Линии Вселенной

Неужели не видишь, что страсть наша - пламя и лёд? В своих мыслях давно ты моя уже, Ты поддалась мне, и стала моей навек... *** Я не вижу причину, чтоб здесь мне быть. Но в моих мыслях давно я твоя уже, Беззащитна в молчании, но вновь я - твоя навек... — Point of no Return

***

Карли вновь проснулась посреди ночи, ощущая дрожь во всём теле и влагу на коже ладоней. На какое-то время она даже перестала понимать, где находится. Неприятный сон, что снился ей этой ночью, в конце концов, растаял в минуты пробуждения, и девушке стало легче. Слабый свет от камина освещал комнату, которую она делила с Сиф. Сейчас воительница спала, лёжа на спине и повернув голову к стене, и её блестящие чёрные волосы разметались по подушке. Пару минут Карли сидела на своей узкой постели, глядя на Сиф, затем лишь вздохнула и поднялась, взяв со стула мягкую шаль, любезно одолженную прислугой. Набросив шаль на плечи, девушка вышла на открытый, широкий балкон, чтобы подышать свежим, ночным воздухом. Ночь была темна, облака скрывали звёзды, а ветер был на удивление тёплым и приносил со стороны океана запах волн и мокрого песка. Карли долго стояла, навалившись на перила балкона, вглядываясь во тьму ночи, пока усталость не взяла своё. Только она собралась уйти, как внизу, где-то в тени заснеженных кустов, заметила движение и блеск, словно пламя факела отразилось на металле. Ещё раз убедившись, что Сиф мирно спит в покоях, девушка спустилась по винтовой лестнице в сад. Снег таял под её босыми ступнями при каждом шаге вперёд. Карли внимательно прислушивалась и разглядывала покрытые снегом деревья и поваленные на землю стволы, но довольно долгое время ничего не происходило. И вот, позади вдруг хрустнула ветка, и не успела девушка обернуться, как услышала знакомый голос, тихий и чуть хриплый: – Не самое ли позднее время ты выбрала для прогулки? Карли почувствовала, как её ноги стали ватными, стоило ей повернуться и увидеть Локи. Он улыбался, причём, казался весьма радостным. Сидя на широком, расколотом у основания бревне, согнув ноги в коленях и слегка наклонив голову, трикстер глядел на девушку с задорной, почти мальчишечьей улыбкой на губах. – Боже мой! – Карли хмыкнула, уперев руки в бока, и покачала головой. – Ну, если это планировалось как сюрприз, что ж, он удался. Как она поняла, он ожидал чего угодно – испуга, раздражения, обиды – но точно не усмешки, сравнимой с радостью от встречи. Локи тут же перестал улыбаться и теперь смотрел на неё, скорее, не заинтересованно, а больше именно с недоверием. – Когда ты вернулся? И где ты был все эти дни? Она подошла ближе, насколько позволяла ситуация, и уже в паре шагов от него почувствовала аромат каких-то специй и, возможно, запахи пепла и яблок. Это невероятное сочетание едва не вскружило голову, и Карли, чуть приоткрыв губы, так и осталась стоять перед Локи, с интересом глядя на него. – Я всегда был поблизости. Но мне нужно было подумать. – О чём подумать? – О многом. Мне требовалось время. Поэтому, придя к самым верным и возможным решениям, – он кивнул, улыбнувшись, и лишь пожал плечами, – я здесь, как видишь. – Они говорили, что ты сбежал и уже не вернёшься. Но я знала, что это не так. И Тор тоже. – Даже он? – Локи подался чуть вперёд, оперевшись рукой на правое колено. – А что он ещё говорил? – Что когда ты вернёшься, он не упустит возможности свернуть тебе шею, – сказала Карли и улыбнулась, закатив глаза. – Он ещё злится, и, конечно же, я могу его понять. Поэтому просто советую не попадаться ему на глаза. Или, в крайнем случае, ничего не разрушать какое-то время. Её настроение позабавило его, и Локи оценил скрытое предупреждение за её шуткой. Он взглянул на босые ноги девушки и довольно улыбнулся. Его магия, что текла в ней, всё-таки грела свою обладательницу. Изящно поднявшись, трикстер обошёл её справа, а ей оставалось лишь внимательно следить за каждым его движением. – Тебе ведь тоже есть, что мне сказать, – произнёс он тихо. Если Карли и сомневалась в чём-то, то лишь до того момента, как услышала его голос, мягкий, ласкающий слух. И она поняла, не иначе именно эта минута будет важнейшей и самой решающей для неё. Немного выждав, она произнесла очень серьёзно и твёрдо: – Да, ты прав. Я не сказала спасибо за то, что ты помог Джейн. Хотя мог бы этого не делать. И, что бы там ни думал Тор, Амора заслужила всего, что с ней случилось. Я поняла это, хм-м… да, у меня тоже было время подумать. Локи глядел на неё с напускным безразличием, но взгляд его был пристальным, жёстким. По крайней мере, он позволил ей говорить, и это вселило в Карли надежду. – А ещё я не сказала спасибо за помощь мне. Как бы там ни было, я ещё жива, и лишь благодаря твоей магии. Не знаю, какие цели ты преследовал на самом деле, и всё же… Я благодарна за это. Поэтому сейчас я должна просить тебя ещё об одной услуге. – О какой же услуге? – Я не могу спать. Эта сила словно – паразит во мне, – Карли посмотрела на него, и он увидел, что её глаза стали влажными и немного покраснели. – Она греет меня, напоминает о том, что я ещё жива. Но боль не уходит. Пусть я и пытаюсь терпеть, это очень тяжело. Я боюсь, что однажды она выйдет из под контроля, которого у меня и так нет. Так что... Она печально улыбнулась и опустила голову, кусая губы. Нервно сплетая пальцы, девушка, наконец, выдохнула, и произнесла тихо, но уверенно: – Помоги мне. Прошу. Научи, как держать силу в себе. – Хочешь, чтобы я научил тебя, как притупить магию? – Нет, не так, – ответила она живо, мотнув головой. – То, что ты дал мне – это великий дар, и я не хочу от него отказываться. Я лишь прошу помочь это контролировать, управлять этим. Она снова выдохнула, будто только что отвечала перед учителем на очень важном экзамене. Карли посмотрела на Локи: тот лишь улыбался, задумавшись, и она не могла понять, слушал ли он её вообще и принял ли какое-то решение. О, как же долго он молчал! – Я удивлён, – произнёс он, наконец. – И поражён. Считал, что ты захочешь подавить эту силу, забыть о ней как о… ненужной детали. – Может быть, я поняла, что, в конце концов, не хочу больше забывать. – В таком случае, научиться этому возможно. Даже такой, как ты. На его замечание Карли лишь фыркнула, но и обижаться не собиралась. Ведь он был прав. – Но ты должна хотеть этого, по-настоящему, – сказал Локи настойчиво, и глаза его загорелись живым интересом. – Желать всей душой завладеть тем, что я подарил тебе. Без искренности не получится контролировать ни магию, ни её влияние на твоё тело. – Наверное, поэтому ты такой искусный маг. Твоя искренность начинается и заканчивается лишь на магии и всём, что касается её. В следующее же мгновение она пожалела о том, что сказала. Сарказм был не к месту, Карли это поняла, но было уже поздно. Ответ трикстера был сдержанным, но резким: – Если ты хотя бы раз не ранишь сама себя во время обучения, я буду считать потраченные на тебя время и силы оправданными. Что ж, она задела его, и его собственная реакция была незамедлительной, грубой, и Карли просто не имела права обижаться на него. И, кажется, она не могла и не хотела этого. Слишком близко она подпустила Локи к себе, и теперь больше не должна была его отталкивать: – Я буду делать в точности всё, о чём ты меня попросишь. Этого будет достаточно? Её сдержанность, вероятно, смягчила ситуацию. Локи хмыкнул, а лукавый огонёк в его глазах ещё был заметен. Трикстер подошел так близко, как только было возможно, и теперь Карли хорошо видела его лицо, стоило ей чуть приподнять голову. – Мне доставляет удовольствие твоё стремление к познанию магии. Посмотрим, что ещё ты узнаешь от меня. А пока... возвращайся туда и засыпай. Его губы вновь приоткрылись, словно он хотел сказать что-то ещё, но вдруг передумал. Затем лишь коротко кивнул в знак прощания и, развернувшись, медленно зашагал по дорожке заснеженного сада. А Карли только и оставалось, что проклинать его, ведь заснуть той ночью ей так и не удалось. Любая новая мысль о том, что она проведёт с ним какое-то время, была мучительной, но от этого не менее желанной.

***

Предполагая то, как будет проходить её обучение, Карли и не подозревала, что это настолько сложно. Для начала, им нужно было найти место такое, где никто и ничто не станет мешать. Так что им стал небольшой островок позади дворца, отделённый узким проливом, и куда можно было добраться по мосту через воду. Иных же усилий для скрытности прилагать не пришлось; у асгардцев было много других важных дел, чем присмотр за мидгардской девчонкой. К тому же, ей скучать всё равно не приходилось. Большую часть дня Карли держалась вместе с Джейн, ведь они обе прекрасно понимали, что так будет лучше, а для каждой из них – намного легче и уютней в чужом месте. Но едва вечерело, и Карли уходила, когда никто её не замечал. И Локи всегда ждал её на том же самом месте, и она понятия не имела, где и как он проводил день. Даже если бы она осмелилась спросить, он бы не ответил. Локи показывал ей движения, которые можно было бы использовать в бою или для защиты. Он научил Карли, как правильно стоит дышать при поддержке тех сил, что давала магия. Рассказал, на чём стоит концентрироваться во время моментов гнева. Трикстер мог неожиданно сделать нечто такое, отчего Карли не могла не почувствовать эту самую ярость: напасть со спины, водить за нос иллюзиями или усмешками отвлекать её внимание. Когда магия показывала себя, овладевая телом девушки, и она снова ощущала боль и то, как пламя вспыхивает на коже, Локи был рядом и спокойно объяснял, как подавить злость, иной раз напоминая Карли о том, что будет в случае проявления её слабости: магия могла просто поглотить её и убить. Неожиданно для себя, слушая притом голос трикстера и запоминая его советы, она успокаивалась, осознавая, что боли не было. Наблюдая за тем, как она двигается, повторяя каждое его движение, Локи замечал, что она похожа на него самого в юные годы. Когда ещё не было такой ярости и быстроты в движениях, как сейчас. Каждое подобное воспоминание ложилось тяжёлым грузом на сердце, и порой Локи лишь качал головой, бросая резкое «хватит», и уходил, давая Карли понять, что время обучения окончено. Но она была рада любой лишней минуте, проведённой рядом с ним. Она с радостью принимала то, как он вёл себя с нею: обычно трикстер был спокоен, пусть и холоден, пояснял всё необходимое быстро и понятно. Никаких лишних прикосновений, взглядов или не относящихся к делу слов. Пока ночь не вступала в свои права, Карли покорно принимала его видимое равнодушие по отношению к ней. Но стоило девушке остаться одной, она не могла выбросить из головы обиду и тоску. Она восхищалась тем, с какой страстью Локи рассказывал ей о собственной силе, показывая очередной приём. И в те минуты его глаза загорались от удовольствия, дыхание учащалось, и создавалось впечатление, будто трикстер испытывал едва ли не физическое удовлетворение от занятия магией. Любое проявление подобной силы влекло его, заставляло наслаждаться процессом, и Карли понимала тому причины, но отказывалась их принять, потому что каждый раз с ужасом осознавала, что ревнует Локи к его собственной силе, к его способностям в магии. Это было так странно, неестественно, будто сила эта материализовалась в другую женщину, и именно она не позволяла подойти к Локи ближе. Отказываясь принять поражение, Карли пыталась подавить в себе растущую ревность и продолжала делать всё, что бы её новоиспечённый учитель ни приказал.

***

Всего несколько дней прошло, а наступившее затишье уже начинало вселять в асгардцев страх. Их любимый царь всё не возвращался, где-то поблизости был на свободе едва ли не худший их враг – сын Лафея – а Тор с нежеланием принимал на себя правление Асгардом. С большим же желанием громовержец пытался выяснить местонахождение отца. Что же до Джейн, она была только рада проводить время с Карли – та всё-таки была единственной, кто здесь по-настоящему связывал её с домом. Была уже глубокая ночь, светлая и очень тёплая для этого времени года, когда Карли в очередной раз пыталась пробиться через защиту, которой окружил себя Локи. Девушка призывала на помощь все силы, в особенности те, что уже научилась контролировать. Каждый раз, подбираясь всё ближе к магу, стоявшему в центре небольшой площадки, Карли была готова атаковать: и кончики пальцев уже пощипывало от нарастающей в руках силы, и напряжение нарастало во всём теле, и кровь вскипала в жилах. Но трикстеру удавалось с лёгкостью остановить Карли очередным взмахом руки или другим ловким приёмом. Девушка выдохлась, как ей показалось, и она больше не могла и пальцем пошевелить. Что-что, а это испытание ей было явно не по силам. Оказываться каждый раз лежащей на спине после столкновения с его силой – будь то невидимая стена или ещё одна иллюзия – было унизительно, да к тому же и больно. – Всё! Хватит с меня на сегодня, – прохрипела Карли, еле поднимаясь на ноги. – Не могу я больше. – Нет. Я не позволял закончить. Продолжай. – С-с ума сошёл?! Я устала! Мы весь день делаем то, что ты говоришь, а это для меня слишком тяжело! Если это лишь очередное издевательство надо мной, тогда... – Что, тогда? Локи с усмешкой взглянул на неё, гордо вздёрнув подбородок, затем улыбнулся так, что у Карли мурашки побежали по спине. – Ну? Ты уйдёшь, «уволив меня», только потому, что ты просто устала? Всё ещё тяжело дыша ртом, она молчала, понимая его намёки. Проявление слабости было для него неприемлемо, и Карли это знала. Если она и сейчас не послушается его и сдастся, он окончательно от неё отвернётся и получит полное право быть разочарованным в ней. Если, конечно, он уже не разочаровался. – Ты прав, – произнесла она, покорно кивнув и опустив глаза. – Прости меня. Этого больше не повторится. Я сейчас буду готова... Она не успела договорить, и, едва ощутив, как закружилась голова, и веки отяжелели, Карли медленно опустилась на колени, опираясь на холодный камень ладонями. Она ожидала очередного приступа, когда сила чужой магии, протекающей внутри неё, причинит ей боль, но всё это ограничилось лишь сильным головокружением. Попытавшись подняться, она упала на локоть, и уже через мгновение почувствовала, как сильные руки обхватили её под грудью и потянули её тело вверх. – Если это было лишь уловкой, чтобы заставить меня забыть об уроке, то тебе придётся за это ответить, – произнёс Локи над самым её ухом, прижимая спиной к своей груди. – Возможно, наказание пойдёт тебе на пользу. А это уже будет совсем иной урок. – Посмотри мне в глаза... и тогда скажи, что я лгу тебе. Она медленно повернулась, держась за него, затем обвила его шею руками, сжимая ослабевшими пальцами ворот его костюма. На фоне звёздного неба его лицо казалось ещё бледнее, а глаза – прозрачными, глубокими. Трикстер смотрел на Карли строго, и лишь тяжёлое дыхание выдавало в нём перемену от ощущения близости чужого тела. – Мне не нужны уловки, чтобы быть ближе, – прошептала она, потянувшись к нему. – Локи, я тебя... Его губы были так близко, и всё, чего ей хотелось – просто коснуться их, но какая-то невидимая сила будто сдавила её горло, и Карли ослабила хватку, сделав глубокий вдох и запрокинув голову. Девушка упала бы без опоры, но маг подхватил её, прижав к себе так, что Карли уткнулась носом во впадинку на его горле. Запах его кожи, тёплой и мягкой, заставил её застонать. И пусть резкая боль, пронзившая её собственное тело, ослабила её, всё же близость Локи стала несравнима ни с чем. – Последствия всегда непредсказуемы, – сказал трикстер, заглянув Карли в лицо, и она увидела сквозь отяжелевшие веки, что он улыбался. – Ты ещё привыкнешь к этой силе. И тебе понравится то, чем она тебя одарит и что покажет. А пока давай поможем тебе прийти в себя. Локи помог ей встать, обхватив правой рукой за талию, и Карли сумела опереться на него, чтобы пойти. Через минуту она и не заметила, что дворец Одина остался позади них, а запах океана стал ощущаться всё сильнее.