Вирус

Склад ОВН, Лос-Анджелес Суббота, 4 июля, 6.44 Мы погрузились в две машины — новенькие бронированные внедорожники «БМВ-Х6», которые были оснащены, словно автомобили Джеймса Бонда, видеоаппаратурой спереди и сзади, потайными отсеками, спутниковой связью и даже пулеметами, спрятанными за фальшивыми противотуманными фарами. Грег действительно любил игрушки. — А кресло с катапультой есть? — спросил я, когда мы с Астрид садились в первый автомобиль. — Вот ты смеешься, а в «порше кайенн» у нас есть возможность катапультирования для водителя или пассажира. — Правда? — Я захохотал и постарался изобразить Шона Коннери. — Меня зовут Хеддок. Иккинг Хеддок. Она окатила меня ледяным взглядом. — Только попробуй назвать меня Пусси Галор или Холли Гудхед, я тебя пристрелю и выброшу труп на обочину! — Да я и не собирался, — сказал я, после чего добавил вполголоса: — Мисс Манипенни. — Я серьезно. Помрешь в канаве. Я изобразил, как застегиваю рот на молнию. Все мы были в темных костюмах, белых рубашках с красными галстуками, на лацканах — значки с изображением американского флага. Выдали и наушники. Чертовски впечатляет, и все это ради двенадцати часов работы. Я-то могу надеть и готовый костюм, но вот для Банни надо шить на заказ. Да уж, сколько у Грега связей! Должно быть, здорово иметь друзей в разных «отраслях промышленности». Когда-нибудь я обязательно выясню, кто, черт побери, этот Грег. В качестве системного обеспечения я прихватил старый добрый сорок пятый калибр, сунув его за пазуху, а два запасных магазина — за пояс. У правой лодыжки прикрепил маленький удобный «смит-вессон», модель 642, «эарвейт сентенниал», револьвер тридцать восьмого калибра — самый практичный из всех. Еще у меня был «рэпид респонс фоулдер», тактический складной нож, который можно преспокойно вешать на карман. Легкое движение — и выскакивает трехдюймовое лезвие, короткое, зато более чем эффективное в руках опытного воина. Я прекрасно владею ножом и всегда предпочитаю скорость длине клинка. При таком вооружении я ощущал себя разодетым в пух и прах по случаю вечеринки, учитывая, что мы собирались всего лишь допросить правительственных чиновников, а не штурмовать Бастилию. Только я из тех парней, которые не знают более мудрого совета, чем девиз бойскаутов «Будь готов!». Астрид выглядела очень мило в костюме, который не только позволял скрыть оружие, но и замечательно подчеркивал притягательные изгибы фигуры. Быть не может, что это готовое платье. Майор Хофферсон слегка подкрасилась, на губах блестела чрезвычайно соблазнительная розовая помада. Макияж наверняка сделан профессионалом, но вот помада — я был уверен на все сто — личный выбор для совершенно иной повестки дня… Я надеялся, что во мне говорит не мужское эго и не плотское желание. А вслух произнес: — Замечательно выглядишь, майор. — И лучезарно улыбнулся. Это была лучшая улыбка в моем арсенале. Однако Астрид никак не отреагировала. Ее выдержка заслуживала всяческой похвалы. Она спокойно сказала: — На всякий случай пристегнись ремнем. Правда, в этой фразе можно было отыскать пятьдесят разных значений. Когда мы подъезжали к главным воротам Склада, я увидел, как на пороге появился Ральф, который тоже был одет агентом безопасности. Астрид притормозила. Он открыл заднюю дверцу и залез в машину. Я повернулся к нему. — Хеллоуин будет только в октябре. — Ты еще веселишься, — проворчал он и кинул мне в руки бумажник с удостоверением. Я заглянул в книжечку. — Рульф Эрнесто Ингерман Мартинес, доктор медицины. Агент особого назначения, служба безопасности Соединенных Штатов, — прочитал я. — Это что, шутка? — Ага, анекдот. И только мистер Грег знает, в чем его соль. Астрид улыбнулась. — Вы произвели на мистера Грега сильное впечатление, доктор. — Просто Ральф, — поправил он. — Ладно. Он сказал мне, что на днях ты просто разобрал его по косточкам. Я изумился. — Он в этом признался? — В подробности не вдавался, но, судя по его виду, Ральф здорово в нем покопался. — Любопытно, — произнес Ингерман. — Иккинг… Грег хочет, чтобы я был рядом, когда ты будешь задавать вопросы. — Да никаких проблем, лишь бы нам не вляпаться во что-нибудь еще… — Я не стал договаривать. — Тогда я побегу и спрячусь, не переживай, ковбой. Я любовник, а не солдат. Астрид окинула его оценивающим взглядом. — Могу поспорить, ты сумеешь за себя постоять. И снова ее слова можно было понять по-разному. Ральф в ответ изящно склонил голову и откинулся на сиденье. — У тебя есть оружие? — спросил я. По просьбе Ральфа я пару лет назад, вскоре после того, как он начал работать полицейским психиатром, учил его стрелять. Он считал, что пациентам пойдет на пользу, если врач будет лучше понимать власть — и настоящую, и придуманную, — которую дает огнестрельное оружие. — Ты же знаешь, как я стреляю, ковбой. Разве я могу применять оружие на публике? — Действительно, это будет не в интересах публики. — Тогда зачем спрашиваешь? Астрид переключила скорость, и мы выехали со Склада. За нами следовала машина с отрядом «Эхо». Когда мы уже мчались по шоссе 1-95 на север, в сторону Филадельфии, Ральф поинтересовался: — А настоящая служба безопасности будет знать, что мы ряженые? Астрид пожала плечами. — Только если возникнет необходимость и мы сами им скажем. Наши удостоверения настоящие, подписанные президентом. Ральф восхитился: — Ух ты! — Он не голосовал за президента. Однако то, что олицетворял этот человек, для каждого американца значило больше, чем любая личность, стоящая во главе какой-либо организации. Больше, чем все начальники, вместе взятые. Политические взгляды совершенно не влияли на тот пиетет, какой внушали президент США и его кабинет. — Широкие полномочия, ничего не скажешь! — Мистер Грег знает… — начала Астрид, но Ральф ее перебил. — Нет, я имею в виду власть, которая дана нашей команде. — Он помолчал. — Нашей восьмерке. — Когда я обернулся, Ингерман продолжил: — У нас в ОВН по-прежнему имеется предатель. Следовательно, один из тех, кто едет во второй машине, может оказаться шпионом, убийцей. Или, хуже того, сочувствующим террористам. — Он помахал «корочкой». — А вот безоговорочный допуск к супруге президента и половине конгресса. Разве это разумно? Астрид улыбнулась, глядя в зеркало заднего вида. — Мистер Грег уверен: ситуация будет полностью под нашим контролем. Все, что ответил Ральф: — Двенадцатый трейлер.