Вирус

Центр Колокола Свободы. Суббота, 4 июля, 11.59 Я придвинулся к Астрид. — Можешь считать меня параноиком, но вон тот тип вызывает у меня подозрения. Я объяснил, где он стоит. Она исподтишка взглянула в ту сторону, затем раскрыла телефон и позвонила, запрашивая описание агента особого назначения Майкла О’Брайана. — Информация соответствует, — сказала Астрид, но по выражению ее лица я понял, что ее тоже терзают сомнения. В трубку она произнесла: — Переключите меня на прямой канал с директором Брайерли. На другом конце зала он повернул голову, высматривая нас. — Сэр, — произнесла Астрид, — возможно, это ничего не значит, но капитан Хеддок сомневается в одном из присутствующих здесь агентов. О’Брайан. Крупный, рыжеволосый. Да, рядом с дверью для прессы. Брайерли кивнул. — Майкл О’Брайан? Он направлен в отряд из округа Колумбия. Хотите, чтобы его удалили? — Если только сумеете сделать это по-тихому, — проговорила она, и я поморщился. Секретные службы иначе, чем «тихо», и не работают. Конечно, их предназначение не в том, чтобы устраивать яркие шоу. Однако я понял, чего добивается Астрид. Она дает Брайерли возможность сделать правильный шаг, и мы многое узнаем из того, как он себя поведет. — Ждите, — ответил он и переключил канал. Почти сейчас же двое из его агентов начали огибать А зал по периметру, направляясь к О’Брайану. Чутье подсказывало мне, что паутина натянулась. Я велел Астрид зайти ирландцу в тыл. На возвышении первая леди толкала скучнейшую речь, представлявшую собой выдержки из истории Колокола Свободы, с момента зарождения этой идеи и, минута за минутой, до сегодняшнего дня. — В тысяча семьсот пятьдесят втором году, — выводила она. — Ассамблея Пенсильвании заказала двухтонный колокол для колокольни нового Государственного дома, который мы сейчас называем Залом независимости. Один из сотрудников, посланных Брайерли, приблизился к О’Брайану и зашептал ему что-то на ухо. Должно быть, передал приказ передислоцироваться, потому что тот просто кивнул в ответ и начал пробираться к выходу. Он с трудом протискивался сквозь ряды репортеров, оба агента следовали за ним. — Он не стал скандалить, — сказала Астрид. — Может, ты ошибся. — Если так, я потом извинюсь, — отвечал я, продолжая следить за О’Брайаном. — Заказ на отливку колокола был направлен в Англию, — повествовала первая леди, — и известный кузнец Томас Леджер согласился изготовить первый Колокол Свободы и написать на нем исторические слова: «И объявите свободу на земле всем жителям ее». К несчастью, тот первый колокол треснул вскоре после отливки и был заменен… Что-то из сказанного ею встревожило меня, в мозгу вертелось: «…известный кузнец Томас Леджер…» — …И вот сегодня мы открываем новый колокол, спроектированный и отлитый Андреа Леджер, которая сегодня присутствует здесь. — Супруга президента указала на маленькую неулыбчивую женщину в желтом брючном костюме. — Мисс Леджер — последний потомок первого создателя колокола, она проживает в Северной Каролине и приехала для участия в церемонии посвящения… Голова у меня гудела. Ральф, наверное, тоже догадался, он смотрел на меня широко раскрытыми глазами. И произносил одними губами: «Леджер— колокольный мастер». Томас Леджер. Кузнец, который отлил первый Колокол Свободы. Его потомок Андреа Леджер, автор нового колокола. Леджер… Господи! Алдин не успел объяснить… Тут Андреа Леджер быстро перевела взгляд с подиума на дверной проем, в котором замер агент О’Брайан, держась за стеклянную дверь. Он обернулся и смотрел прямо на нее. Агенты, стоявшие рядом с ним, подталкивали его потихоньку, не желая поднимать шум. Я вцепился в руку Астрид с такой силой, что она вздрогнула от боли и едва не уронила телефон. — Астрид! О Тор… Леджер — это Андреа Леджер, колокольных дел мастер! Она сделала Колокол Освобождения! В это время помощники первой леди потянули за веревки, которые удерживали драпировки над Колоколом Освобождения, и красно-бело-синее полотнище упало на пол. Падающий флаг показался мне ужасным предзнаменованием. Я увидел, как на противоположной стороне зала агент особого назначения О’Брайан стряхнул с себя сотрудников службы безопасности, его улыбка сделалась еще шире, и он достал из кармана маленькую вещицу. Это был детонатор.