Стрела

Весь день Рина вела себя, как заведенная кукла. Раздражалась по пустякам, злилась, угрюмо молчала. Никто из друзей не винил ее, все понимали, ведь девочка потеряла отца, но никто не знал, о чем она на самом деле думает. Конечно, она ужасно боялась остаться без Ричарда, но больше всего ее терзало безразличие Эдварда. Почему он так ведет себя? Неужели не видит, что как ей плохо? Черт, этот парень завладел ее сердцем и она ничего не может изменить. Хотелось отдать ему все без остатка, каждый удар сердца. Хотелось само сердце вырвать из груди и отдать ему, чтобы посмотреть, как оно будет биться в его руках. Она хотела быть с ним, чувствовать его, просто слушать его голос, хотелось, что он был счастлив. Да, больше чем его любви она хотела счастья для него. Пусть он будет жив, пусть будет рад каждый день. Если бы она только могла сделать его счастливым! Так хотелось все отдать за его улыбку, за взгляд. Ирина вздохнула и теснее прижала к себе подушку. Ее жизнь ничего не стоила, если рядом не было Эдварда. Он был совсем близко, только руку протяни, но в то же время недосягаем. Как она теперь винила себя, что вовремя не встретила его. Неужели он вот так же страдал эти годы? Она чувствовала себя садистом. Она не хотела такой боли для него, но сейчас все бы отдала за хоть частицу того чувства, что было у него раньше. Она бы отдала ему всю себя без остатка, взамен прося лишь немного любви. Теперь он стал ей нужен, как воздух, даже нужнее. — О чем ты задумалась? Его голос вырвал девочку из оцепенения. Ирина коротко вздрогнула и подняла глаза. — Что? — непонимающе спросила она. — Ты в последнее время такая рассеянная, о чем ты думаешь? — Каллен стоял у нее за спиной, но Ирина все так же сидела на диване не оборачиваясь. — Из мыслей не идет кое-кто, — негромко сказала она, опустив глаза в пол. Она слышала его тихое дыхание за спиной и свое сердцебиение. — Этот кто-то обидел тебя? — спросил Эдварда. — Нет, не обидел. Просто… день не удался, — вздохнула Рина и встала. Она обернулась на последок, чтобы попрощаться в парнем, но вместо этого замерла, как вкопанная. Его глаза, губы… завораживающее очарование и сила… Хотелось крикнуть: «Я мечтаю о тебе!», но слова застряли в горле. Разве она стоит его? — Что с тобой? — беспокойно спросил вампир, — Ты сама не своя. Ирина молчала. Сердце ужасно давило, словно сжатое тисками, глаза щипало. Она, не отрываясь, молча смотрела на любимого демона. Тысячи слов в сердце и ни одного невозможно сказать. Было так больно, словно внутри горел огонь. Девочка почувствовала, как по щеке скатилась крупная слеза и с тихим стуком упала на толстый ковер, за ней еще одна и еще… — Ирина… — голос вампира слегка дрожал. Он быстро подошел к ней и заглянул в глаза, — Тебе больно? Почему ты плачешь? Девочка не могла ничего сказать. Горло сдавил горький ком, из глаз катились слезы. Ей было ужасно одиноко и пусто без папы и никто не мог восполнить эту пустоту кроме него. Ирина опустила в пол мутные от слез глаза. — Прошу, скажи, что с тобой? — вампир мягко взял ее за подбородок и приподнял, — Почему ты плачешь? — Я… хочу знать кое-что… — медленно промолвила Ирина. — Что? Спроси, — Каллен серьезно смотрел на нее. — Обещаешь, что ответишь правду? — она со всей верой и надеждой посмотрела ему в глаза. Вампир колебался лишь секунду и уверенно кивнул, — Скажи, что ты на самом деле чувствуешь по отношению ко мне? Скажи только правду. Ты любишь меня? Во взгляде вампира читалось удивление. Он явно не ожидал такого вопроса. Рина роняла слезы и, не отрываясь, смотрела на Каллена. Наконец, Эдвард со вздохом опустил глаза, но тут же снова поднял их. В его взгляде читалась почти беспомощность. — Люблю ли я тебя? — он шагнул чуть ближе к ней, — Все равно что спросить какого цвета небо, когда ответ у тебя над головой. Тебе достаточно взглянуть мне в глаза, чтобы увидеть ответ, который я не могу скрыть: я не могу жить без тебя. Сердце девчушки застучало как бешеное, грозясь вырваться из груди. Значит он соврал?! Он не утратил своего чувства! Он соврал, а она ему так легко поверила… Вампир продолжал, не глядя на девушку, которая медленно закипала от эмоций. — Не знаю, зачем я сказал тебе неправду, это было очень глупо. Да и как ты могла поверить? Разве я был бы здесь сейчас, разве помогал бы тебе, если бы не любил? Неужели ты не видела моих чувств? С того момента, как я тебя увидел, ты заполнила собой весь мир, весь мой разум. Я вижу напоминания о тебе повсюду, вижу твои черты в каждой девушке. Я не знаю, почему это произошло и почему со мной, но я бы не отказался ни от одного мгновения этих пяти месяцев, — Эдвард мягко коснулся ее подбородка и чуть приподнял, чтобы видеть ее глаза, блестевшие от слез, — Твои глаза и волосы, ты вся — наркотик для меня… Ты мой личный сорт героина. — Ты ненавидел меня с самого начала… — прошептала она, неотрывно глядя в тигриные глаза. — Да, — со смешком ответил он, — Но лишь потому что страстно желал. И не знаю, смогу ли я сдержаться. — Я знаю, что сможешь… — девочка едва ли не смеялась от облегчения и радости. Говорить Ирине мешал ком в горле, слезы катились по щекам. Однако теперь это были не слезы горечи, нет. Она была на седьмом небе от счастья и улыбалась сквозь них. Но это произошло… Они прошли этот долгий путь ради этого мгновения. Как же долго они ждали этой секунды, этого мига, когда наконец найдут друг друга, чтобы больше никогда не расставаться. Не прекращающаяся борьба. Для него — с тьмой и временем, для нее — с самой собой. Все ради того, чтобы здесь и сейчас оказаться вместе. Человек и вампир, теперь их ничего не могло разлучить. Они не отрываясь смотрели в глаза друг друга и их лица озаряли счастливые улыбки, а сердца восторженно трепетали. Эдвард мягко погладил Ирину по щеке, смахивая слезы и наконец-то прикасаясь к ее коже, как и мечтал. — Это слишком прекрасно, чтобы быть правдой, — шептал он, касаясь кончиком носа ее волос и вдыхая их запах, — Неужели мне суждено проснуться?.. Вампир коснулся губами ее виска и Рина судорожно выдохнула. Она тесно прижималась к нему. Она была счастлива. Наконец-то вместе. Теперь их ничто не разлучит, даже смерть, а уж никому из живых это точно не под силу. Никто и ничто не сможет вырвать ее из его объятий. — Это все не сон, — с мечтательной улыбкой сказала она, — Теперь я буду с тобой. Эдвард чуть отстранился и нежно провел большим пальцем по ее губам, затем запустил руку в волосы. Ирина не смогла сдержать дрожь. Она так ждала этого… Ирина едва держалась на ногах от захлестнувших ее эмоций, дрожь пробрала все тело, в сердце полыхал пожар, в голове же путались мысли. Словно мир растворился, и остались только они и тихий треск пламени. Эдвард влюбленно смотрел на нее, мягко перебирая пальцами волосы на затылке девушки и, наконец, стал медленно приближаться к ее губам, словно боясь, что она растворится. Ирине и самой казалось, что она сейчас растает от жара, словно льдинка в теплой ладони. Когда он был всего в паре сантиметров от ее лица, он закрыл глаза и чуть приоткрыл губы, лишь на секунду задержавшись. Ирина последовала его примеру и закрыла глаза. Лишь секунда темноты в ожидании поцелуя, а потом… словно фейерверк прошелся по телу. Ирина и раньше представляла, каким он будет, но такого и предположить не могла. Когда его мягкие губы прикоснулись к ее, девочка едва не потеряла сознание от нахлынувших эмоций. Это были самое лучшее ощущение за всю ее жизнь, их губы слились в единое целое, словно были созданы друг для друга. Первые секунды Ирина не могла пошевелится от восторженного оцепенения и лишь слегка приоткрыла рот, но ему этого было достаточно. Губы Эдварда словно обнимали ее губы, мягко сжимая их и даря свою пленительную сладость. Когда Ирина наконец смогла вернуть себе контроль над своим телом, она стала отвечать на его поцелуй. Ей казалось, что если поцелуй прекратится, она умрет от разочарования. Ей хотелось все больше и больше, она не могла утолить свою жажду его тепла, сладости губ. Время перестало существовать для них обоих и неизвестно, сколько бы они еще не отрывались друг от друга. Рина была переполнена счастьем и морем сладких прикосновений, когда Эдвард вдруг мягко раздвинул ее губы и девочка почувствовала его теплый язык. Это был пик счастья. Ирине показалось, что она сейчас взорвется. Сознание слегка помутнело и Ирина резко разорвала этот волшебный первый поцелуй. Не упасть ей помогли сильные руки Эдварда, мягко прижавшие ее к себе. Девочка прерывисто дышала, восстанавливая в голове равновесие. — Я что-то сделал не так? — озабоченно спросил он. — Нет, это было волшебно, — рассеяно улыбнулась девочка, — Но если бы это продлилось чуть дольше, я бы не выдержала и разошлась по швам. Мне никогда не было так хорошо. — Мне тоже, — Каллен прижался губами к ее макушке, — Ты совершенство. — Такое уж и совершенство? — усмехнулась она, поднимая взгляд на его лица. Вдруг Рина заметила несколько капелек крови на его нижней губе, причем раны не было, и прижала ладонь ко рту, — Прости… — виновато прошептала она, — Я не замечала, как делаю это… — Что? А, это… — вампир провел языком по нижней губе, — Не расстраивайся, это ерунда. Мне не было больно, даже наоборот. Не ожидал, что ты такая страстная, — сказал Эдвард, убирая непослушную прядь волос за ухо девочки. Ирина покрылась румянцем и смущенно опустила глаза. Страстная? И пусть, но не хотелось бы больше кусать его до крови. Может она когда-нибудь привыкнет к этим ощущениям и больше не будет сходить с ума?