Чёрная полоса

Я смотрел на мерзко лыбящуюся рожу, и она мне не нравилась. Вот совершенно. Нисколечки. Абсолютно. — Привет, лапуля, — сказал счастливый обладатель сей хари. — Не ожидал? — Я надеялся, что ты сдох. Недавно, правда, узнал, что это не так, и ужасно расстроился, — поведав ему это, покосился на свои руки. Они были скованы самыми обычными наручниками. Зачем? Странно это всё. — Как грубо. А ведь ты был таким хорошим мальчиком, Свен… нехорошо предавать Организацию, которая так много для тебя сделала. — Да я и не предавал… — Вот только, дорогуша, не надо меня обма… — …я никогда и не был ей верен. Улыбка Юрия стала немного натянутой. — Лапуля, ты начинаешь вести себя, как мерзавец. — И что? Что ты мне сделаешь? Убьёшь? — О, нет. Это, оказывается, бессмысленно. Что он имел в виду? — Признаться, я ещё никогда не посылал столько убийц к одному человеку, — пояснил ублюдок, очевидно, заметив моё недоумение. — Три десятка за полтора месяца — это как-то многовато, не находишь? ТРИ десятка?! Что за чушь он несёт?! — И большинство ты даже не заметил, что удивительно! Тех, кто смог до тебя добраться, можно по пальцам пересчитать, и где они все сейчас? В могиле! А ты — ты и глазом не моргнул, чтобы защитить себя, дорогуша. Ну, не совсем так, одного я точно совершенно самостоятельно убил… ну, почти. — Сначала я хотел выменять тебя на доктора Айрис и добраться, наконец, до информации, которую вы там храните — а то ведь окопались так, что не подберёшься, ну вы и зануды, — вот и приказал похитить, но эти идиоты решили сыграть на опережение и добраться до денег твоего не пойми откуда всплывшего кузена. А ведь я почти успел! И что увидел, когда пришёл? Выбитое окно и кучку обделавшегося мусора в соседней комнате. Они были настолько напуганы, что даже не могли толком описать тех, кто за тобой явился. Тогда я решил, что ты слишком путаешься под моими ногами, лапуля, и от тебя лучше избавиться, но это не сработало. Это, знаешь, такой вызов моему профессионализму… пришлось поднимать твоё личное дело, а там нашлось столько всего интересного. Например, падение метеорита на одного из агентов организации, вот уж никогда бы не подумал! Но довольно, долгие речи в стиле злодеев из детских мультиков — это всё-таки не для меня, я просто решил немного похвастаться. Ты ведь ценишь мои усилия, лапуля? — Да нихуя. — Хм, действительно. Я ведь не сказал самого главного: проанализировав все эти данные, я понял: тебя нельзя убить. А вот просто бить — можно, — и с всегдашней своей улыбочкой врезал мне под дых кулаком. Кха! Как же больно! Блядь! Кто-нибудь, научите меня заново дышать! Я, получив ещё пару ударов, сполз на пол. Юрий же, похоже, наслаждался своим торжеством, наградив меня дополнительным пинком, не давая опомниться и хоть что-то предпринять в свою защиту. — Как ты мог так долго скрывать от нас свою способность, дорогуша? Так нехорошо! Или тебе было стыдно? Она ведь такая бесполезная, но… раздражающая. Мне кое-как удалось сгруппироваться, прикрыв руками голову — не хочу, блядь, опять сотрясение лечить, тут продержаться бы до подхода основных сил, но пока оные сообразят… мне все почки отобьют. Пиздец! Ну, ничего, ещё чуть-чуть потерпеть, чтоб дыхание восстановилось, и я этого пидораса сам пну, чтоб не расслаблялся. Ещё чуть-чуть, блядь… Моя более защищённая позиция, видимо, перестала удовлетворять вкусам моего мучителя, и его пальцы прошлись по моему затылку и ниже, что-то нащупывая, а потом он вздёрнул меня за цепочку вверх, снова перекрыв путь кислороду. Вот уж где пожалеешь, что её нельзя снять, не отрубив головы! Я захрипел, резко передумав прикрывать голову и вцепившись в ставший в мгновение ока очень опасным предмет, чтобы хоть как-то ослабить давление и вдохнуть. Проблем доставляло ещё и то, что ноги мои свободно болтались в воздухе, не находя опоры, и попытка ударить ими в ответ была с треском провалена. — Что же ты мне больше не дерзишь? — сочувственно спросил у меня противник. — Бедняжка Свен. Уж не знаю, как вы смогли так испортить эту штуку, что выковыряли из неё маячок и всю закоптили, но это очень бессовестно с вашей стороны. Надо тебя ещё и за это наказать. Меня, знаешь ли, раздражает твоё смазливое личико, оно очень отвлекает доктора Айрис от дел. А ведь это только моя прерогатива. — Хер пососи, — прохрипел я, продолжив лягаться. Только опять мимо. Да блядь! Юрий уже не улыбался, он просто предпочёл разбить мне лицо и нос (ну, хотя бы не сломать, и на том спасибо) заодно несколькими точными ударами. Челюсть тут же противно заныла. Аргх! Блядь, да когда ты уже съебёшься отсюда и оставишь меня в покое?! По подбородку потекло. — Не беспокойся, дорогуша, ты не умрёшь. Ты будешь жить очень долго и… — мой мучитель осёкся: всё-таки не каждый день в него плюются, тем более кровью пополам со слюной. — Ты прямо-таки испытываешь моё терпение. — С-стараюсь. Я чувствовал, что с каждой секундой мне всё сложнее сопротивляться, и в глазах начинает темнеть — видимо, сказывалась нехватка воздуха. Вот сейчас отрублюсь, а этот мудозвон мне ноги отрежет, например! И что тогда? Франкенштейн новые пришьёт? Представил, как буду выглядеть с чужими ногами, волосатыми, как у гориллы, коротенькими и почему-то обязательно кривыми, аж колесом, с первого попавшегося трупа снятыми, и ещё пальцы в разные стороны, и размер и форма стопы стопроцентно будут какие-нибудь ублюдские, чтоб по полгода подходящие ботинки по магазинам искать, тапки домашние, розовые, не налазят, а ещё эти ноги потеют просто адски, носки приходится по пять раз на дню менять, и у меня вся комната в этих носках, и кот в чистых, сваленных в кучу на кровати, спит — и меня на ха-ха пробило. Юрий аж опешил: то, что противники могут умолять их не больно бить — это ладно; гордо молчать или чего говорить в ответ — мой случай как раз, но и не только мой, а и много чей ещё тоже; истерично, с хрипами, из последних сил ржущие, когда для них всё становится ещё хуже, чем плохо, оппоненты, судя по всему, на его пути ещё не попадались. Однако меня было уже не остановить. В моих фантазиях я был вынужден стричь с помощью машинки волосы на новых ногах, чтоб шерсть не валялась повсюду, а М-21, хоть и оборотень, нервно курил в этом плане в сторонке. Понесло меня, понесло, не спорю, но мои защитные механизмы никогда не интересовались у своего непосредственного владельца, как именно им надо работать. Я, честно говоря, вряд ли когда-нибудь вспомню, сколько это на самом деле всё продолжалось. Меня не отрезвили даже удары в живот, пах и по не один раз хрустнувшим рёбрам, хотя Юрий, как можно было заключить позже, постарался. Моё сознание просто отключилось в один прекрасный момент, а тело оставили в покое. Пришёл в себя я от того, что кто-то легонечко похлопывал меня по щекам. Всё тело ужасно болело, и усилия сего незнакомого лица на этом фоне практически не ощущались. Как же мне хреново-то… словами не передать. Затем включился слух. — Свен! Свен, очнись! — негромко приговаривал этот кто-то. Постойте. Узнаю голос. Не этот. Эта. Я разлепил глаза и увидел склонившуюся надо мной девушку в белом халате. Ага, угадал. — Ты как? Что здесь произошло? Идти сможешь? — сразу же завалили меня кучей вопросов. — Нам надо убираться отсюда… — Пить, — просипел я. В горле пересохло, и даже такое действие далось мне с трудом. Как будто опять ложку корицы на спор сожрал (водилась за мной однажды такая дурость, н-да), только ещё хуже. — Сейчас… я сейчас, — она тут же метнулась к двери и открыла её. — Воды мне принёс немедленно! Что у вас здесь за база такая — ничего нет под рукой! Как выполнишь, постучи. Бр-р. Разозлённая лоли у неё вышла так натурально, что даже я поверил, правда, ровно до того момента, как Тейра вновь оказалась рядом со мной и помогла сесть. — Выглядишь просто ужасно, — призналась она, осматривая мои… кхм, условно боевые травмы. — А это что? Похоже на… тебя душили? Я, поморщившись, жестом показал, мол, самую малость. Сестрица не очень поверила и продолжила надо мной трястись. — Я притворилась прежней собой, но это так сложно! Мне… мне так страшно, Свен. Я хочу домой… Наконец, принесли воду в полулитровой бутылке. О-о-о, да! Большую часть выпил, остальное ушло на то, чтобы оттереть полой рубашки (Тейра сначала потянулась к своему халату, но я ей запретил — всё-таки она тут типа самая главная, так что должна выглядеть представительно, чтоб ни один мудак не усомнился) кровь с моего лица. — Ну, теперь можно и жить дальше. — Кстати, смотри, — она продемонстрировала мне кисть, в мгновение покрывшуюся чем-то розовым, а потом снова вернувшуюся в своё обычное состояние. — Включили-таки? — Да, я немного поскандалила, сказала, что из-за этого не могла освободиться и пришлось действовать хитростью. И мне тут же всё вернули! Правда, я пока так толком и не понимаю, как с этой штукой управляться… но научусь! — Вот и замечательно, — усмехнулся я, поднимаясь с помощью стеночки и сестрицы. — Пошли, что ли. Главное — сохраняй спокойствие. Ты здесь царь и бог, а кто так не думает — получит по шапке. Она вздохнула и решилась. Поковылял за ней, и тут же обнаружились проблемы. — Его выпускать не велено, — буркнул приставленный к двери охранник. — Чьё распоряжение? — Мистера Юрия. Тейра поморщилась и поджала губы: — Ты придурок, что ли? Если я сказала, что он может выйти, значит, он может! Быстро сними с него эти дурацкие наручники! — она топнула ножкой, и служака тут же бросился исполнять приказ гневающегося начальства. — Подумаешь, мальчики немного повздорили! — фыркнула девушка. — Ещё раз посмеешь мне слово поперёк сказать — полетишь с должности, понял? — П-понял, мэм… — Мисс! — Простите, мисс… — Где у вас здесь стоянка служебного транспорта? Веди! Парень шёл, поминутно на нас оглядываясь. Я же с наслаждением растирал запястья и отчаянно молил судьбу, чтобы она обошлась без подстав и не подсунула Юрия на наш путь. На улице была прохлада и раннее утро. Охранники на КПП мирно сопели в обе дырочки, один, ответственный в данный момент — уронив голову на грудь. Идеальные прямо-таки условия. Ну, спасибо тебе, судьба! Ты, конечно, сука сумасшедшая, но спасибо! Добравшись до пункта назначения, Тейра милостиво отпустила нашего сопровождающего, и тот тут же исчез из поля зрения, видимо, чтоб не огрести-таки взыскания за ещё какой-нибудь каприз привередливой дамочки с неуравновешенным характером. Перед нами же встал следующий вопрос: кто поведёт? Из меня водитель аховый, я всего-то один раз за рулём сидел, а сестричка и того меньше. Но у меня есть хотя бы теоретические знания по управлению этой штукой… — Я взяла ключи, садимся, — легонько подтолкнула меня к одному из автомобилей моя спутница. Ладно, лучше уж мне рулить, хоть какой-то опыт же есть. Насмерть не разобьёмся — и сойдёт. И пешеходов в такое время быть не должно, так что никого не собью, кроме столба-другого, а этих и не жалко. Главное — уехать отсюда как можно дальше, а потом уже тревогу бить. Сел на место водителя, Тейра — рядом, на пассажирское, и сразу же пристегнулась, умница. Вот только передо мной встала небольшая такая проблемка: педали-то в тачке две, а не три. Куда ещё одну дели-то?! — Свен, ты чего тупишь? — шёпотом спросила у меня сестрёнка. — Две педали, — в тон ей ответил я. — И что? — Где это, как его… сцепление? — Какое сцепление? Это коробка «автомат»! — Чё? — Ну, мы же видели такую же вчера на выставке! — Это ты видела, а не я! Я туда не лазил! — Здесь не нужно сцепление. Просто поехали уже, пожалуйста! — Ладно, хорошо, я завожу. А ты уверена… — Да! Вздохнув, повернул ключ, и машина чудесным образом завелась. Немного поэкспериментировав, определил, где здесь газ, а где тормоз, как ехать вперёд — и покатил к воротам. Там Тейра разбудила дрыхнущего мужика и заставила его открыть нам проезд. Ещё чуть-чуть — и мы будем на свободе… — Ой, тут поступил приказ никого не выпускать, — промямлил недоумок. — Простите, доктор Айрис, но приказ есть приказ, — и он нажал на обратную кнопку, думая, очевидно, что мы тут же, как послушные зайчики, развернёмся и вернёмся на парковку. А вот хер там ночевал! — Приказ доктора Айрис есть приказ доктора Айрис, свинья! — рявкнул я и дал по газам. Проскочили, только чуть-чуть помяв тачку, и помчались по пустой дороге. Свобода! Ура, вашу мать! Нам надо поскорее добраться домой, чтобы братец хакер успел перепрограммировать наноботов или хотя бы изолировать их от внешнего воздействия для начала. А ещё за нами могут организовать преследование. Наверняка так и будет. Охо-хо. — Мы это сделали! — воскликнула Тейра и вскинула вверх кулачок. — Йа-ху-у-у! — после чего покопалась в своей сумочке и достала оттуда что-то. — Я успела забрать у Юрия твой телефон и выключить его, чтоб не разрядился. — Я говорил тебе, что ты умница? Она хихикнула. Кинув взгляд на зеркало, заметил её порозовевшие щёчки. — Включай, надо позвонить домой. У нас ещё грёбаная куча дел намечается. — Кого набирать? — Тао, его это в первую очередь касается. Пусть поднимает свою задницу и смотрит, куда нам ехать. — Хорошо, — телефон пиликнул, показывая, что готов к работе. Практически сразу же появилась связь, и сестрёнка принялась за дозвон. Я же старался выжать из доставшейся нам машины всё, что она может, и такой движухи ради не постеснялся даже вылететь на встречку, которая вскоре оказалась разделена с положенной нам полосой бордюром. Пусть так! Если за нами сорвутся преследователи, то они наверняка поедут по правильной стороне дороги. Вот тут-то мы их и наебём! А если кто сорвётся за нами на своих двоих… ну-у, тут уже ничего не поможет, настолько припизднутым пешеходам закон не писан. На весь салон звучали гудки. — Слушаю, — в конце концов, раздался сонный голос. — ПОДЪЁМ!!! — проорал я прямо в подставленную нежными ручками Тейры трубку. С той стороны донеслась ругань и обвинения в том, что кое-кому заложило ухо. — Не время ныть, у нас проблемы! — Опять? — Не опять, а снова! — Во что ты снова ввязался? — Время, Тао! У Тейры включены наноботы. — Ах ты ж, пропасть! — Веди нас! И вышли кого-нибудь навстречу. — Сейчас, сейчас, погоди, — он, похоже, вскочил, в чём был, и ворвался в комнату Такео, а затем и М-21, растолкав обоих. Послышался сонный голос Сейры, спрашивающей, в чём дело, ворчание Региса, Франкенштейн, выслушавший быстрые объяснения, добавил, что он подготовит лабораторию… да уж, похоже, мы ненароком перебудили весь дом. — Так, я засёк ваше местоположение. Здесь будет поворот налево, сверни, срежешь неплохо. Это я очень удачно по встречной качусь! Оп, вот и на нужном участке. — Понял. Веди напрямую к вам, мы в автомобиле, бросим его где-нибудь по пути. — Хорошо. Тогда через десять километров, когда дорога начнёт раздваиваться, уходите направо. На развилке я не справился с управлением, и машина со всего маху вылетела в кювет, где благополучно впечаталась в дерево, смявшись в гармошку. Нас не расплющило с ней только благодаря вовремя среагировавшей Тейре, которая вытолкнула меня и выскочила сама, по-прежнему сжимая в руке телефон. Она, конечно, попыталась смягчить падение, но у-у-у-гх! Бедные мои косточки, бедная моя тушка, опять босс будет всякой дрянью пичкать. — Что у вас там происходит? — Автокатастрофа. Братец хакер выдал какой-то нечленораздельный звук и спросил: — Вы там целы? — Ну… вполне. — Дальше идти можем. — Веди. — По правой, как я и сказал. Потом надо будет немного свернуть, я скажу, когда. Дальше мы передвигались уже привычными прыжками. Всё время казалось, что кто-то дышит нам в затылок, но это меня просто параноило. В конце концов, Тейра таки скинула надоевший халат гореть вместе с машиной, и пусть этот мудак Юрий себе там думает, что хочет, например, что она решила сама вернуться, чтобы завладеть франкенштейновскими разработками. Недостойные подозрения, что так оно и есть, я решил гнать прочь из своей головы. На крайний случай можно будет попросить Рейзела ещё раз проверить под предлогом беспокойства за то, не сделали ли с дорогой сестрёнкой чего плохого, пока мы зависали в Союзе. Ему не сложно, а мне спокойней будет. И безопаснее. И предлог вроде приличный, да? Да. Вот и хорошо, вот и замечательно. Дыши глубже, Свен. — Вы скоро пересечётесь, — предупредил нас Тао, когда мы уже были в черте города. — Вижу. Мы приземлились на крышу одновременно: с одной стороны я и Тейра, с другой — М-21, Такео и Сейра. Ого! Нехиленькое нам подкрепление выслали. Улыбнулся и помахал им рукой. Уф, кажется, я зверски устал тут скакать и держался только на адреналине, который начал отступать, сдавая позиции обычному состоянию. Ну же, чёрт побери! Тело, соберись! Последний рывок! Ну! Ладно, не скрою, оставшуюся часть пути я бы не преодолел без братской помощи, зато сестричка вон даже не запыхалась, а потом её в спешном порядке засадили в экранированной от внешних воздействий комнате вместе с Тао. Франкенштейн же посмотрел на мою опухшую наполовину синюю рожу скептически, спросил, где же я заполучил такое богатство невиданное, и, выслушав ответ, велел раздеваться.