Дочь Локи

15 мая 2016 года Поднявшись по ступеням, Айви закрыла дверь, и сползла по ней прямо к полу. Сердце вырывалось из груди, а слезы огромными бусинами катились по щекам, оставляя за собой дорожку из туши и подводки. Она хотела узнать ответ на вопрос, способный перевернуть ее жизнь с ног на голову, но в последний момент струсила. Она патологически боялась знать обжигающую правду, предпочитая ей сладкое неведенье. Она не любила правду, за то какие следы та оставляет после себя. Девушка смирилась с тем, что возможно она не родная дочь, и простила родителей за ложь, стараясь оставить все в далеком прошлом. Наше время. Айви ненавидела правду, это она знала точно и очень давно. Сейчас девушка злилась на всех, но на себя больше всего. - Зачем ты пошла туда? Зачем? – Шептала она, укоряя себя за то, что захотела впервые узнать правду. – Ты знала, что так будет! Дура! Слезы стекали по ее щекам и падали на колени, прижатые к груди. Она спряталась под старой яблоней возле беседки, желая лишь одного, чтобы ее оставили в покое. Она не могла думать ни о ком и ни о чем. – Вот бы все прекратилось! - Айви, милая ты где? – Голос Фригги звучал взволновано. – Айви? Девушка лишь тихо плакала в саду под деревом, надеясь, что женщина пройдет мимо, оставив ее одну. Но как всегда ее желаниям не суждено было сбыться. - Вот ты где! – Облегченно выдохнула она. – Я волновалась за тебя, не стоит плакать. Его слова были резкими и грубыми, не таким я воспитывала его. Может мой муж прав и Локи безнадежен. Он обидел тебя, и сделал это намеренно. Я обещаю, что больше не допущу такого. - Обидел? – Удивленно спросила Айви. – Этот псих, угрожал придушить меня, сказал, что люди не достойны жить. Думаю здесь я в еще большей опасности, я хочу домой. – Последние слова звучали очень сердито и уверенно. – Я здесь не останусь. Вы мне никто. Я ненавижу это место. На этом разговор был окончен, прислуга отвела Айви в ее комнату, а Фригга направилась назад в темницу к своему сыну. Темница - Как ты смеешь так говорить с бедной девочкой? – Она не виновата в том, что родилась человеком. Ты делал этот выбор за нее. Ты и ее мать. Фригг была очень зла, к слову, чтобы вывесить ее надо очень сильно постараться. - Мама, думаю, ты.. - Я еще не закончила Локи, ты выслушаешь все, о чем хочет сказать моя душа. – Локи опешил от такого тона своей матери. - Девочка очень ранима. Она пыталась умереть, и твой брат вовремя спас ее. Когда дети взрослеют, им приходится брать на себя все больше ответственности. Не все с ней справляются, и никто не просит тебя стать отцом которым ты должен был быть. Но относится к девочке с такой ненавистью, я не позволю. Если тебе так угодно, то оставайся здесь наедине со своим гневом и злостью, я больше тебя не побеспокою. - Стой, мама! – Умоляюще произнес он, в след уходящей женщине. – Прости! Я знал о ней. Знал, что у меня есть дочь. Прошу, отправь ее обратно. Здесь ей угрожает большая опасность. – Фригг остановилась и повернулась к сыну, не понимая того, что он сейчас говорит. - Ты знал! И бросил ее одну? Оставил чужим людям? – Она хотела задать еще тысячу вопросов, но Локи перебил ее. - Да. Знал. Я Бог обмана сын Одина, тебя удивляет моя ложь? Но в этот раз я лгал не ради себя. Она в опасности, у меня множество врагов, желающих заставить страдать разными способами. Я не могу думать еще и о ней. Каждое слово давалось ему тяжко. Локи редко вспоминал ее, то крохотное создание, которое он держал на руках 16 лет назад. Он старался не смотреть на нее, пока нес до дома ее приемных родителей. Но в последний момент когда ее крохотная рука схватила его палец, он сдался. Он взглянул в ее большие ярко-зеленые глаза, и увидел в них себя, брошенного в детстве своими родителями. – Когда-то ты простишь меня. Его холодные губы коснулись ее теплой головки. Он еще раз посмотрел на нее, а затем передал ее в руки чужих людей, надеясь на то, что они защитят ее. Он запрещал себя вспоминать или представлять какой она стала, стараясь не бороздить старую рану. Но как бы сильно он не старался, назойливое чувство вины , возвращалось к нему длинными холодными вечерами и одинокими ночами в камере, оно крутилось над ним в течение дня и терзало его подсознание пока он пытался уснуть. Он отдал ее не людям, не совсем. Луиза Маккаверс одна из жителей Асгарда, также известна как Лорея. Она покинула свой дом много лет назад, поселившись в Мидгарде. Когда-то она встречалась с Локи, но с тех пор утекло много воды. Она приняла девочку, желая защитить ее, и поклялась никогда не говорить ей правду. - О чем ты говоришь? Какая опасность? – Фригга все не понимала того что пытается сказать ее сын. – Ее мать человек? - Я не могу сказать, я связан клятвой, просто поверь мне. Верни ее домой, к родителям. Они защитят ее. - Ее родители мертвы, они сгорели. – Локи сел на пол, не веря тому, что услышал. – Значит, они добрались до нее. Не могу поверить. – Он явно был в шоке, и не знал, что делать дальше. Он сбросил иллюзию которую поддерживал долгие месяцы, чтобы его не увидели в том виде в котором он предстал сейчас. Вся камера была разрушена, в полном беспорядке вещи разбросаны в разные стороны а сам Локи сидел на полу полностью опустошенный. - Кто добрался? – Фригга, подошла вплотную к камере. Состояние сына ее перепугало. Она никогда его таким не видела. – Локи, взгляни на меня! – Ее грозный тон сменился, ласковым материнским голосом. – Я хочу помочь! Ты должен мне доверять. Камеру он разрушил после того, как сказал жестокие слова своему ребенку. Он снова за 16 лет взглянул в ее большие зеленые глаза, и понял, что совершил ошибку, что не должен был ее отдавать. Но время вспять не повернуть. Локи осознавал свой долг перед ней и знал, что надо делать, чтобы она никогда не простила его, и вернулась назад к родителям. Но сейчас когда Фригга сообщила о их смерти, все его слова потеряли смысл. - Я каюсь в своих грехах! Скажи Одину, что бы помиловал меня! Я должен защитить ее, мама. Я сожалею о своих словах. – Он опустил голову, и впервые за долгое время он заплакал. Фригга знала, что муж ее не послушает, но Айви, она сможет его убедить выпустить отца. Она верила словам Локи, знала, что ее сын еще не совсем потерян. Верила в то, что его путь осветит солнце, и сейчас этим солнцем была его дочь.