Бордовая лилия.

Это был очередной солнечный день в столице одного очень сильного государства. Лучи небесного светила добросовестно выполняли свою работу, прекрасно освещая улицы, грея уставших от прошедшего сезона дождей людей, давая энергию цветущим во всю растениям. Маргарет любила солнце, честно, и была бы рада спокойно прогуляться по территории королевского замка. Однако её день был безуспешно испорчен одним огромным событием, которое она с великим удовольствием пропустила бы, но, увы, нельзя. Бал в честь пятнадцатилетия ее брата Альфреда. Артур, действительно достойный звания короля, сильно беспокоился именно о своем племяннике. Не надо быть экстрасенсом, чтобы понять, что его наследником будет Джонс. Своего-то сына нет, да и откуда он возьмется, если Кёркланд слишком придирчив к женщинам. Хотя, наверное, близнец Маргарет и правда заслуживает больше внимания, чем она сама. Всего пятнадцать лет, а уже пробудил магию огня и земли одновременно! Так ладно бы, если просто обладал ею, так еще и быстро совершенствует. А что милая его сестра? Что умеет она? Вроде как совсем ничего, даже простую магию света не пробудила. Но… Артур хоть спрашивал ее об этом? Конечно, нет. Ему нет дела до девушки, когда есть такой восхитительный будущий принц. Интересно, во сколько его коронуют? Сегодня, или он еще подождет? Девушка заглянула в зеркало, рассматривая себя с разных сторон, изредка поправляя свои очки в тонкой золотой оправе. Сейчас только два часа, к четырем станут съезжаться гости. В пять начнется само торжество и бал. Платье, которое ей приготовил для этого праздника Артур, очень красивое и нравится Джонс, но раньше времени его трогать не стоит. - Вы уверены, что не хотите полностью пообедать, леди Маргарет? – служанка ставит перед племянницей короля небольшой перекус из фруктов, сока и двух булочек с корицей. - Хоть сейчас все и заняты приготовлениями, уверена, повар приготовит для вас все с первого до сладкого десерта. - Не стоит. Я не слишком голодна. Спасибо, - служанка делает легкий поклон и поспешно удаляется из столовой, оставляя девушку один на один с едой и самой собой. Тишину нарушил Альфред, такой счастливый и радостный. Он-то точно не забыл про свою сестру и от всей своей души поздравил ее с праздником тоже. Хотя, ей спокойней от того, что она не будет привлекать лишнего внимания. Его все заберет Джонс, которому внимания, наоборот, всегда не хватает. - Решила перекусить, Мэг? – он быстро хватает сочное красное яблоко и рассматривает его, убеждаясь в том, что оно вкусное и достойно его внимания. После скромного положительного кивка парень улыбается своей фирменной улыбкой, делясь долей своей, пока что, вечной радости. - Приятного аппетита. Ты Арти где-то в ближайшие полтора часа не трогай. Он ходит как огромная грозовая туча и ругается на всех. - Правда? Хорошо, что ты меня предупредил! - Ну, а как иначе? Ты же моя чудесная сестра! Альфред, махнув рукой, удаляется, позволяя доесть Маргарет спокойно, пока он будет отвечать на тысячу и один вопрос по поводу бала и без него. *** - Юльхен, будь так добра, поторопись, - Эдельштайн недовольно посмотрел на свою воспитанницу, которая явно была не рада тому, что ее заставили надеть это тяжелое пышное платье. Оно сковывало её движения и не позволяло передвигаться так быстро, как хотелось бы. - Я не виновата в своей медлительности, Родерих. Этот наряд… - Байльшмидт тихо прошипела себе под нос все то, что накопилось у нее по поводу этой одежды. Однако она все еще признавала то, что оно одно из самых красивых из тех, что были ею увидены. В темно-вишневом платье с витиеватым черным узором цветов, аккуратных кружевах, альбиноска выглядела неотразимо. - Возражения не принимаются, ты это прекрасно знаешь, - мужчина поудобней взял в руку свою трость, приподнял подбородок девушке, как только она подошла, наконец-то, к нему. Посмотрев свысока, Родерих улыбнулся, довольный видом воспитанницы. Эдельштайн гордо направился в сторону их кареты, на ходу протирая свои очки. - Тебе в октябре уже исполнится восемнадцать, так что не ударь в грязь лицом сегодня. - Не ужто это все настолько важно? Юльхен так и не ответили. Ответа и не нужно оглашать. Она понимала, что является доказательством. Доказательством того, что их клан все еще силен, и с ними злые шутки плохи. Всю дорогу никто не проронил ни слова, хотя так только спокойней на душе. Лучше рассматривать быстро сменяющиеся пейзаж в окно кареты, чем слушать нравоучения от Родериха. Но, стоит признать, он всегда ругает ее за косяки, а не просто так. С первого же взгляда величественность королевского замка Байльшмидт удивила, даже немного успела напугать, совсем на мгновение. - Красив, не так ли? – Эдельштайн помогает девушке выйти из кареты и коротким кивком позволяет уехать транспорту. Юльхен успела растеряться. Она впервые находилась на таком огромном балу, да еще и организованным самим королем. Поэтому и вышло, что альбиноска, с непониманием похлопав ресницами, взяла наставника под руку, словно это ее единственный спасительный круг. Огромный зал встречал всех ярким светом, приятным запахом живых цветов, а также идеальным оформлением для столь масштабного торжества. Предварительно прокашлявшись, Керкланд стал более оживленным и начал свою поздравительную речь в честь своего лучше и, без преувеличения, самого любимого воспитанника – Альфреда Ф.Джонса. Артур подхватывал слова других гостей, говорящих о его нескромных достижениях в магии, говорящих о том, что его ждет великое светлое будущее. Он был увлечен этим делом. Много жестикулировал, открыто и искренне улыбался, светился гордостью. Произнеся последнее слово, король, после бурных аплодисментов, объявил о начале бала. - Ваше Величество, - Родерих поклонился, обращая на себя внимание правителя, который до этого что-то обсуждал с представителем другого клана, -благодарю за то, что Вы пригласили нас на столь важное событие. - Я рад тому, что Вы отложили свои дела и приехали, - Керкланд снисходительно кивнул, сделав глоток лучшего в стране вина, - господин Эдельштайн, вы говорили, что, скорее всего, приедете не один. - Совершенно верно, Ваше Высочество. Я приехал с воспитанницей, о которой Вам рассказывал. - Мог бы я ее увидеть? - Конечно, Ваше Высочество, - мужчина обернулся, быстрым взглядом осмотрел толпу, ища в ней белобрысую макушку. Найдена она была среди вазы с виноградом, которая потихонечку опустошалась девушкой. Та, почувствовав на себе строгий взгляд наставника, поспешила к нему. - Прошу, Юльхен Байльшмидт, моя прекрасная и лучшая воспитанница. - Приятно с Вами познакомиться, Ваше высочество, - девушка сделала реверанс, начиная чувствовать себя не в своей тарелке под столь сильным изучающим взглядом короля. Артур хмыкнул, скорее одобрительно, чем недовольно. - Ваш наставник мне многое про Вас сказывал. Я удивлен, что столь хрупкая девушка смогла пробудить магию молнии, - все рядом стоящие гостьи притихли, услышав про обладателя магии молнии. Она очень редка, да и не каждый пробудивший смог с нею совладать. Определенно это заслуживало внимания, но в зале все еще играла приятная музыка и пары кружились в танце. - Не могли бы Вы ее продемонстрировать? Вы первая девушка на моей памяти, которая смогла совладать с этим видом магии. - Благодарю, Выше Высочество. Конечно, я буду рада показать Вам свое умение. Юльхен посмотрела на Родериха, что кратко и уверенно кивнул, позволяя девушке показать себя. Глубоко вздохнув, Байльшмидт прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Подняв перед собой ладонь кверху, она создала в воздухе энергетический шар с вьющимися вокруг него молниями. Легким движением кисти шар исчез, а рядом стоящие люди явно были удивлены. - Поистине чудесно, госпожа Байльшмидт, - Артур аккуратно взял свободной рукой руку альбиноски и поцеловал тыльную сторону ее ладони. Хороший знак. - Благодарю, Ваше Величество. Ваш комплимент честь для меня. Я могу идти. - Можешь. Как раз у меня есть тема для обсуждения с господином Эдельштайном. Сделав реверанс, Юльхен поспешила скрыться в толпе, стараясь не привлекать к себе сильного внимания. А тот, кто хотел спросить о ее магии, был просто проигнорирован. Она впечатлила Керкланда. Это замечательно. Сейчас он хорошо расположен к Родериху, так что все его вопросы должны быть решены. Все в этом торжестве было красиво и интересно, но на душе Маргарет все равно скреблись кошки. Ни одного слова о ней. Тут ей не на что рассчитывать, она просто племянница короля, не достойная всеобщего внимания. Джонс ушла в королевский сад, когда постоянные разговоры людей тут и там стали ее утомлять. Сад постепенно укрывал сумрак. Хорошо, что Маргарет взяла с собой теплую шаль, оберегающую ее от дуновений холодного ветерка. Девушка любила беседку в этом саду среди кустов алых роз. Там было спокойно, можно было отдохнуть. Чем ближе Джонс подходила к беседке, тем сильнее было грустное, душераздирающие щебетание птички. Девушка осторожно выглянула из-за кустов, чтобы не спугнуть крылатое существо. Птичка, пискнув от неожиданности, пару раз отпрыгнула от Маргарет. - Тихо, милая, не бойся меня… - Маргарет медленно подошла к птице и аккуратно взяла ее на руки. - Какая ты красивая! Ох? Крыло сломала? Бедняжечка… Девушка, недолго думая, плавным движением руки накрыла больное крыло своей ладонью. Птица удивленно чирикнула, увидев слабое зеленое свечение, что просвечивалось через перья. Раздался треск веток, и птица быстро на это среагировала, улетев по своим делам. - Прошу прощения за беспокойство, - из-за кустов роз, что были за спиной Джонс, послышался мелодичный, с очаровательной хрипотцой голос. Маргарет тут же на него обернулась, желая увидеть обладательницу столь чудесного голоса, и замерла. – Вы выглядели занятой, я не хотела Вас беспокоить. - Ни… ничего страшного! Я ничем важным не была занята. Присаживайтесь, не стесняйтесь, - неожиданная гостья сделала легкий поклон и села напротив, куда ей и указали сдержанным движением руки. - Мое имя Маргарет. - А… - грустный взгляд красивый аметистовых глаз дал ответ на вопрос, который так и не прозвучал. Не хочет она озвучивать свою фамилию, это ее дело. Однако, если она тут, то ее семья почетна во всем королевстве. - Меня зовут Юльхен. У Вас очень красивое имя, как и Ваши глаза. - Приятно это слышать, - Джонс почувствовала, как щеки стали теплее, а скромная улыбка сама собой появилась на лице. Образ Юльхен ее завораживал. До этого момента она никогда не встречала альбиносов и даже представить не могла, насколько красиво это выглядит в реальности. От бордовых лилий, красиво играющий на контрасте с нежно-желтыми, Маргарет никак не могла оторвать взгляда. Все это не укрылось от Байльшмидт. Она сама с интересом рассматривала девушку, моложе ее года на два. Её можно было назвать истиной красавицей. Голубое, не слишком пышное, платье подчеркивало ее достоинства, аккуратно уложенные локоны волос отливали золотым свечением при свете ночного фонаря, опускались на грудь девушки. - Вам понравились мои цветы в волосах? – Юльхен осторожно дотронулась до одной из лилий, внимательно смотря за тем, как рука новой знакомой, взволнованно дрожа, убирает за ухо одну из коротких непослушных прядей, а голова кивает в знак согласия. Получив положительный ответ, Байльшмидт достала из белоснежных волос один из прекрасных бордовых цветков и протянула Маргарет, - Держите. Я настаиваю на том, чтобы Вы приняли от меня эту лилию. - Это… - Джонс на секунду теряется, пока крутит цветок в своих руках. Он оказывается живым, а не искусственным, - Это так мило с вашей стороны. Благодарю. Юльхен готова была поклясться, что на эту красивую улыбку Маргарет, не отрываясь, она может смотреть свою жизнь. Но именно сейчас, когда ей было так хорошо и спокойно на душе, Байльшмидт почувствовала строгий взгляд. Такой только у Эдельштайна, ни у кого больше, а значит уже пора уходить. Именно тогда, когда хочется побыть тут еще совсем немного. - Увы, но мне уже пора уезжать. Надеюсь, я с Вами еще встречусь, Маргарет. Джонс на прощенье смогла лишь улыбнуться, ибо она не могла сказать ни единого слова. Они все застряли в горле, как только в ее руках оказался этот прекрасный цветок. Девушке оставалось лишь провожать взглядом ее плавный силуэт в красном платье, спешащий к выходу из королевского сада. Теперь Маргарет не ненавидела балы как раньше, а ждала их с нетерпением, если на нем должна присутствовать Юльхен. Она на них была не так часто, как этого бы хотелось обоим. Каждый раз они мило беседовали совершенно на разные темы, наслаждаясь обществом друг друга. В последний раз Байльшмидт присутствовала на балу в начале сентября. В тот вечер к Маргарет она была внимательнее, чем до этого, чаще на ее щеках появлялся смущенный румянец. Обе этим вечером впервые станцевали вместе вальс, и им это безумно понравилось. Перед тем, как уехать, Юльхен с грустью сказала, что ей придется ездить вместе со своим наставником по другим городам, набираться, пока что не понятно какому ей, опыту. - Знаешь, я тут подумала… - альбиноска отводит взгляд в сторону, взволновано потирая свою шею. Её безумно радовало, что они перешли на «ты», так сильно грело душу. - По моему приезду мы могло бы встретиться в городе, за стенами этого замка. К примеру, третьего октября. - С превеликим удовольствием! – Джонс радостно улыбнулась собеседнице, взяв ее за кисть свободной руки своими ладонями, - Это поистине чудесная идея! Ты же сможешь быть к часу у главного фонтана? - А? Да, конечно! – Байльшмидт уверенно улыбнулась в ответ. Отказ пережить было бы тяжело, но все сложилось именно так, как планировалось, - До скорой встречи, милая Маргарет. На прощение они крепко обнимаются, и никто не хочет, чтобы эти теплые, нежные объятия заканчивались. Но они могут встретиться через месяц, снова поговорить обо всем на свете, обняться… В первый раз на своей памяти Маргарет так сильно хотела снова встретиться с человеком. Она буквально считала дни, ожидание казалось безумно мучительным. Только бордовая лилия, украшающая туалетный столик девушки, сглаживала эти страдания, делая их приятными, счастливыми воспоминаниями. Рядом с Юльхен забывались все проблемы, все переживания, живущие в ней с того момента, как Джонс оказалась в замке. Словно в заточении в золотой клетке у злой ведьмы, что про тебя совсем забыла, потеряла интерес. А он вообще был? Маргарет не испугал дождь, не прекращающейся с самой ночи. Это ей казалось пустяком, ведь можно надеть стихийно зачарованные сапоги, взять с собой зонт, и от непогоды ты защищен. Провести время можно в кафе или в музее, или на выставке. Мест просто невероятное количество! А также нельзя опоздать - проявление неуважения. - Юльхен! – Джонс подбежала к девушке со спины, на ходу закрывая зонт, крепко ее обнимая. Ей снова на душе стало так тепло, комфортно и спокойно, - Я… - Я тоже рада тебя видеть. Голос Байльшмидт был ровным, все таким же приятным для ушей. Маргарет верила этому голосу безоговорочно, и ей показалось, что она узнает его из тысячи. В этом же была уверена и сама Юльхен, снова услышав завораживающий голосок этой прекрасной девушки. Врать этому милому, скромному создание совсем не хотелось. Хотелось только защитить от всего плохого, что есть в этом мире. В течение дня продолжали идти дожди, но уже не такие сильные, а даже теплее. Это все равно не мешало девушкам наслаждаться компанией друг друга, гуляя по осенним улицам города. Они весело смеялись, играя с лужами, с золотой листвой, которая так красиво опускалась на землю, если ее достаточно высоко подкинуть. Даже простой поход в кафе, просто перекусить, превратилось в маленькое развлечение по поеданию самого большого мороженого. - Спасибо тебе огромное за это чудесный день, - Юльхен закрыла зонт на то время, пока дождь закончился. Джонс последовала ее примеру, но еще плавным движением поправила свою челку, что перестала слушаться из-за влажной погоды. - И тебе спасибо за то, что пригласила… Байльшмидт аккуратно дотронулась до непослушной челки Маргарет, уже сама поправляет ее так, чтобы девушка не теряла своего неповторимого шарма. Во взгляде аметистовых глаз сначала проскочило удивление, но его хозяйка явно была не против. Даже тогда, когда теплая ладонь Юльхен оказалась на щеке Джонс, а губы соприкоснулись в нежном, невинном поцелуе. Долгожданном поцелуе. Вся страна с нетерпением ждала начала нового года, ведь в первый день проводился праздничный турнир магов при поддержке королевской семьи. На него съезжалось много умелых магов, ведь в награду король мог исполнить одно из желаний, сказанное победителем. Именно это всех завлекало больше всего, а не звание несравнимого мага в течение всего нового года. - Не волнуйся ты так сильно, все будет в полном порядке, - до первого боя оставались считанные минуты. Маргарет прекрасно знает, сама видела, чем могут окончиться бои. Да и Юльхен сообщила о своем участии несколько часов назад. Как тут не волноваться? Но заботливые объятия и нежный поцелуй в макушку от любимой успокаивали, хоть и совсем немного. - Я постараюсь, честно. Будь осторожней, - Маргарет поцеловала альбиноску в щеку на удачу и, совсем того не желая, ушла к ложе с Керкландом, рядом с которым и должна сидеть все это напряженное время. Горн прозвучал над всей поляной, оповещая о начале турнира и первого поединка. Как назло, Юльхен каждый раз оказывалась последней в завершении этапа. Однако, разве не все самое интересно ставят в конец. В каждой дуэли, за исключением двух, она предугадала победителей по первым атакам. Первый свой поединок ей пришлось сражаться с мужчиной, на первый взгляд, лет так тридцати. Он был уверен в своих силах. Они были, но ему не хватало скорости даже на то, чтобы уследить за быстрыми движениями и перемещениями девушки. Петляя возле противника, альбиноска с легкостью уворачивалась от атак, тем самым загоняя мужчину в угол. Маг успел использовать песочную сферу – крошечная дробь, способная пробить что угодно, на этот раз не сработала. Его техника меркла на фоне пляшущих белых молний, все ближе и ближе, словно дикие рыси, подкрадывающихся к нему. Противница будто растворилась среди этого яркого света. -Профан, - мужчина закрыл лицо руками, чувствуя, как тело начинает подрагивать, а конечности неметь. Еще один разряд, и он упал на колени, широко раскрыв глаза. - Первый этап окончен! Толпа людей, наблюдающая за всеми действиями, радостно закричала, хлопая в ладоши. Им явно понравилось начало. Всем стало интересно, дойдет ли эта юная девушка до финала. Между этапами давали промежуток в десять минут, чтобы все успеть занести в общую таблицу. Ведь дальше было все куда интересней. Следующая противница Байльшмидт была обладательница огня на высоком уровне и мастерица дальнего боя. Это стало ясно, как только на поле боя появился огромный дракон, и публика восхищенно закричала, желая зрелища. С огнем бороться проблематично, если у тебя нет магии воды, но из любой ситуации есть выход. Юльхен не была сильна в создании иллюзий, но сейчас они могли сработать. Что же это могло быть? Будет выигрышна оживленная площадь с великим разнообразием объектов на ней. Дракон этого не видел, но его хозяйка на минуту впала в ступор, стараясь найти среди простых людей ее противника. За это время альбиноска почти добралась до девушки, но огромная рыжая морда словно из ниоткуда появилась прямо перед ней, грозно потрескивая найденными на поле деревяшками и прочим мусором. - Перекуси этим! - белое копье из молний прошло сквозь дракона, упав рядом с его создателем. Получив очередную команду, дракон вздыбился и изверг наружу алое пламя, окружая им Юльхен. Через стену ни пройти, ни перепрыгнуть. Противница видна плохо, но каждое ее движение отражается на препятствии легкими колебаниями. Судя по всему, дракон появится сверху, и это будет концом, но не зря альбиноска условно считается чуть ли не лучшим магом. - Белые колонны, - собравшиеся на небе тучи, неестественные для зимы, заблестели, и десятки столбов молний ударили в землю, покрывая немалую площадь. - Второй этап окончен! – выкрикнул диктор, и стена из огня начала медленно исчезать, показывая всю картину и победителя. Последующие два боя прошли как по заказу на отлично. Ни один маг воды пока еще не смог навредить Юльхен, и эти два не стали исключениями. Правда, и в борьбе с ними есть свои особенности. Если не успеваешь первым атаковать молнией, дальнейшее ее использование становится неразумным. Обидно быть потом побежденным собственной атакой. В таких случаях Байльшмидт помогали рукопашные атаки и нейтральные заклинания типа энергетических сфер. Естественно, и противник с легкостью их использовал, но им не хватало скорости. В купе с растяжкой и физической силой, эта характеристика делала девушку идеальным бойцом ближнего боя. Все же ее наставник был прав, тренируя ее во всевозможных областях ведение боя. Настало время последнего, финального боя. К тому времени даже Юльхен успела устать, хоть турнир и был для нее чем-то типа отдыха или разминки. Она вышла на поле и увидела своего последнего противника. На противоположном конце стояла невысокая девушка в белом длинном платье. Молочного цвета волосы, гладко причесанные, свисали до самой земли. Кожа Байльшмидт была жесткой, на костяшках рук она была уже стерта, но у противницы была гладкой, как у настоящей королевы, которая в жизни ни разу не работала. От этого становилось не по себе. - Начали. Большие зеленые глаза, смотревшие на альбиноску, словно улыбались. Соперница больше похожа на медика или приближенную к господам, но никак не на бойца. Никак. Первый разряд был слабым и не смог пробить стену из выросших деревьев. Магия древесников позволяла им ускорять рост любых растений, а за пазухой у них всегда были семена. Ею обладало не так много людей, ибо многие жители ее не понимали. Ответа не последовало, и Байльшмидт продолжила атаки молниями, но каждый раз растения защищали свою хозяйку. Иногда стволы деревьев разлетались в щепки, и зеленоглазая, вскрикивая, старалась уйти подальше, давая возможность альбиноске атаковать. Казалось, у противницы больше не было козырей в рукаве. Растения больше не могли выдерживать натиск и быстро сгорали. - Готовься проиграть! - победоносно вскрикнула Юльхен, решая добить девушку врукопашную. Та, всхлипывая, сидела на земле, собирая кусочки коры минуту назад живого дуба. Вдруг ее глаза заблестели, и из земли навстречу атакующей понеслись колючие лозы. Выпущенные в их сторону молнии эффекта не возымели, следовательно, Байльшмидт оказалась связана. Голова начала кружиться, ужасно заболели ноги с руками, а растение все сильнее закручивалось вокруг нее, впиваясь в кожу. - Извини, что приходится так делать. Все хотят победить, - альбиноска висела в нескольких метрах над землей, но голос блондинки слышался совсем рядом. Еще одни лозы, но уже без шипов, подняли хозяйку. Разорванное платье развевалось на ветру, создавая ощущение, что здесь не человек, а древний призрак. - Эти растения высасывают энергию, затем поглощают влагу... Может, все же сдашься? Твоя магия здесь полностью бесполезна... Дышать с каждым разом становилось все тяжелее. Вьюнок, обмотавшись вокруг шеи, так и норовил задушить врага. - Не дождешься, - прошипела Юльхен, в последний раз взглянув в по-детски наивные зеленые глаза. Собрав все оставшиеся силы, она прокричала заклинание. Тучи над полем боя почернели, и белые змеи понеслись к земле. Они не смогли прожечь, казалось бы, тонкую оболочку растений, но не с их владелицей. Сеть из молний просто не позволила ей скрыться. Изогнувшись от боли, та закричала, поднимая взгляд к небу. В унисон к ней присоединилась и Байльшмидт. Еще буквально несколько секунд, и энергия подойдет к концу, но выносливость противницы оказалось меньше. Охнув, блондинка неестественно элегантно для такого напряженного момента упала на землю. Растения начали расползаться в стороны, скрываясь под землей, освобождая нового победителя турнира. С важным видом с ложи соизволил спуститься Керкланд, направляясь к ней, и Юльхен это прекрасно видела. Она хотела выглядеть более презентабельно, но даже стаять ей давалось тяжело. К изорванной в клочья одежде, к ссадинам на лице, руках и ногах, также из неглубоких ран с широкими краями текла кровь. А еще навалилась дикая усталость. - Вы продолжаете меня удивлять, госпожа Байльшмидт, - Артур усмехнулся, с некой брезгливостью беря победителя за руку, поднимая ее вверх. - А вот и наш победитель, дамы и господа! Лучший маг страны в этом году прямо перед вами! – толпа бурно зааплодировала, засвистела. Именно такой реакции он и ожидал. К этому времени успел подойти человек с мягкой бархатной подушкой, на которой лежал небольшой значок с датой этого года на обратной стороне. Легким движением руки короля, значок остался красоваться на воротнике альбиноска. – Ваше желание, госпожа Байльшмидт. - Оно простое, Ваше Высочество. Позвольте мне служить Вам при дворе, - в такие моменты надо делать реверенс, но на него совсем не осталось сил. Керкланд это прекрасно понимает и как-то странно улыбается в ответ на данную просьбу. - Ровно через неделю я вышлю за Вами людей, госпожа Байльшмидт. Готовьтесь к столь серьезному делу. Однако, я буду рад увидеть таких талантливых людей у себя при дворе. Кивнув на прощение, правитель поспешил удалиться с поля боя к своему экипажу. Турнир закончен, но после него еще происходит небольшое празднование. Юльхен поспешила скрыться за одной пустой деревянной лавкой, подальше от шума. Безумно хотелось отдохнуть. - Боже мой, Юльхен… - это определенно говорила Маргарет. Точно. Она же все это видела. Конечно, после такого у нее голос будет взволнован, с нотками страха. - Потерпи немного, я тебе сейчас помогу, - Джонс аккуратно поцеловала альбиноску в лоб. Той не помешал бы сейчас сон. Мэг осторожно осмотрела все видные ссадины и раны, оценивая то, сколько она на них потратит времени и сил. Глубоко вздохнув, подавив дрожь в руках, девушка взяла Байльшмидт за руку и приступила к делу. Альбиноска странно себя стала чувствовать, словно раны сами быстро вместе со ссадинами затягивались, появлялись силы, усталость стала отступать. Приоткрыв глаза, Юльхен выпала в легкий осадок, увидев слабое зеленое свечение из своего тела. Через несколько секунд оно пропало, а щеки почувствовали тепло от ладоней Маргарет и заботливый поцелуй. - Прошу, не заставляй меня так бояться за тебя. Пожалуйста… - Обещаю, моя дорогая. Она крепко обняла обладательницу красивых золотистых волос, утыкаясь носом в ее хрупкое плечо. Та лишь хило улыбнулась, спокойно поглаживая победителя турнира по мягким, пахнущими лилиями, волосам. Джонс думала, что если Юльхен будет постоянно где-то рядом, внутри стен замка, то ей будет спокойней на душе. В первые два месяца, пока Байльшмидт только осваивалась, знакомилась с другими людьми, при первой же возможности уделяла внимание Маргарет. Весь год казался безумно чудесным и прекрасным, ведь обе были счастливы находиться рядом со своей любовью. Идиллия. Она рухнула в следующем году, в тот момент, когда разговоры со служанками, другими редким девушками, служащими при дворе, стали напрягать. Мысли об постоянном общении под носом била прямо в сердце. Конечно, девушка понимала, что ревновать нет причин и оснований. Но все равно ревновала, не показывая этого. Юльхен молчала, хотя заметила изменения в действиях своей любимой. Ее улыбка стала более сдержанной, взгляд серьезнее. Глаза - зеркало души. Все душевные терзания были скрыты. Пыталась разобраться в себе самостоятельно. Естественно, безуспешно. Альбиноска ходила всю зиму вокруг да около, но только с наступлением весны и новых проблем решилась. - Маргарет… - Байльмидт сидела на теплом ковре, облокотившись на край кровати и любуясь красавицей перед своими глазами. Джонс с огромной неохотой приоткрыла глаза, сонным взглядом смотря на белую макушку. - Скажи мне, почему ты прожигаешь взглядом других? Что именно тебя раздражает, когда я разговариваю с ними? - Юль..хен.. Я… - Ответь. Мы должны в этом разобраться. Мне больно понимать, что на душе у тебя совсем не спокойно. И причина этому я. Маргарет вздыхает, осознавая, что от этого разговора уже не уйти. Сев на край своего ночлега, девушка принялась закручивать на палец один из длинных золотых локонов на своей голове. Байльшмидт смотрела совсем не строго, как это могло быть. Иногда ей даже казалось, что на нее смотреть так она не умеет. - Ты… Ты мило с ними беседуешь почти каждый день, смеешься и весело улыбаешься в ответ, отшучиваясь... Я понимаю! Нет оснований… - Джонс не договаривает. Все слова просто застряли в горле, а к глазам подступили слезы, когда она увидела снисходительную улыбку на бледном лице, как теплая рука стала гладить по голове легкими, успокаивающими движениями. - Как я и думала… Я тебя поняла, - Юльхен заботливо убирает одинокую слезинку с щеки. Маргарет все еще удивлена, но видно, что ее душа приходит в норму, постепенно. - Я буду говорить со всеми только по делу, хорошо? - положительный кивок, и на лице снова появляется та чудесная, обожаемая улыбка. - Закрой глаза. Закрывает и начинает с нетерпением ждать. Байльшмидт всегда просит так делать перед тем, как подарить подарок. Джонс тоже просит не смотреть. Эффект неожиданности? Тихий щелчок, кожа на шее и груди почувствовала холод от металла. - Небольшой магический предмет. Аметист этот заколдован как оберег. Тебе идем, моя дорогая. - Правда? - Маргарет кончиками пальцев дотрагивается до камня и серебряной цепочке. Юльхен кратко положительно отвечает. - Спасибо тебе. Обещаю, я его никогда не сниму! Джонс ее крепко обнимает, нежно целуя в губы. Байльшмидт перехватывает инициативу, заставляя хозяйку ее сердца оказаться на кровати под ней. -Я люблю тебя, Юльхен. - Я тоже тебя люблю, моя милая Маргарет, - произносит тихим голосом в ответ, обжигая своим дыхание ухо и снова целуя, но уже в нежную шею. *** Джонс находилась в огромном кабинете, рядом с подоконником, рассматривая красоту цветущих растений. В этом кабинете приблизительно человек двадцать, без учета того, что люди постоянно уходили и приходили. Керкланд, отвлекшись на племянницу, жестом подозвал к себе и показал на стол, на котором лежало письмо. Девушка чувствовала, что могло быть в нем, но продолжала верить в лучшее. Несмотря на то, сколько времени прошло… «Дорогая Маргарет» Рука того, кто писал это письмо, сильного дрожала, отчего буквы извивались, иногда что-то было сложно прочитать. Блондинка старательно вчитывалась в каждое слово, не смея отвести глаз. Жизнерадостное начало о боевых подвигах стало приобретать мрачные оттенки. Ранение оказалось серьезным, спасти альбиноску могло только чудо, которое встречается только в детских сказках. Этот мир совсем не сказка, совсем не детская. «Я люблю тебя. Прости меня за все» «Твоя Юльхен» Последняя точка расплылась от упавшей от нее слезы и стала похожа на огромного многоногого монстра. В кабинете продолжалась жизнь, а Маргарет тихонько сидела на стуле, сжимая в руках несчастный листок бумаги. Иногда она перечитывала письмо полушепотом, криво улыбаясь сквозь слезы. Силы на что-либо просто растворились в пространстве. - Пойдем, - тяжелая рука легла на плечо девушки. Вздрогнув, она подняла взгляд на короля, а потом посмотрела в окно, рядом с которым сидела. За ним уже вступала в свои права ночь. Значит, вот так вот просидела весь день. - Тебе нужно отдохнуть и, желательно, поспать. - Да… Вы правы… *** - Мэг? – Альфред открыл дверь в комнату сестры, ведь до этого несколько постукиваний были проигнорированы. - С тобой все хорошо? - Да. Я чувствую себя отлично. Не за что волноваться, - Маргарет не повернулась, чтобы увидеть своего брата. Она прекрасно знала, что тот выглядит прекрасно, и душа у него спокойна. Его же сегодня коронуют. А ее просто поставили перед фактом: есть жених и у вас скоро свадьба. В день коронации. - Ты что-то хотел? Мне скоро надо уезжать из этого замка. Навсегда. - Просто… - Если ничего важного, то, прошу, Ал, оставь меня в покое. Снова этот пустой взгляд, от которого становилось совсем не по себе. Джонс вошел в комнату, закрывая за собой дверь. У окна стоит еще одно кресло, его он и занимает. Уже как три года сестра живет как безжизненная кукла, вежливо всем улыбаясь в ответ. Словно она выплакала все свои эмоции. - Хотел увидеть тебя, твою улыбку. Мы же все равно можем видеться, когда захотим. Верно? - Верно… - Маргарет грустно улыбается, покручивая в руках бордовую лилию. - Ты всегда можешь приехать к господину Бонфуа. Тебя-то он точно примет, как он может отказать принцу? – Джонс встает с места, аккуратно убирая цветок в волосы. - Я пойду. Ты был чудесным братом, честно. Никто за меня так не волновался… Последние три года. Спасибо. Даже не обняла на прощание, просто кивнула у двери перед выходом, взяв из вазы свадебный букет. Могло показаться, что ей все равно. Все равно, что будет сегодня в церкви. Все равно, кто будет ее мужем. Все равно, что ее ждет в будущем. Отчасти, так и было, Джонс выглядела через чур спокойной. - Господин Бонфуа, Наше Величество не врал, описывая красоту этой девушки. - Он, кончено, еще тот засранец, но сейчас я ему благодарен. Маргарет осторожны вышла из кареты, скромно улыбнувшись своему жениху, только что подошедшему. Голубоглазый блондин с обворожительной улыбкой. Да с такой улыбкой ходят только бабники. Её дядя, к примеру. Церковь соседнего города ничем не уступала той, что в столице. Настолько же строга и красиво. Словно близнецы. Будет смешно, если священники там и там являются хотя бы братьями друг другу. - Тот, кто против данного брака, пусть выскажется или замолчит на всегда. - Остановите это шоу, ведь лучший маг здесь будет против! Этот голос! Один на миллион! В это же мгновение, совсем рядом, пролетел энергетический шар, попавший в ее жениха. Белые молнии распространились по всему его телу, парализуя его, а после заставили потерять сознание. - Святой Отец, мне искренне жаль. От всего сердца! Но мне так повезло, что это все же закрытая свадьба. Святой отец, берегите себя, - Джонс обнимают со спины. Объятие такое теплое, родное. Такое приятное. Хочется сказать хоть слово, но ни чего не выходит, словно девушка родилась немой. По щекам потекли слезы, но на лице появилась счастливая улыбка. - Не плачь, моя дорогая. Все хорошо! Идем! - Куда? - Маргарет уверенно идет за девушкой, до конца не веря в то, что сейчас с ней произошло. То письмо правда? Чудо все-таки случилось? Так почему тогда Артур ее причислил к мертвым? - Юльхен, куда? - На запад. Мне не избежать виселицы, если Наше Высочество меня поймает за твою кражу, за нападение на представителя могущественного клана. Там мы будем счастливы, я тебе обещаю. Байльшмидт помогла забраться Джонс на коня, сама умело запрыгнув на него. Невесте показалось, что она подсознательно не выбрала для своего венчания пышное платье, в нем было бы не удобно скакать верхом. Столько вопросов, на которых она не знает ответов, но она уверена, что ее любовь все расскажет. Расскажет, почему у нее волосы подстрижены под мужчину. Расскажет историю о том, как получила шрам на правой щеке. Расскажет о том, где была все эти три года. Расскажет, что случилось на самом деле. А пока можно наслаждаться воцарившим спокойствием на душе, теплом родного, любимого человека. Вместе скакать в сторону красивого заката, где ждет их обоих счастливое будущие. *** - Ваше Высочество. Маргарет Ф.Джонс была украдена с собственной свадьбы. - Какая жалось, не так ли, Ваше Высочество? - Родерих поклонился королю, с усмешкой на лице и чувствуя на себе прожигающий взгляд правителя. - Все-таки вы не смогли убить мою воспитанницу, хотя Вы так старались. - Господин Эдельштайн, - Керкланд пригубил бокал с вином, продолжая зло смотреть на мужчину, вопросительно вскинувшего бровь. Он прекрасно знал, что Байльшмидт ему мешала, но молчал до последнего. Значит, был на столько уверен в своих силах. И он их показал. - Я Вас понял. - Я рад этому, Ваше Высочество. Этот бокал за вашего наследника, Альфреда Ф.Джонса! Надеюсь, он станет прекрасным последователем Ваших идей и взглядов. И за Ваше здоровье, Ваше Высочество. Усмехнувшись, Родерих опустошил бокал с вином и поспешил удалиться с торжества. Все, что он хотел, выполнено просто идеально. А пока стоит подумать о том, как правильно общаться с будущем королем. Он проблемы никогда не любил, но устраняет их радикально. Как бы принц не стал этой новой проблемой.