Жизнь в подземелье и вне его

      Вернувшись обратно, Фриск сказала:       — У меня есть несколько новостей. Начнём с того, что оба мира не просто могут спокойно сосуществовать, но и Чара, которая погибла, способна ожить. Даже, более того, она уже успела стать живой, благодаря моей душе, которую я ей оставила и сделала сброс. Все десять лет стёрлись, а если бы я не была в другом мире, это коснулось бы и меня. Проще говоря, стёрся бы и момент, когда я поднималась на гору Эботт, а значит, я и не создавала этот мир. И ещё не известно, создала бы я его вновь, или просто попала бы к монстрам.       — Значит, Чара всё-таки планировала уничтожить этот мир? – спросил Азриэль.       — Нет, она уже сделала что хотела. Чара вместе с её братом живы и невредимы. Она начала всё заново, и всё у них хорошо, не считая того, что Барьер всё ещё на месте. Но я не думаю, что это кого-то сильно волнует. Впрочем, я планирую снять его. С другой стороны, конечно, я на это способна, но могут возникнуть проблемы. Я не уверена, правильно ли я поступаю. Если что-то пойдёт не так, я только усугублю положение. Азриэль и Ториэль, скорее всего, меня поддержат, а вот насчёт Чары и Азгора я не уверена. И для меня, и для них прошло три года, но они будут думать, что мы встретились впервые. Я ещё молчу об опасном монстре, который помнит всё, что я натворила.       — Санс.       — Именно. Как он ко мне отнесётся, если я ему встречусь? Он не знает, ради чего были все последние убийства. Я хотела изменить Чару, одновременно, сделав сброс, но что из этого вышло? Я создала мир и спокойно жила в нём, веря, что он настоящий.       — Фриск, этот мир тоже настоящий. Да, ты его создала и он другой, но всё, что здесь ежедневно происходит по-настоящему. Все его жители были созданы тобой, но у них есть собственная воля. Взять, к примеру, мою встречу с Григорием, когда я подвергла риску многих, включая тебя. Ты могла умереть, испытать психические травмы, но хотела ли ты этого сама? Не в твоём характере создавать настолько опасные испытания, чтобы почувствовать себя героем. Ради того, чтобы кому-то помочь ты бы что-то сделала, а ради себя – никогда. Ты теперь не такая.       — Говоришь так, словно ты моя подруга.       — А я и есть твоя подруга.       — Но признаться в этом для тебя несколько необычно.       — Как и то, что Азриэль поверит мне, будто ты в него влюблена, и согласится тебе признаться в своих чувствах, но это произошло.       — Погоди, ты хочешь сказать, что это была не его идея?       — Ну, как бы, да. Чара мне немножко помогла…       — Немножко? Если бы я не сказала, ты бы не догадался, что она тебя любит. Без меня вы ещё долго бы с этим тянули.       — Может, ты и права, но это уже пройденный этап. Сейчас надо разобраться, что делать с конфликтом между людьми и монстрами в другом мире. – Фриск вздохнула – Если я скажу или сделаю что-то не то, всё станет хуже.       — У тебя есть только один выход. Признайся, что у тебя есть семь нужных душ. Без этого ничего не выйдет.       — Наверное, ты прав, Азриэль. Иначе никак.       — И в который раз, в твоих руках судьба монстров. Впрочем, не думаю, что такой, как ты, надо волноваться. Ты постоянно достигала успеха, и если верить твоим словам не только в этом мире, но и другом. А то, что ты попала в темницу – не считается. Я просто не хотела рисковать будущим монстров, а в итоге чуть всё сама не испортила. Вспомни, кто исправил мою ошибку? Без тебя бы ничего не вышло. Сейчас тоже всё будет хорошо.       — Ладно, я попытаюсь, а дальше, будь что будет. Не буду заставлять Дримурров ждать. Пусть, я и сказала, что задержусь, но рисковать не стоит.       — Удачи! И знай, мы не обидимся, если ты там вдруг решишь задержаться.       — Мы в тебя верим! Только прошу, возвращайся.       — Тебе не о чем волноваться. Если я решу остаться, то заберу тебя с собой. А пока иди с Чарой домой, и ждите моего возвращения. Что бы ни произошло, вы об этом узнаете первыми. Надеясь на лучший исход, Фриск пошла в основной мир.