Стоять на своём

- Ива-чан, ты совершенно ничего не смыслишь в девушках! Узнай они, что я встречаюсь с тобой, они наоборот будут любить меня больше прежнего! - Ничего не путаешь? Даже у твоего раздутого самомнения должны быть границы и хоть какое-то основание. Откуда ты взял, что они не возненавидят тебя, когда поймут, что не смогут заполучить себе, а меня - за то, что отбил их бестолкового принца? - произнося последнее слово, Ивайзуми заметно скривился, чтобы Ойкава, не дай бог, не вообразил, что он это всерьёз. Единственным принцем, которым Ойкава мог бы стать - принцем ада, и то такое звание было бы слишком жирным для его самовлюблённой задницы. - У меня куча одноклассниц увлекается БойзЛав-историями, - важно заверил тот, словно это объясняло если не все, то многое. - Когда они говорят об этом, их мозги начинают работать абсолютно по-другому, не как у нормальных людей. Они искренне считают, что гейские парочки - мило. - Но что в них может быть милого? - Что угодно, наверное: то, как они держатся за руки, обнимаются, может, носят одежду друг друга... - Ойкава остановился, поймав непонимающий взгляд, и скептически поднял бровь. - Откуда мне точно знать, что именно милого в паре геев, Ива-чан? Я же не девушка, я даже не читаю такую мангу, трудно придумать сходу что-то реалистичное. - Вот и не мели ерунды! То, что в твоём классе сплошные извращенцы, не означает, что все вокруг такие же. - Нет, послушай, я уверен, большая часть девчонок тащится от подобного, просто они отмалчиваются, они боятся осуждения. Почти никто из них не будет против, если я начну встречаться с парнем, ведь для девушек это будет значить, что прекрасный Ойкава-сан не достанется никакой конкурентке, смекаешь? - самодовольно растянув губы в улыбке, Ойкава выжидающе посмотрел на Ивайзуми, но, не добившись никакой реакции, сник. - Для кого я распинаюсь? Ты безнадёжно отстал от жизни раз и навсегда. Просто знай, сейчас геи в моде, Ива-чан, это настоящий тренд, всем нравится. - Но я не гей. У меня даже не встаёт на парней. - Ну да, действительно. Напомнить тебе об этом, когда я в следующий раз буду держать твой член в руке? Или в... - Это другое! - с жаром перебил Ивайзуми. - Когда это ты... - Когда это я?... - рот Ойкавы растянулся в ухмылке. - Когда это ты, это чуть менее отвратительно! Ойкава оскорблено фыркнул, состроив гримасу негодования. - Вчера вечером ты стонал совсем другие слова, Ива-чан, - покачал головой он. - Не заметил, чтобы тебе было отвратительно, когда ты просил "ещё, Тоору", "глубже", "да, так"... Щеки, как по команде, обожгло горячим румянцем. Сколько они уже были вместе, а Ивайзуми все ещё смущался своего слишком шумного поведения в постели и подобных щекотливых разговоров. Прежде чем он сообразил, что делает, Ойкава ловко увернулся от оплеухи. - Ничего страшного, Ива-чан, я знаю, тогда ты был гораздо искренней, чем сейчас! - Ивайзуми попытался использовать другой приём - хорошенько ущипнуть за предплечье, но Ойкава избежал и его, крепко перехватив Ивайзуми за запястья. - Перестань мне вредить за то, что я говорю правду, - сказал он, таким голосом, что Ивайзуми захотелось пустить в ход лоб и треснуть Ойкаву хотя бы им. - Я точно знаю, ты меня любишь, ты сам сказал мне об этом утром. И ещё раз полчаса назад. Крыть было нечем. - Тогда не беси меня! - Ивайзуми дёрнул руками и, освободившись, сложил их на груди, чтобы было меньше соблазна пустить кулаки в дело. - По правде говоря, гораздо больше твоих фанаток меня волнуют парни из команды и то, как отреагируют они, если о том, что мы встречаемся, узнает вся школа. - А мне все равно на парней, - откинувшись на спинку дивана, легкомысленно заявил Ойкава. - У меня уже есть один, так что других не надо. - Перестань ёрничать и включи голову, Дуракава, я говорю серьезно. Если тебе не хотелось нормально это обсуждать, не нужно было начинать. Измученно вздохнув, Ойкава резко выпрямился, разом перестав казаться расслабленным. - Но я тоже серьёзно. Я не понимаю, почему ты паришься из-за вещей, которые вряд ли когда либо произойдут. Ива-чан, просто подумай, ну что может случиться с другими парнями? Неужели ты думаешь, что в нашей школе есть тайный клуб ненавистников гомосексуальных отношений или что-то такое? И все его члены... - Ойкава, испортив настрой речи, ехидно выдержал паузу, во время которой Ивайзуми закатил глаза. - ...Будут караулить нас после тренировок и пытаться избить? Или писать на классной доске гадости? Тебя всегда раздражало, когда фанатки ходили за нами, а теперь ты так беспокоишься, что они перестанут любить меня, что это кажется странным. Не представлял, что скажу такое когда-нибудь в жизни, но неужели тебя так волнует их мнение? - Меня волнует не мнение, а последствия, - фраза, произнесённая не меньше сотни раз за последние месяцы, вызывала стойкое чувство дежавю, так что Ивайзуми зажмурился и потёр переносицу. Ойкава совсем его не понимал и даже не старался. - Ты как будто живёшь в чертовом мире розовых пони. - Это ещё почему? - Потому что тебе кажется, что ничего не изменится, а изменится абсолютно все! - Ивайзуми описал руками широкий круг, дополняя слова жестами, чтобы до Ойкавы наконец начало доходить хоть что-то. - Ты так привык ко всеобщему обожанию, что даже думать не желаешь, что твои выкрутасы могут плохо кончиться! Ойкава с тихим стоном перевел дыхание. Он пересел ближе и подался вперёд, почти прикоснувшись кончиком носа носа Ивайзуми. - Ива-чан, ты такой смешной, когда не договариваешь, - Ивайзуми буквально почувствовал его доверительный шёпот своими губами. Ойкава смотрел прямо. Деться от затягивающей глубины карих глаз с расстояния в несколько сантиметров было некуда. Ивайзуми попытался отодвинуться, чтобы дать себе пространство и спросить, что это Ойкава, черт возьми, имеет ввиду, но тот сжал его плечо и дёрнул обратно. - Все никак не можешь собраться с силами и сказать мне, почему на самом деле ты против. - Я говорил кучу раз, но у тебя все вылетает из головы за секунду. - Не правда, я тебя слушаю, просто все, что ты выдумываешь, - какие-то дурацкие отговорки. Родители запретят нам общаться, тренер выгонит из команды, фанатки перестанут болеть... Серьёзно? В это я должен верить? - Что из этого тебе кажется таким уж несбыточным? - Все это может случиться, - противореча самому себе, покачал головой Ойкава. - Но ничего из этого не смогло бы тебя остановить, если бы тебе хотелось рассказать всем хотя бы в половину так же, как хочу я. Родителям рано или поздно придётся узнать, тренеру важна только наша игра, болельщики все равно будут за нас болеть, Ива-чан. Ивайзуми, преодолев слабое сопротивление, все же отстранился и подозрительно сощурился. - И какую же причину ты считаешь настоящей? - он прекрасно понимал, что за таким вопросом последуют какие-нибудь конспирологические теории притянутые, в лучшем случае, за уши, но в груди горячо вспыхнуло волнение, словно Ойкава мог сказать что-то действительно важное. Ивайзуми поджал губы. Он должен был доказать себе, что никаких других причин, кроме тех, которые он вдалбливал в глупую голову Ойкавы, никогда не было. - Все просто. Ты не уверен, что наши отношения не подростковая ошибка. - Чего? - Ивайзуми сильно нахмурился, глядя на улыбающегося Ойкаву. Хотелось зарядить ему подзатыльник, чтобы не болтал всякую чушь, но что-то неправильное в его улыбке мешало поднять руку. - Ойкава, ты совсем больной, думать такое? Я что, когда-то говорил, что это просто забавы ради? Ойкава лыбился и подозрительно молчал, не пытаясь перебить, как он любил делать. Посверлив мрачным взглядом его лоб, но так и не дождавшись ответа, Ивайзуми тяжело сглотнул, его накрыло пониманием: Ойкава правда вообразил, что он не хочет рассказывать о них окружающим, потому что считает, что отношения обязательно закончатся, когда они совсем вырастут. Раньше Ивайзуми о таком даже не думал. Не в плане, что они никогда-никогда не расстанутся - во время особо масштабных ссор такой сценарий казался единственно верным - а в плане того, что их решение ни много, ни мало быть вместе, действительно может оказаться всего лишь подростковым наплывом гормонов. Другой вопрос, как Ойкава пришёл к этой мысли?... - Как?... - Ты просто хочешь оставить пути отхода, Ива-чан, чтобы о нашей глупости никто не знал, и никто не смог бы нас осудить, если мы расстанемся, - не глядя на него пожал плечами Ойкава. - А знаешь, почему я хочу скорее рассказать всем? Чтобы тебе этих путей не оставить. Чтобы ты не смог так запросто взять и забыть то, что между нами происходит и устроить себе другую жизнь. Вот такой я эгоист на самом деле. Ивайзуми ошарашено открыл рот, но не смог выдавить из себя ни звука. Как отвечать на подобное заявление он даже не предполагал, в начале полушутливого разговора у него и в мыслях не было, что все обернётся какими-то откровениями. - Ойкава, твоя буйная фантазия иногда реально пугает, - прохрипел он, наблюдая, как вымученная улыбка стекает в жалкое подобие нагловатой ухмылки. - Мне трудно представить, что мы сможем разбежаться так, будто ничего и не было. Скорее, наоборот, из-за твоих оров, все вокруг узнают, что случилось, даже если мы не расскажем, что встречались. - Эй, вообще-то, обычно орешь ты, - Ойкава вяло фыркнул. - Мне все равно никто не поверит, если ты сделаешь свою фирменную морду кирпичом. - Сейчас получишь, - мрачно пообещал Ивайзуми, с удовольствием отметив, как лицо Ойкавы перестало быть опасно задумчивым. - Когда дело касается тебя, последнее, что мне удается, - держать, как ты выразился, морду кирпичом. - Ива-чан, тебе нужно почаще раскошеливаться на комплименты, - протянул Ойкава, в притворном смущении прикрыв ладонями щеки. Он покосился в сторону и нехотя добавил. - Я все равно не успокоюсь, пока все вокруг не будут знать, что Ивайзуми Хаджиме принадлежит мне, что бы ты ни говорил и каким бы придурком меня не назвал. Все, что оставалось Ивайзуми, - кивнуть. Он расставил ноги пошире и плавным движением привлёк Ойкаву к себе, устраивая в объятиях. То, как идеально их тела соединились друг с другом, наверняка было знаком свыше; жаль такое не работало с мнениями и желаниями. - Ты полный придурок, - для порядка напомнил Ивайзуми, упираясь подбородком в лохматую, тёплую макушку. Ойкава кивнул и вздохнул. - Но я не собираюсь только из-за этого идти у тебя на поводу. Я все ещё против. - Ладно. - И эта твоя идея, что я когда-нибудь захочу закончить с тобой по-тихому, - полный бред. С тобой никогда не бывает по-тихому. - Ладно. - И вообще, как ты додумался до этого? - Не знаю, - односложные ответы Ойкавы непрозрачно намекали, что разговор окончен. Ивайзуми же, в свою очередь, был бы только рад не возвращаться к нему никогда или хотя бы отодвинуть на как можно больший срок, но сказать, подвести итог этому спонтанному выяснению отношений было нужно, поэтому он закрыл глаза и со всей искренностью, которая у него была, признался: - Люблю тебя. *** - Постой, то есть ты встречаешься со мной, потому что я в тренде? - Что за глупости, ты, Ива-чан, совсем не в тренде... Ай! - Ойкава обижено потёр затылок, на который пришёлся немилосердный удар.