Сновидение

Я еду. Я еду в машине, в такси, на заднем сиденье в правом углу, пристегнута. Я — 15-летняя девушка. Русые волосы, которые я собираюсь вскоре покрасить их в тон потемнее. Темно-карие глаза, редкие ресницы и обычный голос, который порой, как у демона. Почему-то недавно моего папу везли в больницу, а может и родителей, что-то я припоминаю, а меня вроде везут из больницы..всё так запутано и... И я устала. Глаза на автомате закрываются, водитель переключает и настраивает радио, но сосредоточен на дороге. Я закрыла глаза и просидела так 3-5 минуты, открыла глаза и снова закрыла, когда я их вновь приоткрыла, раздался крик, столкновение. Мимо глаз пролетало множество осколков, крови, осколков с кровью. Я снова закрыла глаза и сморщилась. Дикая-дикая боль... Нет, не физическая?.. Что? Это моральная боль. Такая дикая моральная боль... Я снова открыла глаза и лишь наблюдала за осколками с кровью, по-моему, я плачу. Я закрыла глаза и.. — Я открыла глаза, поняв, что это сон. Очередной страшный сон. — Чёрт. — Я оглянулась, взялась за телефон, проверяла и отвечала на сообщения, всё как обычно. Разговорилась с подругой и решила написать ей про сон: — Мне сегодня кошмар приснился... — Какой кошмар? Тут она была вся во внимании, и я написала ей о сне. — А от первого лица? Если да, то это плохо... — Да, от первого. Чёрт, плохо? Сообщение? Знак? Я так натерпелась всех этих снов с авариями, неужели это последствия той аварии?

Август. Прошлый год.

— Ну, я не хочу-уу... — Гх, чертов пляж, набережная и палящее солнце, но всё это я не говорила вслух, ну может вечерком родителям. А они лишь тогда в ответ: "Если что искупаешься, посидишь пару часиков, в тенек пойдешь", ага да. Мы ехали, проезжали через..я и улиц тут не знаю, хоть живу больше 8-9 лет, в общем, тут собираются делать дорогу, а я сижу в своих наушниках и слушаю музыку, не нравится мне музыка на радио, что играет в машине. Бам. Резкое столкновение. Меня так наклонило сильно и резко, что мне показалось, если бы я не была пристегнута, я бы улетела. Я сняла наушники. Ошеломленно оглянулась. Родители живы, да и машина вроде бы не сильно пострадала. Лишь мама ударилась о бардачок, ух. Всё хорошо. Что же плохого в этой аварии? А в том, что мой папа был виноват, так как впереди ехала машина и впереди неё резко затормозили, в итоге чего она успела и тоже резко затормозила, а вот мы..а вот мы, не успели. Потом родителям пришлось деньги у банка занять, свыше ста тысяч, ещё нервы, да и у папы эта единственная работа, чёрт. А что если бы мы сильнее ударились, если бы я не пристегнулась, если бы другая машина, а может и вовсе грузовик был, что тогда?

Конец мая.

— А мне не нравится здесь.. — Речь шла о городе, в котором мы проживаем до сих пор. Хочу обратно на родину, и нет, я не живу в Казахстане или Украине, моя родина — тоже обычный город, как этот, в котором мне приходится жить с родителями, да там нет набережной, меньше магазинов, парков, да и сама территория в два раза меньше, но это моя родина и там мне комфортнее. — Почему? — Ну, я считаю ненормально то, что мне снится, как меня убивают. — Я разоткровенничалась. Помимо того сна мне снились и другие: аварии, убийства, самоубийства. — А ты думаешь, там будет по-другому? Тебе не будут сниться кошмары? — Мой папа отчасти был прав, но как мне доказать ему, что мне реально почти и не снятся там кошмары, не то что здесь? — Ну..может быть... — Хах. — Он говорил лишь то, что невозможно от места жительства влиять как-то на сны. Глупо. Хах. Мы шли тогда в парикмахерскую — нам с папой нужно было подстричься. Кхе. Кстати, я на тот момент покрасилась в тон, чуть потемнее. В следующий раз ещё темнее покрашусь, сейчас мои волосы шоколадного оттенка.

Конец мая. Воскресенье.

Я еду. Снова еду, нет, никак во сне. С утра пораньше мы ходили с мамой в кино, как говорится, и посмеялись, и поплакали. Сейчас едем покупать себе вещички, оу, да. Наушники и телефон я с собой не взяла, покорно слушаю музыку в машине. Смотрю в окно. Мне так нравится... Вид из окна? Не-ет. Мне нравится ехать, долго ехать — это прекрасно. Я всмотрелась вперёд, сидела я позади. — Блять! — Мой папа начал резко тормозить и разворачиваться, а мама после него матюгнулась, у меня глаза на лоб полезли. Перед нами грузовик. Звук. Бам. Мы кричали в унисон, потом рыдали и замолкли. Сон? Пускай сон, пожалуйста. Мне больно физически и морально. Я закрыла глаза.

Две недели назад.

— Ну и что? Яж в аварии был. — И ещё куча таких цитат было в очередном сне. Мне снилось, как папа попал в аварию? Про сон я ни черта не помню... Сижу сейчас в школе и гадаю, но к счастью мои мысли прерывает одноклассница: — Пошли в туалет! — Она тянет меня за собой, вечно ходит в туалет и не одна! А я стала ей подругой, класс. А со своей бывшей подругой, одноклассницей всё меньше и меньше болтаю. Но как только она говорил под конец урока или в начале: "Пошли в туалет!" или "Пошли к расписанию!", то на меня она сразу: "И что ты так долго там засела? Полчаса сидишь? Да? Ало, я с кем разговариваю? — Сама же просилась в туалет, вот и пожалуйста. А в мыслях пару дней у меня были моменты прошлых сновидений. Первый, где я совершила самоубийство. Выпрыгнула из окна самопроизвольно, как будто что-то подтолкнуло. Второй, был как раз в родном городе. Во сне я перешла в другую школу, так как и сменила город и там я познакомилась с одной девушкой, одноклассницей. И попала в секцию "самоубийц", но там были только девочки. Им надевали туго пакеты на головы, как я поняла, пытались сделать так, чтобы они задохнулись. Мне не надели, но я поняла, что самоубийство не выход и проснулась.

***

Я приоткрыла глаза. Сколько я так пролежала? Я уже заметила, что как будто кто-то пытался помочь, моё тело на половину торчит из автомобиля, я словно повисла над землей, но черт подери этого человека, который сделал так, мне неудобно! Хоть бы до конца вытащил... Моя мама лежит на земле, кровь, не шевелится, а папа, по-видимому, в машине. А что люди? Что они? Создали тут панику, а помочь? Где помощь? Раньше было так, что также толпились, но каждый! Каждый! Каждый оказывал помощь: один тащит, другой оказывает помощь, лечит допустим, другой расспрашивает о самочувствии, другой о личном, другой скорую вызывает, другой в полицию звонит, другие знакомым или моим родственникам. А сейчас что? Но, к счастью, я слышу приближающуюся машину, вроде скорая или полиция, лишь бы скорая. А к счастью ли? Я начинаю то закрывать глаза, минуты на 3-5, прислушиваясь, то открывая, но чувствую, как засыпаю. — Не спим, не спим! — Интересно, врач это говорил мне или своим коллегам. Если я засну, то не проснусь? Увы, друг в белом халате, я подвела тебя. Я закрыла глаза.

***

Белая комната. Не-е-ет. Реально белая, такая белоснежная... — Привет. — Так резко. Передо мной появилась девушка лет 20-24 лет, русые волосы, одета по классически, нежные и ухоженные руки, чуть в синяках. — Кто ты? — Слишком странно... Белая комната и девушка, ужастик? — Я Валя. — Глаза полезли на лоб, я подумала, что это моя тётя, но она ни капельки на неё не похожа. У моей тёти похож голос, но она брюнетка, у неё овальное лицо и черты лица другие, поэтому нет. Я хотела вот-вот что-то сказать, но эта девушка по имени Валя прервала меня, — Твоя бабушка. Господи. Я умерла? До меня не так резко дошло, но дошло же. Моя прабабушка Валя, которая умерла полтора года назад, пожилая была, ей лет 70 с лишним было, вроде 75 или 79, не помню уже. — Я умерла? — Господи, столько вопросов.. Сколько у меня времени? Она улыбнулась, когда она была в престарелом возрасте, то я не замечала её улыбки. Такой улыбки..милой, жизнерадостной, особенно в этом теле молодой и красивой девушки. Неужели это моя прабабушка? — Как я тут оказалась? — Слёзы текут ручьями. Я плачу. Я начала идти к ней, ускоряя шаг. — Ты жива, ты.. — Она замолкла лишь потому, что я её обняла. — Я.. Я.. Папа?.. Мама... — Не вовремя всплыли воспоминания о прошлой аварии. — Я знаю, я видела. — Кажется, недавно она хотела совсем другое сказать. — Что? — Я отпрянула от неё, к сожалению. — Дашенька. — Она приблизилась, положила обе свои руки на мои плечи, сжав, — У нас мало времени, я не знаю когда ты очнешься. Но я отвечу на все твои вопросы. — Никогда не видела её такой, словно не моя бабушка. — Вот, — она коснулась моей шеи, я вздрогнула, — вот. Крест. Помнишь? Помнишь, как той осенью я подарила тебе этот крест и сережки, сказав, что задарю тебя, что моя внученька будет сиять и жить в золоте? — Я закивала. — Помнишь, что я говорила, что носи это золото, пока я не умру, я буду тебя охранять. — Помню. — Хорошо, – она убрала руки от креста, но оставила его поверх одежды. А одета я была так же, как и вовремя поездки, аварии: летняя полупрозрачная футболка, сверху кожаная красная куртка, джинсы, державшиеся на ремне, но которые были на мне велики, оно видно, ну и белые сникерсы. И вся я была в ранах обработанных, ссадинах, синяках, пыли. — Мы.. — Она оглянулась, словно..а что словно? Я понятия не имела, о чём она сейчас заговорит, — Мы сейчас находимся в портале между реальным миром и параллельной вселенной. Это такое небольшое уединение. Белая комната. Но обычно здесь ребята, находящиеся в коме, реже под наркозом, скорее глубоком и всё слышат или видят ушами. Ну, или таким способом они могут связаться с кем-нибудь из умерших родственников, ещё реже спящих родственников. Мы сейчас с тобой единое целое. Ты носишь крест. Мой крест. И я всё вижу и чувствую. Я не совсем понимала для чего всё это. — Ясно. — Параллельная вселенная? Бога нет? Ха, атеисту в радость. — Ты пришла сюда, чтобы сказать, что я ещё не умерла и это портал между мирами? — Нет, чтобы увидеть тебя. Это тронуло, эм, ну немного. Зачем ей видеть меня, если она и без того видит и слышит меня ушами? Но эгоистично с моей стороны. Но и с её стороны тоже! Она не обняла меня в ответ! — Ты должна была уехать, но мы опоздали. — Что происходит? Я же не умерла, а до её слов была неловкая длительная пауза. — Кто мы? Бабуль, о чём ты? — Так забавно и странно, что я какой-то девушке, не похожую даже на мать, говорю "бабушка". — Сновидения. Помнишь биология, прошлую тему? Даже я была вся во внимании. Ты тогда взяла с собой крест, волнуясь за оценки и ответы по итоговой. — Ну, вообще-то, — господи, она читает мои мысли! — Это всемирная проверочная работа, или всегородская, неважно. — Но для меня это значение слов было не столь важным, как сама работа! — Так вот, сны и вещи. Тебе снились кошмары не просто так, допустим, но вам же говорили, что если снится кошмар, то значит, тебя должно что-то тревожить. — Но в том то и дело! — Я взмахнула руками. — Меня ничего не тревожило! — Значит знак.. Почему ты не прислушалась к нему? — Я повысила слегка тон, а так отвечала мягко и спокойно, сколько мы уже разговариваем? — А что я могу сделать?! Я 15-летний подросток! Я говорила родителям, а они мне что ответили? Если ты не знаешь, то они ответили, что сон — есть сон, кошмар — есть кошмар, от этого ничего не изменится. И куда мне деваться, если родители не торопятся уезжать? У меня и ста рублей нет! А знаешь, сколько сейчас квартиры стоят? О-го-го... — Одно твоё решение, слово, действие, могло бы изменить всё. Был шанс их переубедить, но теперь нет. Ни шанса, ни родителей, ни.. — Стой! — Я закричала, увидев позади яркий белый блик, ещё белее и ярче, чем эта комната. В глазах не потемнело, наоборот, стало светлее, намного. — Ни шанса, ни родителей, ни.. Кого? — Никого. — Мне ответила падающая моя бабушка, да, мы падали или летели, не знаю. Я просто видела вокруг себя всё белое с такими же яркими и белыми бликами, лучами и просветами. Никого? — Но на самом деле тебя. — Ни меня? — К чему всё это? — Больше нет ни шанса, ни родителей, ни тебя. Белая яркая вспышка, словно бомба или как будто то столкновение, когда резко потемнело в глазах, но снова обратное. Посветлело. Посветлело навсегда.