Предназначенные.

Тэхён сидит на краю кровати и смотрит на своего маленького Гукки, который сладко спит, обнимая того самого розового зайца. Минут через пять он через силу поднимается и выходит из комнаты. Плетётся в коридор, продолжая мимо зала и замечает, что Юнги как спал, так и спит, а Хосок плачет и сморкается в платочек, смотря на развитие событий в дораме. И когда Хён стал таким сентиментальным? Вот хоть сто раз стукните Ви по голове, он не ответит. А точнее ответит: никогда. Пожав плечами, парень дошёл-таки до своего чемодана и, отдёрнув собачку, выудил оттуда своё полотенце с лунами и кроликами, а также чистые боксеры красного цвета в чёрный горошек и пижамные штаны голубого цвета в белую вертикальную полосочку с однотонной белой футболкой. Под струями тёплой воды Тэхён обдумывает многие вещи. Например то, что заберёт Чонгука с собой в Сеул. А если Хорс не отпустит, то вовсе украдёт мальчика. Довольно лыбится своим мыслям, жмуря глаза и мыля голову шампунем. Затем его тихое басовое напеваете под нос превращается в визг от того, что вода становится катастрофически ледяной. Он пляшет под душем, пытаясь смыть с головы шампунь и визжит, матерясь на весь белый свет. Когда шампунь уже смыт, вода, вот прям как будто бы назло, становится нормальной температуры. Ким, ещё немного погрев свой несчастный замёрзший зад и не только, он наконец выходит из-под душа и растирается своим весёлым полотенцем. Закрепив его на бёдрах, Тэхён выходит из ванной головы, одной рукой ероша свои мокрые волосы. Чонгук уже проснулся и лежит на кровати, смотря в потолок. Теперь он точно никуда не отпустит своего вишнёвого Хёна. Вот точно-точно. Он уже мысленно готовит целую балладу о том, почему он должен уехать с Тэхёном в Сеул. Ведь точно его Хён не останется здесь. Тем более там, в Сеуле, у него и работа, и дом, и машина. Раздумья Чонгука прерывает скрип двери и тихие мягкие шаги в комнату. Он приподнимается и видит перед собой полуголого Хёна с мокрыми волосами. Сердечко бедного парнишки делает кульбит, уходит в пятки, а потом прыгает вверх, ударяя в самый затылок. – Х-Хён? – Тихо шепчет Чон охрипшим ото сна голосом. – О, Гук-и, а ты чего не спишь? – Тэхён улыбается, затем натягивает футболку, после поворачивается к нему спиной. Чон конкретно зависает, смотря на мышцы спины старшего, обтянутые тканью. Провернув несложные манипуляции руками, он уже в боксерах. Наконец избавившись от полотенца, натягивает штаны. Чонгуку кажется, что его сердце вот-вот выпрыгнет от такого количества эмоций за весь день. Невольно взгляд парня падает на полотенце старшего и он улыбается. – Кролики? – Не просто кролики, а лунные кролики! – Задорно улыбаясь, Тэхён ложится рядом с Чоном и в ту же минуту руки младшего обвивают его талию, а щека прижимается к крепкому плечу. – Хён, ты думаешь, что на Луне кролики бывают? – Тихо смеётся Чонгук и закрывает глаза. – Конечно на Луне есть кролики. Они скачут по поверхности и оставляют за собой молочные следы, – весело отвечает Тэ, гладя по спине своего любимого клубничного макнэ. Вскоре они засыпают.

***

– Хосок-Хён, – слышится басистый голос где-то в районе лестницы и Чон невольно вздрагивает от неожиданности. В следующий момент на кухне показывается Тэхён, который сонно потирает свои глазки и садится за стол. – Доброе утро, ТэТэ, – улыбается Чон и ставит перед Тэхёном кружку кофе. Тэхён благодарно кивает и берёт ёмкость с горячим напитком. – Хосок-Хён, я тут подумал, – Ким чешет затылок, после чего закусывает нижнюю губу и обдумывает за секунду всё в своей голове еще раз, подбирая подходящие слова. – В общем, – парень поднимает взгляд на Хёна. – Можно Гук-и со мной в Сеул поедет? – Тэхён снова опускает взгляд на поверхность стола и уже ожидает отрицательного ответа, а заодно думает, как всё же уговорить потом Хосока. Краем глаза он замечает как старший задумался. Наверняка в его голове сейчас происходит ни одна сотня тысяч мыслительных процессов. Он что-то про себя взвешивает, смотря в потолок, и сам себе кивает. – Ну, если только обещаешь заботиться о моём брате и устроишь его в вашу старую школу, – уже вслух умозаключает Хорс, а по лицу Тэхёна расплывается улыбка. Он осушает кружку и встаёт с места, убегая в комнату. – Гук-и, малыш! – Радостно вопит Тэхён, забегая в комнату. Чонгук вскакивает как ошпаренный от испуга и во все глаза смотрит на взволнованного Хёна. Тэ присаживается на край кровати и обнимает Чонгука крепко-крепко, тот даже слышит, как громко и быстро бьётся сердце старшего. – Чон Чонгук, теперь я официально твой парень и ты едешь со мной в Сеул, и это не обсуждается!