Сотня.

Pov Беллами. Мне стало стыдно за такое отношение к сестре. Ведь это единственный человек, кто действительно меня любит. Любит, даже с недостатками, пороками и прочей грязью, что скапливается во мне с детства. И если я потеряю ещё и Октавию, мне незачем будет жить. Почему я стал так часто ощущать чувство стыда? Даже перед Джаспером мне не по себе, он ведь из-за меня пошёл в лес и попал в капкан. Я не мог оставаться в лагере, мне казалось, что необходимо быть рядом с Окти. Хоть я и не знал, где она сейчас, мне надо видеть, что с моей малышкой всё в порядке. Стоило только выйти за ворота, на меня вприпрыжку неслась сестрёнка. Лицо горело радостью, а в руке держала белый цветок. Она была так похожа на Маму в молодости, что руки сами потянулись к ней для объятий. Но Октавия скорчила недовольное личико и со злостью крикнула: - Уйди! Не трогай меня! - Окти, ты знаешь, я не хотел этого сказать. - Но сказал! Видеть тебя не хочу! - Что за растение у тебя в руках? Может он ядовитый! - Я уверена, он не ядовит. Я чувствую, - этот блеск в глазах совсем не к добру. Ой, не к добру. Последний раз её глазки блестели на танцах, куда она и сбежала в четырнадцать... За это её арестовали. Я взял сестру за локоть и отвёл за дерево. - Ты так и не поняла? Мы на Земле, твои секретики не к чему! - Не понимаю, какие секреты? - Мне кажется, что между падением в реку и находкой тебя, было ещё что-то, что ты утаиваешь. Хотя бы потому что, ты была далеко от реки, когда я нашёл тебя. - Не говори глупостей! Я пыталась сама найти дорогу. Вот и всё! Врёт. Определённо врёт. Она никогда не умела лгать. Октавия отдёрнула руку и пошла в лагерь, явно взволнованная и злая. Как же меня всё достало! Я влетел в свою палатку со скоростью ветра и начал раскидывать вещи внутри. Одеяло, фонарики... Пусть всё летит к чертям! Незаметно зашла Кларк. Опять со своими наставлениями: - Беллами, я конечно вижу, что ты занят, но надо что-то делать с нашими людьми, которые попали в плен. - Не сейчас, Кларк! Хотя стой! Я приблизился к блондинке и настойчиво впился своими губами. Она оторопела, но вскоре ответила. Вниз полетели элементы одежды. Её тело горело. - Тебе не кажется, что мы торопимся? - Тебе не кажется, что ты много говоришь? Я снял с неё бельё, а она обвила меня своими ногами. Поцелуи становились более страстными и грубыми. Я хочу этого. - И всё-таки это неправильно. - Помолчи, пожалуйста, Кларк. Вечер позволил мне забыться и просто выпустить пар. Вот только, что теперь делать с блондинкой? Это ведь не всерьёз, правда? Просто по дружбе... Pov Линкольн. Небесная, по имени Октавия, убежала. Она больше не плакала и мне не хотелось, чтобы её слёзы повторялись. Да что со мной такое! Маленький ребёнок и то ответственен за свои чувства! Если ещё раз встречу Октавию, я докажу, что могу себя контролировать. Они должны нас боятся, не должны играть с нами. Они слабее. Я зашёл в пещеру, но сразу понял, что в моём доме кто-то посторонний. Костёр. Он горит, но я его тушил. Пройдя метр вперёд, сзади раздался треск и к моему горлу был приставлен нож. - Теряешь форму, Линкольн. - А ты растёшь, Лилит. Передо мной встала смуглая, как я девушка - моя сестра. Её считали фрикдриной из-за того, что у неё глаза разного цвета, один зелёный, другой голубой. Это посчитали уродством, а за это людей, даже маленьких, изгоняли и оставляли умирать. Хотя изгнали её скорее за то, что моя мать была слишком добросердечной. Для Мамы потерять дочь - это и было наказание. Доброта воину не к чему. Но Лилит осталась жива. Нашла какой-то бункер и жила там. Когда-то она встретила меня, младшего брата. И частенько заглядывает сюда. Эта пещера - её бывший дом. Ловцы снов, книги и прочая ерунда - её вещи. Выкинуть их я не могу. Наверное с сестры началась моя вечная борьба между воином и чувствами. От обиды на родную деревню она остригла волосы по плечи и носит только одежду из бункера. На её теле нет татуировок. Она не рисует боевой макияж чёрной краской.

Она одна против всего мира

Никого не напоминает? - Как дела? Чего такой весёлый? - Ты слышала про небесных? - О, я их даже видела. Они такие стран... - Стоп! Ты была там? Это опасно, Лилит! У их лагеря полно людей. Причём и наших тоже. - Боже, вообще-то я старше. Так что не командуй! - Ли, - она всегда хочет делать всё по-своему. Это никогда не доводило до добра, - если тебя поймают кто-то из Трикру, то убьют. Понимаешь? - Я не могу сидеть в бункере всю жизнь! И почему ты так улыбаешься!? Мне пришлось молчать. Ну что ей сказать? Что я нашёл себе небесную девчонку и не могу от неё отвязаться? Нет. Лилит слишком впечатлительная. - Линкольн, отвечай. Pov Кларк. Беллами куда-то ушёл, а я осталась лежать в его палатке. Здесь так спокойно - крики ребят из лагеря сюда не доносились. А что теперь будет? Что это значит? Я ему нравлюсь? Чёрт, Гриффин! Не спала бы с ним, не было бы лишних проблем. Так, если он скажет, что это ничего не значит, то я буду вести себя так же. А если он меня любит? Нет, привязываться к кому-то нельзя - это я уяснила с детства. Мне вдруг стало стыдно - лидер поддался соблазну! Быстро натянув свою одежду, я пулей выбежала из палатки и направилась на челнок, на третий уровень, где лежит Джаспер. - Джасс, привет. Как ты себя чувствуешь? - Уже лучше благодаря тебе и Октавии. - И Октавии? - Ну да. Когда ты уходишь, прибегает она и ухаживает. А за минуты до твоего прихода, убегает на второй уровень. - Она вообще мало с кем общается. Только с нами, Фокс и Харпер, - добавил Монти, которого я не заметила. Надо же... Я думала, что Октавия - трудный подросток, что обижена на весь мир. А оказалось, что она добродушная юная девушка. И вовсе не обиженная на всех. Просто не со всеми ей комфортно. Ну да, она ведь росла, не выходя из своей комнаты, четырнадцать лет подряд. Так стало её жалко и, одновременно, стыдно. И чего это Блейки вызывают чувство стыда? Чего я вообще о них беспокоюсь? Pov Октавия. Ночка выдалась ещё та... Вечные крики наших людей, охи-вздохи из палатки Беллами, перепалки с ровесниками... Общение с некоторыми ребятами, которые мне по душе, добавило мне настроения. Но я опять сбегаю под утро. Мне самой уже тошно. Кроме места, где я плакала, больше лес я не знаю, поэтому я вновь села под дерево и следила за ветками. Землянин наверное где-то рядом, да? - Эй, Блейк, решила прогуляться? - я обернулась и увидела Мёрфи. Придурок, напугал! Меня даже передёрнуло от неожиданности. - Странно, что ты не поднимаешь бунт в лагере. - Всему своё время. - Чего приш... - он не дал мне договорить. В одну секунду я оказалась на земле. - Ты больной? Слезь с меня! - Не смей орать! Я вырывалась и пиналась ногами. Мне хотелось провалиться под землю, умереть. Но уж точно не быть изнасилованной. Мерзкое лицо Мёрфи уже исцарапано моими когтями. А он пытается освободить меня от одежды. Нет. Нет. Нет. - Отстань! Не трогай меня! Кажется его это забавляло. Когда я уже попрощалась с обычной жизнью, кто-то ударил Мёрфи по голове. Я в страхе отползла от него и вжалась в дерево. Руки дрожали, да и вряд ли я смогу встать на ноги. Глаза наконец наткнулись на фигуру рядом с телом Джона. Землянин... Pov Беллами. Мне захотелось извиниться перед сестрёнкой. Я и сам стал замечать, как мы отдаляемся. Она всё чаще покидает лагерь и бегает по лесу. Она не ночует в палатке - либо на челноке, либо на свежем воздухе. Ей не завести друзей. Все считают её неуравновешенной стервой. Это я допустил. Сестры опять нигде не было. Да что ж такое! Ей не надоело? Кларк я нашёл на челноке. И чего она сбежала? Опять разбирается с проблемами. - Беллами, так что мы будем делать с ребятами, которых забрали земляне? Стоп! А что мы будем делать с нашими отношениями, ей неинтересно? Она задела моё самолюбие и ещё какие-то незнакомые чувства. Ладно, вызов принят. - Не знаю. Может подойти к их поселению? У них же есть какие-то дома, деревни? - Без нормального оружия на землян идти? Нет! - Ну тогда будем ждать их действий. - Просто опустить руки? Беллами, там мой друг. - Мы должны делать то, что лучше для всех. - Когда пропала твоя сестра, ты поставил на уши всех! Трус! Блондинка отвлеклась от раны Джаспера и направилась к люку. - Стой! Что это за карты? - Это схемы местности. На ней отмечены места, где могут быть вещи, необходимые для жизни. - А может там найтись оружие? Кларк тяжело вздохнула. - Канцлер ничего про это не сказал. Вполне возможно, конечно. - Если мы найдём защиту, тогда у нас будет преимущество. - Логично. - Вы, кстати, не видели Октавию? - Опять, наверное, за бабочками носится. Не волнуйся. Pov Линкольн. Перепуганная девчонка сидела под деревом. Так, я не должен проявлять чувства. Надо показать, что я не похож на них. Я - воин. - Спасибо, - шептала она. Я сгрёб её в охапку и потащил в пещеру, утверждая в уме четыре слова: "Я - воин, она - пленница, я - воин, она - пленница..." Она кричала, просила отпустить, когда сковывал её руки цепями. Слёзы катились по щекам. Она напоминала мне космос. Все её движения, как полёт. Улыбка, как лучистое солнце. Её душа искрится созвездиями, а слёзы, словно звёздочки. И её характер - это звёздная пыль. А жизнь - чёрная дыра, хаос. Маленькая внеземная девочка. Такая странная, будто она где-то высоко и далеко, в невесомости. Холодные стены пещеры девчонке явно не нравились, как и цепи на руках. Октавия пыталась высвободить руки. Пару раз находила на полу мел и рисовала узоры на стены. Кривоватенькие, но красивые. Иногда она просто окидывала мой дом взглядом или напевала какие-то песни. - Знаешь, - начала она разговор, - я ведь сама виновата. Не нужно было сбегать из лагеря, но там я тоже не могу находится. Я продолжал молчать. Хотя это было трудно. Трудно контролировать свои эмоции, когда по пещере разносится милый голосок, когда на тебя смотрят глаза, полные звёзд, когда нежные руки падают на пол, под тяжестью цепей. - А что значит знак бесконечности? Ну хотя, ладно, молчи. Ты наверное по английский не говоришь. Надеюсь, ты хоть понял, что я сказала спасибо. Мама учила быть вежливой и ценить жизнь. Вот второе я выполнить не могу. Я ведь хотела умереть... И не раз... С ней что, мало разговаривают? У неё нет друзей или родных? Нет она, конечно, чокнутая, но мне её жаль. В пещеру ворвалась сестра. Только не это. Разборок не избежать. - Понятно, кто причина твоей улыбки, - сказала она на языке землян. Сохраняя при этом строгое лицо. Я взял её за руку и увёл наверх. - Линк, это кто такая? - Тихо! Это одна из небесных, - мы продолжали говорить на землянском. - То есть ты, без разрешения командующей, пленил девчонку? - Там всё сложно. Ли, тебе надо уходить с этих земель. - Ладно, но ты должен, мне потом всё рассказать. - Хорошо. Я проводил сестру глазами и долго ещё смотрел на лес. Неожиданно я почувствовал удар чем-то тяжёлым, а дальше темнота...