Незримое доверие

Реджину вернули в блок через три дня, а не через два, как предполагалось. За эти дни Ли перевела Хили и Тирот в другие тюрьмы. Это не составило для нее труда. Поэтому Реджина сможет спокойно находиться в тюрьме. — Привет, — Реджина поздоровалась с Шерил, которую встретила в коридоре. — О, — женщина внимательно осмотрела Миллс, — отдохнула? — она усмехнулась. — Как с курорта, — Реджина усмехнулась, — а вы как здесь без меня? — Неоднозначно, — Шерил протянула это слово, — ждем тебя, чтобы ты разъяснила всю ситуацию. — Ну пойдем, буду разъяснять, — Реджина приобняла Шерил. — Ты хочешь мне разъяснять или, может, сразу ей? — женщина положила руку на спину Миллс. — Я могу сразу обеим рассказать, — Реджина два дня думала, что скажет Каре, — но если хочешь, я могу рассказать сначала все тебе. — Расскажи мне. Я хоть буду знать, что лучше делать дальше, — Шерил не хотела идти против Кары, но больше хотела помочь Реджине. Она верила, что нашла подругу в этом месте, ведь до этого так ни с кем не общалась. — Роза и Гвен хотели меня изнасиловать, но пришла Факелбоус, — Реджина выдохнула и подробно все рассказала. — Суки тюремные, — выругалась Шерил после всего услышанного. Она не знала всех подробностей, да и догадываться или размышлять не собиралась, — а ты знаешь, что их перевели? Даже попрощаться ни с кем не дали. — Знаю. Мой адвокат договорился об этом, — Миллс подмигнула. — Вау! — Шерил хлопала глазами, — а так разве возможно? Как? — Ну у него явно есть свои точки давления, — Реджина улыбнулась, — ну те, которых у тебя четыре года не было. — Да у меня их и сейчас явно нет, — Шерил и Реджина практически дошли до их камеры, — слушай, а ведь ты совсем не простая. Совсем. — Я очень не простая, — Реджина подмигнула, — а теперь пойдем, мне предстоит серьёзный разговор. — Идём. Когда Шерил и Реджина зашли в камеру, то обнаружили там обычный распорядок дня. Заключенные занимались своими делами. Но как только зашла Миллс, все сразу перевели взгляд на Кару. Женщина лежала на животе с голым торсом, а другая заключенная делала ей массаж спины. — Кара, привет, можно с тобой поговорить, — Реджина сразу подошла к женщине, — я хочу разъясниться. — Жди меня в душевой через пятнадцать минут, — Кара даже не открыла глаз, чтобы взглянуть на Миллс. Она наслаждалась массажем. — А мы не можем здесь поговорить? — Ты не видишь, я сейчас несколько занята? — Каре всё-таки пришлось открыть глаза. И то, что в них увидела Реджина, вполне могло напугать любую. — Я вижу, что ты занята, но я здесь могу подождать, или мне исключительно в душ нужно идти? — Реджина ни на секунду не испугалась. — Мне плевать, где ты будешь ждать, — Кара выгнула спину с характерным довольным звуком, — о, да. Бони, именно здесь. Это прекрасно, и сильнее давай, сильнее! Реджина закатила глаза и отошла к своей койке, чтобы дождаться Кару. Когда массаж закончился, Кара не спешила в душ. Она полежала порядка пяти минут и только потом встала, надевая рубашку. Она кивнула ждущей её Реджине и первой пошла в душ. — Девочки, живее, — произнесла Кара, видя в кабинках двух женщин. Заключенным не нужно было повторять дважды или угрожать. Они быстро схватили свои вещи и покинули душевую, при этом, чуть не снося заходящую в нее Миллс. — Кара, я бы хотела объясниться, — Миллс без какого-то страха зашла в душевую. — Естественное желание. Но вот что нового ты мне можешь сказать? — Кара не играла перед Реджиной, прекрасно зная, что не собирается ее запугивать.  — Я не знаю, что ты хочешь услышать. Я знаю, что ты наслышана о том, что случилось, и оправдываться не буду. Только скажу, что Розу и Гвен перевели с моей подачи. — Не делай из меня идиотку, Миллс, — Кара усмехнулась. Она достала сигарету и прикурила, — у тебя есть рычаги воздействия на начальницу. И сейчас ты мне раскроешь секрет, какие, а я спущу тебе с рук стукачество. Ведь ты наверняка наслышана, как я не люблю крыс. — Кара, я не стучала! Ты можешь прямо здесь меня прибить, прирезать, но я не стучала. Да, их перевели из-за меня, но это благодаря моему адвокату. Он у меня многое может. — Многое? — Кара затянулась сигаретным дымом, а выдула его в лицо Реджине, выжидая ответ. — Ну, например, помочь мне жить спокойно. Я еще раз повторяю, что не стучала, — Реджина подошла ближе, — сигаретой угоститься можно?! — Не стучала, говоришь? — Кара вновь затянулась. Курить в тюрьме можно было только в специально отведенном месте, но авторитетной заключенной было плевать на это, — а мисс Факелбоус ты что сказала, когда она вас обнаружила? — Кара раскрыла пачку сигарет. — Я сказала, что они хотели меня изнасиловать, но мы же обе знаем, что мисс Факелбоус ничего не решает. — Не строй из себя дуру, — Кара убрала пачку, когда Реджина вытащила оттуда сигарету, — ты сказала охране. Ты настучала. Этого уже не изменить. — Думай, как хочешь. Давай, бей, режь! — Миллс спокойно смотрела на Кару, — от этого не изменить, что я хочу жить здесь нормально. — Ты так и не поняла, что здесь никому не живется нормально, — Кара усмехнулась, — но мне нравится твоё желание. И я им, пожалуй, воспользуюсь. — Прирежешь? Кара, я все равно живой отсюда выйду. Что бы со мной ни делали, я вернусь к семье. У меня жена, сын, родители, невестка, свекровь или теща, я даже не знаю. — Почему ты воспринимаешь мои слова в штыки? — Кара покачала головой и отошла от Миллс, — я вижу, что ты не боишься меня, так и я не пугаю. Будь моё желание, ты бы уже валялась на полу, кряхтя от боли. Но вместо этого я лучше скажу тебе, что мне нужны твои рычаги на начальницу. — Ты хочешь, чтобы я на нее повлияла? Так я этого не могу. Мой адвокат, но я предполагаю, что он с ней спит, и хочу, чтобы это осталось между нами. — Да мне плевать, как это будет происходить. Я хочу, чтобы мой маленький бизнес начал по-настоящему процветать. И ты мне в этом поможешь, — Кара плотоядно улыбнулась. — И как я могу это сделать? — Реджина хмыкнула. — Для начала поговори со своим адвокатом и узнай, как ему удалось склонить эту суку на поблажки. Тебе же было удобно в карцере? На подушке, под одеялом, с книжкой в руках? — Кара издевательски засмеялась. — Книги у меня не было. А Факелбоус хорошо стучит тебе. — Она получает за свою работу хорошую зарплату. Ты тоже можешь вступить в долю. Хочешь? Тогда тебя точно никто не сможет и пальцем коснуться. — Кара, я могу тебе помочь, но влиять не буду. Это мое слово. Я хочу выйти чистой. — Жаль. Мне нравится, как ты ведешь дела. И ты можешь получить с этого очень хорошие деньги. Уверена, твой адвокат не из дешевых. — В этом ты права, но платить ему с тюремных денег я не хочу. Я надеюсь, что мне не дадут пожизненное или казнь, у меня только эти варианты, — Миллс засмеялась, — поэтому давай вести дела ровно. — Так, с этим понятно. Но от своей идеи я не отступлюсь. Пусть твой адвокат нароет компромат на Ли. Раз уж он в таких тесных взаимоотношениях с ней, то ему не составит это труда. — Эй, я хочу отсюда выбраться, а если Лион будет это для тебя делать, я потеряю последние нити воздействия на начальницу. Так что давай ты будешь вести дела, как вела?! — Реджина, не разочаровывай меня окончательно, — Кара надеялась на понимание Реджины, но не видела его при данном ответе. — Кара, я могу разочаровать тебя, могу нет, но то, что я могу тебе только помочь в твоем бизнесе, это так. Я не могу тебе пообещать, что сто процентов помогу. — Ты меня услышала, я услышала тебя. У тебя есть три дня. Потом у меня назначена сделка. И я очень надеюсь, что она не сорвется, — Кара приблизилась к Реджине, — покури и подумай. Дашь ответ к ночи, — больше Кара ничего не сказала, оставляя Миллс в одиночестве. Реджина сделала глубокую затяжку, садясь на пол. Ей действительно было нужно подумать. Ведь если она поможет Каре, то пойдет против закона, а если нет, то против Кары, а это ещё хуже. — Фрэнк, я уже с ума схожу! Она там, ба с дедом места себе не находят, эта ФБРщица ни хера не работает, как только значок получила? Бездарность! Адвокат? А что адвокат? Против этой долбанной системы он пойти не может. Законопослушный черт. Я не знаю. Я уже готов устроить подобное убийство, только, чтобы эти бюрократические крысы поняли, что она не виновна! — Тео разговаривал по телефону. Он сидел на кухне, которую окутал табачный дым. Парень выпивал виски и даже не замечал стоящую за его спиной Кемерон, которая проснулась. На часах было три часа ночи. — Теодор, — позвала его девушка и одновременно забрала бутылку виски, — может, хватит? Ты уже начинаешь думать не о том. Твоя мама только месяц там находится, а ты уже этому уподобляешься. — Кемерон, быстро поставь бутылку на стол и иди спать! — Тео достаточно зло смотрел на девушку. В его организме находилось всего две порции виски, — не влезай в разговор. — А я сказала, хватит. Я не хочу, чтобы ты завтра болел. И арест матери — не повод пить, — Кемерон также зло посмотрела на своего парня. — Не тебе мне указывать! — Теодор стукнул кулаком по столу. Сильный физически парень заставил дрожать стол, а бокал, на нем стоящий, скатился на пол, разбиваясь на осколки. Мюрей отключил разговор, не позволяя посторонним слушать ссору его семьи. Но, несмотря на это, он держал телефон как раз в той руке, которой ударил. Его глаза горели бешеным недовольством. — Тео, — Кемерон много хотела сказать, как увидела стоящую в проходе Летицию, которая вместе с Джереми решила сегодня остаться в квартире дочери, с внуком и его невестой. Женщина подошла и достаточно сильно дала внуку подзатыльник, — я сейчас кому-то так не укажу и так ударю, что мало не покажется. — Ба! Ты чего проснулась?! — Теодор не мог повышать голос на любимую бабушку. Но в своей семье он не мог позволить себя очернять перед глазами будущей жены, — и не нужно рукоприкладства. Мы сами со всем разберемся! — Да я и вижу! — Летиция потянула за ухо внука, — вон ты как тут героя делаешь перед девушкой. Сил-то, наверное, море. Матери на тебя нет! — Так, ба, — Тео быстро вырвался и отошел на два шага от бабушки, — не переходи границы. Я тебя люблю, но не дам тебе лезть в мою семью. — Вот когда семья будет, тогда и лезть не буду. А сейчас ты мой внук, который без матери героя из себя строит. Кеми, а ну спать, — женщина приобняла молчавшую девушку, — нечего этого сопляка пьяного слушать. — Ты чего, глухая? — Тео обратился к Кемерон, — иди спать. Все идите! Я не герой. Но сделаю всё, как надо. А вы не лезьте ко мне! Ясно? — прикрикнул Мюрей, но ушел сам. Он схватил кожаную куртку с крючка около двери и вышел из квартиры, сильно хлопнув дверью. В куртке у него всегда лежали ключи от машины и документы. В Вашингтоне он колесил на машине матери. — Миссис Миллс, — Кемерон перепугано посмотрела на Летицию, — я боюсь за него. Он сейчас столько наговорил. Чуть ли не убить собирается, чтобы мать выпустили. — Тише, девочка, тише, — Летиция обняла Кемерон, — ничего он не сделает. Перебесится и вернется. Тогда я ему устрою. Тоже мне, истерить вздумал. — А если нет? Может, лучше позвонить Эмме? Она его остановит, — девушка все равно боялась за своего парня. — Что ты так переживаешь? Он же не сумасшедший у нас, — Летиция ни на секунду не поверила, что Теодор может кого-то убить. Приобнимая Кемерон за плечи, она вела ее к спальне, — иди, приляг, а я сделаю тебе ромашковый чай. — Ну если вы уверены, — Кемерон выдохнула, — просто он очень переживает за маму. Он практически все ночи не спит. — Мы все очень переживаем. Ты должна убедить его, чтобы он перестал себя истязать. От этого ей лучше не станет, — Летиция довела Кемерон до спальни и поцеловала в лоб, — иди, ложись. — Спасибо, — девушка улыбнулась и пошла в комнату, чтобы лечь. Конечно, она не сможет сразу уснуть, но все же Летиция смогла ее успокоить. — Вот чай, дорогая. Отдыхай, — Летиция быстро заварила напиток невесте внука, но сама не могла пойти в спальню. Она занервничала, чувствуя, как колет сердце. Женщина набрала номер внука, но услышала звонок из кухни. — Что же это такое? — она тяжело вздохнула. Слова Кемерон не выходили из головы, и Миллс не решила ничего лучше, чем позвонить Эмме. — Агент Свон, — блондинка спала. В этот месяц она делала это нечасто у себя дома. — Эмма, это Летиция, прости, что звоню, но я просто не знаю, что делать. Тео у нас выпил и начал нести ахинею, типа той, что он убьет так же, чтобы мать отпустили. — Где он сейчас? — Эмма села на кровати и включила ночник. Глаза открылись сразу, как только она поняла смысл слов Летиции. — Не знаю. Минут десять назад вышел из квартиры. Прости, но я переживаю. Наделает чего недоброго. — Он взял с собой мобильный? — Эмма спустила ноги на пол и встала с кровати. — Нет. Если бы взял, я б тебя не беспокоила. Я позвонила, а он телефон не взял. Хотя, Эмма, наверное, зря я это, что-то я накрутила себя, — Летиция накапала себе капель для сердца. — Успокойтесь. Правильно сделали, что позвонили. Ничего страшного не произойдет, если я найду его и поговорю, — Эмма понимала беспокойство Летиции. — Эмма, на тебя столько свалилось, а еще я тут со своим волнением. Ты прости, но найди его, пожалуйста. Он умный парень, но дурной. — Молодой еще, горячий, — Свон уже стояла у шкафа, доставая одежду, — с ним всё будет в норме, а вы прекратите переживать. Доверьтесь мне. — Надеюсь. Всей душой надеюсь, — старшая Миллс действительно полагалась только на Эмму. — Не ждите новостей. Ложитесь спать. Теперь я займусь этим вопросом. — Хорошо. Спасибо, — сказала старшая Миллс и, отключив телефон, пошла в спальню. А Свон решила, что не только ей в эту ночь сон только снится. Она оделась и позвонила своему лучшему другу. — Привет. Ты чего не спишь опять?! Я пожалуюсь Вину, — с усмешкой сказал Мур. Он не спал, ведь продолжал кое-что искать по делу Миллс. — Рэни, дорогой, мне твоя помощь нужна. Найди, где сейчас находится Теодор, — Эмма вышла на кухню и включила кофемашину. — Теодор?! А он-то тебе зачем? — уточнил Мур. — Мне нужно побыть тяжелой мужской рукой, — Эмма усмехнулась. — Телефон с ним? — уточнил Мур, ища номер в базе. — Нет, — Свон наливала себе кофе, — но ты же волшебник. — Он как передвигается? На машине Миллс? — Мур начал вбивать номер машины Реджины. — Да. Мур несколько минут колдовал и смог засечь машину Реджины, — он едет по направлению из города. — Из города? — Свон нахмурилась, размышляя, — движется в восточном направлении? — Да. Ты знаешь, куда он едет? — уточнил Мур, наблюдая, как Тео едет по магистрали. — В исправительный центр, — Эмма не спешила срываться и ехать за Теодором. Она спокойно сидела и пила кофе. — Зачем? Да еще и в такое время, — Мур совершенно не понимал, что движет Теодором. — Когда он туда приедет, будет примерно шесть утра. Наверное, надеется пообщаться с матерью. — Что это ему даст? Во-первых, не факт, что ему разрешат, — Мур продолжал отслеживать движение сына Реджины. — Я тебе больше скажу — ему не разрешат. А вот зачем он сорвался посреди ночи, знает только он. Хотя, тут большую роль сыграл алкоголь. — Хочешь, я дам ориентировку, его остановят и задержат? — Да вот сижу и думаю, может, так и поступить? Вдруг после этого думать начнет. — Ну, ты думай, если что, дай знать. — Делай, Рэни. Пусть посидит несколько часов, подумает, — Эмма решила наглядно показать Теодору, что слова нельзя просто так бросать на ветер. — Окей. Сейчас все будет, я напишу, когда его задержат, — Мур сразу дал ориентировку. — Только знаешь, пусть его отвезут в какое-нибудь отделение, а не к нам. Пусть паренек подумает, что его взаправду задержали. — Хорошо, — Мур засмеялся, — ну, а ты как там? Ты Реджину видела и ничего не сказала. — Мы повздорили, — Эмма налила себе еще кофе и в него добавила несколько капель коньяка. — Чего это? Вы столько не виделись, а ссоритесь. — Ей не нравится следователь, который ведет дело, — ФБР пришлось отдать дело следственному отделу три недели назад. Но Свон и команда не прекращали работать над ним. Хотя им уже два раза приходилось работать над другими делами в разных городах страны. — А ты тут причём? Ты же не виновата в том, что именно ему досталось ее дело. — Я его защищала. Да и вообще, Рэни, дело даже не в следователе. Она не верит мне. Она перестала доверять мне. Наверное, чувствует, что я сама себе не могу верить. — Свон, ты сейчас какую-то херню несешь. Почему она тебе не доверяет? Ты все делаешь, чтобы ее оттуда вытащить. Да мы все работаем. Лион роет землю. — Рэни… Ты где сейчас? — А что? — хитро спросил Мур. — А что? — Эмма засмеялась, — угадай. — Ну не знаю. — Тоже мне, профайлер, — Свон хмыкнула, — приехать хочу. Всё равно не засну, да и ты, по голосу слышно, не спал. — Буду через полчаса, — Эмма отключилась и допила кофе. Она сразу поехала к Ранделлу. Вновь, как и в предыдущие несколько дней, началась головная боль. Она мучала агента уже неделю, но Эмма никому про это не говорила. А ведь именно из-за нее Свон стала всё чаще быть раздражительной, улыбка перестала касаться ее лица. По-другому можно охарактеризовать данное состояние депрессией. Свон это знала, но ничего поделать не могла. Жизнь потеряла смысл за решетками исправительного центра. — Ты быстро, — Ранделл открыл дверь подруге, — кстати, твоего шумахера уже задержали и определили в отделение. Но я позвонил и проконтролировал этот вопрос. — В какое отделение? — Эмма прошла в квартиру. У Мура небольшая квартира, всего одна комната. Но ему и не нужно больше, главное, чтобы было рабочее компьютерное место. — Уже практически на выезде из города, — пояснил Мур, — 8954. Там нормальный полицейский попался, все понял. — Попугает? — Эмма села на стул рядом с креслом Мура, в котором он сидел и работал за компьютером. — Ну припугнет, — усмехнулся Мур, — ну, а теперь рассказывай, что там у вас с Миллс?! — Я не знаю, — Свон потерла стреляющие виски, — вернее, не понимаю. Она ничего мне не рассказывает. Просто отвечает, что всё нормально, а остальное не моё дело. Но что-то мне подсказывает, что не все нормально. — Ты чего это виски трешь? Я заметил, ты это делаешь постоянно. У тебя что, голова болит? — Мур забеспокоился, увидев, что Эмма вновь держится за виски. — С чего ты взял? Просто не выспалась, — Свон медленно убрала руки и посмотрела на Ранделла, — лучше скажи, я зря на нее давлю и прошу мне всё рассказать? Ранделл решил проследить за Эммой, и если она опять будет тереть виски, скажет об этом Вину. — Я не знаю. Ей сейчас тяжело и возможно, она не хочет тебя беспокоить. А ты с Джошем не говорила? У них же два дня назад свидание было. — Он её друг. Ты бы рассказал Реджине мои секреты? — Эмма усмехнулась. — Ну я бы сказал, все у тебя хорошо или стоит беспокоиться, — сказал Мур. — Значит, либо всё хорошо, либо он тоже ничего не знает, — Эмма говорила с Джошем, но тот ничего нового ей не сказал. — Ну, здесь я тебе ничего сказать не могу. Она там, ты здесь. Ей нужно как-то выживать. Поэтому не дави. Она должна сама тебе открыться. — Или окончательно закрыться, — Свон хмыкнула, но потом цокнула, — растеклась лужицей. Уж извини, Рэни. Никак не могу взять себя в руки. — Да нормально все, не переживай. Мы ее вытащим, и вы будете вместе. Ты же любить ее не перестала? — Боюсь, наоборот. Она меня любит стойкую, сильную. Нахрена ей лужа? — Эмма говорила не всерьез, подтверждая это смехом. — Ну ты замерзни и будешь твердой, — Мур засмеялся и подмигнул. — Хорошая идея, — Эмма подорвалась и пошла на кухню. — Эй! Ты куда это? — Пить хочу, — ответила Свон. Она знала, что у Рэни всегда в морозилке есть лед, так как парень любил часто делать коктейли приходящим девушкам. Но Эмма не собиралась пить алкоголь. Она налила апельсиновый сок в бокалы и добавила туда льда, чтобы еще сильнее охладить. — Ну, а что там с твоим пасынком? Ты за ним поедешь? Или дашь ему там ночь провести, — Мур тоже прошёл на кухню. — Да ладно, ночь. Начало пятого уже. Кстати, а ты с какой целью не спишь? — Эмма протянула Муру стакан с соком. — Работаю над делом. Мне стали интересны некоторые факты, и я решил их проверить. — Поделишься? — Свон отпила свой напиток, а потом приложила ледяной бокал к лицу. Холод чуть-чуть помогал против злосчастной мигрени. — Нет, хочу сам проверить. Не хочу никого обнадеживать, ни себя, ни тебя. — А может я смогу помочь? — Нет, — Мур клацнул зубами. — Ну ты и сволочь, — Эмма засмеялась. — Я знаю, — гордо сказал Мур, — но это не мешает мне быть твоим лучшим другом. — Это факт, — Свон засмеялась и чокнулась бокалом о бокал Мура. — Эй! Выпустите меня, — кричал Мюрей. Тео уже несколько часов пытался докричаться до полицейских. — Зачем? Чтобы ты в пьяном угаре сбил какой-нибудь столб или попал под колеса грузовика? А может спровоцировал аварию, в которой по несчастливой случайности погибли бы ни в чем неповинные люди? — перед камерой, в которой находился Тео, стояла агент ФБР. Ее голос был груб, а поза уверена. Взгляд смотрел прямо на парня, источая недобрые искры. — Черт! — Тео увидел перед собой Эмму. Парень никак не мог предположить, что Свон здесь окажется, — какого хрена ты тут очутилась? — Сначала ответь на мои вопросы, а потом сам догадаешься, что я здесь делаю, — Эмма стояла в двух шагах от решетки, — в твоей крови алкоголь, и ты сел за руль. Зачем? — В моей крови совсем немного алкоголя, а сел я за руль, чтобы поехать к матери. Поэтому нечего мне тут нотации читать, выпускай давай, — Тео продолжал смотреть на Свон. — Не могу, — Эмма пожала плечами, строя сочувствующее лицо, — ты нарушил закон. — Ой! Ты еще мне скажи, что я по всей строгости пойду, — фыркнул Мюрей, — ладно, я все понял, выпускай. — Нет, — Эмма усмехнулась, качая отрицательно головой, — ты ни черта не понял.  — Ну и что, ты закроешь меня? Отлично! Мать мою посадила, теперь меня, кто следующий? Бабушка и дед? — Не всех назвал. Еще есть Кемерон и Джош. Их тоже не мешало бы запрятать, и тогда я, наконец, буду счастлива! — Эмма оскалилась. — Сколько юмора. Прям так и прет счастье за нашу семью. Не хочешь помочь отсюда выйти, я Джошу позвоню. — Удачи, — Эмма махнула Теодору рукой и пошла от камеры. Она не собиралась выпускать парня, который даже и не думает взяться за ум. — Эй! Подожди, — Теодор понимал, что пока Свон не захочет, его никто не выпустит, — я понял. Не буду я за руль больше под градусом садиться. Просто за маму переживаю, я ее уже три недели не видел. Свон остановилась. И медленно вернулась к решетке. — А попросить? Я бы устроила тебе с ней встречу. Если не хотел просить меня, нужно было сказать Лиону. У них с начальницей тесный контакт. Зачем пить и рисковать жизнью? Мертвый ты своей матери не поможешь, не поддержишь её. А ей как никогда нужна твоя поддержка, а не мысли об убийстве, чтобы ее освободить. — Ба позвонила?! — Тео все понял, — а тебя попросить я не мог. Да и к Лиону не хотел обращаться, он и так бабушке два свидания устроил, — Мюрей уже более спокойно смотрел на Эмму. Он был зол на женщину, но все же сейчас понял, что он был не прав. И его поступок ночной был дурацким. — Пользуйся помощью, когда она есть, — Эмма увидела во взгляде Тео понимание, — офицер, — она посмотрела в сторону, чтобы полицейский подошел и открыл камеру. — Спасибо, — сказал Тео Эмме, когда вышел из камеры, — ты на машине? Или мы поедем на моей? — Твоя на штрафстоянке, — Эмма усмехнулась. Она поблагодарила офицера за помощь, и они с Теодором пошли из участка. — Ну ты же ее заберешь? Мама меня убьет, если узнает, где ее машина, а главное, почему она там, — Тео скривил лицо. — Я? О, нет, малый. Ты заварил эту кашу, имей совесть расхлебать её сам. — Ну, Эмма, пожалуйста, помоги мне, — протянул хитро Мюрей. Прекрасно зная, что у него нет нужных документов от матери, чтобы забрать машину самостоятельно. — Ого, какие мы слова знаем, — Свон даже усмехнулась, садясь в машину, до которой они дошли. Парень быстро сел в машину, — ну ты же сказала пользоваться помощью, если она есть. — И ты надеешься, что я выполню твою просьбу? А потом добавишь, что я хочу заполучить твоё хорошее отношение к себе? — Эмма в данный момент провела в голове параллель появления новых «пап» у маленьких детей. Когда мама начинает встречаться не с отцом ребенка, тот, чтобы получить благосклонность малыша, начинает задабривать его, покупая подарки или просто балуя. — Не добавлю, — Тео усмехнулся, — я просто не хочу волновать маму после того, как она выйдет, она и так много перенесет в тюрьме. А это ее любимая машина, да и за стоянку платить. — Это да. Но вот что именно? Что ты знаешь об этом? Она с тобой делится? — Она стала какая-то замкнутая. Про себя ничего не рассказывает, — начал Тео. — А про кого рассказывает? — Эмма надеялась, что Теодор знает больше, чем она сама. — Вообще молчит. Единственное, что сказала, это то, что сейчас легче, чем было, — повторил слова матери Теодор. — И было это три недели назад? — Эмма задумалась, до сих пор не выезжая с парковки перед участком. — Да. Мы тогда первый и последний раз виделись, — недовольно сказал парень, — потом только по телефону. — Не фырчи, — кинула отдаленным голосом блондинка. Она смотрела в одну точку, думая, что может скрывать Реджина. — А ты о чем думаешь? Тебя, смотрю, загрузила эта информация, — Мюрей усмехнулся, — или это что-то плохое? С мамой все хорошо?! — Не знаю. Ничего не знаю, — Эмма завела двигатель. Она так и находилась в мыслях, но решила, что они не мешают управлению автомобиля. — Что значит не знаю? Ей может угрожать опасность?! — парень очень заволновался. — Я же сказала — не знаю! — Эмма сморщилась от начинающейся сильной мигрени, — Тео, успокойся. Опасности быть не должно. Охрана тюрьмы и начальница знают, что Реджина мне дорога. Ей ничего не грозит. — Окей! А с тобой что? — Тео заметил, как Эмма крепко сжала руль, и ее лицо исказилось, — останови. Тебе что, плохо? — Нет. Всё в норме, — Свон закачала головой, отгоняя боль и мысли о ней. Физическую боль Эмма, как не чувствовала, так и сейчас ударь её, и последствий не последует. А вот головная боль… Эмма не могла объяснить, откуда она возникает и не дает покоя. — Может, я все же сяду за руль? У меня уже алкоголь выветрился, — предложил Тео, — не забывай, я сын врача, я вижу, когда человеку нехорошо. — Просто не высыпаюсь, — Эмма улыбнулась. Она взяла себя в руки и не показывала своего состояния Теодору, спокойно ведя автомобиль. — Нужно маме сказать, — смеясь, сказал парень, — она тебя поругает. — А заодно скажешь, где находится ее машина, — Эмма подмигнула Теодору. — Как смешно, — буркнул Мюрей. — А ты не шути, я подхватывать не буду, — Эмма вновь усмехнулась, — но да ладно. Лучше скажи, ты сейчас работаешь или ушел? — А вот этого не нужно. Моя работа — не твоя забота, — Тео не хотел со Свон обсуждать свою работу. — Ответ понятен, — Свон знала, что разговоры бессмысленны, но всё равно хотела, чтобы Теодор думал головой, — я знаю, ты отличный экономист. Но подумай еще раз, может, на законном поприще ты добьешься большего?! — Ты вновь начала эту тему, а я просил не лезть, — Тео принял Эмму, как любимую женщину его матери, но все равно не хотел позволять ей лезть в его работу. — Я не просто начала. Может, я хочу предложить тебе что-то стоящее? — Эмма много думала, как вытащить Теодора от Вонгера, но ничего лучше не надумала, как переманить. — Ты? — Тео был удивлен, — и что же ты можешь мне предложить? — Работу. В ФБР, — Эмма серьезно взглянула на Теодора.  — Работу в ФБР? Ты серьезно?! Ты реально думаешь, что я соглашусь работать на копов? — ФБР не полиция. Не путай, — Эмма усмехнулась, ожидая такую реакцию, — тем более ты не будешь агентом. Ты так и продолжишь работать в экономической среде. Хотя мы можем тебя завербовать и в отдел по экономическим преступлениям. Но это если ты на отлично закончишь академию. — Ага и денег я буду зарабатывать столько же, — Мюрей усмехнулся, — работать в ФБР не значит обеспечить семью. А бюджетником я и так мог быть. — А ты бы посоветовался с Кемерон. Что ей важнее. Деньги или любимый муж рядом. — Кемерон будет хорошо, когда я буду рядом, и она не будет ни в чем нуждаться. Она спокойно сможет сидеть дома, когда родит ребенка. — Ты надеешься, что Вонгера не поймают? Он уже под колпаком. И потянет за собой всех, с кем работает, — Эмма продолжала давить на Тео. — У него все схвачено, и вам еще долго не удастся его закрыть. Так что не нужно меня пугать. — Наивный, — Эмма снова засмеялась, — но дело твоё. Я предложила, а тебе решать. — Я не буду убеждать тебя в обратном, — протянул Мюрей, — а что касается мамы, ты сможешь мне организовать с ней встречу? — Мы для этого и едем в центр, — Свон достала мобильный, — сейчас только позвоню, чтобы мы не ждали. — Отлично. Спасибо, — Тео был действительно благодарен за то, что Эмма ему сейчас поможет увидеть мать. Свон кивнула Тео. Она и сама хотела поговорить с Реджиной после их ссоры. Сейчас же Эмма позвонила Ли. — Да, агент Свон, — ответила Ли. Она была немного запыхавшейся. — Миссис Ли, добрый день. Сейчас я направляюсь в ваш центр. Устроите мне встречу с Миллс? — Эмма прислушалась к звукам в трубке. — А… м… да, конечно, тем более, сейчас здесь мистер Лион, — сказала женщина, — так что я вас жду. Через сколько вы будете? — Лион? — Эмма усмехнулась, — а я-то думаю, что там у вас за фоновые звуки. Буду через час. И я не одна. Так что желательно встречу в вашем кабинете. — А какие у меня звуки?! Мы общаемся по делу, — Ли посмотреть на улыбающегося Лиона, — и давай не в моем кабинете, у меня еще работа, а вот в комнате свиданий без проблем. Эмма не стала никак комментировать встречу с Лионом. — Ладно. Я согласна на комнату для свиданий. — Тогда буду ждать вас через час, — сказала Ли и закончила разговор, ведь у нее была работа. — Вот и всё. Нас ждут. Видишь, как мало нужно было для встречи с матерью. — Вижу, — Тео улыбнулся, находясь в ожидании встречи с матерью.