Все так трагично произошло, но может оно к лучшему?

      — Мы знакомы? — Карин вопросительно подняла левую бровь.       — Да, я Гриммджоу.       — Гриммджоу? Гриммджоу… неужели Джагерджак? — Куросаки с удивлением смотрела на парня.       — Он самый. Не ожидал увидеть тебя здесь. — парень оскалился, но брюнетка точно знала — это у него такая улыбка. Как бы внешне не изменился Гримм, улыбка осталась такой же: почти до ушей, оголяя ряд белых зубов, на фоне которых выделяются клыки, острые, как у кошки.       — Да, я тоже удивлена… — Куросаки действительно была очень удивлена. Раньше Джагерджак красил волосы в голубой, носил серьгу в одном ухе, и зачем-то подводил глаза голубой подводкой; вечно носил рваные джинсы, военные берцы и майки, поверх которых надевал косуху. А если был без косухи, то надевал широкие браслеты на запястья. Сейчас у него были русые волосы, никакого макияжа, серьги не было, из одежды — черная рубашка и джинсы, на ногах были кроссовки. — А ты живешь где-то здесь или так, проездом?       — Проездом. Слушай, я вот смотрю, а напарников твоих не наблюдаю. Тебе помочь, может? У меня был опыт работы официантом, если помнишь, конечно.       — Я бы не отказалась от помощи. — Карин прекрасно помнила, что Гриммджоу работал официантом. Они с Ичиго работали в кафе недалеко от школы, в которой на тот момент учились. Это кафе было достаточно популярно, потому что находилось около школы, и там всегда была толпа учеников, помимо этого рядом был парк, и многие заходили в кафе перекусить, поесть мороженное в знойные деньки или же попить хороший кофе в холодную погоду. — Пойдём, я тебе дам блокнот с ручкой и поднос. Познакомлю с барменом, покажу где кухня и туалет.

***

      Гриммджоу чуть не выругался, пока принимал заказ у трех девушек. По их поведению было понятно, что они находятся в баре впервые: они не знали, что из алкоголя взять, потому что, как сами признались, многое из этого не пробовали, но хотели бы, поэтому парню пришлось рассказывать обо всей выпивке, что здесь есть. После того, как они выбрали просто пиво, девушки решили расспросить о закусках, внимательно послушав, они решили, что лучше брать не пиво, а что-то более крепкое. Едва сдерживаясь, чтобы не обматерить их, Джагерджак выдавил из себя улыбку:       — Дамы, вы тут решайте, а я вернусь к вам минут через дес… пятнадцать.       — Что, Гримм, тяжко? — насмешливо протянула Куросаки, когда ее напарник сел за стойку и попросил у Изуру стакан воды для себя. — Я все это время наблюдала за тобой, чтоб не напортачил, смотрю, ты стал более сдержанным. — девушка улыбнулась, пытаясь вспомнить, каким чудом Гриммджоу не выперли из того кафе в Каракуре за вечные оскорбления посетителей.       — Нет, просто тупость некоторых посетителей вымораживает. — Джагерджак с грохотом поставил пустой стакан на стойку. — А сдержанность… хз, как это произошло. Оно само как-то. Видать, когда гормоны перестали бушевать.       — Ты смотри, посуду мне так не расколоти. — Карин добродушно улыбнулась. Пускай Гриммджоу раньше и строил из себя крутого, а в его понимании крутые всегда правы и всеми командуют, но он всегда был добрым малым. Видимо, с возрастом его погоня за крутостью прошла, и черты характера слегка изменились.       Джагерджак было отправился к посетителям, как Куросаки схватила его за локоть. Лицо девушки закрывали волосы, однако ее хватка была весьма сильной, что говорило о том, что не очень то у нее и хорошее настроение.        — Гримм… скоро годовщина, — голос брюнетки был слишком жалким и тихим. И не скажешь, что мгновение назад Карин улыбалась. — ты придешь?        — Да. — парень слышал, как громко она выдохнула. Её явно гложет смерть ее семьи. Несмотря на то, что она почти всегда веселая, ей явно ни черта не весело. Сколько она живет в таком состоянии? Со дня смерти родственников или это случается перед годовщиной? Гриммджоу знал, каково это, потерять всех. После смерти родителей, когда ему было десять лет, он жил у тетки, сестры матери.        — Кстати, напиши свой номер телефона. — Гриммджоу вырвал листок из блокнота для заказов и написал свой номер, а после отдал Карин. — Спасибочки, как-нибудь созвонимся. — девушка перед ним вновь улыбнулась, и ему стала ясна такая быстрая перемена её эмоций: не показывает слабость, а увидев его, старого друга семьи, вспомнила прошлое.