Спасённый

— Чонгук? — заикаясь, спросил Чимин. — Чимин? Что ты тут делаешь? — Чон подошёл ближе к компании. — Я… — Пак не успевает ответить, как его перебивает Намджун. — Привет, — на распев тянет он, протягивая руку для пожатия. Чонгук морщится, но отвечает на приветствие. — Мы привели тебе нашего Тэхёни. Он страшненький, но вполне способный малый. — Джун, не стоит, — Чимин сделал шаг вперёд, но Юнги оттянул его назад и жестом дал понять, что не стоит лезть. Паку стало страшно. Разговор с Юнги теперь лишь вопрос времени, но и Чонгука он знал давно. Гук был очень вспыльчивым и упрямым. — Что ты сейчас сказал? — буквально прорычал Чон. — Я про Тэхёна, — будто не услышав угрозу в голосе, повторил блондин. — Этот мальчишка любит водить людей за нос. Строит из себя. Мы таких быстро на место ставим. Таким как он, спуску давать нельзя. — И что же вы делаете? — Чонгук подошёл уже вплотную, и теперь Ким мог его рассмотреть. Свободная чёрная рубашка была закатана по локоть, выставляя сильные мускулистые руки. Вены были отчётливо видны, что говорило о напряжении собеседника. Джинсы плотно прилегали к ногам и были порваны на одной коленке. Сам шатен был чуть выше самого Тэхёна. Ким жадно рассматривал его, впитывая каждую черту лица, замечая, что Чонгук очень привлекательный. Но только глаза Чона обратили внимание на Тэхёна, как тот тут же опустил голову. В своих мечтах он давно представлял эту встречу. Там они ели вместе мороженое на берегу реки Хан, и Тэхён называл Чонгука хёном или просто Гукки. Там они вместе ходили в кино, убегали от кричащей на них аджумы из магазина. Там он был счастлив. Но он всё ещё Тэхён, который никому не нужен. Он всё ещё мальчик из детдома. — О, тебе стало интересно? — Намджун положил свою руку на плечо Чона. — Он местная игрушка. Любой может делать с ним всё, что захочет. А когда на его теле появляются синяки и ссадины, он выглядит ещё прекрасней. Такое эстетическое наслаждение. Хочешь попробовать?  — Хочу! — Сердце Тэхёна пропустило удар. Это конец! Но в туже секунду Чонгук сильно бьёт блондина прямо в лицо. Кровь из носа начала стекать обильной струёй, а сам парень падает на землю. Чон разворачивается прямо к Чимину. — У тебя минута, чтобы объяснить, что здесь происходит. — Чонгук… — Пак смотрит подавлено и прячется за Юнги. — Стал настолько бесполезным, что тебя выкинули? — Не говори так, — неожиданно подал голос Тэхён, но его почти не было слышно. — Что? — Каким бы не был плохим человек, никогда не говори, что его выкинули. Особенно таким, как мы, — всё ещё не поднимая головы, проговорил Ким. — Эти люди издеваются над тобой, а ты их защищаешь? — сейчас Чон был очень зол. Его выдавала не внешность, а больше голос. Тэхён лишь ниже опустил голову. Сейчас он был напуган, шокирован и обескуражен. Чонгук встал на его защиту. Он защитил его! Что это значит? Почему? Что будет дальше? — Так! Сейчас я тебя забираю с собой. — Чон быстро подошёл и поднял шатена на ноги, придерживая, чтобы тот не упал. — А вас троих я предупреждаю в первый и в последний раз. Теперь Тэхён под моей защитой. Любое поползновение в его сторону станет для вас роковой ошибкой. Чимин в красках опишет, если надо, что я могу сделать. — Думаешь, что нас это остановит? — Намджун встал и теперь опирался на Юнги, придерживая нос рукавом толстовки. — Мы уже давно ничего не боимся. Терять нам почти нечего. А такие как Тэхён навсегда останутся жалкими игрушками для утехи. — Мне всё равно, что ты думаешь. Я не повторяю по несколько раз. В любом случае ты можешь проверить всегда на себе. Но не будешь ли ты жалеть об этом? Я советую очень хорошо подумать об этом. Я никогда не разбрасываюсь словами просто так. — после этого Чонгук поудобнее перехватил Тэхёна и они зашагали по дороге.  — Я не нуждаюсь в твоих советах! — крикнул им в спину Намджун. — Заткнись, идиот. Всегда убеждаюсь, что ты умный на столько, насколько и тупой. Чимин! — прикрикнул Юнги. — Помоги мне дотащить его до комнаты. Этот олух, кажется, ещё и ногу повредил. После того, как обработанный Намджун лежал у себя в кровати, Чимин хотел ускользнуть к себе. Но в последний момент был пойман Юнги.  — Ты идёшь со мной, — хватая Пака за локоть, Мин тащит его в свою комнату. Вообще комната рассчитана на троих, но около месяца назад двоих ребят отправили во взрослую жизнь по исполнению совершеннолетия. Новых пока не заселяли. Юнги только и рад такому раскладу. Теперь он крутой среди своих. С личной комнатой, в которой можно лишний раз затусить или скрыться ото всех. Но вот Чимин не любил эту комнату. Она для него, словно клетка, а Юнги его личный похититель, который запер и мучает его там. Но по сути — это правда. Мин убивает сначала морально, а потом физически. «Но ты сам подписался на это!» — прозвучал голос в голове Пака. — «Ещё тогда, когда согласился». И ведь, правда, в ушах всегда будет звенеть фраза, сказанная шепелявым голосом Юнги: «Отсосёшь?» Вот только не надо, я вас прошу. Люди делают и более страшные вещи для спасения собственной шкуры. Чимин же от этого не умрёт? В таком месте, как детдом, полно отморозков, которые воспользуются тобой, а потом выкинут, бросят. Если выбирать, то уж лучшее из двух зол. Чимин проходит в комнату, после чего дверь за ним тихо закрывается. — Проходи, не раздражай меня, — устало бросает Юнги. Пак залазает на ближайшую кровать и прикрывает глаза. Несколько минут стоит тишина. Слышно лишь копошение Мина. Скорее всего, он переодевается и достаёт свои блокноты для записи. Чимину нравится, когда старший пишет и сочиняет, но на этом, пожалуй, всё. — Откуда ты знаешь Чонгука? — вопрос прозвучал неожиданно и очень громко, не смотря на то, что был сказан почти шепотом. — Наши родители дружат. Я с самого детства был предоставлен Чону, как младший брат, — Чимин почти не соврал. — Поначалу всё было хорошо, а потом…  — Неважно, что было потом, — грубо перебивает его Юнги. — Мне не до твоих сопливых историй. — Чимин должен был бы обидеться, но он уже давно привык не реагировать на слова брюнета. — Он представляет для нас опасность? — Да. — Есть способ его обезвредить, если понадобится? — Нет, — тут Пак соврал. Есть. — Остальное я найду сам, ты можешь быть свободен, — говорит Мин и начинает копаться в своих записях. Чимин не верил своим ушам. Ещё никогда Юнги не отпускал его просто так. — Чего уставился? — брюнет поднял на него голову. — Что-то сказать хотел? Или я не понятно выразился? — Можно я останусь? — слова вылетели быстрее, чем Чимин понял это. Юнги сначала удивился, но после усмехнулся, склоняя голову на бок. — Малышу начинает это нравиться? — Нет! — тут же замахал руками Пак. — Я не это имел в виду. Я… Неважно, я пойду. — Можешь остаться, мне всё равно, только не шуми, — после этих слов Чимин быстро закивал и, избавившись от одежды, лёг под одеяло, затихая. Никто не расскажет, что Юнги ещё долго рассматривал парня, после того, как тот уснул. Когда-то Мин пошутил, а теперь что-то боится последствий собственных действий. «Не надо было тогда даже разговаривать с этим мальчишкой», — последнее о чем подумал Юнги, прежде чем уснуть.