Тёмный Поттер или возвращение из Ада

31 июля 1991 года. Полночь.

      В гостиной Певерелл мэнора, освещаемой светом камина, вглядываясь в языки пламени и слушая то, как старинные настенные часы отбивали двенадцать ударов, оповещая о наступление нового дня, сидел Гарольд Певерелл. Сейчас его мысли были заняты обдумыванием новых планов на учебу в Хогвартсе, развитие группировки, ну и просто на будущее. Из задумчивого состояния его вывел тихий хлопок аппарации, знакомая аура появившегося мага радовала юного наследника. Спустя несколько секунд после хлопка, в одно из кресел, стоящих по обе стороны от дивана, уселся Том. Некоторое время они просто молчали, после чего Том разорвал несколько напряженную тишину. — Поздравляю с днём рождения, Гарри. Вот мой тебе подарок, — с этими словами он передал Гарри чёрный бархатный футляр. Гарри встретил презент вопросительным взглядом, но тем не менее быстренько взял и, недолго думая, открыл футляр. В футляре оказалась… Волшебная палочка? — Том, нахрена мне этот самотык? Я итак невербальной магией владею… — с некоторым удивлением и непониманием в голосе сказал Гарольд, взглянув на друга с легким осуждением. — Братишка, ты думаешь я совсем тупой или склеротик? Я прекрасно понимаю твоё недовольство, но прежде лучше просканируй этот самый, как ты выразился, «самотык», — наигранно оскорбленно проговорил наследник Слизерина. Не став спорить, юный Певерелл воспользовался советом и магией. Просканировав палочку он понял, что это точно не волшебная палочка: сердцевины не было абсолютно. Это был просто кусок дерева, правда украшенный так, что на деньги, использованные ради её покупки, можно купить маленький дачный домик в мире маглов. — Это что такое? — с интересом спросил Гарри, повернув голову к Тому. — Назовём это «псевдо-палочка». Ну я создавал этот артефактик своими руками и магией, поэтому её не распознать ни одному волшебнику. Если говорить о предназначении, то, во-первых, она нужно для отвода глаз: в Хогвартсе тебе все равно «палка-копалка» нужна будет. Помимо этого артефакт помогает направлять заклинания. Ну и во время тренировок палочка может помогать тренироваться, там функций много тебе просто попробовать надо будет, а то объяснять задолбаюсь, — закончил объяснение Том. — Теперь, когда с подарком разобрались, я хотел бы спросить тебя… На кой я тебе нужен стал? Как я вижу стол не накрыт, выпивка не разлита, девушек нет, а это значит, что ты праздновать сейчас не собираешься… — Мне нужно, чтобы ты меня кое-куда сопроводил для перестраховки так сказать, — прервал Поттер затянувшееся словоизлияние. После этих слов послышался душераздирающие печальный вздох со стороны «сопровождающего». — Ты серьезно? Ты меня уже задергал со своими сопровождениями. И я бы с удовольствием, если бы я был там нужен, а так я просто как фикус стою и жду. То при поиске магов-сирот по детдомам. Я, конечно, понимаю, что тебе бойцы нужны были, и я даже «за», набирай сколько хочешь, но таскаться целую неделю без передышек по стране в поисках детей, а потом еще около двух месяцев по другим странам, чтобы набрать детский садик «Солнышко» — это слишком. При том, что в одиночку бы ты справился легко, — начал возмущаться Реддл.       Пока Том возмущался, Гарольд вспомнил те несколько месяцев, когда он словно одержимый носился по всей стране. Начал это он в декабре в Лондоне и закончил свое путешествие в России в конце февраля. Он набрал около сотни сирот по всем странам, считая это количество «подопытных» малым. Единственное, что можно было приметить так это то, что больше всего обездоленных детей было из магической Британии. В других странах о своих магах заботились, и встретить сироту было просто величайшей удачей. Но самое удивительное даже не в этом. Только в магической Британии среди сирот обнаружились около двух десятков чистокровных магов и чуть больше полукровок. Причем некоторые принадлежали к родам, которые до Второй Магической Войны в Британии обладали большим влиянием и были приверженцами идей Тёмного Лорда, даже многие полукровки, что стыдились своих корней. Похоже, тогда кто-то очень постарался, чтобы максимально сократить численность родов. При этом после проверки крови оказалось, что счета детей были вычищены почти под ноль, неким Альбусом Дамблдором. После логичного правда несвоевременного вопроса со стороны удивлённого Гарри: «С хрена ли?!». Поступил более чем логичный ответ и расписка, в которой говорилось, что денежные суммы изымаются для восстановления страны и в качестве возмещения ущерба семьям пострадавшим в войне. Деньги Гарри не сильно волновали у него их было предостаточно, волновал сам факт того, что кто-то постарался нанести максимальный ущерб древним магическим родам и остался безнаказанным.       После того, как дети были откормлены и доставлены в Певерелл мэнор, Гарольд решил заняться пробуждением всех оставшихся мэноров на это тоже потребовалось немало сил, хоть и относительно меньше времени. Не все мэноры были в таком хорошем состоянии, как Певерелл мэнор. Если замки основателей ещё радовали глаз наличием эльфов и общей целостностью, то вот с более новыми родовыми поместьями было, мягко говоря, печально.       В Блэк мэноре было реальное запустение и разруха, родовой камень был настолько слаб, что чтобы хоть как-то сохраниться он был вынужден закрывать комнаты и жертвовать эльфами. И учитывая то, что в менее древних и величественных семьях итак было не сильно много Эльфов, то при появление в доме на Гриммо 12, Гарольд увидел только одного почти свихнувшегося эльфа, который был очень стар и слаб и уже почти не следил за домом. Пришлось очень долго работать с Родовым камнем, переделывая и улучшая его. Он несколько раз наполнял его своей магией и падал от истощения, но Гарольд таки смог восстановить мэнор. С эльфами тоже пришлось постараться. Да, обновившийся Кричет после восстановления родового камня радовал глаз, но все-таки он не шёл ни в какое сравнение с эльфами Певерелл мэнора, или из любого родов Основателей. Но сейчас это было неважно; восстановив единственного оставшегося в доме эльфа и сделав его главой общины домовиков, Гарольд принялся готовиться в зале с родовым камнем к призыву домовых эльфов. Учитывая новые силы камня получилось около двух ста пятнадцати домовиков, можно было бы и больше, но пока что этого не требовалось. Эльфы сразу же после призыва были одеты в белые наволочки с вышитым символом рода Блэк. Наволочки подготавливал Кричет, пока Гарольд был занят призывом его собратьев. Гарри покидал мэнор оставив указание эльфам восстановить мэнор и заняться восстановлением запасов еды, ингредиентов и прочего. Деньги брать из основного сейфа рода Блэк. Да, это будет не дешево, но и не смертельно для счета. Пару миллионов — это немного, учитывая сколько всего средств. В Поттер мэнор он решил не соваться, так как там с большой вероятностью обитает семейка Поттеров, которые очень бы охуе… удивились увидя его в мэноре. Тем более видеть их он не хотел.       Помимо этого, он побывал еще раз в Гринготтсе, где решил принять наследие всех возможных родов, а не только Поттера. После посещения банка на пальцах юноши блистало несколько колец обозначающих его принадлежность к родам. Однако, чтобы не светиться скрыл кольца, с помощью специальной возможности заложенной в кольцах.       Оставшееся время до своего дня рождения Гарри занялся тренировкой новобранцев. Так он называл детей, собранных им. И начал он с того, что покопался в разуме каждого и поставил парочку закладок, чтобы дети не восстали против его. Был важен результат, и поэтому, для начала, нужно было восстановить здоровье новоиспечённых магов. Пока дети были заняты тренировкой с Томом, Гарри был занят варкой зелий, начиная он укрепляющих и восстанавливающих, заканчивая зельем для роста костей и мышц.       Несколько месяцев распорядок был расписан чуть ли не посекундно. Тренировки физические, изучение разных предметов, которые преподавали Том с Гарри на пару. Каждый день выпивалось по несколько десятков различных зелий, чтобы дети подросли и их уже можно было спокойно тренировать беспаловочкой магии и прочему, пока что их учили только теории. Так же делался аспект на знание нескольких языков, в том числе и языков магических существ, таких как гоблины, к примеру. От количества вливаемых зелий детей буквально выворачивало, но Гарольд приободрял говоря, что это для их блага.       Ближе к маю дети были равны можно сказать, как на подбор. Были они примерно одного возраста самому младшему было девять лет, а самый старший был едва старше Гарри и тоже пошел бы на первый курс Хогвартса. Это было сделано для того, чтобы приспешники Гарри были всегда рядом с ним даже в Хогвартсе. С этого момента начались долгие и мучительные тренировки. Детей обучали всему, что только можно и нельзя. Начиная от бытовых чар, заканчивая непростительными, невербальной магии и множеству запрещенных заклинаний. Чтобы дети учились лучше за провинности их награждали Круциатусами, причем в исполнение Гарри это было очень больно, но детей учили терпеть любую боль. Помимо тренировок магических сил были и тренировки физические. Во время всех тренировок скидок не делалось на на что: ни пол, ни возраст Гарри не были важны ему были важны только сильные приспешники. В общем, обучение походило на то, которое он сам проходил в Аду, однако, Гарольд не был каким-то тираном и деспотом, он частенько собирался вечером с детьми и веселился с ними в меру своих возможностей, они всей оравой занимались шуточными битвами с использованием всех подручных приспособлений, помимо магии.       Такими темпами к концу июл я это были не просто дети, это были неплохо обученные боевые маги, разбирающиеся и в тактике, и в стратегии, и многих других еще многому нужно было обучить. Однако, Гарри настолько сильно предался воспоминаниям и завис, что в себя он пришел только после легкого Круцио от Тома. Неприятно поежившись и недовольно посмотрев на него Гарри заговорил: — Не бойся, в этот раз не будешь больше стоять как истукан, твоя помощь мне понадобится, — успокоил своего, можно сказать, брата Гарольд. После чего он поднялся и немного потянулся. Затем он опустил взгляд на футляр с палочкой, немного подумав он вытащил палочку и взяв в руки подошел к Тому, который к этому моменту тоже поднялся. — Куда хоть летим-то? — задал интересующий вопрос Том. — Туда, откуда я исчез четыре года назад… Где меня ждали только боль и унижения: к моим дорогим родственничкам на Тисовую улицу, — пока Гарольд все этого говорил от него с каждым словом исходила все более холодная и темная аура, глаза изменяли цвет на красный, а зрачок принимал вид змеиного, после этого парнишка слишком поспешно схватил Тома и они оба завертелись в трансгрессии.