Доброе утро, подопытный!

Оказавшись в длинном светлом коридоре, Снайпер оценил ситуацию опытным взглядом охотника. Таблица, висящая слева, с нарисованными на ней огромными буквами «ОО» (или цифрами 00?) его абсолютно не заинтересовала, никаких поворотов и углов, откуда мог выскочить враг (или тупой друг-шутник) не было. Весь коридор был выложен здоровыми белыми плитами, абсолютно гладкими на ощупь. Их температуру Снайпер так и не смог определить, босым ногам не было ни тепло, ни холодно, а материал, из которого они были сделаны, он не встречал ни разу в жизни. Пока Снайпер задумчиво ковырял пальцем стену, сзади раздался шум. Вздрогнув и обернувшись, он не увидел дверь, лишь те же белые плиты. Снайпера просто замуровали в закрытом помещении. Подскочив к бывшей двери, он изо всех сил ударил кулаком по стене. Ни обвалившейся штукатурки, ни трещин между плитами – ничего! -Эй! Выпусти меня немедленно! Слышишь?! – Грозный голос Снайпера утонул в этих стенах, не оставив после себя даже эха. Что ж. Отлично. Придётся топать дальше. Трюк с замуровыванием стены наверняка придумал Медик – этот псих любил, когда люди боялись. Но Снайпер не доставит ему такого удовольствия! Прогулка по коридору показалась ему очень долгой. В конце концов, он подошёл к краю… пропасти? Пол резко обрывался, открывая взгляду дыру. Её можно было бы перепрыгнуть, если бы не одна неувязочка: на той стороне была стена. Это была просто чёртова дырка в конце коридора! -Какого лешего? – Встав на колени, стрелок осторожно посмотрел вниз. Не так, чтобы очень уж высоко, но переломанные ноги гарантированы. И спуститься аккуратно нельзя – на гладких стенках ни единой зацепки, а расстояние между ними ровно такое, чтобы нельзя было держаться за противоположные стены. -Не волнуйтесь, рессоры на ваших, как вы выразились, сапожках, не дадут вам разбиться вдребезги. Максимум – сломанная нога. Механический голос раздался так неожиданно, что Снайпер чуть не улетел вниз, удержавшись на краю каким-то чудом. Отпрянув от края и упав на задницу, Снайпер глянул наверх, и увидел то, что и ожидал: стеклянный глаз камеры наблюдения. Значит, эти сволочи ещё и наблюдают! Показав камере средний палец, он начал переваривать услышанную информацию. Значит, они хотят, чтобы он сиганул вниз? Что ж, тут есть два варианта развития событий: либо откроется какая-нибудь защитная хрень, чтобы он не разбился, либо вся команда ждёт его на респауне. Второй вариант он отмёл сразу же: вчерашняя гулянка была по поводу приближавшихся выходных, а значит, сегодня респаун отключили. Что ж… Встав с пола, стрелок подошёл к краю. Как там девчонки в детстве играли? Море волнуется раз! Не то, но плевать. Раскачивая руками в такт словам, Снайпер приготовился к прыжку… и прыгнул на белую плиту. Дыра оказалась закрыта. -Эй, ты! Сама же сказала мне прыгать! -Ты не надел универсальные коленные заменители, идиот. – Абсолютно беззлобный голос, резкий переход на «ты»*… Снайпер начал сомневаться, что это Администратор. Эта стерва уже давно рвала и метала бы, не переставая удивляться тупости своих наёмников. -Я оставил их в… - Он осёкся, увидев странную обувь в двух шагах от себя. Старая привычка брать с собой всё, что хотя бы теоретически может пригодиться, дала о себе знать. -Что? -Нет, ничего. Сев на край вновь открывшейся «пропасти», он натянул сапоги. Они оказались сделаны, словно специально для него. Жёсткий материал тщательно фиксировал ногу, но неудобств это не причиняло. Аккуратно поднявшись на ноги, Снайпер едва не упал. Пара минут ушли на то, чтобы научится твёрдо стоять на ногах. Пройдя туда - обратно пару метров, он почувствовал себя увереннее, а через четверть часа он мог даже бегать и прыгать. Но навязчивое чувство, что он похож на придорожную проститутку, осталось. Подойдя к краю дыры и не дав себе ни секунды для раздумий, он шагнул вперёд. Доля секунды, во время которой его внутренности оказались подвешенными в невесомости – и он уже твёрдо стоит на ногах. Ни батута, ни мягкой подстилки из пола не вылезло, значит, рессоры действительно сработали. -Поздравляю, ты убедился в том, что рессоры действительно работают. Твои родители гордились бы тобой. – Снайперу показалось, что в голосе прозвучал сарказм. -Ха-ха-ха, как смешно! – После падения у него так дрожали колени, что ноги просто подкосились, и он привалился к стене. Он вытер пот со лба и грустно вздохнул. Упоминание о родителях окончательно выбило его из колеи. Вот уже несколько десятилетий он не летал на выходные в Австралию, не ругался с папой насчёт выбранной им профессии, не объедался маминой стряпнёй. А всё из-за респауна. Долбаная машина не давала наёмникам постареть ни на миг. В итоге: на дворе уже новое тысячелетие, практически все наёмники давно распрощались с близкими, мать BLU Скаута постарела, но до сих пор искренне верила, что RED Шпион без ума от неё, а тот лишь слёзно молил друзей по команде спрятать его от похотливой старушки, когда она приезжала навестить своего сыночка. Придя в себя, Снайпер снова огляделся. Маленькая комната, в которой он оказался, выглядела ещё страннее, чем коридор. Те же белые плиты, синяя полоса на полу, начинавшаяся от огромной круглой кнопки на полу, ведущая к круглой двери и оканчивающаяся синим крестом, и труба на потолке привели его в полнейшее замешательство. Всё выглядело абсолютно незнакомо. Подойдя к двери, Снайпер толкнул одну из её створок. Ничего. Вторая створка так же была неподвижна. Попытки развести их в сторону также ни к чему не привели. Тихо ругаясь, он подошёл к кнопке-мутанту, и, подумав, встал на неё. Из стеклянной трубы что-то вывалилось, синяя полоса на полу стала оранжевой, крестик сменился на галочку, но Снайперу было не до этого – дверь открылась, и мужчина рванул к ней. Но та, будто издеваясь, моментально захлопнулась, и в итоге стрелок просто врезался в неё. -Какого чёрта? Это уже не смешно! – Снайпер ударил кулаком по двери. -По-моему, это очень смешно. Перестань кричать. Перестань думать задницей. Включи голову. Высказав бесплотной женщине всё, что в этот момент думал, Снайпер снова нажал на кнопку и отпустил её. Нажал-отпустил, нажал-отпустил, с тоской глядя на открывающуюся и закрывающуюся дверь. Но тут тренированный взгляд уловил какое-то шевеление сбоку. С открытым ртом он наблюдал, как из стеклянной трубы выпадает большой куб, издавая при падении металлические звуки, а другой куб, уже лежащий внизу, просто растворяется в воздухе. Решив не забивать себе голову загадочной ерундой (в конце концов, он миллион раз видел, как с помощью часов растворяется в воздухе целый Шпион), Снайпер подобрал оказавшийся на удивление лёгким куб и, кинув его на кнопку, быстро проскочил в дверь. Дверь тут же закрылась. -Обрати внимание на поле раскалённых частиц у выхода. – Снайпер снова вздрогнул, и с удивлением уставился на прозрачную стену перед ним. Стена состояла из сияющих шариков, плывущих от каких-то штуковин, установленных на косяках дверного проёма. – Это экспериментальное поле анти-экспроприации лабораторного оборудования, аннигилирует любой оказавшийся в нём предмет, не подлежащий выносу - например, экспериментальный утяжеленный грузовой куб. Снайперу было плевать, как это называется – завороженный и испуганный летающими частицами, проходящими сквозь его раскрытую ладонь, он не отрывал от них глаз. И если он хоть что-то помнил из лекций по физике в исполнении пьяного Инженера – такое было просто невозможно. Его вдруг посетила мысль, от которой он отдёрнул руку, будто обжегшись. -А эта штука безопасна? -От воздействия раскалённых частиц ещё никто не умирал. Возможно, ты будешь первым. -Не смешно! -Смешно. Пожалуйста, пройди в лифт, чтобы проследовать в следующую камеру. Снайпер прошёл сквозь поле, чувствуя, как по коже побежали мурашки, и вошёл в приветливо открывшуюся дверь лифта, отчётливо осознавая, что это уже ничерта не шуточки. ___________________________ *Говоря, что GLaDOS резко перешла на «ты», я подразумеваю английское местоимение thou – ты. Оно устарело, но я слышала, что им до сих пор пользуются в некоторых штатах Америки.