Часть 14
12 января 2018 г., 00:00
Рейвен торжествовал: достать целых три предмета связи за такой короткий промежуток времени — редкостный шанс. Оранжевый путеводный мелок для сообщений, мелок для белого знака с предложением помощи и медальон. Все только для темных или охотников, для остальных магов эти вещи — пустышки. Теперь, если его сообщения заметят, поиск будет осуществляться не в одностороннем порядке. Но чем больше записок — тем больше шанс, что нужные ему люди увидят запись.
Маг решил заглянуть в место, куда хоть раз, но заходил каждый. В бар.
Паб «Белая виверна» хоть и находился в темном районе, но выглядел куда привлекательней, чем его собрат «Дырявый котел». Несмотря на то, что таверна была довольно темной и большая ее часть находилась в подвале, бар обладал неким лоском. Пьянящее сочетание красного с черным придавало этому месту дороговизны и серьезности. Но и публика здесь собралась другая. Не сказать, что она была в разы лучше, но, во всяком случае, в пабе отсутствовали придурковатые посетители, облаченные в пижаму и ночной колпак или дешевый дождевой плащ вкупе с домашними тапочками. А на таких Рейвен насмотрелся, не раз проходя сквозь «Дырявый котел».
Маг не стал долго рассматривать убранство, а сразу направился к барной стойке. Заказав шерри, он присел за столик в углу зала так, чтобы боковым зрением наблюдать за входной дверью. Никаких чар вешать не стал — зачем привлекать лишнее внимание. Чем больше он попытается отгородиться или спрятаться, тем интенсивнее за ним будут наблюдать. А так есть шанс, что про него скоро забудут.
Достав свой дневник, Рейвен раскрыл его на последней чистой странице и задумался. Стоило очистить свои мысли и подумать над дальнейшими действиями.
Сегодняшняя находка могла существенно облегчить поиск, если маг ею правильно воспользуется. Одну записку он уже оставил в темной лавке. Стоило прикрепить еще где-нибудь в этом пабе и «Дырявом котле», но Рейвен мотнул головой. Нет, лучше не в самой таверне, а прямо у прохода в магический квартал, тот малюсенький закуток был идеальным местом. Шестеренки в голове парня ускорили оборот. Можно будет пометить и другие входы, но ведь маг знал только один. Ситуацию нужно было исправить. Рейвен сделал небольшую пометку в голове.
«А ведь чистокровные предпочитают камин или портключи либо аппарируют. Проблема…»
Маг нахмурился: «Куда ходят все маги, вне зависимости от положения?»
Лавки, пабы, бордели — это все, конечно, прекрасно и пользуется популярностью, но их всех посещают лишь в одном случае: когда есть деньги!
Оставить записку у входа в банк было прекрасной идеей. А недалеко можно и знак призыва нарисовать. Нужно только прощупать место, проверить внешнюю защиту банка.
Рейвен залпом допил крепленое вино и вернулся к барной стойке.
— Я желаю снять у вас комнату.
Бармен искоса взглянул на мага и продолжил натирать стаканы.
— Простите, мистер, но мы подобным не занимаемся, — буркнул он себе под нос.
Маг едва заметно прищурил глаза. Заявление хозяина паба вызвало сомнения. Рейвен внимательно оглядел помещение, обежал взглядом барную стойку и мысленно улыбнулся.
— Знаете, чем отличаются качественные иллюзорные чары от некачественных?
Бармен промолчал, но маг заметил, как его руки значительно замедлились, следовательно, он услышал:
— Так вот, некачественные чары сокрытия воздействуют только на наши органы чувств, тогда как высшая магия обмана влияет и на окружающее пространство тоже, избавляясь от мельчайших информационных несостыковок. Поэтому если не хотите, чтобы дверь за моей спиной заметил кто-то посторонний, либо уберите зеркальное покрытие задней стенки бара, либо повесьте чары получше, а то отражение и видимая реальность не совпадают.
Мужчина за стойкой тяжелым взглядом уставился на посетителя и отвернулся к полкам с бутылками.
— Твою ж… Моргана! — Мужчина быстро выхватил палочку, и зеркальное покрытие уступило место деревянному, бармен развернулся к Рейвену, но тот даже ухом не повел. Не обращая никакого внимания на вооруженного бармена, маг взял забытую бутылку хереса и плеснул себе еще вина.
— Если вы запустите в меня Обливиэйт, я приму это, как личное оскорбление, — произнес он совершенно ровным голосом. Не дождавшись никаких враждебных действий от посетителя, бармен наконец-то опустил палочку.
— Чего вам надо?
— Снять комнату.
Мужчина еще некоторое время сверлил глазами мага:
— С камином? — наконец спросил он.
— Без, — на стойку упал небольшой ключ.
— Дверь вы уже видели, третий этаж.
Рейвен коротко кивнул. Положив на столешницу деньги, он отправился наверх.
Помещение был небольшим, но вполне отвечало интересам Найттанда. Кровать да небольшой стол. Маг кинул на кровать сумку и стал доставать из нее многочисленные инструменты: глобус, перьевую ручку, монокуляр. Сменив линзу на макро и активировав парящий Люмос, охотник принялся за работу.
Места силы всегда привлекали к себе не только магов, но и маглов. Лей-линии, также известные как мировые линии — псевдонаучное для маглов и давно забытое для магов понятие, называющее линии, по которым расположены многие места, представляющие географический и исторический интерес, такие как древние памятники, мегалиты, курганы, священные места, природные хребты, вершины, водные переправы и другие заметные ориентиры. Из лей-линий складываются геометрические формы разных масштабов, которые все вместе образуют единую сеть — силовых линий энергетического поля земного шара.
Маги почти потеряли эти знания, когда произошел неожиданный всплеск в немагическом мире. Существование лей-линий в Англии, как и название, были предложены в 1921 году английским археологом-любителем Альфредом Уоткинсом, представившим методическое изложение своей теории в книге «Древний прямой путь». 30 июня 1921 года Уоткинс посетил деревню Блэкуордайн в графстве Херефордшир, где с удивлением обнаружил, что несколько холмов с древними руинами можно было соединить прямой линией. Открытый к новому и неизведанному ум позволил ему увидеть систему прямых линий, соединявших все окрестные примечательные места. Поэтому труды этого археолога оказались довольно качественными и познавательными даже для магов. Но почему его труды вновь предали забвению, Северус так и не смог понять.
Однако маг серьезно увлекся лей-линиями и смог выяснить для себе довольно много интересного. Например, в Древнем мире на семи мощнейших по тем временам узлах были построены чудеса света.
Также на великих узлах находились другие известные всему миру сооружения: храмы и дворцы Петра в Иордании, древний город майя — Чичен-Ица, расположенный в Мексике на севере полуострова Юкатан, руины Мачу-Пикчу — «затерянного города инков» — скрытые в зарослях джунглей высоко в Перуанских Андах. Китайцы в этом плане пошли еще дальше: их Великая стена была построена вдоль огромного отрезка лей-линии, захватив многочисленные мелкие и средние узлы, в сумме дававшие намного больше, чем любой крупный силовой узел.
Туманный Альбион также не уступал: Стоунхендж, замки Эдуарда Первого в Уэльсе, Вестминстерский дворец и Тауэр, памятники неолита на Оркнейских островах, пещера Горхема, список можно продолжать до бесконечности.
Рейвен прекрасно понимал, почему знания о лей-линиях тщательно скрывались. Произнеся специальное заклинание, охотник увидел, как глобус накрыла легкая золотая паутина. Увеличив масштаб карты, он взглянул на Англию и сверил данные с картой достопримечательностей. Коротко хмыкнул. Зная приблизительное месторасположение Хогвартса и менора Одли, Найттанду стало ясно, почему некоторые узлы оставались якобы пустыми.
— Все меноры и замки как на ладони, хоть прямо сейчас иди и бомби, — покачал головой Рейвен и стал высматривать самый неприметный узел в пределах Лондона или его пригородах.
Через час работы охотник нанес на простую магловскую карту пометку и убрал артефакты в сумку. Взглянув на часы, он мотнул головой: за время йольских ритуалов его режим опять полетит к чертям собачьим, так что стоило отоспаться перед первой ночью.
***
Гарбхан Мамон предпочитал не вмешиваться в дела своих посетителей, но он всегда внимательно присматривался к тем, кто забрел к нему впервые. И этот черноволосый маг не стал исключением. Недорогая мантия хоть и была старой, но выглядела опрятно, а манеры и речь показывали, что перед ним не простой работяга, а человек, воспитанный благородно. Может, обедневший аристократ, а может, не считает нужным привлекать к себе излишнее внимание, кто знает. Сначала он думал, что маг просто зашел выпить, но когда тот спросил про комнату, мужчина решил его прощупать. Отказать в просьбе — значит увидеть, какой человек на самом деле. Мамон ожидал чего угодно: что молодой человек попытается давить, угрожать или же наоборот предложит большие деньги, но действия этого мага стали для бармена полной неожиданностью. Черноволосый не стал ни торговаться, ни просить, ни пугать. Он как бы между делом заметил недостаток в защите секретов бара. Бармен чертыхнулся: если бы маг не указал ему на это, то у его клиентов, кто просил тайное убежище, могли возникнуть проблемы, особенно если бы нагрянул этот молодой аврор. Моуди, заноза в заднице, любил докапываться до любой мелочи и чуть пару раз не сорвал важные сделки. Он бы точно заметил косяк с иллюзией. Когда Гарбхан направил палочку на мага, у того на лице не дрогнул ни один мускул. Спокойный, как удав, он даже под прицелом осмелился налить себе выпить. И Мамон, плюнув на все это дело, все же дал то, что изначально попросил клиент. Посетитель не доставил проблем. Черноволосый маг вообще вел себя тише воды, ниже травы, хоть и уходил из таверны каждый вечер, а возвращался только под утро. Однако, в Лютном было тихо, значит он проворачивал свои дела в другом месте. Но Мамон так и не смог пересилить любопытство. — Куда вы опять на ночь глядя? Не боитесь, что вас Дикая Охота унесет? Маг слегка задержался на пороге и, бросив на Мамона секундный взгляд, коротко хмыкнул. — А почему бы нет? Был бы интересный опыт. Когда дверь за ним прикрылась, бармен покачал головой. — Дурак. Либо безумец, — был вердикт бармена. Маг исчез так же тихо, как и появился. Просто однажды утром положил ключ на стойку и вышел из бара. Мамон лишь коротко кивнул: ушел и ушел, главное, проблем с ним не было. Гарбхан и забыл бы про него, если бы месяц спустя Пейт не вылез из своей норы. Этого торговца Мамон недолюбливал: лысый ворюга, он всегда заискивающе улыбался, но с такими как он, стоило держать ухо востро. Мерзкий как гоблин, Пейт стал расспрашивать бармена, видел ли он кого нового/странного/подозрительного недавно, на что получил лаконичный ответ, что подозрительный здесь только он. Торговец примирительно развел руками: «Таким уж я уродился!» — А про меня никто ничего не спрашивал? — Что, опять разозленный клиент решил тебя убить? Пейт на это только фыркнул. — Ох, никто не понимает моих шуток. Но ты, если кого нового увидишь, сразу мне скажи, — торговец схватил с прилавка бутылку настойки и был таков. Тогда-то Мамон и вспомнил про черноволосого мага, но говорить о нем Пейту бармен посчитал выше своего достоинства. Пусть тот сам разбирается.***
Рождество в доме Блэков шло своим чередом. Регулус проснулся как обычно и уставился в потолок комнаты. Взглянув на часы, маг горестно вздохнул и стал одеваться. Вдруг Рег замер и сильно хлопнул себя по лбу: он же не в Хогвартсе, а значит пар, а тем более утомительных тренировок с Северусом не будет, а значит можно и отоспаться. Но потом махнул рукой — он уже практически одет, да и спать не особо хотелось. Спустившись вниз, он хотел позвать домового эльфа, но увидел в гостиной Вальбургу, что чинно сидела и пила кофе. — Доброе утро, Регулус. — Доброе утро, мама, — парень нежно поцеловал руку Вальбурги и сел напротив нее. Женщина благосклонно кивнула и щелкнула пальцами. Тут же перед ними на столике появились поджаренные тосты, джем, масло и сваренные вкрутую яйца. Налив себе чай, Рег аккуратно принялся поедать завтрак. — Ты сегодня рано. Обычно вас с Сириусом до десяти не добудишься. — Мне слишком много нужно сделать, чтобы тратить время на сон. — Неужели хоть один из моих сыновей это понял, — женщина мягко улыбнулась. Сама она, несмотря на то, что было всего семь утра, была одета в чайное платье приятного темно-синего цвета. Вальбурга не стала ни о чем расспрашивать сына, ведь это можно было сделать и за обедом, когда за столом соберется вся семья. Регулус благодарно кивнул и, забежав в комнату за книгой, сел поближе к камину. Блэк трепетно провел пальцами по теплой обложке. Книга выглядела обгоревшей, но прикасаться к ней было приятно. Сначала Регулусу показалось, что надпись на обложке выполнена из золота, но буквы даже в темноте излучали внутренний свет. Эта книга была подарком Северуса на Рождество. — Закрой глаза, — Снейп кивнул Блэку, продолжая раскладывать на столе старые свитки и рукописи, — вытяни вперед руку. Когда что-то почувствуешь, скажи. Когда под пальцами приятно потеплело, он услышал удовлетворенный хмык товарища. — Как я и думал. Держи. Регулус открыл глаза и увидел протянутую ему книгу. — Что это? — Подарок. Пиромантия Изалита. — Благодарю. Но почему именно пиромантия? — Вы подходите друг другу. Я бы больше удивился, если бы не было отклика. Блэки славятся своим взрывным характером. Буйство эмоций и страсть. Огонь — ваша родовая стихия. Теперь, сидя в кресле у себя в мэноре, Регулус понимал, какой шикарный подарок сделал ему Северус. Учебник пиромантии из Изалита, описывающий огненную магию ведьм иного мира. Пиромантия хаоса позволяла управлять лавой, именно она лежала в основе всех остальных школ. И самое чудесное, в ней были прописаны основы обучения, не подразумевающие палочку. — Освоишь эту книгу, и если тебе понравится, подарю остальные, — вспомнил он высказывание друга. Беспалочковая магия, причем стихийная — против такого соблазна Регулус не мог устоять. Правда, пришлось дать Северусу обещание, что технику безопасности он выучит неукоснительно. Магия пироманта должна калечить врагов, а не его самого. Регулус очнулся только ближе к обеду, когда его позвали. — Молодой хозяин, — перед ним возник эльф в темной наволочке с крючковатым носом и с обожанием уставился на парня, — прошу к столу. Все уже собрались. — Спасибо, Кикимер, — Регулус быстро встал и направился в обеденный зал. Эльф оказался прав. Здесь уже собралось все старшее поколение Блэков: Вальбурга с Орионом, Сигнус с Друэллой, дядя Альфард о чем-то беседовал с дедушкой Поллуксом, Сириус уныло ковырялся в тарелке. Парень проворно юркнул на свое место. — Регулус, нехорошо заставлять людей ждать, — покачала головой мать, но отец мягко накрыл ее ладонь своей. — Рад вас видеть, молодые люди, — Поллукс отсалютовал бокалом, — рассказывайте, как ваши успехи в школе, какие забавы нынче в моде? Парни наперебой начали делиться успехами, но в основном спрашивали Сириуса. Регулус ведь регулярно писал письма, так что про него все и так было известно. Мать внимательно слушала об успехах сыновей, иногда согласно кивая, иногда же наоборот, неодобрительно хмуря брови, но молчала. — Я считаю, ты слишком много времени уделяешь забавам, и мало концентрируешься на учебе, Сириус, — заметила Вальбурга, — Лучше бы взял пример со своего брата. Кстати, Регулус, что это ты сегодня так увлеченно читал? — Да так, друг подарил. — Хорош друг, подарил какое-то горелое старье, — не удержался от язвительного комментария старший брат. — Не суди книгу по обложке, — возразил Орион. — Кстати, хочу сказать, семейство Малфоев пригласило нас на бал в Новогоднюю ночь. Кроме нас будут присутствовать еще и Лестрейнджи, так что вы увидите своих кузин. — Не всех, — буркнул себе под нос Сириус, но его услышали. — Сириус, — ледяной взгляд Сигнуса прошил того насквозь, — не смей упоминать имя осквернительницы крови в этом доме. — А не то что, — вздернул подбородок парень, — мой портрет тоже будет выжжен? — Сириус, — гневно воскликнула мать, но слово взял Альфард. — Ну-ну, давайте не будем ссориться, тем более в Сочельник, вспомните, как мальчишки любили Анди, все мы были расстроены, но ведь могло быть и хуже, она могла выйти замуж не за волшебника, хоть и маглорожденного, а простого магла. — Я не хочу даже слышать об этом, — возмутилась Друэлла, — тема закрыта. Оставшаяся часть обеда прошла в напряжении. Сириус бросал во все стороны вызывающие взгляды, Регулус же, наоборот, уткнулся в тарелку и не смотрел по сторонам. Вечер тоже был не самым радостным. Старший брат заперся в своей комнате и выходить не собирался, а он сам сидел в том же кресле у камина с книгой в руках, но взгляд его был печален. Взрослые сидели в небольшой гостиной и играли в вист, Вальбурга время от времени кидала встревоженные взгляды на сына, и когда очередная партия подошла к концу, приблизилась к нему и уселась в соседнее кресло. — Тебя что-то тревожит, сын? Мальчик оторвал отсутствующий взгляд от пламени. — «Toujours Pur!», семейный девиз. Ты всегда говорила, что быть Блэком — чуть ли не то же самое, что быть королевской крови… А Короли не должны общаться с ничтожествами, так? — К чему ты клонишь, Регулус? Выражайся яснее! — Нахмурилась Вальбурга. — В Хогвартсе я дружу с одним парнем со Слизерина, он меня сильно выручает, помогает найти материал вне школьной программы, он меня уже до середины пятого курса подтянул, хотя сам на четвертом. Я думал о том, чтобы пригласить его к нам. Летом. Ненадолго. Но дело в том, что он полукровка, — парень говорил очень тихо, а последние слова произнес практически шепотом, но Вальбурга его услышала. — Ты считаешь его полезным? — Я считаю, что он многому может научить меня. — Полукровка? — Женщина скептически изогнула бровь, но Регулус твердо кивнул. — Я видел, как он колдовал. Без палочки. — Простой Люмос без палочки при должном усилии любой сможет. — Нет, — мотнул головой Регулус, — мама, ты не понимаешь, он не просто усердный зубрила. Он не любит магию, которую нам навязал Хогвартс и Министерства, он уважает только истинную Магию. Вальбурга вопросительно поджала губы, но Регулус продолжил: — Вот, это он мне подарил на Рождество, — мальчик протянул ей старую обожженную книгу, от которой он не отрывался весь день. Женщина с сомнением взяла в руки хрупкую на вид рукопись, и каково же было ее удивление, когда от кончиков пальцев по телу побежало приятное тепло, будто она встретила нечто родное. — Пиромантия Изалита, — медленно прочитала женщина, — никогда о подобном не слышала, но книге точно несколько веков. — Ну-ка, — неожиданно возникший за спиной Поллукс заставил их обоих вздрогнуть, — дай посмотреть. Старик ловкими пальцами выхватил книгу. Нахмурившись, он внимательно стал изучать книгу, беззвучно шевеля губами. Затем тряхнул головой и уставился на Регулуса. — Тебе эту книгу подарил твой товарищ? — Парень согласно кивнул, — И ты хотел пригласить его к нам летом? — Снова кивок, но уже менее уверенный, — Я даю тебе свое разрешение. — Но отец, — Вальбурга хотела что-то возразить, но замолкла под пронзительным взглядом мага. — Пока я Глава Рода Блэк, я решаю, кого можно впускать в дом, а кого нет. Регулус, напиши письмо своему другу, а книгу я пока заберу. И не смотри на меня такими глазами, внук, рукопись я тебе верну. Негоже на каникулах учиться. Мальчик печально кивнул. Когда наступил поздний вечер и все разошлись по спальням, Поллукс засел в семейной библиотеке. Искал он одну книгу, настолько старую и ценную, что Блэк уже сомневался, а не хранится ли она в Гринготсе. Но все же память не подвела старика, и нужный фолиант был найден. Аккуратно сняв защитный купол с книги, маг перевернул хрупкие страницы, вчитываясь в предисловие, а затем изумленно взглянул на том, отобранный у внука. — Моргана, неужели мать Пиромантии… — Поллукс нервно промокнул пот со лба. Нужно было срочно посоветоваться с портретами предков, в особенности с одними из самых старых: с Алькор и Мицар Блэк.
