Не забывай о чем просил своего парня

Сегодня в школе было неспокойно. Это Хината заметил тут же, как только прошелся по коридору к своему классу. Все девочки шушукались по углам, толпились у какого-то класса второгодок, будто пытались увидеть что-то до жути интересное. Честно, то на мгновение и самому Шое захотелось посмотреть, но не было времени. Урок должен был начаться через две минуты. На перемене ситуация не прояснилась. В большей мере Хината мог спокойно забыть о странной шумихе в школе, но одноклассницы не давали. — Ты это видела? Не может быть, что это он! — за соседней партой, за коробочкой с бенто перешептывались милые девочки. — Да врешь все! Может это его брат? — спросила вторая. «И тут поспать не дадут!» — возмутился Хината, но к разговору прислушался. — Это… Он же из волейбольного клуба. Но, черт! Это удивительно! — Угу! Красавец! — Эй, Хината-кун! — неожиданно позвали девочки. — Нишиноя Юу, из второго года, он же ваш либеро? Что с ним случилось? И тут Шое завис. А что могло случиться с Ноей? Они же, вроде, только пару дней назад ночевали вместе. А вчера была тренировка. О чем они? — Да ничего, вроде. Ноя-сан такой, какой и всегда, — насторожился Хината, поднимая голову с парты. — Да? Может, тогда у него брат есть? — Брат?! — Шое отшатнулся от сплетниц. Да как они так могут? У Нишинои нет братьев. Да и родителей нет. Только тетка, но и так, только для вида. Он сам по себе, если не считать, что теперь Шое его вторая половинка. Хината ничего не успел спросить. Он прожогом выбежал из класса. И все равно было, что до конца перемены оставалось всего шесть минут. И плевать было, что на большой перемене он так же увидит Ною. Шое не мог терпеть. Он не понимал, что же такое случилось и изменилось в либеро, что даже девочки о нем заговорили. Не в обиду сказано, но Юу не был столь популярен, как тот же Кагеяма. Поворот на лестнице, пробежка по коридору и Хината в кого-то врезался. Потирая спину, он медленно начал поднимать голову, чтобы извиниться. Но слов из горла не смог даже выдавить. Взгляд прикован к школьнику. — Ноя-сан? — Хината пораженно открыл рот, почти как рыба на берегу. Это что еще такое? Спокойный взгляд, расслабленное лицо, на которое спадает молочная челка вперемешку с несколькими черными прядями. Взгляд либеро тут же потеплел, когда он увидел Хинату. — Не ушибся? — Хината молча схватился за поданную ладонь, унимая желание заорать от удивления. — Ты не болен? — только и выпалил Шое, пялясь на своего парня. — Потом поговорим, — зевнул либеро. — Иди на урок. И Хината пошел. Он, как робот, открыл дверь класса, сел на свое место и уставился перед собой. Девочки были правы. Нишиноя слишком резко изменился. И если бы только это! На мгновение в сердце что-то кольнуло. Почему Юу так сдержанно отреагировал на него? Где его привычные «Ха! Утро, Хината!» или же те новые смущающие слова, которые либеро шепотом произносил на ушко Шое? Где все это? Почему такая отстраненность? Будто Ноя-сан только за одну ночь повзрослел не на шутку! Эти мысли не давали покоя. Хината благодарил всех богов, что сидит почти в конце класса, и его не трогает учитель. Ему совершенно не до глаголов в английском языке. Шое плелся на ватных ногах к входу на крышу. Он постоянно обедал там с Нишиноей. Своим парнем, шумным и абсолютно несдержанным. Но что-то подсказывало, что этот обед будет иным. Не ошибся. Как и ожидалось, на крыше, у самой сетки сидел либеро, читая учебник. Стоп! Читая? Шое мотнул головой. Что же это нашло на него? — Привет, Ноя-сан, — улыбнулся Шое, когда либеро его заметил. — Давно ждешь? — Минут пять, — Хината шарахнулся. Будь либеро в нормальном состоянии, то никогда бы не назвал так точно время. Он бы ответит привычным «Я сам только что пришел» или «Я тут сплю с прошлой перемены», но не на этот раз. Хината хотел многое спросить. Выведать хоть что-то, но рот не открывался. Страшные догадки заполнили мозг. А может Ноя изменился потому, что хочет порвать с ним? Или он просто полюбил другого парня из более приличного общества? Нет! Такого Шое не позволял себе воображать. Он мотал головой, думал о еде, о тренировке, но не об этом! Юу не мог так просто взять и… — У тебя болит голова? — лицо у либеро стало обеспокоенным, и он приложил ладонь ко лбу Шое. А потом неожиданно прижался губами. — Нет, вроде, лоб нормальный. Нет, проявляя такую заботу, Нишиноя просто не мог разлюбить Хинату! Не мог! Шое улыбнулся и обнял парня. — Болит, — кивнул Хината. — От того, что не понимаю, что с тобой. — А что со мной? — удивился Юу. — Ты же сам так хотел. — Я? Сам? Не успел Хината понять все окончательно, как на крыше появились Сугавара и Кагеяма. Новость о том, что тренировка сегодня отменена Укаем, ничуть не радовала Хинату. Но не Нишиною. Он странно покосился на рыжего, а потом, когда связующие ушли, склонился к ушку Шое и прошептал: — Ничего не планируй на ночь. У нас свидание, — ухмыльнувшись, либеро, неожиданно притянул парня к себе и впился в губы поцелуем. Хината опешил. Они же договаривались раньше, что ничего такого в школе. Слишком опасно. Так почему же тогда Юу не сдерживает себя в этом плане? Хотя, учитывая его поведение, и его прическу, то это меньшее из зол. Горячий язык Нишинои вообще заставлял отключать мозг и просто получать удовольствие. Юу отстранился так же неожиданно, как и начал этот поцелуй. Он никогда не позволял себе оставить Шое одного, ничего не объяснив. Но, как рыжий уже понял, этот день не вписывался в его календарь. Сегодня он осознал, что от либеро можно ожидать чего угодно. Хорошо, что это была пятница. Хината без каких-либо опасений сообщил маме, что останется ночевать у друга. Юу только сдержано засмеялся, когда подошел и увидел довольное лицо Хинаты. Ну, а что? Из-за неких проступков, таких как случайный срыв парика замдиректора, Шое оставили подметать школьный двор. И теперь на улице темнело, с таким раскладом домой не поедешь. Нишиноя только хлопнул его по спине, как бы подбадривая. Парни не пошли сразу домой к либеро. Они сначала зашли в круглосуточный магазин, купили там два замороженных льда на палочке и неспешно прогуливались по тихой и пустой улице. Нишиноя даже позволил себе держать рыжего за руку. В этот же момент Хината пытался вспомнить, что такого успел ляпнуть, если любимый так резко изменился? Но, блин! Ничего на ум не приходило! Рядом с либеро Шое даже раз забыл, как нужно держать мяч! Сразу после первого их поцелуя в пустой раздевалке (конечно, то-о-олько поцелуя ~). Но самые важные моменты рыжий помнил, как дату своего дня рождения. Нишиноя умеет играть на гитаре и поет низким голосом. Ноя не умеет готовить, но научился, ради Хинаты, жарить рисовый омлет. У Юу ночью задирается футболка и он прижимается во сне к спине Шое. Юу любит дразнить Шое в постели, иногда заставляя кончить только от легких поцелуев и пошлых фраз… Хината покраснел и одним махом доел свое мороженое. — АЙ! У меня мозг замерз! — огласил Шое. — Ты какой-то тихий сегодня, — Нишиноя неожиданно прижал Хинату к какому-то забору. — Потрудись объяснить мне это. — Я… — Ты…? — Я не знаю, что с тобой происходит, Юу! — выпалил Шое, краснея. — Ты странный сегодня… Мне… Мне сложно понять тебя… Я не помню, о чем таком просил, но беру слова назад! Ты мне и такой нравился! Нишиноя опустил голову, и Шое испугался, что сейчас тот его ударит. Но либеро начал смеяться. Громко и заливисто, прижимая опешившего любимого к себе. — «Вот бы увидеть тебя взрослым и рассудительным», — перекривил Ноя. — Это ты сказал два дня назад, перед тем, как отключится от наслаждения. А я ответил, что тебе не понравится, я так еще страннее буду. — Вот я придурок! — ударил себя по лбу Шое. — Я даже не подумал, что на тебя могут начать девушки реагировать! — Ревновал, да? — заговорчески протянул либеро. — Я тебя никому не отдам! — Сначала умудрись уйти от меня! Хината был рад, что они наконец-то пришли домой к Ное. Он всю дорогу еле переставлял ноги, ведь болезненное возбуждение от такой близости с Юу на улице, на пустой и темной, попрошу заметить, улице, дало о себе знать резко и безжалостно. Шое блаженно простонал, когда Нишиноя прижал его к стене в коридоре и ловко просунул колено точно между ног. Либеро отлично знает, что и как нравится его парню. Рыжий уже научился меньше смущаться и получать больше удовольствия от любых действий Юу. Он позволил снять с себя футболку и, запутавшись пальцами в волосах семпая, прижимал его голову ближе к шее. Нишиноя широко мазнул языком по светлой коже плеча и резко укусил. Шое закинул голову и вскрикнул. Спасибо на том, что потом можно будет спрятать… Но Шое сейчас все равно на то, что будет завтра. Важно то, что происходит на данный момент. Комната Юу казалась неимоверно далеко, но парни смогли к ней дойти. Они цеплялись по пути друг за друга, целовались, падали, но ни на секунду не прекращали. Только не сейчас, только не на этой прелюдии… Шое уперся руками в рабочий стол либеро, ноги уже не держали, подрагивали и казались сломанными. Будто все мышцы и кости одновременно превратились в бесформенную жижу. Горячие руки либеро были везде. Шое всегда обожал их, как только впервые увидел, как ими ловко спасают мяч, меняя ход игры. Юу стоял со спины, щекотал дыханием нежную кожу шеи и продолжал настойчиво водить руками по груди рыжего. Юркие пальцы были везде. Задевали и щипали за набухшие соски, немного оттягивая вперед, скользили по бархатной коже проступившего от напряжения пресса рыжего. — Сегодня хочешь на столе? — прошептал в покрасневшее ушко либеро, опустив руку на пах Шое. Хината застонал и упал на сложенные руки. — Приму как согласие, — улыбнулся Юу, развернув Хинату к себе лицом. Шое протянул руки и прижался к Нишиное всем телом, захватив в плен его губы. Горячий язык прошелся по губам, целенаправленно проникая в рот либеро. Ноя сбросил с Шое последнюю одежду и под пристальным, буквально пожирающим взглядом, разделся сам. Хината поперхнулся воздухом. Сколько раз уже видел он это тело, а все не мог налюбоваться. Эти ссадины и мышцы сводили с ума, не хуже элитного саке. — Ноя… Нишиноя… Семпай… — заплетающимся языком повторял Шое, снова прижимаясь тесно-тесно к телу либеро. — Хватит дразнить… — И есть ли предел твоей сексуальности, а? — игриво произнес Юу, аккуратно вводя скользкий от смазки палец в покрасневшее отверстие рыжего. (забота о ближнем, мод он) Хината еле вытерпел чтобы не кончить только от пальцев, пока Ноя бережно растягивал. За это парень тоже его любил. В жизни же гиперактивный, а в постели внимательный и ласковый. Шое прикусил тыльную сторону ладони Юу и протяжно застонал, когда тот, наконец-то, вошел. В первые разы, получая удовольствие от проникновения, Шое чувствовал себя развратным и грязным, пока Нишиноя не выбил эти мысли всего несколькими словами: «Здесь нечего стыдится. Этим ты тоже показываешь, насколько любишь и доверяешь своему близкому человеку…» Шое чувствовал каждое движение Юу в себе и сходил с ума. Либеро придерживал парня за спину и бедро, продолжал нашептывать что-то и целовать везде, куда только доставали горячие губы. Рыжий откидывал голову назад и продолжал прижиматься к Ное. Пока он рядом, то не будет никакой боли или страха. Юу надежный, Юу любимый, Юу принадлежит ему одному! Хината подошел к концу первый, за ним, спустя несколько толчков, кончил и Нишиноя. Либеро уперся одной рукой в стол перед собой, а второй придерживал Шое, чтобы тот не завалился на бок. — Не переживай, — невесомый поцелуй в висок. — Я помогу тебе помыться. — Прошу… — прошептал Шое. — Хм? — поднял голову Юу. — Никогда не становись таким, как сегодня. Я же с ума сойду окончательно… — Опа! Я подумаю над твоим предложением, — засмеялся Нишиноя, беря своего парня на руки. (Ну и сила у него!!!) — Люблю, — нежный поцелуй в губы. — А я сильнее! Немного поплескавшись в ванной, парни пошли спать. Завтра выходной, поэтому можно будет понежиться в теплых объятьях друг друга подольше.