Незримое доверие

Реджина занималась мишуткой. Она сделала его практически новым. Ей хотелось, чтобы Джесси порадовался. В Миллс также бурлили эмоции, она много думала о том, что дальше будет. Как Джесси приживется в их семье. Конечно, у ребёнка с Эммой сразу наладилась внутренняя связь, но семья намного сложнее «организм». Вернувшись на балкон, брюнетка решила позвонить Кларисе. Все же она мать Эммы, и эта новость для нее будет очень важной. — Привет, Реджина. Как ваши дела? Ничего не случилось? У меня сердце уже второй день не спокойное, — Клариса ответила живо и сразу. Она уже оказалась рада тому, что Реджина позвонила. Хотя они с ней и разговаривали только вчера. — Привет, — Реджина улыбнулась, — у нас все хорошо. А вообще не зря говорят, что матери все чувствуют. — О, Господи, — Кларисса вздохнула тяжело, — что? Только не говори, что новость плохая. — Ну если не считать, что у Эммы маленькая травма, то новость хорошая, не переживай, — Реджина улыбнулась, и это было слышно по голосу. — Травма? Я убью её! Какая еще травма? Она что, с самолета сразу поскакала на работу?! — грозно говорила Клариса, хотя подсознательно не волновалась, слыша спокойный голос невестки. — Ну немного разбита голова, — пояснила брюнетка, — а на работу она помчалась сразу, как только мы спустились с трапа. Единственное, она заехала и съела дома бутерброд. — Вот… ну получит она у меня. Нужно было мне сразу вчера сказать. Я бы ей мозги вправила. Или хотя бы на совесть надавила, — Клариса возмущалась, но в большей степени наигранно. Свон понимала, что дочь не изменить, — а травма? Ты спокойна, значит не серьезная? — Не серьёзная. Там даже сотрясение мозга нет, так что с ней все в порядке. Они сейчас спят, — Реджина улыбнулась. Брюнетка решила не делать как таковой сюрприз для Кларисы. — Ну слава Богу, — женщина выдохнула, — пусть отдыхает… Погоди-ка, ты сказала они? Или мне послышалось? — Нет, тебе не послышалось, — Реджина улыбнулась, — я не знаю, как ты отреагируешь и что скажешь, но мы решили усыновить ребенка. Эмма в него влюбилась с первого взгляда. Ему два года и его зовут Джесси. Клариса молчала. Но было слышно, как она дышит. Женщина осмысливала сказанное Реджиной, не зная, что и сказать. — Клариса?! С тобой все хорошо? — Реджина напряглась. — Со мной? Да, всё нормально, — женщина говорила медленно, приходя в себя. — Хочешь, приезжай к нам прямо сейчас. Мне кажется, Джесси поспит еще максимум час, и ты с ним познакомишься сразу. — Да. Не хочу слышать подробности по телефону. Вы у тебя? — Да. Только позвони на телефон, я открою, — Реджина была рада, что старшая Свон сейчас приедет. — Хорошо, — женщина отключилась. Она была в замешательстве, но всё же решила не медлить. Свон старшая поняла, что Реджина не шутит. А вот как к этому поступку отнестись, Кларисе еще предстоит выяснить. Ведь без подробностей и мотивов она не могла понять, как Реджина и Эмма так быстро решились на такой серьезный поступок. Через сорок минут на телефон Миллс поступил звонок, и она поняла, что это мать Эммы. Реджина волновалась, но главное уже было сказано по телефону, а реакция возлагалась на волю божью. — Привет, проходи, — Реджина выпустила женщину в квартиру. — Еще раз привет, — Клариса прошла в гостиную, осматриваясь. Пока ехала, она успела обдумать сказанное Реджиной и поэтому улыбалась. Хоть обстоятельств и причин она не знала, но сам факт говорил о многом. — Так, чай, кофе мне не предлагай. Давай лучше рассказывай, — женщина присела на диванчик, смотря на невестку. — Вина? — с улыбкой спросила Миллс. Она села рядом с Кларисой. Но не успела она хоть что-то сказать, как в гостиную вышел Джесси. Он был заспанным и тер глазки. — Я пипи хочу. Клариса во все глаза смотрела на мальчонку. Он стоял в одних трусиках, красуясь своим милашеством. Свон старшая почувствовала, как защемило сердце, ведь она увидела не только маленького милого ребенка, но и его синяки с ссадинами. Она не понимала, как на таком маленьком ребенке могли оказаться эти ужасные зверства. Эти мысли первыми заполнили разум, оставляя на потом вопрос об усыновлении. — Джесси, проснулся мой маленький, — Реджина сразу встала и подошла к ребёнку, — Клариса, мы сейчас, — она забрала ребенка и понесла в туалет. Они быстро сделали все свои дела, и мальчик уже сам прибежал в гостиную. — Вон твой мишутка, — за ним пришла Миллс и показала на обновленную игрушку. Клариса молча наблюдала за мальчонкой. Она видела его улыбку, но вместе с этим и стеснение. Мишутка лежал на диване рядом с ней, и Джесси робел подойти и забрать. — Ну что ж… — Свон старшая взяла игрушку в руки, — давай знакомиться. Я твоя бабушка, — она протянула мишку. Реджина встала за спиной Джесси и положила руки на его плечи, — это мама Эммы. Ее зовут Клариса, и теперь она твоя бабушка. Не бойся, малыш. Джесси, ведомый Реджиной, подошел ближе и забрал мишутку, прижимая его к груди. Он увидел, что он уже совсем другой, но Клариса была интереснее, и он рассматривал ее. — Как тебя зовут, кроха? — Клариса улыбалась. Невозможно быть серьезной, когда на тебя смотрят эти глазки. Женщина многого не понимала, но знала, что обо всем узнает позже. Мальчик посмотрел сначала на Реджину, а потом тихо протянул, — Джесси. Миллс села на корточки и обняла малыша, — ты моя скромняжка, — она поцеловала его в щечку. — Тебе не холодно? — Клариса смотрела на малыша, не решая его касаться. Она видела стеснение и не хотела смущать ребенка, — Реджина, не дело так. Принеси какую-нибудь Эммину футболку что ли. Тебе в ней будет удобно. Свободно и не холодно. — Что вы, Эмма сказала, что им тепло, — Реджина закатила глаза, но оставив ребенка, пошла в комнату за пижамой, — я нашла несколько вещей Тео, — она вернулась в гостиную. Джесси мило улыбался, смотря на старшую Свон. Он не знал, что говорить этой тете. — Джесси, а сколько тебе лет? Ты знаешь? — Клариса говорила ласково, чтобы привлечь доверие ребенка и показать, что она не желает ему зла. — Не знаю, — Джесси обнял Реджину за ногу. — Эй! Ты чего, — Реджина улыбнулась и подняла мальчика на руки, — скажи Кларисе, что тебе два годика и покажи вот так… — Миллс показала два пальца. — Молодец, Джесси, — Клариса увидела, как мальчик послушал Реджину, — можно я помогу тебе одеться? Тебе же нравится эта пижамка? Джесси крепко сжал объятия и спрятал личико, уткнувшись лицом в шею Миллс. — Он пока стесняется, но мы сейчас оденемся, и вы сможете поиграть, а я подогрею покушать, — Миллс поставила Джесси на кресло, — давай, малыш, одеваться. — А Эмма где? — уточнила Клариса, продолжая спокойно сидеть на диване. — Спит, я не стал ее будить, — ответил Джесси, пока Миллс натягивала на него кофточку. — Ну хорошо. Тогда пусть пока спит, — Клариса хотела бы поговорить не только с Реджиной, но и с дочерью. — Ну вот и все, мой хороший, — Реджина поправила пижаму, — тебе нравится? Удобно? — Ага, — Джесси улыбнулся и, схватив мишутку, сел на кресло. — Ты кушать хочешь? — уточнила Миллс. — Нет, — Джесси с любопытством смотрел на Кларису. — Ты, наверное, хочешь что-нибудь вкусненькое? — Клариса пододвинулась ближе к малышу, улыбаясь, — конфетку? Или лучше шоколадку. У тебя щечки не краснеют после такой вкусняшки? — Я не ем конфеты, — протянул Джесси и мило улыбнулся. — Нужно провести полное обследование, чтобы знать, чего нам опасаться, а чего нет, — Миллс, как врач, хотела знать все о здоровье своего ребенка, — его карта представляет собой один лист. — Слушай, а у меня, наверное, есть что-то, — женщина полезла в сумку. Она достала оттуда три шоколадные конфеты, — о, держи. Я не подготовилась ко встрече с внуком. Но в следующий раз принесу что-нибудь еще. Джесси посмотрел на Реджину, и она ему улыбнулась. — Возьми. У чужих не бери, а у тех, с кем мы познакомим тебя, можно. Джесси взял конфеты и сразу начал разворачивать одну, запихивая в рот целиком. — Джесси, ешь спокойно, никто у тебя не отнимет, — Миллс поцеловала ребенка в макушку. Клариса видела, как ребенок нервничает. Она понимала, что он не из благополучной семьи. Но где его родители, как он попал к ее дочери и невестке. На эти вопросы нет ответов. И сейчас Свон хотела уже всё для себя выяснить, а не гадать. — Реджина, нам нужно поговорить, — она пристально смотрела на брюнетку. Реджина посмотрела на Кларису, — хорошо. Джесси, пойдем в твою комнату, я включу тебе мультфильмы и достану игрушки. Хорошо? — Хорошо, — Джесси улыбался. Он был перемазан шоколадом и от этого казался еще милее. — Пойдем, мой сладкий, — Реджина взяла мальчика на руки и понесла в комнату. Она быстро его умыла, достала несколько игрушек и включила мультфильм. Клариса же всё это время ждала Миллс на диване в гостиной. Она места себе не находила, чувствуя волнение и непонимание. — Ну все, я его заняла, — Реджина вышла с улыбкой на лице, ведь видела, как Джесси рад посмотреть мультфильм. — Тогда я внимательно слушаю, — Клариса же не улыбалась. Она оказалась серьезной. — Это все Эмма, — сразу сказал Миллс, но она совершенно не сваливала вину на блондинку, — она пыталась спасти его мать, но у нее не вышло, и они с ним провели несколько часов в подвале. Она сразу в него влюбилась. Я это поняла, когда она привезла его в больницу, — Реджина тяжело выдохнула, — я не знаю, но мы решили его забрать. Это маленькое чудо не знало ласки и любви. Его одежда была ему мала, а самого его не раз били. Он добрый и милый, ласковый, — Реджина посмотрела на Кларису, — я знаю, что беру не щенка, а ребенка. Я мать и понимаю всю ответственность. Также я знаю, что мне будет тяжело, но я люблю Эмму, и я всей душой полюблю Джесси. Клариса не перебивала Реджину. Но не из-за того, что у нее не было вопросов. А из-за того, что она находилась в состоянии осознания. Всегда позитивная и улыбчивая женщина сейчас чувствовала непривычную для себя роль. — Он называет Эмму мамой, — Реджина улыбнулась. — Моя дочь… мама… — Клариса закачала головой, — как-то это неожиданно быстро. Очень быстро. Реджина, как ей удалось так скоро принять настолько серьезное решение? Или вы это планировали до этого? И сейчас вышло случайное стечение обстоятельств? — О, нет, — Реджина усмехнулась, — она даже о наших детях боялась говорить. Поэтому я была ошарашена осознанием того, что Эмма хочет взять Джесси. Я все поняла по ее глазам. — По глазам? Ну всё, это серьезно, — Клариса выдохнула, но улыбнулась, — но всё равно это очень стремительно. Вчера жили только для себя, а тут бац! И малыш. А работа? Она уйдет с нее? — Клариса, вы смеетесь? — брюнетка покачала головой. Она думала об этом, но была уверена, что Эмма не бросит работу. — Нет. У нее появилась семья. Ты и ребенок. Нужно переходить на менее опасную работу, — уверенно говорила Клариса, — вот скажи. Малыша вы решили усыновить. А кто с ним будет сидеть? Или сразу в детский сад? — Клариса, — завыла Миллс, — я не знаю… мы просто решили. Мы даже не говорили. Я тоже хочу знать ответы на эти вопросы. Я хочу понимать, что будет дальше. У меня история повторяется. — Поясни, — попросила Свон и встала с дивана, — но за чашкой кофе с капелькой коньяка, — и пошла в сторону кухни. Реджина повернулась в ее сторону, — понимаете, мой первый брак так же был стремителен. Я забеременела, Грэй сделал предложение, мы поженились… И здесь мы с Эммой даже не говорили о ребенке, и вот снова он у меня появляется, когда я совершенно к этому не готова. Но что Тео, что Джесси, они не виноваты в том, что взрослые не готовы, — Реджина пыталась донести до Кларисы свои сумбурные мысли, — но тогда был Грей. Он взял все на себя, и я спокойно доучилась, сейчас же мы обе твёрдо стоим на ногах, у нас свои устои… Я не знаю, как будет дальше, но вон в той комнате сидит и смотрит мультфильмы наш с Эммой сын, и нам обеим придется кардинально менять жизнь. — Вот всю жизнь она так. Сначала делает, потом думает, — причитала Клариса. Она хозяйничала на кухне, готовя Реджине и себе кофе, — но раньше это задевало только её. А сейчас она меняет целых три судьбы! — В этом вся Эмма, — Реджина улыбнулась, — и я люблю ее такой. И сейчас главное, чтобы у нас получилось усыновить Джесси. — Я в этом вопросе полный ноль. Какие при этом правила? Вы всё уже узнали? — Мы разговаривали с соцработником, и она сказала, что скинет нам весь перечень. — А Джесси вам разрешили оставить у себя, как я полагаю, — уточнила Клариса. — Да. Ни Эмма, ни я не хотели, чтобы его забрали хотя бы на время в детский дом. — Это само собой! Малышу, который столько всего вынес, не хватало еще в детском доме очутиться, когда он уже нашел семью, — Клариса разливала кофе, — мать, погибла, да? Эмма не успела ее спасти? — Да, — Реджина опустила взгляд. Ей жалко было Джесси, но как бы это жестоко не звучало, ей было совершенно не жаль его мать. — Не хочу вдаваться в подробности. А отец мальчика? — Я ничего о нем не знаю, Эмма просто сказала, что его нет. — То есть это мать… О, Господи… Как таких носит земля… — Клариса принесла две чашечки кофе. Одну из них отдала Реджине, а с другой присела на диван. — Я не хочу об этом думать, — Реджина сделала несколько глотков кофе, — я хочу, чтобы Джесси все забыл. Хочу, чтобы у него было настоящее счастливое детство. — Он сейчас в таком возрасте, что может всё забыть. Вы можете по-настоящему стать ему родными матерями, — Клариса отпила напиток. — Я этого и хочу, — Реджина выдохнула и вновь сделала несколько глотков кофе, — ну, а теперь вы скажите, что думаете по поводу нашего решения. — Это сложно. Но я буду поддерживать ваше решение. А еще мне придется пообещать тебе и моей дочери, что во всем буду помогать. Ведь абсолютно уверена, что ни ты, ни она не бросите свои работы, — сказала уверенно Свон старшая. — Спасибо, — Реджина была очень благодарна Кларисе за то, что она их поддерживает. Клариса только кивнула. Она поняла, что сейчас начался новый этап в жизни дочери. Совершенно новая жизнь. И сейчас она коснется и Кларисы. А от этого женщина только могла радоваться. Ведь всегда хотела быть ближе к дочери. — Иди к Эмме. Поспите вместе. По тебе же видно — всю ночь не спала, — Клариса допила кофе. — Да я вон кофе попила, да и Джесси не хочу оставлять, — Реджина, конечно же, хотела спать, так как была совершенно не роботом, но сейчас она действительно не хотела оставлять Джесси, так как он не привык к Кларисе. — Ничего. Я с ним посижу, — Свон поднялась с дивана, — иди, иди. Ребенок не должен видеть тебя в таком потрепанном виде. Чашки оставь, я потом помою, — уходя в бывшую спальню Тео, сказала женщина. Она решила дать Реджине отдохнуть, несмотря на ее протесты. Миллс выдохнула и решила все же воспользоваться возможностью, но перед этим проследить за тем, чтобы Джесси не испугался и наладил контакт с Кларисой. Она знала, что мальчик очень быстро откроется, если перед ним быть открытым человеком, как сделал это Джош. — Джесси, дорогой, что делаешь? — Клариса прошла в спальню и присела рядом с малышом на кровати, — о, мультфильм. Я помню его. Эту рыбку зовут, кажется, Дори? — Да, — Джесси посмотрел на Кларису, — а еще про папу Немо Марлин. Он его ищет, ведь Немо пропал. — Это неправильно. Дети должны всегда быть с родителями. Как он мог пропасть? — Клариса хотела наладить контакт с внуком, желая ему понравиться. — Его забрали, — Джесси грустно выдохнул. Ему нравился мультфильм, но все же в нем были грустные моменты. — Кто же так сделал? — с живым интересом спрашивала Клариса. — Дядя увез его, — Джесси теребил в руках мишутку. Реджина стояла за дверью и подглядывала в щель. Она уже хотела зайти, но не хотела мешать, тем более заметила, что ребенок перешёл к другой теме, — а ты мама мамы? — Ага, — Клариса перешла на более свободную манеру общения. Она уже и забыла, как общаться с такими маленькими детьми, — ты можешь называть меня бабушкой. Или ба. Твой брат Тео так называет маму Реджины. Ее зовут Летиция. Она тоже теперь твоя бабушка. — А давай поиграем в мишутку?! — Джесси наконец-то улыбнулся и протянул Кларисе игрушку, — Реджи пришила ему глазик, — он показал на пуговку. Реджина поняла, что контакт налажен и пошла к Эмме в спальню. Она быстро переоделась и нырнула в объятия Свон. Блондинка, почувствовав, что Миллс рядом, сразу и крепко ее обняла. А женщине не понадобилось много времени, чтобы провалиться в сон. — Мм… — Свон крепче сжала в объятиях Реджину. Глаза она не открывала, но почувствовала, как крепко выспалась. Эти несколько часов сна пошли ей на пользу. — Реджи, моя хорошая, — Эмма говорила тихо, коснувшись носом плеча любимой, — ты спишь? — она прошептала, касаясь поцелуем нежной кожи. Реджина почувствовала приятные прикосновения любимой, — сплю… и ты спишь, — пробубнила она с улыбкой на лице. — Не спишь… — Свон заулыбалась, отпуская Реджину из объятий, чтобы осмотреться в спальне, — эй, а где Джесси? Реджина лежала с закрытыми глазами, находясь где-то на границе сна, — он с бабушкой смотрит мультики. Спи, — она вернула руку Эммы, чтобы та ее обнимала. — Эм… чего? — Эмма хоть обняла Реджину, как того она негласно просила, но мозг уже проснулся, и разум спокойно воспринимал слова Миллс за правду, — мама здесь? Или Летиция? — Мама, — протянула Реджина, желая вернуться в царство Морфея. — Вот черт! — Свон втянула носом воздух, — солнце, а сколько время? — блондинка дотянулась до кармана брюк, в которых спала, и вытянула оттуда мобильный. — Реджи… Ого… — она всё же оставила Миллс без объятий и села на кровати, спуская ноги к полу, — ты знаешь, что уже семь часов вечера?! — Какая прекрасная новость, — Реджина повернулась на спину и наконец-то открыла глаза, начиная потягиваться, — умм…ум… — Новость в том, что мы продрыхли очень много для дневного сна, — Свон встала на ноги и заразилась от Реджины потягиванием. — Зато мы выспались, точнее, ты, — Реджина, конечно, еще бы поспала, но так же понимала, что пора вставать. — Я так понимаю, это ты позвонила маме? — Эмма повернулась к кровати лицом. — Я, — брюнетка улыбнулась, — я решила, что она должна узнать. Пока вы спали, Клариса приехала. — И как она отреагировала? — Эмма хотела выйти из спальни морально подготовленной. — Она была удивлена и немного растерянна, — Реджина села на кровати, — она явно захочет с тобой поговорить. — Ладно. Сначала приведу себя в порядок, — Свон начала раздеваться, отходя к гардеробу. — Эй! Ей! Ты что делаешь? Ты что, не можешь сделать это в душе?! Зачем провоцировать меня, — Реджина возмущенно смотрела на Эмму. — Чтобы провоцировать тебя, — ответила с усмешкой Свон, не прекращая своего занятия. — Вот зараза, — хмыкнула Миллс, — и если бы не Джесси и твоя мама, я бы тебя наказала. — Ха, — Эмма показательно усмехалась над любимой, — тебе бы снова это не удалось. — Ну нет, малышка, твой провокационный прикол не пройдет. Я знаю, как ты это умеешь. Ты профессионал! Но я не поведусь, — Реджина тоже встала с кровати, — я больше не играю в твои игры. Эмма засмеялась. — Угу, — она разделась догола и пошла в ванную комнату, оставляя последнее слово за собой. Миллс фыркнула. Она понимала, что Эмма играет, да и Реджине хотелось поиграть, но понимала, что сейчас не время для этого, поэтому просто пошла переодеваться. Когда Свон вышла из душа, Реджина была готова. Эмме тоже не составило труда и времени быстро одеться. Без подколов и смеха не обошлось, но женщины понимали, что долго так не смогут. Они вышли из спальни, слыша абсолютную тишину и видя темноту, как в спальне Тео, так и в гостиной. — Не поняла. И где они? — включая свет, спрашивала блондинка. — Твоя мать украла нашего ребенка, — Реджина выдохнула и села на диван. Она, конечно, не серьезно этого говорила, да и волнения не было, ведь Клариса взрослая женщина и справится с ребёнком. — Замечательно, — Эмма фыркнула. Она прошла на кухню попить воды, — позвони ей. — Это же твоя мама, почему ты не можешь позвонить ей сама?! — уточнила брюнетка, но взяла с тумбочки телефон, — хорошо я хоть одежду Тео нашла, хотя, может, и не хорошо. Тогда бы она не похитила Джесси, — брюнетка набрала номер телефона матери Эммы. — Алло, — Клариса практически сразу ответила на звонок. На фоне играла детская песенка. — Клариса, а вы где? Мы проснулись, а вас нет. Как Джесси? — Реджина прислушивалась к звукам в трубке. — Неужто проснулись. Мы-то думали, в ночь уйдете. Мы в пекарне, — Реджина услышала смех ребенка. Его явно кто-то веселил. — Они в пекарне, — сказала Реджина Эмме и вновь вернулась к разговору с Кларисой, — как Джесси? Чем вы там занимаетесь? — Скажи, чтобы шли домой, — Эмма стояла и смотрела в холодильник. Ей хотелось кушать. — Джесси замечательно. Да, малыш? — спросила Клариса, а Реджина услышала ответ от ребенка и знакомый материнский голос, который велит заканчивать болтать. — Мама?! — Миллс посмотрела на Эмму, — Клариса, моя мама играет с Джесси? — она спросила чисто автоматически, и так зная ответ на свой вопрос. — Ну просто шик! — Свон закатила глаза, достав из холодильника ветчину и соус, а из хлебницы хлеб. — Да. Мы с Летицией, Джереми и Джесси играем в кубики. Собираем картинку Карлсона, — ответила, смеясь, Клариса, — так, ладно, Реджина, мне пора. А то они вместо Карлсона соберут Дюймовочку. — Кла… Кла… Клариса! — Реджина поняла, что старшая Свон закончила этот разговор. — Черт! Твоя мама и мои родители собирают с Джесси Карлсона. — Ты бутерброд будешь? — Эмма мутила перекус. Она поняла, что никакого сюрприза для родных не будет, но расстраиваться по этому поводу не собиралась. — Буду с ветчиной, — Реджина выдохнула, — нам нужно поехать туда. Они явно не привезут Джесси домой. — Куда они денутся? — Свон усмехнулась, — а вообще ты сама виновата. Позвала мою маму, получай. — Свон, ты офигела?! В чем я виновата, в том, что рассказала твоей маме и выдержала первую волну ее вопросов?! — В том, что сделала это без меня. Сама решила, теперь расхлёбывай ее фокусы, — Эмма закончила с бутербродами, положила их в тарелку и пошла к Реджине. — Ты вся в свою мать, — Реджина взяла бутерброд и пошла в гостиную. Свон проследовала за Миллс. — Да ну нет. Я же не такая невыносимая. — Такая! Именно такая, — Реджина села на диван, кушая бутерброд, — я бы сказала, еще хуже. — Аргументируй, — попросила Свон, фыркая. — Да тут все наглядно. Ты делаешь только так, как хочешь ты. Это видно как в мелочах, так и в глобальном, — Реджина жевала бутерброд, но ее речь можно было спокойно понять, — возьмем момент, когда укладывали Джесси спать. Ты почему не дала надеть пижаму? Он встал, и ему было не комфортно. Потом тот же момент, когда я хотела найти одежду Тео. Как будто в этом что-то зазорное.  — Он мальчишка. Его нужно закалять. А вообще я не буду спорить, солнце, — Эмма также кушала бутерброд, — лучше предложу обсуждение, разговор. — Вот это мудро, — Реджина выдохнула, — нам нужно о многом поговорить. — Мы сейчас это сделаем? — Эмма улыбалась, хоть и чувствовала всю серьезность предстоящего разговора. — Ты готова к этому? — Реджина смотрела на Эмму с любовью. Она действительно хотела, чтобы они с любимой услышали и сказали все, что хотят донести. — Я всегда готова, — Свон облизнула испачканные соусом пальчики. — Ну да, — Реджина даже не знала, как начать. Но понимала, что ей придется это сделать. — Как мы будем жить дальше? — Реджи, солнце, — Эмма подсела к Миллс на диванчик, — мы будем жить, как жили. Но с одним маленьким, но очень приятным исключением. Джесси появился в наших жизнях, и нам придется менять их. Ребенок всегда меняет родителей. Но я буду всегда за эти изменения. Реджина радовалась этим словам, и она была также за это, но оставался главный вопрос, — что с нашими работами? — Это, наверное, самый сложный вопрос, — Эмма вздохнула, приобняв Реджину так, чтобы быть к ней ближе, — и нам нужно это обсудить. — Давай обсудим, — Реджина смотрела в глаза Свон, — ты любишь свою работу, я люблю свою работу. Я только вернулась, — брюнетка говорила это, и чувствовалось, как ей тяжело, — я смогу снизить часы работы, а ты? Ты можешь неделями пропадать, расследуя дела. Ты сможешь работать по другому графику? — Я постараюсь всё узнать, — для Эммы важна её семья. Реджина, сейчас Джесси. Свон понимает, что ее работа сложна, отнимает много времени. Но она важна для Эммы, для людей. Без отдела Свон не останется собой. Она станет совсем другим человеком. И возможно, изменится не в лучшую для самой себя и близких сторону. Блондинке нужна поддержка семьи, без этого никак. Она всё бросит ради Реджины и Джесси. Но стоит еще вопрос — станет ли это счастье полноценным для нее, — если у меня не получится, я уйду со службы. Ради тебя, ради нашего сына. Вы для меня всегда будете на первом месте. И это не простые слова, солнце. Я клянусь тебе. — Эмма, я не хочу этого. Я хочу, чтобы мы оставались самими собой, но ты также должна понимать, что наша жизнь не будет прежней, — Реджина положила руку на щеку любимой, — Джесси заберет все наше с тобой свободное время. Клариса нам, конечно же, поможет, и мои родители не останутся с стороне, но это наш сын, и его должны воспитывать мы. — У нас действительно много помощников. И мы справимся. А если что-то будет идти не так, не будем ругаться. Сядем на этот диванчик и продолжим обсуждать эту тему, — Эмма была неимоверно благодарна Реджине. За понимание, за согласие, а самое главное, за любовь.