Намеренное пси-явление

***

      Раймонд чуть слышно усмехнулся, а Андор и Александр остолбенели и тупо пялились на Аджаба, наблюдая за его реакцией. Последняя, кстати, только разгоралась. После шока, адский генерал даже не намеревался успокаиваться вследствие своего пьяного состояния. Вскочив на ноги так резко, что создавалось впечатление, будто он и не пил, мужчина начал орать что-то несвязное вроде смеси классических криков «А-а-а-а!» и примеси ругательств на неизвестном науке языке. А также носиться как сайгак по округе, вновь обращая на себя внимание окружающих и, тем самым распугивая некоторых из них своими попытками умыть лицо пустынным песком, а может вовсе закопаться в него целиком. — Мужик? — недоуменно обратился к Леону Саймон. — Именно! — задорно ответил Леон, подняв указательный палец, — он мой старинный друг еще с тех времен, когда мне сделали лоботомию, и я попал сюда. На самом деле, об этом его «секрете» знаю лишь я да Раймонд.       Сай повернулся с тем же взглядом к своему брату, на что тот лишь пожал плечами: — Однажды, когда я убирался на заднем дворе своей «дачи», я увидел его без платья со щетиной в одних семейных трусах, — коротко пояснил Рай. — Я где-то читал, что это называется «кармой», — чуть философски произнес Норд, возвращаясь из вызванного мужской подсознательной солидарностью сострадания. — А в России эту карму бы назвали «пиздец подкрался незаметно», — подметил Саня, чуть с удивлением наблюдая за проделками ошарашенного Аджаба. И только Ева сидела с огромными глазами и смотрела куда-то вдаль. Но в ее взгляде читались мысли вроде: «Почему ведьма-то? Что происходит? Что делает этот безумец? А зефир-то вкусный был». И продолжался бы этот безумный заплыв генерала в песке еще долго, если бы к их небольшой компании не решила присоединиться одна особа… — Вот ты где, мой наездник! — пролепетал чей-то незнакомый голос прямо позади Андора. Еще не оборачиваясь, он понял, что это и есть причина всей вакханалии. Такому умозаключению послужили дружеская улыбка Леона, двузначный, говорящий сам за себя, взгляд Сая и, конечно, самые главные предпосылки — усилившиеся крики Аджаба. — Привет, Аннет, — расслабленно помахал рукой Раймонд новоприбывшей персоне. — Приветик, моя зайка, — проворковала в ответ вышедшая из-за спины, ближе к костру, дама. Теперь Андор мог рассмотреть ее лучше, чем тогда, на стадионе. Если откинуть полученную недавно подробность о том, что скрывается под подолом этой «леди», то с первого взгляда ни за что нельзя было предположить, что это был представитель мужского пола. Да, в глаза бросались такие детали как достаточно заостренные скулы и слегка острые плечи, но это легко списывалось подсознанием на арийские черты. А в остальном… Длинные завитые волосы цвета сакуры, светло-бирюзового цвета глаза и точно такого же цвета помада на губах, изящной линией расположившихся на лице. Длинное старинное платье, десятых-двадцатых годов двадцатого века, выполненное в цветах циана и светло-розовых оттенках, аккуратные белые перчатки по локоть и белое кружевное украшение с зеленым камнем на нем. И Норд мог теперь поклясться, что под этим широким кружевом прячется отнюдь не женственный кадык. — Это и есть «оно»? — спросил у зеленоглазого молчавший до этого времени Саня. — Абсолютно! — с улыбкой пропел Гарден, — и раз уж вы теперь знаете правду, то для облегчения общения обращайтесь к нему просто Аннет. — Так вот почему мой сладенький так странно косится на меня и пытается закопаться в песок?! — возмущенно топнул каблуком Аннет, — ты все рассказал? — Здорово, правда? — с ниспадающей и чуть сумасшедшей улыбкой ответил Леон. — Вот ты… гадость! Обломал мне такое веселье! Может он был моей судьбой, а ты… Эх, ты! — только сейчас многие из присутствующих, за исключением Евы, что была в прострации и Аджаба, по очевидным причинам (его громкому крику), подметили изменения в голосе Аннет. Грубее он стал. И все меньше напоминал девичий голосок, как до этого момента. — Извини уж, но я вынужден тебя огорчить — он тут нашел себе объект для обожания получше тебя, — встрял в разговор Раймонд и указал кивком на блондинку. Аннет перевел свой взгляд на Еву, подошел ближе, наклонился, взял двумя пальцами красноглазую за подбородок и слегка повертел ее лицо, внимательно осматривая. — Хм, — задумчиво протянул он, после чего отпустил все еще не реагирующую ни на что Еву, которая даже не сопротивлялась при таком наглом вторжении очередного незнакомца в ее личное пространство, — ну, вкус у него неплохой, конечно… Но я лучше! — горделиво заключил Аннет и встряхнул свои локоны. Казалось, еще чуть-чуть и от его самооценки над ним начнут летать маленькие звезды и петь: «Он прекраснее всех нас!» — Тьфу, срамота… — отозвался Саня, на что Андор принялся его успокаивающе гладить, будто он был его котом, что шипел на незваного гостя. — Ну, Аннет! Ну, это же неприлично! — вдруг заступился за честь Евы Леон. — Я просто говорю то, что вижу! — все так же продолжал новоприбывший. — Ну, ты и пидор… — вдруг с язвой вбросил Сай, намеренно громко, чтобы его услышали за криками Аджаба. От таких слов Аннет поперхнулся воздухом, а звезды вокруг него вдруг резко опали на землю как метеоры. А Леон, сидевший по правую руку от самого Саймона, округлил глаза и театрально приложил ладонь к губам в жесте: «О боже! Он, правда, сказал это!» — Чего?! — возмущенно вскрикнул Аннет, — следите за выражениями, молодой человек! — А что я? Я просто говорю то, что вижу, — совершенно расслабленно ответил Ярлейт, разводя руками в стороны. И только Раймонд в этой ситуации сидел молча и гордился своим братом за столь тонкие замечания. Он бы и сам что-то сморозил, чтобы защитить Еву, но все же его брат на острое словцо был мастак лучше него. — Умеет мелочь, — подметил Норд, боковым зрением отмечая уже более-менее замедлившуюся панику Сандана. Возмущенно цокнув языком, Аннет отвернулся от Сая и Леона и направил взгляд на повалившегося от усталости Аджаба: — Я сюда пришел не для этих ваших пререканий! Мне нужен мой наездник! — Аннет поправил свое платье и стал направляться к адскому генералу. Тот, как ни странно, быстро подорвался, видимо услышав по земле приближающиеся звуки каблуков, и не суть, что за место земли там был лишь песок. Встав на ноги и обернувшись, он подтвердил свои самые страшные подозрения. Именно к нему, с освещающим позади темный силуэт костром, направлялся его уничтожитель мужской гордости — Аннет. — Не подходи, чудовище! Я военный, зашибу! — кричал он, оббегая по дуге Аннет и становясь за спиной только начавшей приходить в себя Евы. — Ах, это так ты обращаешься со своей леди, после столь нежных поцелуев, подаренных мной тебе? — пытаясь быть драматичным, смахнул невидимую слезу розоволосый, — но ничего! Мне нравятся застенчивые мужчины! — видимо, крики Сандана не произвели на него должного результата. Все остальные не решались вмешаться в эту любовную драму, которая вполне могла вписаться в сюжет очередной серии Санта Барбары, и тихо наблюдали за этим действием.       По судорожно бегающему взгляду Аджаба все поняли, что отходные пути у него не были подготовлены. Но вдруг, его взгляд остановился и медленно, под размеренные шаги Аннет, направляющегося к нему, опустился на Еву, сидящую прямо перед мужчиной и потирающую глаза, будто бы она очнулась ото сна. Лицо Аджаба приняло выражение полное решимости, а во взгляде блеснула молния азарта, подгоняемая чертями остаточного алкогольного опьянения с криками: «Да будет так!» Сандан быстрыми движениями перепрыгнул через бревно и встал на колени перед Евой, обратив на нее свой взгляд и снимая со своего мизинца небольшое золотое кольцо с красным камнем неясной породы. — Ведьма! Выходи за меня! — выкрикнул он на всю округу и протянул ей кольцо.