Борьба за независимость

Как-то раз компания Дани Корнилова сильно загуляла. О событиях той удивительной ночи парень искренне мечтал забыть. Пока Мишка бегал за тазиком для парня, Андрей хохотал неестественно, стучал по спине позеленевшего Даню и говорил: — В любой ситуации надо уметь находить свои плюсы. Парня мутило, он едва держался, чтобы не блевануть на роскошный ковер, что лежал себе спокойно в комнате Мишки до этого утра и никому не мешал. И он едва держался, чтобы не вдарить со всей силы в бок Андрею, заставить его заткнуться. Но вместо этого он спросил хрипло: — Найди тогда плюсы в сложившейся ситуации? Сейчас Даниил вряд ли вспомнит, что же там ему наплел Андрей. Но тогда он считал, что наконец поймал за язык этого парня, что он ничего не сможет придумать вразумительного и тогда вся эта теория с треском рухнет. Не в каждой ситуации есть плюсы. Не в каждой ситуации есть минусы. В тот момент Даниил думал, что нашёл самую ужасную ситуацию, которая только могла с ним произойти. Но он не знал, что когда-нибудь встрянет в нечто худшее. Прошли те времена, когда казалось, что на следующее утро после гулянки ты не встанешь. Теперь он знал, что не из таких ситуаций можно выбраться относительно целым и невредимым. Небольшая вольность — открыть окно в машине, на заднем сидении, и чуть-чуть оттуда высунуться. Что-то говорил там Рома, вторил ему очередной бугай за рулем, а Дане было всё нипочем. Чувствовал ветер на лице, щурился от него и по-настоящему жил в этот самый момент. Хоть и дышал вредным воздухом крупного города, хоть и выйти из машины без его воли он не мог, но чувствовал все же себя живым и свободным. И несмотря на все заверения Ромы, что скоро «эта забава ему надоест», он до самого конца поездки держал окно открытым и чувствовал на себе встречный ветер. Но машина в конце концов начала тормозить, а позднее и вовсе остановилась где-то на пустынной дороге, у какой-то богом забытой кафешки. Она не была конечной целью всей этой поездки, но промежуточные остановки тоже необходимы. Вышел из машины первым Ромин бугай. Вытащил из кармана пачку «Бонда», вытащил сигарету, вставил зубы и зажигалкой чиркнул по ней. Затем выбрались Рома и Даниил. При одном взгляде на курящего мужчину Рома нахмурился и отвернулся в другую сторону, чтобы не дышать дымом. А Даниил задержал на нём взгляд, больше сфокусировавшись на сигарете, ежели на каменном лице этого мужика. Курил Корнилов не так часто, как это делают крутые хулиганы в фильмах, не страдал от пагубной привычки, но иногда так хотелось затянуться, что без сигареты просто умрёшь. И этот раз был именно такой. Не выдержал парень и спросил: — Можно? И взглядом стрельнул к высовывающейся из кармана пачке красного «Бонда». Дрянные, конечно, сигареты, но на безрыбье и рыба-ёж сойдет за деликатес. Мужик несколько стушевался, бросил мимолетный взгляд на своего хозяина, после чего покачал головой, как показалось Дане, немного неуверенно. — Дай ему сигарету. Даниил повернулся на серьезного Рому, который даже не удостоил своего амбала взглядом. Но и слов хватило для того, чтобы мужик протянул сигарету парню, а за ней — и зажигалку. Повертел парень её в пальцах, китайская штучка, держится недолго, зато и стоит недорого. Жёлтая. Однако заметив взгляд бугая, быстро поджёг конец сигареты и вручил зажигалку ему обратно. Затянулся. Хотел было выпустить дым прямо в Рому, просто так, чтобы лишний раз высказать этим свое неповиновение, но не решился: запрокинул голову к небу и тогда выдохнул противный, дешевый дым туда. Он пополз вместе с ветром куда-то к дороге. А Рома вдруг резво побрёл в сторону забегаловки. Остановились они здесь явно не просто так. Даниил ожидал от этой остановки всего и сразу. Тут мог жить кореш Ромы, или здесь тусуется его банда, или, на крайний случай, это место связано с каким-то важным событием в жизни парня. Они зашли в маленькую кафешку, соседа большой бензоколонки. Рома знал куда идти, сразу же подошёл к человеку нерусской национальности. Тот насвистывал какой-то мотивчик, мыл столовые приборы в раковине. Рома решительно к нему подошёл, улыбнулся ему, будто старому знакомому. Даниил весь напрягся, приготовился слушать и запоминать. — Здравствуйте! Три шаурмы в обычном лаваше, пожалуйста! — Рома спокойно протянул деньги, затем обернулся к ошеломленному Даниилу и нахмурился, — Ты что, не ешь мясо? Или шаурму не любишь? С каждой выходкой этого богатого засранца парень надеялся, что самое худшее уже позади. Но Рома умел удивлять. По нему никак не скажешь, что он фанат такой простой и ненадёжной пищи. — Нет, — пробурчал Даня, — Удивился, что ты часто сюда заглядываешь. Хмурость исчезла с лица Ромы, будто её и никогда не было. Он усмехнулся и поправил: — Нечасто. Бывает, заезжаю... когда по пути... Пока мужчина делал им шаурму, Рома внимательно наблюдал за его действиями с нескрываемым интересом, а его бугай пропал где-то на улице, Даниил делал серьезный выбор. Глядел на витрину с разными вкусностями, но на них не сильно обращал внимание. Можно было спросить у Ромы, но это действие с его стороны наверняка будет означать, что он пытается наладить с этим насильником контакт. А он этого не хотел. Но все тяжелее становилось бороться с любопытством и страхом. О грядущей поездке парень узнал только сегодня, его просто поставили перед фактом, дали некоторое время на сборы, посадили в машину и куда-то повезли. Куда, зачем, когда они приедут — никто не торопился раскрыть эту информацию Даниилу: ни бугай за рулем, ни сам Рома. Он иногда болтал о чем-то своем, пытался завязать разговор в пути, но касался он каких-то либо глупых, либо общих вещей. Даниил вперил в спину парня тяжелый взгляд, не собираясь окликать его, или что-то вроде того. Пусть сам обернется, поймет, что парень хочет ему что-то сказать, спросит и тогда он задаст волнующий его вопрос. Но сам он первый шаг делать не собирается. Обернулся к нему Рома только, когда все оказалось приготовлено. С тремя длинными рулетами в руках он выглядел весьма комично, правда, это понимание никак не отразилось на лице Дани. Он все также оставался мрачен и хмур. А каким может быть еще несвободный человек? Только отпустите его на волю — и он тут же рванет отсюда, посветлеет, вернется хорошее настроение и будет он счастлив. А так, будучи на привязи, веселым быть никак не выйдет. Потому все попытки Ромы развеселить парня были заранее обречены на провал. Две из трех Рома вручил Дане, третьей немедленно занялся сам. На поедание шаурмы глядеть парень не стал, развернулся и пошел прочь из надоевшей забегаловки. На языке вертелся тот самый вопрос, и желание его задать никуда не пропало, но этого парень не сделал. Молча прошел к машине и к водителю, облокотившемуся на неё с самым крутым видом, на которое тот был только способен, отдал ему его порцию и сел в машину. Раскрылась дверь. На соседнее сидение рухнул счастливый Рома с перемазанной сметанным соусом мордой. Хотел было Даниил указать парню на это, да только вовремя слова застряли в горле. Зачем он будет ему что-то говорить? Обязан он это делать? А если нет, то зачем лишние телодвижения? Потому парень расслабился и уставился в окно. Свою шаурму положил к себе на колени, никакого желания её есть у парня совсем не было. Машина тронулась с места нескоро. Пока водитель выкурил, съел шаурму, вытер лицо (в отличие от Ромы, оставшимся чумазым) и только тогда сел за руль и завел двигатель. Долго тянулось время для Даниила. Глядел безучастно в окно, в пейзаже ничего не менялось. Хоть бы перекати-поле прошлось по заправке — было бы хоть за чем наблюдать. А тут пустота. Так что парень был чертовски рад, когда наконец машина покинула это гиблое место. Ближайшие четыре часа они не делали продолжительных остановок. Бывало, пробки тормозили значительно их, тогда-то бугай устраивал себе перекур. Но чаще они неслись по пустынной дороге, никому не мешали, через кучу деревушек, полей, лесов. Мелькали таблички, указатели, дома, остановки. За указателями особенно наблюдал парень, пытаясь хоть так определить, в какую сторону они едут. Кажется, к Москве. Неужели в столицу? Даниил никогда не был в Москве. Естественно, он мечтал о поездке в этот город. Увидеть своими глазами Кремль, широченное кольцо МКАДа, вобрать в себя побольше московского воздуха, что пах бензином и свободой. Москва никогда не спит. Москва слезам не верит. Третий Рим. Мечта всей жизни, за неимением более серьезной цели. Сколько там километров до Москвы? За этими цифрами следил парень, запоминал их и волновался. Оставалась она трёхзначной, большой и страшной. Даниил мог только догадываться, сколько потребуется времени, чтобы преодолеть это большое расстояние. Он считал. Часто бросал взгляд на наручные часы Ромы, ничем не закрытые. Считал время, сколько прошло от одного населенного пункта до другого. Молчание в салоне автомобиля устраивало абсолютно всех. По крайней мере, первые четыре часа. Первым не выдержал Рома. Он казался гиперактивным: недолго просидел в телефоне с независимым видом, бросил его на сидение рядом и также повернулся к окну. Потом отвернулся, занялся телефоном, надел наушники и начал мотать головой в ритм какой-то песни. И наконец не выдержал, бросил и это занятие, пристал к Даниилу, сидящему спокойно: — Ты хоть знаешь, куда мы едем? Брошенный вопрос казался случайным, но в зависимости от ответа на него, могли последовать различные последствия. Не разозлится ли парень, если его попросту проигнорируют? Что скажет на искреннее "нет"? Как отреагирует на сказанное в шутку (или в пику) слово "да"? Но все-таки было здорово, что первым этой темы коснулся не Даниил с его природным косноязычием и неспособностью нормально разговаривать с этим человеком, а Рома, которому было наплевать и на первое, и на второе. Парень помотал головой и заметил, как медленно начала появляться на лице Ромы улыбка. Это не предвещало ничего хорошего. Очередная шутеечка последует? — Едем жениться... — и посмотрел внимательно на Даниила, ждал бурной реакции от него. Парень тяжело вздохнул, набрал побольше воздуха в легких, чтобы сказать что-то резкое и обидное. Открыл рот — и шумно выдохнул. Не нужны ему проблемы сейчас. В конце концов, он сам на это согласился. Пусть и выбора не было. Но согласился же. И скажет это противное слово "да" тому, кто будет регистрировать их брак. В любой ситуации нужно находить свои плюсы. Даниил прикрыл глаза и облокотился на спинку сидения. Единственный плюс — досадил Роме, который наверняка хотел позабавиться, как-нибудь намекнуть о его бедовом положении. Да только всё это было нипочем парню. Он слишком старательно делал вид, что уже смирился со всем этим и ему было искренне наплевать. На деле, почти так всё и было. Сейчас (и именно сейчас) ему было наплевать. Жениться-то он не сейчас будет. И то ладно.