Тёмный Поттер или возвращение из Ада

      Пока парни были в Гринготтсе, время приблизилось к полуночи; на улицах не было людей, большинство магазинов уже закрылись, и только ночные фонари одиноко освещали пустынную Диагон аллею.       Выйдя на улицу, Гарри опустился на мраморные ступеньки перед входом в банк и задумался над сложившейся ситуацией. У него была семья и, хоть он и решил отречься от неё, глубоко внутри в нём таилась надежда на то, что всё не так плохо, как кажется. Может они не знают, что он жив! Но ведь Дурсли — часть его семьи, значит им было всё равно или…       Но долго разрываться между двумя крайностями Гарольд не смог, его отвлекло что-то похожее на хлопанье крыльев. И правда, когда парень, выйдя из транса, среагировал на звук, перед ним приземлилась большая черная сова, державшая в лапках сверток, к которому был прикреплён небольшой конверт. Решив покончить с размышлениями о неизвестном и вернуться к реальности, Поттер посмотрел на друга, который уже открыл сверток и прочёл содержимое своего конверта, теперь же рассматривал разноцветные ветрины магазинов. Мысленно поблагодарив Тома за предоставленную возможность побыть в одиночестве Гарри, забрав у совы «почту», открыл конверт.       В конверте была небольшая пустая бумажка. Когда парень достал её из конверта, на одной из сторон начали медленно выводиться чернилами буквы, выдавая обрывки слов. Через пару секунд все буквы встали на свои места, и Гарри смог прочесть послание.       Письмо гласило, что в присланном сверточке располагаются портключи в мэноры. Отложив записку и аккуратно раскрыв пергамент, парень увидел несколько бархатных коробочек с разными гербами. Осмотрев их, он пришёл к выводу, что это и есть портключи ко всем мэнорам, которые он унаследовал. Ещё раз посмотрев на посылку Тома, он заметил, что он имел на руках почти такой же набор, но с парой других мэноров. Если у Гарри цвета гербов состояли в основном из теплых цветов, то у Тома наоборот, преимущество отдавалось тёмным и холодным цветам. Решив не задерживаться на ненужных деталях, Гарри собрал всё в свёрток и поднялся. Отряхнувшись, Гарри потянулся и заговорил с подошедшим к нему Томом. — Ну, что делать будем? — его голос был на удивление тих и безэмоционален, однако в нём всё же прослеживались усталые нотки в голосе. — Думаю, по мэнорам надо идти… — несколько задумчиво проговорил Том, не сводя глаз со своего собеседника. Сложно было понять, что у него на уме, но Гарри был таким же, поэтому понимал, что Том просто скрывает усталость. Поэтому, решив сократить время на разговоры, Поттер взял инициативу разговора на себя. — Каждый в свой, да? — получив утвердительный кивок, Гарольд продолжил, — Я в Певерелл-мэнор, а ты в Слизерин-мэнор, я прав? — очередной кивок, — Что мы вообще делать будем? До начала учебного сезона еще около года. — Лично я отосплюсь, отмоюсь и приоденусь, а то эта трансфигурированная одежда фуфло, если честно. Завтра бы уже заняться восстановлением мэноров и возвращением эльфов из стазиса. Я ещё Пожирателей снова созову, вытащу из Азкабана, модернизирую и начнём вербовать новичков, а то всё еще припоминаю реакцию Учителей на это… — вспомнив ТОТ момент, Том содрогнулся… Flashback       Гарольд и Том сидели в гостиной, после сытного ужина, и обсуждали прошедшую тренировку. Обсуждение сопровождалось активной жестикуляцией и шла на повышенных тонах. Практически на каждое слово Гарри Том отвечал колкими шутками или рассказывал примеры из жизни, подчёркивающие на его недочеты и ошибки во время тренировки. Что раздражало младшего из парней, заставляя попадаться на все уловки Тома.       Однако, их веселье резко было прервано ощущением надвигающейся опасности. Посмотрев друг на друга, парни машинально потянулись за палочками, но не успели. Чуть за дверью послышались шаги, после чего была просто выбита магическим потоком и была впечатана в стену. В проходе стоял Лорд Слизерин.       Сейчас Гарольд, понял от чего они почувствовали приближение беды несколько секунд назад: основатель был просто в бешенстве: белстящие от гнева глаза были с необычным, змеиным зрачком, черты лица были заострены, губы плотно сжаты. Парней не столько пугал вид наставника, сколько то, что от Слизерина волнами исходила магия, сотрясая воздух вокруг, которая сразу же начала давить на двух парней, сидящих в комнате, вызывая у них страх от её количества. От этого Гарри и Том не могли двинуться их словно прибило к месту, давившей на них силой. Но вернемся к Слизерину от количества магии, которую он выпустил его глаза начали светиться и были похожи на две авады, которые в данный момент были сосредоточены на одном старшем из двух сидевших магов — на Томе.       Оставшаяся тройка основателей вошла не так стремительно, однако вид их не сильно отличался от Слизерина. Рассевшись по креслам, которые они трансфигурировали из воздуха, некоторое время они молча пилили взглядом Тома. Спустя минуту молчания, которая парням казалась вечностью, Салазар решил таки начать разговор.       — Знаешь, мой ученик, я тут решил посмотреть на твою прошлую жизнь… И меня ничего не настораживало, а даже радовало, что ты хороший и способный, но лишь до того момента, пока ты не создал свою организацию… Идея была хороша, да и начал ты не плохо… — во время разговора голос Салазара не был громким, как ожидалось, его тихий, слегка шипящий, голос заполнял помещение, не давая сосредоточиться ни на чём, кроме говорящего.— Однако… Впоследствии ты совершил череду непозволительных и, откровенно говоря, идиотских действий… Том, который после этих слов немного оживился, решил ответить на столь явное осуждение его действий. — А что я не так сделал-то? — пролепетал он, как напакостивший школьник, деяние которого увидели старшие. — Во-первых, ты поставил на них клеймо, как на скот! — резкий голос Салазар напоминал больше раскат грома, однако он так же резко понизил голос до змеиного шипения — Ладно, просто бы магическая татуировка, которой ты мог бы вытаскивать своих поданных из неприятностей, перенося их к себе или переносясь к ним, но нет… Ты выбрал клеймо, которое не несет никакого смысла, кроме наказания провинившихся, из-за чего у тебя нет ни одного преданного тебе мага. Во вторых, ты, по своей прихоти, начинал убивать аристократов! — Но я не контролировал себя… На меня будто наложили заклинание. Вы попробуйте разорвать душу… — начал было оправдываться Том, но был резко прерван. — Я ещё не закончил! В-третьих…       После получаса чтения нотаций и перечисления основных грехов Тома, на которые не хватило бы и дня беспрерывных перечислений, Салазар несколько успокоился и сидел, пронизывая взглядом виновника, который немного расслабился. — Гарольд, надеюсь ты извлёк из этого урок и понял, как делать не стоит? — обратился Слизерин к Гарри. Услышав от меньшего из парней тихий и неуверенный утвердительный ответ, перед основателем появился большой кожаный ремень. — Ну раз ты понял, то я сейчас помогу кое-кому лучше усвоить материал, а в этом мне поможет это замечательное приспособление… — с этими словами Салазар подобрал ремень и пальчиком поманил Тома, до которого только сейчас начало доходить, что сейчас будет происходить. — Может не надо? — жалобный писк бывшего Темного Лорда разнесся по гостиной. — Надо, Томми, надо. — снисходительный, но не терпящий возражений, голос основателя вот, что услышал Гарри прежде, чем вылететь из гостиной. End of Flashback       Гарри тоже вспомнил тот момент и уголки его губ приподнялись, выдавая скрываемое веселье, в то время как лицо оставалось таким же непроницаемым. Ещё некоторое время постояв на улице и обсудив планы на ближайшие пару дней, парни попрощались и с помощью порт-ключов переместились в мэноры, Гарольд в Певерелл, а Том в Слизерин мэнор. Певерелл-мэнор.       Восхищение и трепет — вот что испытывал Гарри, стоя перед воротами старого и долгое время заброшенного мэнора. Здание мэнора древнее, неправильной формы, но было невероятно огромным. Оромным. Архитектурными приделками и пристройками оно очень удачно было исправлено и приведено в гармонию, а готический стиль и расположение на холме придавало ещё больше величия. Хогвартс, куда парню предстояло идти «учиться», был по сравнению с этим просто миниатюрным загородным домиком. Гарри минут десять стоял, как вкопанный, разглядывая весь мэнор.       Отойдя от первичного шока, наследник Певерелла встрепенулся и, расправив плечи, направился по каменной дорожке ведущей к мэнору. Вдоль которой росли кусты, на удивление ухоженные, и деревья, перекрывавшие лунный свет, который так и стремился осветить путь юному наследнику. Подойдя к воротам мэнора, Гарри протянул руку, собираясь открыть массивные решетчатые створы, которые выглядели как серебряная химера с рубиновыми глазами. В тот же миг глаза химеры засветились и ожившая ручка окутала кисть Гарольда и, прокусив кожу, собрала кровь. В этот момент парень почувствовал, будто бы весь мэнор несколько раз облетела странная магическая волна и он ожил, после чего принялся изучать незнакомца. Сначала наследник Певереллов подумал, что ему это показалось, но это оказалось неверным предположением. «Достоин!» — от столь резкого голоса у себя в голове у парня подкосились ноги, и он упал на одно колено. После этих слов, сказанный самим сердцем мэнора — его родовым камнем, будто бы сам замок повел к сердцу.       Сам парнишка находился словно в трансе и очнулся только, когда стоял уже перед родовым камнем. Сердце мэнора представляло собой огромный черный обсидиановый камень размером с внедорожик с маленькими, едва мерцающими красными прожилками. «Надо бы провести обряд восстановления родового камня, как Салазар учил», — подумал про себя, рассматривая объект перед собой. Вспоминая, чему его учил один из великой четверки основателей, он подошёл к камню и погладил рукой шершавую поверхность родовой реликвии. Обойдя камень по кругу, парень остановился и, положив обе руки на поверхность обсидиана, начал выпускать магию. Сначала совсем тонкую струйку силы, за которую родовой камень уцепился, как за живительный родник, постепенно этот родник усиливался, и вскоре магия мощными порциями поступала в камень, прожилки которого за время всего «оживления» мэнора начал издавать равномерное сияние, а под конец «ритуала» уже излучал ослепляющий свет. Однако, как только Гарольд оторвал руки от поверхности камня, свечение резко нормализовалось, и теперь это был обсидиановый камень с пульсирующими прожилками. «Это было очень тяжело», — от усталости Гарольд прислонился к стене комнаты и медленно сполз вниз, оценивая масштаб использованной магической энергии, — «Еще бы пару столетий, и замок начал бы разрушаться, защита упала бы через ещё лет сто, ну, а там бы и ядро мэнора погибло. Хорошо, что я стал наследником, а то жаль такую махину, ведь несмотря на всю силу, которой он меня проверил, он умирал…» — но от размышлений о мэноре Гарольда отвлекли множественные хлопки телепортаций: перед ним появилось около трёх десятков маленьких лупоглазых существ, облачённые в старые, потёртые накидки, скрывающие маленькие худые конечности, называемых домовиками, которые после появления сразу начали наперебой благодарить Гарольда и восхвалять. — Все тихо! — голос усиленный сонорусом разнесся эхом по сводам комнаты с родовым камнем, — Кто глава родовой общины? — Я, Господин, — перед наследником Певереллов появился домовик, у которого была, относительно остальных домовиков, не простая накидка: на черной ткани был изображен герб певереллов — химера, обрамленная золотом, у этого накидка сама по себе была расшита серебряными и золотыми нитями, а химера была более детализирована. «А пафос Певереллы у своей покровительницы взяли… Маменька всегда любила это и, похоже, это передалось ее роду…» — подумал про себя Гарри, осматривая домовиков и вспоминая первую встречу с названной матерью — Смертью. — Значит так, часть из вас займется уборкой дома, приведите его в божеский вид, ответственные за готовку, подайте сытный ужин, что готовить только на ваше усмотрение. Глава со своими помощниками займитесь пересчетом всех запасов, какие только могут быть. Ну, а остальные, позаботьтесь обо мне. Ванная, одежда и прочее. Всем всё ясно? — дождавшись энергичных кивков со стороны эльфов, Гарольд поднялся на ноги. — Распределяйтесь, кто чем будет заниматься, и за работу!       Стоило Гарри закончить последнюю фразу — домовиков как ветром сдуло. Кто-то начал прибирать прямо на месте, на котором стоял, другие разбрелись по мэнору. Остался только один, который мялся на месте, не решаясь сказать что-то или сделать. — А ты чего? — спросил Гарри уже без соноруса, заметив заминку домовика. — Я-я… Я хотел сопроводить Вас в ваши покои, господин… — продолжая дрожать и переминаться с ноги на ногу промямлил домовик. — Отлично, веди. И перестань уже трястись, никто не собирается тебя наказывать. — После услышанного эльф слегка расслабился и молча пошёл в неизвестном Поттеру направлении, периодически оглядывась, проверяя последовал ли за ним его господин или нет. Гарри же постоянно останавливался, рассматривая убранство поместья, когда же они дошли до его покоев, вернее, когда домовик резко остановился и, глянув на Гарри, трансгрессировал, Поттер понял, что они пришли. Он молча зашёл в комнату и, не глядя по сторонам, лёг на постель, усталость и потеря магии взяли своё, поэтому через мгновенье он провалился в сон.