Провидение

Небо было чистого, глубокого темно-синего цвета, полная луна светила ярко, мерцая на белом песке, коим была устлана дорога. Серебряный свет разлился на кронах вишневых деревьев, отчего опадающие розовые лепестки казались чем-то таинственным, неземным. Катара остановилась, вдыхая свежий ночной воздух, тяжелый и влажный; услышала далекий шум водопада, а после тонкий звон металла — справа, совсем рядом. Из темноты леса вышел человек в синей маске; зажимая кровоточащую рану на правом боку, он прошел еще два шага вперед, прежде чем сползти по стволу дерева, окропляя багряным траву. Свет блеснул на острых лезвиях его парных мечей, подсказывая Катаре, что нужно быть осторожной, но она не смогла сдвинуться с места. Впервые за время своего странствия она увидела человека, глядя на которого не знала, как поступить. «Кто ты?» — мысль завладела ей, вытесняя все прочие. С вишни слетело и опустилось еще несколько лепестков, прежде чем она вышла из оцепенения. — Кто ты? — спросил незнакомец, заметив Катару. По хриплому голосу сложно было определить его возраст. А вот оружие выдавало в нем немага. Сокка тоже всегда таскался с бумерангом, мечами и булавами. — Дух? Должно быть, из-за необычного одеяния он принял ее за Цветную леди — одну из духов луны, известную немногим в Стране Огня и лишь единицам в этих краях — на западном побережье Царства Земли. Чем дольше Катара изучала незнакомца взглядом, тем больше терялась в догадках. — Лежи смирно, — сказала она, присаживаясь рядом, и извлекла из фляги немного воды. Водяной хлыст послушно лег на рану, обволакивая ее живительной прохладой, и засиял, отражаясь светом на причудливой синей маске. Катара вспомнила это лицо — лицо демона или духа из театральной пьесы, которую она мельком видела на Угольном острове. — Как тебя зовут? — спросила она, гадая о прошлом этого человека, о причине его ранения (кажется, от удара копьем), о его намерениях. Какова его цель? Убегал он от преследования или сам был преследователем? Но незнакомец не ответил на вопрос: тяжелое дыхание успокоилось под магической силой ее рук, и он заснул. Стало совсем тихо: сколько бы Катара ни прислушивалась, она не могла различить звуков погони, слышался только шелест листвы и стрекот сверчков. Рана оказалась несерьезной — глубокой царапиной на боку, но незнакомец потерял много крови. «Должно быть, он бледен», — подумала Катара, прервав лечение, и потянулась к маске. Осторожно и неуверенно, боясь разбудить раненого, дотронулась кончиками пальцев до подбородка и приподняла за край... Увидев ужасный шрам на левом глазу, она тихо охнула. Несомненно, это был старый болезненный ожог, которому наверняка сопутствовали не менее болезненные воспоминания, а человек перед ней был врагом народа огня. Еще молод, всего на пару лет старше нее, но черты выдавали в нем человека, прошедшего долгий и нелегкий путь. Позади послышались голоса. По этой дороге, от города до деревни-санатория, мог пройти кто угодно, но простые путешественники редко бродили ночью. Искать приюта в такой час Катара посчитала неразумным, к тому же не знала, как представить раненого вооруженного бродягу, а бросить его здесь было бы бесчеловечно. Бережно вернув маску на его лицо и завязав ленты на затылке, она попыталась его поднять. — Вот так, — зашептала она, потянув незнакомца на себя, сдавленно охнула под его весом, но все же смогла подняться и кое-как, медленно поковыляла в глубь леса. Стоило им скрыться, на дорогу вышел небольшой отряд — шестеро мужчин из народа огня, но одеты они были не как солдаты. Один вооружен кривым мечом, другой — луком и стрелами, у третьего была высокая пика с потемневшим металлическим наконечником. Их разномастное оружие подтвердило догадку: охотники за головами, ловят преступников и беглецов. Популярный в эти трудные времена способ заработать. Стараясь не издавать ни звука, Катара отступила, скрываясь все глубже в лесу. Бежать от народа Огня она не хотела, особенно сейчас, когда полная луна разгоняла по венам кровь и скопившаяся в ней сила желала вырваться наружу. Но у нее появилось более важное дело, чем отнять несколько жизней своих врагов — спасти жизнь одного незнакомца. Ближе к горному хребту вишневые деревья закончились. Катара забрела в хвойную чащу, где отовсюду слышались незнакомые пугающие звуки и ветки цеплялись за одежду, изрывая полупрозрачную вуаль в лоскуты. Спустя четверть часа идти стало невыносимо, и Катара рухнула наземь, не выдержав тяжести чужого веса. И каково же было ее облегчение, когда серебряный луч скользнул по камню в нескольких метрах от них, указав вход в пещеру. Высоко запрокинув голову, так, что с нее слетела соломенная шляпа, Катара взглянула на круглый серебряный диск. «Спасибо», — поблагодарила она луну, прежде чем вновь подняться на ноги. * * * Огонь был разведен у дальней от входа стены, языки пламени плясали на камне, играя тенями. Ближе к утру начался ливень, и ветер прокрадывался к костру, едва не гася его. Но маленький очаг справлялся со своей задачей, и в небольшой пещере было тепло. Ветки, которые Катара набрала для растопки, промокли насквозь, но она легко извлекла влагу из сырого дерева своей магией. Незнакомец так и не очнулся. Несколько раз он содрогался, выкрикивая имена, вскидывал руки, будто пытался ударить, но не приходил в сознание. Катара склонилась над ним, чтобы сменить компресс на лбу, промокнула покрывшееся испариной лицо и прошептала: «все в порядке, ты в безопасности». Его рубаха была безнадежно испорчена; Катара сняла ее сразу после того, как развела огонь, а сейчас, скользнув взглядом вниз по торсу, заметила, что рана затянулась. Осталась лишь тонкая царапина. «Лихорадка постепенно отступает», — поняла Катара, утерев пот с бледной кожи. Такой светлой она никогда прежде не встречала, разве что у аристократов. — Может быть, ты из богатой семьи? — спросила она в шутку. Ведь не мог же этот бродяга в старой потрепанной одежде и театральной маске быть богачом? «Это просто смешно», — улыбнулась она своим мыслям. Огонь угасал, хворост закончился, а ливень так и продолжал хлестать. Из-за стены дождя в пещере становилось все темнее и, чтобы не потерять последний источник света и тепла, Катара решилась выйти наружу. Описав над головой полукруг, она создала магией подобие невидимого зонта, и холодные капли разбивались о тонкий слой воды над головой. Но ноги тотчас промокли и увязли в грязи, едва не стянувшей со стоп непрочные сандалии. — Ах ты… да я тебя, — разозлившись, Катара разом вытянула всю влагу из почвы и отшвырнула прочь, оставшись стоять на песке в окружении сухих веток. Когда в руках набралась приличная охапка, ливень, будто в насмешку, начал стихать. Если бы не это, Катара не услышала бы шлепающих шагов позади. Резко обернувшись, она увидела темный силуэт и не сразу разглядела синюю маску. — Это ты, — она вздохнула, испытав облегчение, но, заметив обнаженные мечи, насторожилась. — Чувствуешь себя лучше? Катара даже прищурилась, надеясь разглядеть хоть какой-то проблеск в его глазах, хоть что-то, что поможет понять помыслы человека, но фигура перед ней оставалась неподвижной, будто бы лишенной чувств. И все же Катара подумала, что он колеблется. — Твоя рана почти зажила, — заговорила она, мягко улыбаясь, — но тебе лучше отдохнуть… эй! Незнакомец отвернулся, не дослушав, и бросился прочь. А Катара так и осталась стоять под дождем, прижимая к груди охапку промокших насквозь веток. * * * — И кем он себя возомнил? — не перестала повторять Катара даже день спустя. Было ясное теплое утро, и она решилась прогуляться в деревню — раздобыть немного еды. Именно раздобыть, ведь из денег у нее было всего несколько медных монет Племени Воды, на которые ничего толкового не купишь. Кроме того, этим она выдаст себя, а народ Огня не всегда добр к чужестранцам. Особенно, если они тайком по ночам топят их корабли или наводят страх на мелкие военные базы, притворяясь духом луны. Катара резко остановилась на широком деревянном мосту над водопадом, том, что служил путем к деревне с южной стороны (точно такой же пролегал с севера, и вместе они соединялись в центре площадью с красивыми резными домами, отчего казалось, что деревня парит над бурным потоком). Ощупав собранные на затылке пышные волосы, Катара отругала себя за оплошность — погруженная в мысли о неблагодарном подлеце, она совсем забыла надеть соломенную шляпу с вуалью и алый плащ. Образ Цветной леди распался, явив вражеской деревне (беззаботным отдыхающим и персоналу массажных салонов) переодетую в цвета их народа беглянку из Южного Племени. Будь рядом с ней брат, он бы громко, до слез захохотал, тыча в нее пальцем. Но Сокка остался с отцом… Вмиг помрачнев, Катара отогнала от себя дурные мысли и решительно зашагала вперед. Она — сильнейший маг, окруженный нескончаемым запасом воды; никто, будь то хоть вся деревня, не сможет одолеть ее. Такого рынка Катара прежде не видела: прилавки были намного меньше обычных, а товары здесь были не навалены тяжелой грудой, а выставлены по одному экземпляру. Так, на одном столе в ряд разместились пять фруктов и пять коктейлей из них. «Папайя для омоложения», — прочла Катара табличку перед первым, едва не закашлялась от возмущения при виде цены, и перешла к следующим: «Манго для похудения», «Авокадо для здоровой кожи», «Слива для роста волос» и «Огненный орех для потен…» — Не желаете попробовать нашу чудотворную папайю? — обратилась к Катаре дама в белом одеянии, расшитом розовой нитью, как и у всего обслуживающего персонала. — Омолаживающая сила этого коктейля не оставит вас равнодушной. — Нет, спасибо, — как можно вежливей отказала Катара, но дама продолжила напирать. — Вы и представить себе не можете, как это чудо ценой в каких-то двадцать золотых изменит вашу жизнь. — Я, пожалуй, пойду… — Если у вас нет денег, вы можете написать расписку. За двести часов работы в одном из наших особых салонов вы получите этот восхитительный нектар бесплатно! Не успела Катара возмутиться, вспомнив, что у нее нет морщин, как и у большинства девушек, всего год назад достигших совершеннолетия, как зеваки на площади содрогнулись от звонкого продолжительного визга. Со стороны одного из тех самых особых салонов, увешанных красными фонарями, к рынку бежал вор в синей маске. — Ловите его! — завизжала полуобнаженная женщина, прикрывая наготу белой простыней. С ее тонкой напудренной шеи сорвалось и разлетелось крупными бусинами жемчужное колье. Стражи, все в красной одинаковой форме и закрывающих лица шлемах, ринулись за вором, сжимая в руках алебарды и разжигая пламя на ладонях. А вор, не оборачиваясь на испуганные крики, бежал прямиком к Катаре. Вот между ними осталось меньше десятка метров, разведенные в стороны парные мечи сверкнули на солнце, словно крылья, и Катара вновь испытала то странное чувство оцепенения. Не сдвинулась, когда он встал ей за спину, и только тихонько охнула, почувствовав, как лезвия скрестились на шее. Сама того не заметив, она стала заложницей. Стражи замерли, окружив их полукругом, зеваки высунули головы из укрытий, обмениваясь тревожными шепотками. Наступившая тишина могла бы сойти за мирную и расслабляющую атмосферу, если бы не скрежет лезвий одно об другое. — Отпусти девушку, — приказал один из солдат. — Мечи в ножны, Синяя маска, — поддержал его другой. — Ты пойдешь с нами. — Кто она? — услышала Катара шепот со стороны. — Она не из наших. — И денег у нее нет. Может, сообщники? Солдаты тоже услышали и насторожились. Катара почувствовала, как напрягся за ее спиной тот, кого назвали Синей маской, как его сердце забилось быстрее, будто пыталось достучаться до кого-то. Он нуждался в ее помощи. — Спрячь лицо, — прошептал он тихо, чтобы только она могла услышать. — Помогите, — тоненько взмолилась Катара, пряча лицо в ладонях и притворяясь, что плачет. И добавила уже шепотом: — Отходи назад. — Там тупик. Позади была невысокая ограда, отделяющая границу деревни от водопада — отличное место, чтобы любоваться видом: широкое небо, вишневые деревья по сторонам и бурлящая пропасть впереди. Верная смерть для любого, но только не для мага воды. — Доверься мне, — прошептала Катара и вновь начала слезно молить спасти ее. Шаг за шагом она медленно пятилась назад, следуя за Синей маской, пока стражи переступали с ноги на ногу, не решаясь атаковать. Катара так правдоподобно изобразила напуганную заложницу, что некоторые жители принялись выкрикивать ей слова поддержки. — Что теперь? — раздраженно спросил Синяя маска, упираясь в ограду. — Прыгаем. — Ты… это безумие. Теперь, искоса взглянув за край и увидев мощный поток, уходящий вниз на сотню или более метров вниз, Катара была готова согласиться. Солдаты продолжали наступать и уже приготовились атаковать, когда Синяя маска решился: ловко убрав мечи, одной рукой он перехватил Катару за талию, другой уперся в край ограды и прыгнул. Земля ушла из-под ног, в лицо ударил ветер, а потом брызги. Оказавшись в воде, Катара крепче схватилась за удерживающую ее руку, и в тот же миг течение столкнуло их с края водопада. Никто из жителей не мог видеть, как водяная спираль окружила двоих, подхватив у бурлящей пучины, и плавно опустила на каменистый берег в тени деревьев. — Ты маг воды? — спросил Синяя маска, как только они оказались на земле. — А ты согласился прыгнуть в водопад, не зная этого? Тогда это ты безумец, — рассмеялась Катара, отжимая промокшие волосы. Синяя маска, такой же насквозь промокший, замялся, не зная как быть. Да уж, умением общаться он не отличался. — Я высушу твою одежду, — сжалилась Катара, и, дождавшись неуверенного одобрительного кивка, плавными движениями вытянула из темной ткани влагу. — Можешь снять маску, я уже видела твое лицо. Он медлил. Что ж, Катара могла его понять: заслужить доверие незнакомого человека не так-то просто. Но все же она дважды спасла его. — Могу я узнать хотя бы твое имя? — Да, — так же неуверенно протянул он, потянулся к маске, и уже был готов ее снять, когда Катара увидела над его плечом огонек, горящий на кончике стрелы, а затем и лучника верхом на боевом носороге. — Пригнись! — взмахнув водяным хлыстом, она сбила того в реку. Синяя маска ловко увернулся и молниеносно поднялся, вооружившись своими мечами. Они встали спина к спине. Против них осталось четверо соперников: бородач с секирой, здоровяк с цепью, некто полностью облаченный в доспех и рослый маг огня. — Так-так, — последний широко оскалился, ярче прежнего разжигая в ладонях пламя, — кто у нас тут? Вор в маске и маг воды. — Эй, Монке, — грубым басом обратился к нему бородатый, — нам приказано взять только его. — Думаю, за девчонку полковник Шину тоже заплатит. Монке громко свистнул, и из кустов вышла еще пара носорогов, волоча за собой телегу с прикованным к ней цепями стальным ящиком. Катара всего раз видела такой, когда наемники схватили беглого преступника. — Придется вам потесниться, — ухмыльнулся Монке, перехватив ее взгляд. Тогда-то Синяя маска и ринулся в атаку. Его мечи легко перерубили древко секиры, но запутались в цепях. Катара бросилась к доспеху, заморозив его, увернулась от огненного шара, но споткнулась и упала прямо под ноги бородатого. Нет, не споткнулась — ее толкнул лучник. Выбравшись из реки, он незаметно обошел отряд со стороны, дождался подходящего момента и воспользовался слепым пятном. Мгновенье спустя стрела из его лука угодила прямиком в маску вора, расколов ее надвое. Катара вскрикнула от страха, затем от боли, когда бородатый поднял ее за волосы, увидела, как поднимается ее союзник, как удивленно вытаращился на него Монке и разразился ликующим смехом. — Вы только посмотрите! — прокричал он, Катара подняла взгляд, но новая вспышка боли ослепила ее, увлекая в темноту. * * * Когда она пришла в сознание, все тело болело. Колени и спина упирались в холодный металл, а голова кружилась. Катара ощутила тепло другого человека, а, подняв взгляд, увидела лицо со шрамом. Он был без сознания и так же, как она, закован в тяжелые наручные кандалы. Катара постаралась выпрямиться в полный рост, но только смутилась от подобной близости. Как бы она ни пыталась, отстраниться не получалось: они все равно соприкасалась ногами, локтями, грудью и бедрами. Этот ящик не был рассчитан на двоих, но и для одного человека казался тесным. Здесь было одно крохотное оконце, сквозь которое проникал слабый лунный свет, и Катаре не оставалось ничего, кроме как разглядывать лицо, которое так долго было скрыто под маской — и вовсе не уродливое, если привыкнуть к шраму. — Очнулся? — спросила Катара, заметив, как дрогнули ресницы. — Нас везут в крепость Похай… Глаза, которые она увидела, были яркого янтарного цвета. Цвета, которого Катара никогда прежде не встречала у представителей народов Воды или Земли. Человек напротив принадлежал народу огня. Ее союзник оказался ее врагом. На этот короткий миг тишина стала осязаемой, весь мир сузился до размера тесного металлического ящика, а все мысли и желания Катары слились в одно — убить. Убить его немедленно. Разорвать, пусть даже голыми руками. Но она не могла даже отстраниться. — Ты, — ее голос наполнился гневом, но Синяя маска не испугался: удивился перемене и отвел взгляд. Привык, что его ненавидят? Немудрено. — Ты из народа Огня, так? — Я не просил спасать меня. Спасать. Верно, она его спасла. А могла бы оставить умирать или вовсе не заметить тихую тень, что вышла на нее из вишневого леса. Их клетка покачнулась, телега остановилась, и сильные цепкие руки вытащили Катару, до боли сжав предплечья. Перед ней возникла высокая каменная стена, освещенная только у ворот крепости и на двух крайних дозорных башнях. Монке сказал несколько слов охране, и отряд с пленными пропустили внутрь. В пределах зрения было около десятка стражников, по двое на каждом углу стены и столько же по другую сторону крепости. Катара насчитала шестерых лучников, прежде чем их ввели в замок. Все здесь было из металла, если не считать развешенных вдоль каждого коридора флагов с эмблемой народа Огня. Самый большой гобелен был в главном зале, куда их втолкнули, поставили на колени перед худощавым старцем и приказали молчать и не дергаться. Синяя маска был по правую сторону от нее; так же стоя на коленях, он держал голову опущенной. Катара же, напротив, посмотрела на полковника Шину, всем своим видом выказывая отвращение. — Что за дерзкая девчонка? — спросил он, кривясь. — Маг воды. Большая редкость в наше время. — Говорите как торгаш, Монке. Для солдата армии народа Огня непозволительно заниматься подобной деятельностью… — В таком случае я продам ее пиратам. Или же мне рассказать о ней адмиралу Джао? — Она не маг, — громко заявил второй пленник. — Девчонка из колоний. Лучник сильнее надавил тому на затылок, приказывая замолчать. Полковник хотел было возмутиться — ведь будь она немагом, стоимость значительно упала бы, — но Монке быстро подобрал нужные слова. Катаре было все равно, кому ее продадут и за какую цену. Она выберется, чего бы это ни стоило. Около пятнадцати человек в зале: два пленника, один старик-полковник, один маг огня, пятеро лучников, остальные держат руки за спиной. Ей бы хоть немного воды на острый, как бритва, хлыст... — Синяя маска? — прервал ее размышления громкий насмешливый голос Монке. — Ваша цена справедлива для вора, но... Вашир, покажи. Лучник дернул пленника за волосы, открывая лицо со шрамом. Поначалу полковник Шину не выказал какой-либо реакции, но, присмотревшись, он возликовал. — Вы правы, Монке! Вы правы! Ох, как это неучтиво с нашей стороны, — обратился он к солдатам, наигранно покачивая головой. — Как же мы могли так обойтись с важным гостем. Кровожадный оскал Монке подсказал Катаре, что важного гостя предпочли бы видеть измученным, молящим о смерти. Стоило ей подумать это, как Шину отдал приказ: — Окажите же принцу Зуко любезность. Пусть он никогда не забудет гостеприимства крепости Похай. Несколько солдат окружили принца, закрывая его от взгляда Катары. Ее подняли под руки и поволокли по коридору, один в один похожему на предыдущий. Скрипнул винтовой замок на металлической двери, Катару усадили на железную решетку, приковав к ней цепью, и оставили в полной темноте. — Угодила в ящик размером больше, — сказала она. Голос задрожал, отражаясь от металлических стен, и снова стало тихо. Тихо и холодно. Катара хотела было измерить размер комнаты шагами, но длины цепи хватило только на то, чтобы встать в полный рост. Она попыталась вырвать цепь, разболтать звенья, сломать замок, высвободить руки из оков, но впустую потратила силы. Устало упав на колени, она глубоко вдохнула носом воздух — железо. А может, и кровь, какая разница. Прошло несколько часов, прежде чем до ее слуха донеслись гулкие шаги. Несколько пар ног: шесть, нет, больше шести. Дверь открылась и Катару ослепила яркая вспышка, а как только глаза привыкли, она различила восьмерых солдат: все в одинаковой форме и шлемах, с дрожащим пламенем в ладонях. Ее безликие палачи. — Ты маг воды? — даже голоса у них скрежетали, исковерканные отверстиями шлемов. — Отвечай. Раз спрашивали, значит, не до конца поверили Монке; это могло сыграть на руку. Катара не хотела признавать, но все же плененный принц помог ей. — Нет, — прошептала она, качая головой. — Я не маг. Я из колонии народа Огня в Царстве Земли. Недалеко отсюда… — Ты лжешь. Возразить она не успела, солдат ударил ее тяжелой рукой в перчатке, разбив губу. Горячая капля скатилась по подбородку, Катара вытерла ее рукой и при свете пламени заметила странную рыжую грязь на ладони. — Ты маг воды! — Нет, — она склонила голову, чтобы спрятать наигранные слезы, тем временем пытаясь упорядочить мысли. Грязь была ничем иным, как ржавчиной. Где-то здесь есть вода. Где-то совсем рядом… — Сейчас узнаем. Открыть шлюз. Послышался скрип, лязг и долгожданный шум воды. Железная решетка под Катарой разъехалась в разные стороны, и она, вскрикнув от испуга, провалилась в колодец. Вода попала в рот и нос, холод и темнота дезориентировали — но она попала в свою стихию и теперь могла выбраться. Взмахнув руками, Катара устремилась вверх, но путь к спасительному глотку воздуха уже был перекрыт. Обеими руками вцепившись в толстые прутья, она попыталась приподняться, но решетка все опускалась, увлекая ее глубже ко дну. Сверху на нее смотрели три темных силуэта, искаженные рябью воды и бликами пламени. Катара знала, чего они ждут, но не могла так просто сдаться. «Хотя бы одного из вас», — решилась она, создав несколько ледяных копий, и запустила высоко вверх. Сквозь толщу воды не получалось разглядеть, попала ли она в цель, но смотреть и не нужно было. Повинуясь ей, мощная волна вырвалась наружу, и в колодце стало пусто — Катара снова смогла дышать и атаковать. Сложно заклинать воду, которую не видишь, но здесь не было союзников и можно было не опасаться за жизни других. Одно плавное движение, чтобы превратить волну в хлыст, легкий поворот ладоней ребром, чтобы сделать его острее любого меча, и резкий выпад — чтобы убить. Катара ухмыльнулась, услышав крики солдат, приготовилась нанести еще один удар, но не почувствовала воду. Водяной хлыст распался на брызги, но даже так она не смогла подобрать капли и соединить их. Металлическая плита под ней дрогнула и медленно поплыла вверх. Окруженная солдатами, Катара собрала последнее — влагу со своей одежды и волос, но ее выпад встретила стена огня. Пар стал ее последней надеждой, но и его не стало, когда каждый из противников разжег пламя, иссушив воздух. — Маг воды, — заключил кто-то за ее спиной, а затем ударил, лишив сознания. * * * Кто-то кричал, и от этого полного отчаянья и обиды крика сжималось сердце, сводило дыхание, и из глубины, до боли в легких, вырывался новый крик. Катара не сразу узнала свой голос, настолько искаженным он был. «Ты всегда был на моей стороне!» — громко и горько до слез выкрикнула она, оттолкнув брата. А он снова крепко обнял, прошептав в ответ: «И всегда буду». Придя в сознание, Катара увидела темноту. Поежившись от холода, она подобрала под себя ноги и услышала громкий лязг цепи — звук, сопровождавший каждое ее движение. Как бы она хотела оказаться сейчас дома, вместе с отцом и братом. — Дома больше нет, — сказала она, обогревая руки теплым дыханием. Будучи единственным магом воды в родной деревне, Катара мечтала уехать в Северное Племя и была счастлива, когда отец принял решение перевезти горстку южан под покровительство собратьев. Но, обретя защиту за высокими ледяными стенами, она потеряла свободу. Согласно законам, дочь вождя заслуживает стать женой лучшего воина, но воином — никогда. Боевая магия для женщин под строжайшим запретом. Если бы принцесса Юи не показала ей тайный выход, если бы Сокка не решился пойти против воли отца… «Лучше быть узницей, скованной цепью» — слова, которые Катара сказала брату на прощанье. И по сей день не изменила своего решения. Скрипнул винт, и темницу озарило ярким светом пламени. Катара поднялась, чтобы с достоинством встретить своих надзирателей — вот только вошедший был один. — Мы уходим, — сказал принц Зуко, разрубая парными мечами ее цепи. Найти путь из крепости Похай казалось Катаре задачей сложной, но выполнимой, будь при ней полная фляга воды. У принца были только парные мечи; у солдат — алебарды, луки и магия, если не брать в расчет территориальное преимущество. — Мне нужна вода. Последнее слово заглушил громкий звон металла о металл: принц с размаху ударил по трубам, и из них тотчас же повалил пар. В первом коридоре им встретились двое охранников. Одолеть их оказалось слишком просто: два взмаха мечей, и путь снова свободен. Вбежав по лестнице на самый верх дозорной башни, по плану принца Катара заморозила всех лучников. — Юян были главной проблемой, — пояснил он, глядя свысока на три стены, окружившие крепость. В свете горящего факела солдаты внизу казались темными точками, которые сбегались маленькими группами к разным воротам. — Спустимся и прорвемся через центр. — Можно иначе. Катара создала ледяной мост, достаточно прочный, чтобы выдержать вес двоих, но длины его хватило только до ближайшей стены. Спорить принц не стал и съехал вслед за ней на каменное укрепление. Еще два таких скачка, и они покинут крепость, подумала Катара, но не успела вернуть лед в прежнее состояние, как по нему ударили огнем трое стражей. Втрое больше человек окружили их, преграждая путь ко второй стене. — Посторонись, — приказал принц, грубо оттолкнув Катару, и выпустил вперед мощный поток пламени. Солдаты не ожидали встретить огненную магию и не успели защититься. Воспользовавшись их замешательством, он одолел оставшихся противников ловкими и быстрыми ударами огненного хлыста, а, закончив, помог Катаре подняться. — Ты в порядке? — Да, — ответила она отрешенно, принимая протянутую ей руку со странными, смешанными чувствами. Ей открылась еще одна тайна загадочного врага народа Огня, но чем больше она узнавала, тем слабее понимала. — Ты еще можешь использовать воду? Катара кивнула, собрав расплескавшиеся по камню капли. «Еще два моста, — напомнила она себе, — два прыжка, и мы свободны». * * * Рассвет застал их под высоким ветвистым деревом. Тяжело дыша после затянувшегося побега, Катара и Зуко без сил повалились на высокую пожухлую траву. В ушах до сих пор звенели визгливый голос полковника, свист стрел и боевой клич солдат народа Огня, охвативших первую стену потоком пламени. Если бы не магия принца, они оба сгорели бы заживо — таким был приказ Шину. — Дай твою руку, — попросила Катара, поднимаясь на локтях. Плечо Зуко было сильно обожжено, на ней тоже были ожоги и ссадины, пульсирующие слабой ноющей болью. — Впервые вижу нечто подобное, — Зуко заворожено смотрел, как покрасневшая кожа принимает привычный оттенок. — Знаю, что ты лечила меня раньше, но я… — Был в отключке, — рассмеялась Катара и услышала тихий смешок в ответ. — Да, верно. Ты спасла меня. Спасибо. — Мы спасли друг друга. В неловкой тишине Катара залечила его ожог и перешла к другим царапинам, пусть он и назвал их пустяковыми. Она сама настояла, а когда Зуко снял рубаху, смутилась еще сильнее того раза, когда лечила ранение от копья в пещере. От той царапины не осталось и следа. Подумать только, всего три дня прошло с момента их встречи. — Твой шрам, — начала Катара, неловко отводя взгляд от его лица, — как это случилось? — Его оставил мне отец, — ответил Зуко. Он рассказал о своем прошлом: об отце, исчезнувшей матери, ненавистной сестре, о дяде, с которым расстался и которого никак не может найти. Катара выслушала его, не перебивая, а когда рассказ подошёл к концу, крепко обняла и поделилась своей историей. Когда слова закончились, Катара поймала немного рыбы на обед, а Зуко развел костер. И все, что бывшие враги делали вместе, выходило слаженно, будто знакомство их длилось долгие годы. И все же им предстояло пойти разными дорогами. Теплый ветер колыхнул высокую траву на пустыре, поднял облако пыли с развилки. Одна тропа вела в столицу Царства Земли, другая — к морю. — Итак, пора прощаться, — мягко улыбнулась Катара, придерживая новую соломенную шляпу. Вуали на деревенском рынке не нашлось, как и театральной маски. — Да, пора. Зуко, как всегда, не нашелся, что сказать. И это снова вызвало у Катары улыбку. — Отправляешься искать дядю? — Да. — Если встречу его, обязательно расскажу, как тебя найти. — Да, спасибо. Он попрощался первым. Проводив Зуко взглядом, Катара тоже пошла по своему пути. И зачем она только выбрала эту тропу? Впереди ее ждет море, много новых людей, приключения… Катара стремительно обернулась и едва не врезалась в того, с кем только что попрощалась. — А как ты узнаешь моего дядю? — спросил Зуко первое, что пришло в голову. И правда, как? Ведь Катара никогда прежде не видела его. — Тогда придется тебе рассказать о нем более подробно. — Ну, например, он очень любит чай… Катара позволила взять себя под руку и последовала рядом, слушая забавные истории принца о его дяде. И решила, что непременно должна попробовать знаменитый жасминовый чай.