Солнце моё, взгляни на меня

В открытом панорамном окне на мгновение возник тёмный силуэт, бесшумно приземлившийся на пол. Вот поджарая фигура шепчет слова, роняя со звоном своё оружие. Тёмную комнату озаряет яркая зелёная вспышка, быстро растворившись во мгле и забирая с собой исчезающий шест. Перед лицом парня возник чёрный котёнок, уже открывший рот, чтобы что-то сказать. Но блондин уже знал пожелание квами и указал пальцем в сторону столика, на котором стояла небольшая коробочка, истощающая запах. Парень со стоном тяжело рухнул на кровать, распластавшись «звёздочкой» на покрывале. Его голову одолевали тысячи мыслей, не дающих покоя беспокойному сердцу. Блондин не знал, как ему поступать, как ему вообще после этого смотреть в глаза однокласснице. Но самое главное, как ему теперь общаться с Его Леди, если она вернётся. Герои вместе уже так давно патрулируют город, борются с акумами, но в отношениях между ними ничего не меняется. Каждое слово, каждый взгляд были пропитаны дружелюбными приятельскими фразочками, не более. Его Леди, казалось бы, специально не замечала флирта и ухаживаний, и парень понимал, что нет ничьей вины в том, что его чувства остались неразделенными, в том, что его любовь безответная. Но это не помогало ему справиться с тупой болью в сердце. Блондин знал, что Его Леди всегда была такой недосягаемой и далёкой, как любая звёздочка на небе, которую он готов достать ради неё. «А Маринетт такая близкая и домашняя, такая хрупкая и беззащитная...» В ответ своим мыслям он лишь покачал головой, пытаясь избавиться от них. Парень вовсе не хотел признавать, что мог бы завязать отношения с брюнеткой. Блондин попытался убедить себя, что любит только свою Леди и ни на кого её не променяет. Остановив поток мыслей на этой, парень довольно улыбнулся. Но спустя уже какое-то время в голову снова проникал прозрачный образ одноклассницы, заставляющий вновь задуматься о ней. — Пацан, прекрати ты так убиваться из-за ЛедиБаг, — прокомментировал странное выражение лица парня уже доевший камамбер квами. — Плагг, я не... — блондин задумался. А что он не делал? Не думал о ЛедиБаг или не убивался? Или сё вместе? — О! Неужели ты, наконец, отлип от своей Божьей Коровки, а? — будто бы прочитав его мысли, сказал Плагг, ехидно улыбнувшись. — Нет! Это не так! — парень и сам себе-то не хотел признаваться в том, что на какой-то момент отбросил возлюбленную на второй план, а уж кому-то об этом рассказывать — нет уж, извольте. — Ну, допустим, — согласился квами, не желая спорить на эту тему — бесполезно. — Так и есть, — подтвердил Адриан ещё раз и тяжело вздохнул. — Ты слышал, что сказала Маринетт? ЛедиБаг разочаровалась в моих чувствах к ней, как только увидела, но почему. — задумчиво проговорил парень, приподнимаясь на локтях. — А ты не догадываешься? — Плагг искренне удивился, изогнув бровь. По его морде можно было сказать определенно точно — этот малый что-то знал. Это не ускользнуло даже от внимания парня, занятого образами двух девушек. — Так, а ты, видимо, догадываешься. — произнёс парень, уставившись на квами. — Возможно. — хмыкнул чёрный котёнок, пожав плечами, и потянулся к другой коробочке с камамбером. Парень молниеносно среагировал и перехватил сыр, оставив квами с носом. — Говори. Иначе не получишь больше камамбера. Ты и так уже наелся до следующего превращения, так что насчёт этого я не побеспокоюсь, не волнуйся, — Адриан хитро ухмыльнулся и посмотрел на Плагга. Тот тяжело вздохнул и, опустившись на столик, на котором ранее лежала коробочка, начал: — Эксплуатировать животных нечестно, — хмыкнул котёнок и скрестил передние лапки на груди. — Я думаю, что ЛедиБаг знает тебя в реальной жизни и, возможно, влюблена в тебя. — парень расплылся в блаженной улыбке. — Ты, правда, так думаешь? — на всякий случай спросил блондин, который уже был несказанно доволен тому, что в предположении регулировала ответная любовь ЛедиБаг. — Я ещё не закончил, — прервал фантазии Адриана квами и покачал головой. — В любом случае, я также думаю, что ты тоже знаешь её. — Плагг не успел закончить, поскольку был прерван блондином. — Конечно! Она несколько раз спасала меня, поэтому я, как Адриан, знаю её, да ещё и как Кот Нуар. Ну, ты и скажешь, Плагг. — чёрный котёнок закатил глаза и отвернул голову. — Ну, и думай тогда сам, — парень прекратил улыбаться и виновато посмотрел на квами. — Так и быть. Должен же кто-то вбить в твою дурную голову простую истину. — Плагг ехидно ухмыльнулся и повернулся к подопечному. — Так вот, ты знаешь её настоящую, без маски, но не обращаешь на неё внимания. — квами торжествующе улыбнулся, смотря на блондина. — То есть... — квами хлопнул лапкой по морде и пересказал в более простой форме: — То есть ты сам не отвечаешь ей взаимной любовью, когда она без маски. Дошло? — Адриан не ответил, но, видимо, осознал смысл слов котёнка, на что тот победно улыбнулся вновь. Парня пробрала дрожь. Теперь он немного понимал, почему Его Леди так обиделась на его чувства. То есть он сам не проявлял своей любви и привязанности к настоящей личности ЛедиБаг будучи Адрианом. Он сам отвергал свою Леди. Он сам причинял ей не меньшую боль при отказе или же игнорировании. Он сам был виной тому, что Париж потерял героиню. Он сам допустил потерю возлюбленной. — Плагг! Я такой идиот! — простонал парень снова опускаясь на покрывало. — Кто ж спорит. — прокомментировал котёнок, получив заслуженную тройную порцию камамбера. Адриан зажмурил глаза и закрыл лицо ладонями, мысленно несколько раз повторяя озвученное ранее им самим же оскорбление. Он уже настолько привык к отказу со стороны своей Леди, что это стало обычным повседневным делом. Но никогда не задумывался, что сам каждый день мог ранить её же сердце. Блондин сам себе говорил, что не сможет сомкнуть глаз этой ночью, однако теперь уже спал невинным сном, утомленный своими мыслями. Адриан не мог видеть, как Плагг, дождавшись пока хозяин заснёт, подлетел к панорамному окну. Котёнок приложил лапку к стеклу и тихо, чуть ли не одними губами прошептал: — Как же ты там, Тикки... — На мгновение в глазах котёнка мелькнула грусть и тоска, но потом вновь в низ озорные огоньки, и Плагг, опустившись на макушку Адриана, свернулся клубком и сам погрузился в сон.

***

Кот Нуар ушёл вовремя, так как через несколько минут уже раздался стук в дверь. Маринетт оторвала лицо от пола и поспешила встать. Девушка метнулась к небольшому зеркальцу, лежавшему на столе. Утерев подсыхающие слёзы, брюнетка глубоко вдохнула и открыла дверь. На пороге стояла Сабина Чен, которая обеспокоенно смотрела на свою дочь. — Маринетт, мы тут с папой слышали, что ты кричала... — вкрадчиво начала женщина. — А... Это... Я по телефону пародировала одноклассницу, — брюнетка беспокойно забегала глазами по комнате, прежде чем нашлась с ответом. Сабина загадочно улыбнулась и, пожелав спокойной ночи, спустилась вниз, сопровождаемая хлопком закрываемой двери. Маринетт облегченно выдохнула, довольная тем, что быстро смогла придумать отговорку. Хотя её чрезвычайно беспокоило то, что она снова соврала самой дорогой женщине на свете. Совесть, конечно, у бывшей героини Парижа, что надо. Но всё-таки хорошо, что девушка смогла отвлечься от дурных мыслей. Так она смогла приступить к эскизу, который начала придумывать перед приходом героя Парижа. Как бы ни было иронично, но на листе бумаги красовалось платье и аксессуары к нему в стиле Кота Нуара. Увидев свою же разработку, девушка вырвала листок и, скомкав его в шарик, бросила на пол комнаты. Опять. Снова. Вновь мысли о Нём проникали в голову, заставляя сердце больно сжиматься внутри и биться чаще. Девушка накрыла голову ладонями и прикрыла глаза, опускаясь на кушетку. Слёзы — такое странное явление. Ему не составить прогноз, а если разразиться, словно буря, — при всём желании, всеми силами не остановить. Девушка вновь почувствовала, как по опухшей щеке потекла прозрачная слеза. Маринетт утёрла каплю, сделав движение локтём, и двинулась к люку на крышу. Брюнетка любила по вечерам смотреть на звёзды — это успокаивало её. Особенно, когда рядом была Тикки, которая каждый раз говорила, что все ЛедиБаг любили любоваться ночными светилами на небе. А потом рассказывала про то, какими названиями ЛедиБаг обычно называли звёзды. Конечно, неофициально, но ведь когда смотришь на какое-то скопление небесных тел, так и хочется назвать их по контору в честь чего-либо. Маринетт лежала на спине, находясь на крыше, и смотрела в небо. Слезы уже давно высохли, но не потому что ей стало лучше или боль ушла. Бывшая Божья Коровка не хотела совсем раскисать, в конце концов ей было жаль Тикки, которую можно сказать она сама заточила в серьги. Девушка хотела хотя бы оставаться сильной в память прошлых дней о бесстрашной защитнице Парижа. Брюнетка устала от всего. Как же она ошибалась в Коте. Девушка уже хотела довериться его чувствам, улыбнуться слащавым речам и позволить, наконец, развиться их более высоким отношениям. Маринетт закусила губу — она не должна была доверять ему, его глупому флирту. Девушка должна была догадаться,кем он является на самом деле. Голова шла кругом от всех мыслей, а эмоции будто пропали, онемев от парализующей изнутри боли. Она смотрела в небо на то мерцающие, то потухающие звёзды и думала, как наверное хорошо жить беззаботно и никогда не грустить. Подумать только, ведь даже последние мгновения своей жизни звёзды проводят ярко и создают незабываемое зрелище. Маринетт так бы и осталась на крыше, если бы не северный ветер, что принёс с собой холод, заставив девушку вздрогнуть. Брюнетка решила вернуться в тёплую комнату, пока не заболела. Хотя если бы она даже не против подхватить какую-нибудь простуду, но всё же Он не стоил здоровья брюнетки. Голубоглазая, спустившись в комнату, сразу же нырнула под одеяло, в тепло уютной постели. Надо сказать, что звёзды неплохо так убаюкали девушку, и она быстро стала погружаться в мир грёз. Кажется, сквозь подступающий сон она слышала, как ветер, протиснувшись в щель между люком, принёс тихие слова, на что красные серёжки тихо пискнули в ответ.