Нет грешным покоя

      — Северус, как ты вырос!       Мать нежно обняла сына, и они медленно двинулись к выходу с вокзала. Сев на задние сиденья междугороднего автобуса, юный волшебник привычно взял мамину палочку и быстро навесил чары отвлечения внимания и тишины. Дорога обещала быть долгой, так что времени на расспросы было достаточно. Эйлин с удовольствием слушала о том, о чём сын не успел рассказать в письмах, радовалась его успехам за экзамен.       Если мать была счастлива от приезда родного дитя, то отец особых восторгов не испытывал. Увидев черную с бежевой грудкой сову, что сидела в клетке и с любопытством вертела головой по сторонам, посетовал на лишний рот в семье:       — Мало мне тебя в доме, так ты ещё и птицу притащил! Не думай, что я хоть пенни на неё потрачу.       — Не волнуйтесь, отец, мой питомец — моя ответственность, так что на корм для него я заработаю сам.       — Ага, заработает он! Держи карман шире… — Тобиас злобно сплюнул под ноги: на фабрике вновь прошла волна сокращений, и хоть Снейп остался, денежная инфляция превращала зарплату в пыль. Сокращались размеры пособий по безработице и другие социальные программы. Трудящиеся по всей стране устраивали массовые забастовки.       В целом воссоединение прошло относительно мирно. Летние дни потянулись своей чередой. Северус помогал матери по хозяйству, на пару с ней варил простые зелья, которые Эйлин раз в неделю продавала в аптеку Косого Переулка, тренировал магию. Ему наконец-то удалось освоить невербальную магию для заклинаний первых двух курсов, что помогло существенно увеличить его резерв.       Однако, результат требовал закрепления, поэтому юный волшебник не перестал посещать заброшенную свалку, где и тренировался до полного истощения.       В один из дней уставший маг уже брёл к выходу из этого царства сломанных и ненужных вещей, когда его слух уловил выстрелы и жуткий гогот. Ведомый любопытством, Северус двинулся навстречу шуму.       «Опять местная шпана по бутылкам стреляет?» — думал парень, бредя по лабиринту из металлолома. Смех и пьяные выкрики всё приближались, и когда волшебник выглянул из-за капота проржавевшего насквозь грузовика, его догадки подтвердились. Трое парней, по всей видимости лет эдак восемнадцати, стояли вплотную друг к другу и над чем-то злобно потешались. Вся компания была знакома Севу: двое, что держат бутылки, уже наполовину пустые, Стив и Джон, хулиганы в школе Пет, а третий, их главарь и заводила, Джек, которого ненавидели, но боялись до дрожи все ребята в округе. Джек со своей командой мог спокойно избить каждого, кто не так на него взглянул или ради развлечения, отжать деньги без зазрения совести, и ему ничего за это не было, ведь отец мелкого бандита служил в полиции Коукворта и всегда прикрывал задницу своего гадёныша. Дерзость парня всё росла, и если бы не отец, то он бы давно загремел в тюрьму для несовершеннолетних.       — И я ещё патронов прихватил, — пьяно улыбнулся Джек, размахивая пистолетом.       — Ух ты, это табельное твоего папаши? — удивился Стив.       — *ля, ну ты тупой, я че, придурок, тащить табель? Не, это личное, батя его и не достаёт практически из шкафа, так что пропажу не сразу заметит.       Джек выставил руку вперёд и спустил курок. Грянул выстрел и раздался жалостный мяв.       — Дерьмо, промазал, харе раскачиваться, мяса кусок.       Северус перевёл взгляд в ту сторону, куда стрелял ублюдок, и сознание парня затопила волна ярости.       На постаменте, куда обычно ребята ставили бутылки дабы пострелять, стояла кривая железная рама огромных размеров. Через верхнюю перекладину была перекинута верёвка, на которой истошно вопила кошка. Вид у неё был ужасный: вся её шерсть была в подпалинах, правое ухо кровоточило, будто его чем-то изрезали. Бедное животное пыталось извернуться, чтобы выбраться из пут, но тяжёлый камень, привязанный к хвосту, не давал ей этого сделать и лишь ухудшал положение.       Северуса перемкнуло. Он быстро перескочил через капот и бросился на живодёров. Джек заторможенно повернулся, отведя пистолет от кошки и тут же получил Ступефаем точно в лоб. Стив только успел открыть рот, как отправился вслед за товарищем на землю. С третьим всё было не так просто: очередной взмах палочкой, и у Северуса перед глазами забегали мушки — магическое истощение дало о себе знать. Злобно рыкнув, парень сделал рывок вперёд и с размаху врезал ублюдку в живот. Джон охнул и согнулся пополам, но маг не собирался останавливаться на достигнутом. Нужно было добить падлу. Сильный удар в висок, и парень мешком валится на землю, закатив глаза.       Северус выдохнул сквозь зубы и размял шею. Сердце бешено стучало. Хотелось рвать и метать. Было сильное желание избить этих подонков ногами, но… Нужно успокоиться.       Парень, засунув палочку за пояс, двинулся к кошке, что при его приближении злобно зашипела и замахала лапами.       — Успокойся, — вымученно произнёс Снейп, — не обижу!       Кошка чуть-чуть присмирела, и Сев смог внимательно её рассмотреть. Зелёные глаза продолжали всё так же настороженно смотреть, но теперь животное не шипело, лишь слегка показывая острые зубы. Неимоверно большие по сравнению с головой уши нервно дёргались. Парень очень медленно, дабы кошка видела его действие, потянул руки к длинному тонкому хвосту с густой кисточкой и стал отвязывать камень.       — Да ты у нас не кот совсем, а низзл… Что ты забыл у маглов? — стал расспрашивать чудо-зверя Сев, стараясь отвлечь его от боли.       Жмыр что-то недовольно мякнул и замахал освобождённым хвостом.       — Потерпи немного, сейчас сниму.       Когда парень наконец-то справился с тугим узлом, низзл ловко приземлился на все лапы. Сев попытался подхватить его, но животное грозно зашипело и быстро скрылось в неизвестном направлении.       Снейп вздохнул: а он-то ещё думал о том, чтобы подлечить кота дома, покормить, но видимо, волшебное существо решило само разобраться со своими проблемами. Отряхнув руки, Сев повернулся к шпане, что до сих пор валялось на земле. Быстро подобрав валяющийся пистолет и сунув его под футболку, парень обыскал Джека на наличие патронов. Разжившись десятком пуль, а также парой купюр с изображением Шекспира* — довольно крупная по нынешним дням сумма — Северус собрался с силами и всё же смог наколдовать три Конфундуса — ему не хотелось оставлять после себя никаких улик.       Еле добредя до дома, Снейп заполз в свою комнату. Вынув добычу, Сев аккуратно разобрал ствол и засунул детали в свой сундук на самое дно так, чтобы никто даже не нашёл. Когда с тайником было покончено, Сев наконец-то дал себе расслабиться и обессиленный упал на кровать. Как только его голова коснулась подушки, мир вокруг отключился и сознание мага кануло во тьму.

***

      Я тяжело бегу по улицам Ярнама прочь от преследователей. Перед глазами всё плывет: каждый шаг увесистым молотом бьёт по мозгам, пар из рта оседает с внутренней стороны маски холодным конденсатом и скатывается ручейками по лицу, затрудняя дыхание. Стук сердца в ушах заглушает всё вокруг, не давая понять, оторвался я от палачей или нет. Выбегаю из-за угла, вижу конический золотой шлем и отмахиваюсь топором, но фигура неподвижна. Приглядываюсь внимательнее и расслабленно выдыхаю — это всего лишь купол башни вдалеке…       Банда Палачей — поборники зарождающейся Церкви исцеления — решила загнать наш отряд, как стая гончих рыжую лису. Гребанные фанатики под предводительством Логариуса решили наплевать на перемирие, считая, что таким чудовищам, как мы, не место в Убежище. Думаете, что раз искоренили из крови все пороки тёмной души, так сразу стали святыми и месть вас не настигнет? Ха!       Охотники должны охотиться, а не убивать себе подобных! Эти лицемеры кричат, что очищают город от нас, но им просто нужно избавиться от аристократов! Вопрос любой бойни — это вопрос о власти!       Но только эти крысы могут так подло нападать на нас. Когда мы измотаны… слабы… а наши раны кровоточат от когтей и зубов монстров.       Краем глаза замечаю движение и еле успеваю увернуться. Мимо меня пролетает бешеный пёс, но эта тварь всё же сумела зацепить меня своими зубами. Взмах секирой, шавка взвизгивает от боли, ещё удар, отбрасываю ногой труп на очередную суку.       Со сворой я расправился быстро. Два-три крутящих удара, и твари разлетелись на куски плоти. Вдалеке заметил высокую фигуру палача в сером одеянии и огромным колесом на плече. Чёрт, это стычка может стоить мне жизни.       Ныряю в ближайший закуток и оказываюсь в тупике. Грязно выругавшись, быстро подтаскиваю ящики к стене и забираюсь на крышу. Бегу по скользкой от мокрого снега черепице, пытаясь сохранить равновесие. Бок простреливает от острой боли. Сапоги скользят по крутой поверхности, и я скатываюсь в какой-то переулок.       Пытаюсь подняться, прислонившись к стене дома, но ноги не держат, и я медленно сползаю на стылую брусчатку. Алый плащ потемнел от крови.       Всё. Это конец. Сил подняться уже больше нет. С трудом достаю из кармана фиал с кровью. Открыл колпачок. На язык скатились жалкие капли. Отбрасываю флакон в сторону, и он отлетает в сторону, зазвенев, будто колокольчик. Слишком мелодичный звук для этого поганого места. В висках пульсирует боль. Смыкаю глаза и склоняю голову, дабы полы шляпы прикрыли лицо и снег перестал падать на ресницы. Чувствую, как от раны стал медленно расползаться холод, пожирая каждую клеточку тела. Хочется спать.       Что-то тёплое касается моей руки. Бью наотмашь. Уйди, гадкий пёс, я ещё жив. С трудом разлепив глаза, вижу перед собой белый комок шерсти. Белый. Белоснежный, будто облако в солнечный день. На меня смотрят два ярких изумруда. Кошка? В таком месте?       Прекрасное создание тихо мурчит и плавно прыгает мне на грудь. С трудом подняв руку, начинаю непроизвольно гладить его. Плевать, что такое совершенство не может быть здесь. Плевать, что это может быть уловка. Даже сквозь кожу перчаток я чувствую тепло этого живого существа, биение его сердца, и мне самому становится тепло…

***

      Северус проснулся совершенно разбитым. Едва сумев встать с кровати, парень побрёл на первый этаж. Увидев его, Эйлин ахнула и подбежала к нему.       — Сев, что с тобой? Ты бледный как смерть. Я с утра тебя разбудить не могла, а ты! Уже час дня.       Парень начал отнекиваться и говорить, что с ним всё нормально, ведь это просто магическое истощение, но мать переполошилась ещё больше.       — Истощение? Просто магическое истощение! Ну, молодой человек, с этого дня чтобы никакого колдовства, верни палочку!       — Ну мам!       — Не мамкай! Я думала, вы, молодой человек, будете серьёзно относиться к своему здоровью, но раз вы себя не бережёте, то с этого дня — только отдых, отдых и ещё раз отдых, а то всё лето в одних книжках. Хоть бы позагорал чуть-чуть!       В целом, Эйлин была совершенно права, так что Севу ничего не оставалось, как пойти на улицу гулять. Мама даже запретила ему брать с собой книги, напихав вместо этого в сумку сэндвичей и свежих фруктов. «На вот, своих друзей угостишь!» Северус покорно кивнул, не сказав маме, что его единственные знакомые укатили в Италию аж на месяц, — кризис никак не отразился на семье Эванс.       На свалку Сев решил пока не соваться — мало ли! Так что оставалось пойти в единственное место, где он мог уединиться.       Древний дуб встретил юного мага, как старого друга. Расположившись у основания, Сев принял расслабленную позу и стал медитировать. «Ну что ж, маменька, раз вы лишили меня палочки, то вы сами меня подталкиваете к тому факту, что маг без неё бессилен. Значит, будем тренироваться без нее!» Глубокий вдох. Медленный выдох. Глубокий вдох… Выдох…       Короткое мяуканье, и Северус увидел перед собой старую знакомую.       — Ну, здравствуй, рад снова тебя видеть.       Низзл махнула хвостом.       — Есть хочешь? Один я столько всё равно не съем.       Кончики усов мелко задрожали, когда Сев извлёк на свет еду. Внимательно всё обнюхав и не учуяв ничего подозрительного, зверь аккуратно стал обкусывать сыр, а затем и хлеб. Когда на земле остались одни крошки, жмыр поднял вопросительный взгляд ярко-зелёных, цвета свежескошенной травы, глаз и жалобно мяукнул. Против такого устоять было трудно.       — Ладно, ешь, худая, что жалко смотреть! — На этих словах зверь оторвался от очередного бутерброда и посмотрел на Северуса. В его взгляде читалось: «А сам-то? Скелет!»       Первые дни низзл ждала Северуса у дуба и каждый раз при встрече махала хвостом. Снейпу всё же удалось вынести из дома кое-какие зелья и медикаменты, чтобы обработать раны зверя.       — Ох, я очень надеюсь, что заживляющая мазь действует и на волшебных животных, — сетовал Сев, втирая зелёную массу, пахнущую различными травами, в тело низзла, предварительно помыв его. Жмыр был, конечно, очень недоволен, но уходу не сопротивлялся. Всё же парень старался сделать как лучше.       Через некоторое время низзл, которому Сев дал имя Элис, стала прогуливаться с юным магом по улицам Коукворта и даже пару раз заходила на участок Снейпов, но никогда не переступала порог дома, как бы намекая на свою независимость.       Но несмотря на прекрасное лето, Снейпа беспокоила одна проблема. Воспоминания. Сны. Образы. Прошлое. Ярнам. Охотники. Всё смешивалось в единый водоворот, будто талая вода, и Сев с трудом мог понять, где находились его личные воспоминания, где образы, навеянные рассказами его отца и деда, а где-то, что никак не могло с ним произойти. Со всем этим нужно было разобраться как можно скорее, но… Детский мозг отодвигал на задворки самые кровавые и жуткие воспоминания, окутывая их белой пеленой. Северус испугался, что начал терять себя. Попытался вспомнить своё прошлое имя, имя своего рода. Ничего. Лишь туман. Он Охотник. Один из тысячи. Единственное, что он ясно помнит — он был Кейнхерстом. И был верен Королеве.       «Мы не должны забывать наше прошлое, — холодный, властный голос звучит в лабиринте воспоминаний, — Если мы забудем то, что дали наши предки, их знания и ошибки, то наше существование потеряет всякий смысл. Зачем они столетиями упорно трудились, шли вперёд, раз мы стоим на месте или ходим по кругу! Узурпатор может убить нас, сжечь наши дома, но он ни в коем случае не должен уничтожить плоды, что оставили наши отцы. Если же вы не можете сохранить что-то старое, то создайте, вырастите новое. Но не стойте на месте. Иначе наш мир станет ещё одним болотом и погибнет!»       Эти слова эхом звучали в голове Северуса, когда он с любопытством рассматривал корешок, что принесла ему Элис. Перед этим маг долго жаловался своей хвостатой подруге, что у него не получается новое зелье и он не знает в чём дело. Низзл внимательно его слушала, склонив голову набок, и через некоторое время принесла кусочек бриара.       — Думаешь, стоит добавить? — короткий мяв, — Ладно, я попробую, ты очень умная, Элис, — Северус ласково погладил кошку по голове. — Скоро сентябрь, и я вернусь в Хогвартс. Ах, если бы ты могла отправиться вместе со мной, — магическое существо мяукнуло и запрыгнуло на колени парня, — Ты этого хочешь? Тогда придётся одну ночь провести в доме или ты придёшь рано утром на участок? — Элис в два прыжка оказалась в сумке Северуса, покрутилась немного, и коротко фыркнув, улеглась, всем своим видом показав, что готова терпеть маленькие неудобства.       Снейп широко улыбнулся и потрепал низзла за большим длинным ухом. Третий год обучения обещал быть чуточку лучше, ведь теперь рядом был маленький друг.