— А за что ему тебя впаяли? — Спросил его Рикардо Иванович.
— Я так и не понял. И болельщики, наверное, тоже. Но, как говорил Дружко: «Кто не понял — тот поймет».
— Логично.
Снова помолчали. Рикардо Иванович заметно нервничал, то и дело прилипая вместе с футболкой к телу арбитра.
— Он бы хоть дезодоратном мазался…
— Я однажды работал с Пьерлуиджи Коллиной. — Пустился в воспоминания Хуан Пабло Вассермиллер. — Так он когда меня показывал, делал такое страшное лицо, так вылуплял глаза — хотя и без того он был похож на Агента 47 под спидами — что футболист был сам готов бежать не только из поля, но и из клуба. Хороший мужик. Жаль, ушел из спорта.
— А я дважды видел Жозе Моуриньо. — От влаги Рикардо Иванович Зайцев казался желтее обычного. — Первый раз, когда тот еще по полю бегал. А второй раз меня не успели убрать и Жозе меня малость помял. Это было уже когда он тренировал «Реал». Видел бы ты его выражение лица. То, что он сказал судье, я не понял…
— Кто не понял — тот поймет.
— Ну хватит. Вот, я не очень знаю каталонский. Но что-то о содержимом черепной коробки арбитра. Вроде не говно, но и не мозг.
— Я тут подумал. — Хуан Пабло Вассермиллер задумчиво нахмурился. — Если кому-то придет идея написать о нас фанфик, кто-нибудь поверит?
— Они верят, что на небе сидит косматый старик с неограниченными возможностями и сложным характером. Сам-то как думаешь?
