На низком старте

Они оба уже давно стояли на низком старте. Отработанные до совершенства движения уже были неотличимы от естественного общения. Непосвящённые не могли даже предполагать, что, пожимая руки, эти двое продумывают, как первым убить своего оппонента. Впрочем, учитывая, что количество «репетиций» уже ушло за миллион, в этом не было ничего необычного.

Дал обещание другу, хоть был с ним и незнаком,

Санс уже давно перестал подходить к двери Ториэль. Смысл? Все её шутки он уже выучил наизусть пару сотен Сбросов назад. А повторять свои из раза в раз он не хотел тем более. Честно говоря, он даже был бы не прочь совсем с ней не знакомиться, чтобы не притворяться удивлённым каждый раз, когда Фриск заканчивала Пацифиста. «Этот голос…!!» Боже, как же ему уже надоела эта фраза. У него даже мелькала пару раз мысль телепортироваться, лишь бы не повторять с ней этот грёбанный разговор. Но выразительный взгляд малой всё время его останавливал. Он так и говорил «Если посмеешь оставить меня здесь одну, то «плохие времена» на следующем кругу будут уже у тебя». Он как-то пробовал вообще не говорить ни слова, но стоило этой Козло-мамочке услышать имя его брата, и всё пошло Догго под хвост.

Но раз я здесь, не буду я тебе пока врагом.

Каждый выход Фриск из руин сопровождается её тщательным осмотром. Свитер, брюки, ботинки, волосы – всё подвергалось проверке Сансом. Любая пылинка могла оказаться прахом убитых ею монстров. Если скелету удавалось это заметить, то тело девчушки незамедлительно пронзали кости. Однако была другая опасность. Если эта пылинка оказалась всего лишь грязью, пеплом от камина или чем-то подобным, то, согласно установленным ими после где-то 50 перезапуска правилам, человеку давался полный карт-бланш. Пацифист, Нейтрал, Геноцид – Санс не имел право вмешиваться. Даже если она начнёт разбирать его брата на косточки – скелет обязан оставаться безучастным. Впрочем, братские чувства уже давно исчезли где-то на 1000 Сбросе. Всё равно он рано или поздно вернётся и вновь начнёт ворчать по поводу его лени. Пару раз Санс даже избегал его с помощью «коротких путей» на протяжении всей «игры». Получилось не особо успешно, ибо в конце Пацифиста они всё равно обязаны были встретиться, и Папайрус каждый раз закатывал скандал, что никак не мог найти своего брата. Последнему, кстати, на это уже было давно плевать. Однако если его догадка оказывалась верна, то свобода действий давалась уже ему и Санс мог убивать Фриск сколько угодно раз, а та не могла и пальцем коснуться ни одного монстра. Результат он мог узнать по «откатам». Если игра начиналась с момента выхода девушки из Руин – Санс оказался неправ. Если с самого начала – он может праздновать победу. В первом случае он проверял её УР во время рукопожатия на случай мухлежа. Удивительно, но человек ещё ни разу не пытался его обмануть.

Ты за собой следи и выбирай мудро теперь,

Каждое её движение, каждое слово, каждый подобранный предмет мог развернуть всё на 180 градусов в любой момент. И в задачу Санса входило не упустить это мгновенье.

Ведь я сижу тихонько здесь и наслаждаюсь сном.

Порой Санс прятался где-нибудь и спал на протяжении всей «игры». В такие моменты он очень рисковал, ведь пару раз Фриск удавалось из-за этого пройти Геноцид и не напороться на скелета в Последнем Коридоре. Но если Сансу удавалось поймать момент и застать человека полным сил, то у «бедняжки» действительно наступали «плохие времена». Скелет мог атаковать её на протяжении нескольких часов, а то и суток. Пройти такого Санса ей удалось лишь три раза. Во время всех остальных попыток она просто сбрасывала на начало.

Из твоих выборов я мнение составлю,

Поигралась с Малым псом, посмеялась над шуткой Сноудрейка, купила Доброженое – пока всё нормально, можно оставлять в живых. Стёрла Айс Капа в пыль – Гастер Бластеры уже в пути. Но не стоит думать, что это так легко заметить. За всё это время Фриск научилась мастерски скрывать свои истинные намеренья, и понимать, какой путь она выбрала, стало очень сложно. Пару раз ей даже удавалось убедить Санса, что она проходит Пацифиста, убивая монстров буквально у него за спиной.

И коль ты ранишь кого по своему желанью,

Впрочем, не одна Фриск учится на своих ошибках. Санс стал более скрытным, прятался так, что увидеть его не мог ни один монстр, даже если стоял к нему вплотную. Так что пару раз малая, незаметно, по её мнению, убив кого-то, могла тут же получить в грудь кость, уверяющую её об обратном.

Поймаешь на себе ты мой косой взгляд,

Не так сказанное слово, не так сделанное движение – любая деталь могла выдать её с потрохами. И глазницы Санса всегда были готовы уловить каждую её ошибку.

И я клянусь, что превращу твою жизнь в ад.

Удар. Выстрел. Перекат. Уклонение. Движения выработаны до автоматизма у обоих. Однако ужасная боль от этого никуда не девается. Ни у одной, ни у другого. Вопрос в том, беспокоит ли их ещё это.

Почему… Я должен стараться тебя защитить?

Поскользнувшись, Фриск падает прямо на вылезшие из земли копья Андайн. Санс легко мог спасти малую от этого, стоило лишь отбросить её магией немного в сторону. Но зачем? Всё равно та очнётся у сохранения, а смерть её уже давно перестала заботить. Перестала же?

Знаешь что… На сей раз могу тебя и пощадить.

Внезапно появившийся ни с того ни с сего на дороге Хот-кэт как раз тогда, когда её ОЗ начали приближаться к нулю.

Знаешь что… На сей раз могу тебя и пощадить.

Незнамо как оказавшиеся в инвентаре Картофельные чипсы, хотя Фриск могла поклясться, что секунду назад он был абсолютно пуст.

Знаешь что… На сей раз могу тебя и пощадить.

В конце концов, имел же Санс право порой побывать добряком?

Разве я говорила, что хочу здесь быть?

Фриск ненавидела это подземелье и каждого его жителя. Вернее, почти каждого. Порой ей хотелось связать из цветов, на которые она упала, верёвку и забраться обратно наверх. Но та получалась слишком короткой и не особо крепкой. Такой даже задушить кого-то было трудновато – уж слишком липкие были стебли, покрытые цветочным соком. Можно было ещё повеситься. Но это если станет совсем уж скучно.

Тут, окружённая тварями, что хотят меня убить?

Андайн улыбается на всю свою рыбью морду и что-то кричит о лучших друзьях, а Фриск очень хочется добавить «Ага, особенно после того, как ты меня недавно два раза убила». Лицо рыбо-воительницы явно от этого резко изменится. Фриск точно знает, она проверяла. Все эти «друзья» свято верят, что Фриск действительно рада их компании. Что не мечтает придушить каждого из них голыми руками. Но нет, не сейчас, пока она должна позволить им жить, пока она проходит Пацифиста, пока они не знают, сколько боли причинил ей каждый из них. Но только пока. Ведь Фриск всегда может изменить сценарий и заставить их отведать страданий сполна. Но это она сделает потом. На следующем кругу.

И я не понимаю, к чему меня ты выделяешь.

Фриск до сих пор не понимает, почему каждый её выход из Руин не сопровождается выстрелом в упор из Гастер Бластера. Будь она на месте Санса, то убивала бы человека, пока тот не сдастся и не прекратит возвращаться. Возможно, Санс до такого ещё не додумался. Или просто не хочет. Второе, почему-то, кажется наиболее вероятным.

Давай, мне совершенно плевать, что меня убиваешь.

Очнувшись после очередного прямого попадания парочки костей ей в голову, Фриск лишь улыбается и отряхивает с волос лепестки цветов. Догадался. А ведь она же, вроде, стряхнула с себя весь прах. Она даже специально убивала в одежде, что нашла в шкафу у Ториэль, чтобы не давать Сансу лишних подсказок. Но он всё равно понял. Фриск даже могла предположить, что он проверил её УР при выходе, если бы он не пропустил её на Геноциде пару сбросов назад. Да и что-то подсказывало ей, что скелет не будет такого делать, даже если может. Надо будет потом спросить у него, как он догадался. Не факт, что он расскажет, но попытаться стоит.

Послушай, Санс, почему ты никак не убежишь?

Не известно, по какой причине, но Санс всё время ждал её в Коридоре. Его могло не быть в Сноудине, Хотленде, но в Последнем Коридоре он был всегда. Пацифист, Нейтрал, Геноцид – не важно. Добиралась она туда за пару секунд или за пару дней – факт его присутствия оставался неизменным. Единственное исключение составляли те моменты, когда он просыпал или она убивала его до этого. Но, во-первых, обратить его прах до их «официальной» битвы было очень сложно, а во-вторых, проходить дальше становилось скучно, и Фриск часто сбрасывала всё, даже не доходя до Хотленда. Кстати, малая не могла с уверенностью сказать, что Санс обращался в прах, так как скелет каждый раз телепортировался куда-то после её удара. А сам он отказывался что-либо рассказывать.

Своей РЕШИМОСТЬЮ ты меня не убедишь.

Санс был настроен на победу. Но все условия сложились в пользу Фриск: он поспал сегодня даже меньше, чем обычно, а у человека инвентарь просто ломился от дающих много ОЗ предметов, да и Броня Темми, которую ей каким-то чудом удалось украсть из магазина этой истеричной псины, неплохо помогала. Санс был очень РЕШИТЕЛЕН. Иногда Фриск казалось, что ещё чуть-чуть и скелет заберёт у неё способность Перезапуска. Но этого никак не происходило. Видимо, кто-то сверху не хотел такого поворота событий. Но сейчас это не так уж и важно. Удар! Всё, Фриск победила, Санс опять исчезает в неизвестном направлении. Пожалуй, в следующий раз надо будет проследить, чтобы он хорошо поспал.

О, знаю, что к концу я дождусь «плохих времён»,

А вот в этот раз ей не повезло. Предметы закончились, Санс полон сил, а её ОЗ равно единице. Хуже ситуацию ещё поискать надо. - Есть последние слова, малая? - Как насчёт «свободного хода» в следующий раз? - Договорились. Выстрел. Дзыньк!

Но знаешь, пожалуй, оставлю я это на потом.

Руины Фриск не то что пробегает – пролетает. Хранительница этих самых Руин даже не успевает её заметить. В этот раз Фриск нет нужды заморачиваться выбором пути – во время «свободного хода» они просто болтают, развлекаются и отдыхают, не попадаясь на глаза остальным монстрам.

Почему… Стараешься так ты меня сохранить?

Внезапный рывок её души в сторону от взрывной волны очередной бомбы Меттатона, разрушенная неизвестно чем стенка, которая могла её вот-вот настигнуть, отлетевший почему-то в сторону трезубец Азгора - Фриск не слепая, чтобы не замечать все эти «случайности». Зачем? Почему? Он никогда не отвечает на эти вопросы.

Знаешь что… На сей раз могу тебя и пощадить.

Вот и всё. Санс уже засыпает от усталости. Они оба знают, что должно произойти дальше. Именно поэтому Санс сильно удивляется, когда руки Фриск аккуратно прислоняют его к колоне и укрывают забранным из Гостиницы Сноудина одеялом. - Что ты…?! - Тсс. Спи. - Зачем? - Просто мне так хочется. В этот раз Фриск так и не закончила Геноцид.

Гляжу, мы друзья, С тобой веселюсь,

Готовка спагетти. Прятки копья Андайн. Поджёг цветов в Тронном Зале. Они пытались хотя бы как-то себя развлечь, хоть порой и нанося невероятный ущерб остальным монстрам. Но кого это волнует, когда очередной Сброс вернёт всё на круги своя?

Но чувствую я, С тобой что-то не так.

Что этот человек не такой уж и добрый, Санс понял с самого начала. Что-то фальшивое было в её улыбке. Что-то злое мелькало в её глазах. Что-то лживое было в её радостном голосе. Словно она знала что-то, чего не знали другие. Впрочем, теперь Санс прекрасно знает, что именно. Но чувство какой-то недосказанности по поводу Фриск у него всё ещё осталось.

Почему… Стараешься так ты меня сохранить?

Когда это случилось в первый раз, Фриск подумала, что это сделала она, просто неосознанно. Во второй раз она уже точно поняла, что при Пацифисте из Подземелья она не выберется. Впрочем, спустя несколько разнообразных путей с убийством одних и пощадой других она так же узнала, что не выберется она отсюда при любой концовке. И где-то среди этих попыток они с Сансом начали свою «игру».

Знаешь что… На сей раз могу тебя и пощадить.

Угадайка у Руин. Пробег с Геноцидом. Убийство Фриск посреди Пацифиста. Они расписали все возможные варианты. Все возможные выигрыши. Все возможные наказания. Как только что-то приедалось, они как-то изменяли старые правила на новые. Наказания становились всё жёстче, награда – всё слаще. Но порой они оба отказывались от награды или смягчали условия проигрыша. Просто им так хотелось. В конце концов, у них есть целая вечность в запасе, они могут перепробовать всё, что им будет угодно. Кроме выхода из Подземелья, разумеется.

Почему… Я должен стараться тебя защитить?

Сначала Сансу казалось, что человек не особо-то и помнит свои прошлые выборы. И он даже не хочет думать, что было бы, если б он оказался прав. Всё же сходить с ума в одиночестве гораздо страшнее, чем вдвоём.

Знаешь что… На сей раз могу тебя и пощадить.

Каждый из них готов убить друг друга. Каждый из них готов пощадить друг друга. Они оба стоят на низком старте, ожидая хода своего оппонента. На глазах у других их движения заученные и чёткие. Наедине друг с другом они дают волю своей импровизации. Лишь благодаря тому, что их двое, они ещё сохранили в себе какие-то остатки разума. Впрочем, даже если они сойдут с ума, какая разница, если после Сброса никто всё равно ничего не вспомнит?