Таллас

В одноэтажном здании, расположенном за широко известным заведением «Желтый путь», в комнате, где Шого держал Талласа, был особый гость. С завязанным ртом, с кровоподтеками на лице, заплывшим глазом, сломанными ребрами, со связанными руками и ногами на полу лежал Рикичи. Капли крови жертвы приятно раздражали рецепторы вампира, и Ежиш продолжал наносить Рикичи сильные удары ногами в корпус. Растрепанный и изнуренный, тот выхаркивал сквозь тряпицу кровавые сгустки, периодически смаргивая заливающую единственный целый глаз кровь из рассеченной брови. Шого сидел на стуле и выдыхал струйки желтоватого дыма. Специфический запах сигарет заполнил пространство комнаты, притупляя запах крови. — Сука, ты, Рикичи. Думал, я не узнаю? — Шого кивнул, и Ежиш, подняв жертву, с удовольствием саданул мужчину коленом в живот. — Сколько ты на меня работаешь? И неплохие деньги приносишь. Точнее, приносил, — Шого стряхнул образовавшийся на сигарете пепел на лицо лежащего под ногами Рикичи. — Я не спущу тебе с рук «твою слабость» к пацану. Ты ведь знал? — он легонько пнул ногой жертву. — Мерзкая шлюха! Шого встал, поднял за шкирки Рикичи и сжал его лицо в руке. — Я верну Иного себе, понял? Буду использовать его, как захочу. А в качестве приятного дополнения к способностям — трахать до конца его дней, — противная улыбка исказила его губы. — Я не ограничен во времени. И благодаря тебе я не буду с Талласом нежным. В единственном глазе Рикичи отразился гнев, но продлилось это лишь несколько секунд, Шого сильней сжал пальцы, раздрабливая лицевые кости проститута. Смерть не была легкой. Вампир отбросил изуродованный труп и небрежно стряхнул кровь. Из-за спины послышалось чавканье. Ежиш, тварь, страдающая каннибализмом, довольно и быстро поглощал труп. Этот верный человекоподобный монстр был подобран Шого около девяноста лет назад среди болотистых троп Мертвого леса. Это были редкие твари, их успешно истребляли за нездоровое пристрастие к человечине. Но, как выяснилось, они, зиммы, разумные, преданные и полезные. И вполне могут обходиться любым сырым мясом. Поэтому Шого успешно использовал Ежиша для различных целей. Даже для таких. Как говорится, нет человека — нет проблемы.

***

Таллас вышел из «Тарелки», плотно позавтракав. Он расплатился за ночлег и еду несколькими кругляшами и выскользнул на улицу. Миновал северные ворота, хотя воротами их назвать можно было с натяжкой. Покосившийся указатель направления возле ржавых ворот. Городишко оставался позади. Да и «городишком» несколько оживших улиц в когда-то огромном процветающем Токио не назовешь. Кварталы, скорее. И таких было довольно много. Со своей территорией, своими порядками, своими лидерами. Таллас прошел около трех километров, когда ландшафт начал меняться. Наверно, именно это и назвали «промзоной». Мрачные темные улицы с раскуроченными домами, некоторые из которых были разрушены до основания, а некоторые просто аккуратно стерты; все, что осталось от таких «призраков» — голый фундамент, испещренный трещинами. Закрученные винтами фонарные столбы, содранный, словно кожа, асфальт. Раздробленные в крошку плиты. Металлические штыри, куски арматуры, обломки труб — торчали из домов, валялись под ногами, вырастали из земли. Осколки стекла поскрипывали под ногами. Чем дальше шел Таллас, тем интересней становились руины. Разорванные надвое автомобили, некоторые покрыты ржавчиной, песком и практически сгнившие. Мотоциклы с поломанными рамами, оторванными колесами. Вот, правда, один довольно приличного вида, ухоженный, досмотренный. Его явно использовали еще недавно. Но следы крови, въевшиеся в металл, и потрепанный бок мотоцикла убеждали в кончине прежнего хозяина. Таллас поднял мотоцикл: на первый взгляд ничего не сломано. Но парень не был уверен. Он впервые в руках держал что-то подобное. Он знал, что необходимо топливо, и его даже научились получать из новых видов деревьев или отходов. Но на Терре топливо все равно считалось дефицитом, и его использовали в основном для генераторов электричества в кварталах и домах. Но раз «новенький» металлический конь был тут, значит, топливо можно купить или украсть. Провозившись с мотоциклом минут пятнадцать, парень так и не сумел его завести. Полазив в дорожных сумках мотоцикла, Таллас разжился небольшой аптечкой: различные тугие ленты (бинты), жгут, нитка с изогнутой иглой, пузырек с едко пахнущей жидкостью, еще один пузырек с раствором малинового цвета, правда тут была надпись — «при открытых ранах», несколько шприцов (да-да, хилеры быстро восстановили необходимый медицинский минимум) и ампул. Также в сумке нашлась от руки начерченная карта Токио и несколько теплых свитеров с капюшоном. Таллас остался доволен. Неплохой улов для начала. Слух все четче улавливал тихое потрескивание впереди. Забросив свою сумку за спину, парень выудил из ножен катану. Повернув через несколько сотен метров вправо на усилившийся звук, Таллас прошел еще около полутора километров и замер. Прямо перед ним в воздухе висела воронка. Она была довольно большой, около метра в диаметре. Черное бесформенное пятно с фиолетовыми прожилками и вспыхивающими красными молниями, похожими на электрические разряды. Именно эти вспышки и издавали треск. Черная тягучая основа закручивалась внутрь. Пятно слабо пульсировало, принимая правильные формы и растекаясь. Время от времени от воронки отлетали черные «щупальца» и всасывались обратно. Все в радиусе двух метров было стерто этими щупами. Таллас осторожно приблизился на безопасное расстояние, встав четко напротив. Воронка возвышалась над землей на полтора метра. Парень внимательно всматривался в чернильный водоворот, но страха не испытывал. То, что вселяло ужас в обывателей, у него не вызывало ни трепета, ни страха. Убрав катану, парень снял левую перчатку. Не особо понимая что делать, он просто пялился на пятно в воздухе. Ему никто не мог объяснить его силу и как ей управлять. Талласа все беспокоил вопрос: а есть ли вообще эта самая сила у него? Может, красивое тату на его теле обычная ошибка? Ничего не происходило. Осматривая воронку, парень подошел ближе. Вяло закручивающийся вихрь ожил: пульсация участилась и стала ритмичной. Электрические разряды засверкали чаще. Внезапно воронка выкинула щуп в парня. Таллас испуганно поднял руки, отгораживаясь. И вместо того, чтоб проткнуть парня насквозь, щуп лишь сильно ударился о его плечо. Таллас прижал руку к плечу, место удара горело огнем. Тело инстинктивно дернулось, и в место, где только что стоял Иной, ударил электрический разряд. Затем еще и еще. Таллас продолжал смещаться, уклоняясь от навязчивых молний. — Ты что, меня убить хочешь?! Немой собеседник лишь выплюнул из глубины черного зева очередной щуп, пролетевший возле лица парня. Следом за ним в Талласа полетели еще три щупальца. Одно обвилось вокруг левой кисти и тут же растаяло серым дымом. Второе «схватило» Иного за правое предплечье, а третье за ногу и, резко дернув, сбило парня с ног. Не дав опомниться Талласу, его быстро потащило в воронку. Когда щупальца полностью скрылись в лоне вращающегося вихря, Талласа со всей силы приложило о воронку, словно она оказалась накрыта толстым стеклом. Парень невольно простонал, сползая вниз по пятну. Прозрачная серая радужка глаз у Талласа стала ярче, как будто подсветилась изнутри. Но ему об этом было неизвестно. Парень замешкался, и в него ударила красноватая молния. Странно, что он все еще жив. Его колотило от удара электрическим зарядом, но не убило. Таллас не совсем понимал, что происходит и что ему делать. С каждой минутой жить хотелось все больше. Еле поднявшись на ноги, он уставился в чернильный зев воронки, всматриваясь в бездну. Морозное дыхание воронки обдало его лицо, из глаз закапали слезы. Глазам было больно переносить этот холод. Парень опустил взгляд, смаргивая слезы. А из воронки тем временем показалась огромная грязно-коричневая лапа с крючковатыми когтями. На Талласа смотрели три красных глаза. Вот уже высунулась уродливая морда чудовища; с его раскрытой пасти, усеянной иглообразными зубами, капала желтая склизкая слюна. Талласа колотило, он еле стоял на ногах, а в голове всплывали приказы: «Уйди!». — У…Уйди, — парень поднял глаза на дрогнувшую сущность. — И… Исчезни. Белки Талласа почернели, а радужка стала еще ярче, подчеркнутая глубокой темнотой. На мгновение в воздухе повисла прозрачная зубцеобразная печать, и половина вылезшего из воронки монстра упала на пол, разрубленная ее быстрым движением. В воздухе распространился вонючий смрад, исходивший из куска туши. — Теперь т-ты, — мертвым голосом обронил Иной, оглядывая воронку. Из дрожащих пальцев начал струится белесый дым, прям из-под ногтей. Таллас поднял руки так, словно хотел взять это пульсирующее пятно, из глаз капали слезы. Глаза нестерпимо болели. Вот уже белесые нити соткали еще одну печать. Таллас развернул ладони к воронке, удерживая увеличивающуюся в размере картинку печати, и приблизил руки к лицу. Резкий толчок руками отправил магический знак прямо в «горло» вихря. Как только символ скрылся во тьме, воронка схлопнулась, издав громкий хлопок. Канал был обрублен. Руки устало опустились, навалилась усталость. Тело продолжало колотить. А потом резко расплывшаяся боль в области затылка уверенно уволокла сознание парня в пустоту. Все это время за представлением у воронки наблюдал посторонний. Тот самый мужчина из «Тарелки», который так любезно сообщил Талласу «адрес» воронки. Варго, будучи опытным наемником, не поверил ни единому слову незнакомого мальчишки. Пристрелянный глаз живо выхватывал объекты «не к месту», и этот пацан определенно был из таких. Варго ждал его в укрытии. Если пацан сгинет, так и будет, а если нет… В голове наемник уже прикидывал сумму, которую можно получить за мальца на рынке рабов. Варго предполагал, что мальчишка — маг, ну или хотя бы ловец. Таких тоже охотно прибирают к рукам: на Терре дефицит этой рабочей силы. Ловцы мрут как мухи — увы, издержки профессии. Но ожидания даже и близко не стояли с увиденным. Когда атаки воронки захлебнулись, не причиняя смертельного урона противнику, интерес Варго не на шутку разыгрался. «Кто же этот мелкий?» В душе зародился трепет предвкушения. Разрубленная печатью надвое туша монстра не оставила больше никаких сомнений — Иной. За такое сокровище можно стребовать отличную сумму, транспорт и так, по мелочи. Пацана крепко приложило электрическим разрядом — другой бы после такого обуглился, а этого только колотит. «Силен», — подумал наемник. Действовать нужно вскрытую, Варго никогда не встречался с Иными, только слышал. Мало ли какие фокусы у него имеются. Наемник тихо подошел ближе, и, когда воронка захлопнулась, сильно ударил парня по затылку. Кусок арматуры окрасился кровью. Видимо, удар получился сильнее, чем рассчитывал Варго, или парню просто больше не требовалось. Варго поднял парня за руки и забросил себе на плечо. На земле осталась свежая лужица крови.