Счастливые преград не замечают

— План рисковый, я понимаю, но вам не привыкать, — размеренно инструктировала Леся, тщательно расправляя на нём белый парадный костюм, под которым органично прятался бронежилет скрытого ношения. Багира всегда предпочитала работать по корпусу, черт его знает почему.  — Обычно это во имя Родины.  — А во имя любви напрячься лень? Дакар, давай цветы. Вино, конфеты и прочее точно не нужно?  — Девушка, все будет использовано против меня. Так что лучше я по морде тюльпанами получу, чем бутылкой.  — Рациональное зерно есть. Итак, повторяем в последний раз: машина Багиры заглохнет ровно напротив этого подвала, в промежутке между двадцатью ноль ноль и двадцатью десять, не пропустите. Модель и номер записаны на этом листке, выучить и документ уничтожить, лучше сжечь.  — Может съесть?  — Можно съесть пепел, но не обязательно. Просто мне тоже лишние проблемы не нужны, а Багира знает мой почерк. Табельного оружия Рита в центре не носит, из бардачка пистолет я вытащу, но мало ли? Подвал мы подготовим, сами уйдем через систему канализации, но недалеко. Если уж вдруг совсем что, то подстрахуем.  — Девушка, если уж будет совсем, то бегите. Мне лишний грех на душу тоже не нужен, а несмотря на ваш огромный потенциал, Багире вы пока не соперница. С владельцем подвала проблем не будет.  — Нет, — мило улыбнулся хороший мальчик Илья Петрович, доставая из кармана пару ампул-дротиков со снотворным, — владелец подвала — мой хороший друг. Он арендовал это помещение под компьютерное кафе, но оборудование ещё не подвезли. Ремонт же мы своими силами делали. Так, это на крайний случай.  — Испорченное поколение, — хмыкнул Варяг, но ампулы взял и спрятал в карман, — в вашем возрасте проблемы с девушкой я решал без снотворного. Девушка Леся выразительно фыркнула, и Варяг счел за благо тему закрыть. Ему ещё предстояло провести нелёгкую боевую операцию, так что портить отношения с помощниками было очень неосторожно.  — Так, ладно. С деталями разобрались. Александр Францевич, у вас вопросы есть?  — Только один. Хотя нет, два. Чем занимается в этой жизни столь приятный юноша Илья, ведь насколько я понял вы коллеги?  — Я занимаюсь электронной поддержкой операций группы «Смерч», правая рука Маргариты Степановны.  — Ага. То есть у вас интерес сугубо шкурный, проще работать со счастливой Багирой. Могу понять. А вам всё это зачем, Леся?  — Как зачем? Это же Багира! Она плакала, расстраивалась. Она до сих пор переживает. Я не могу на это просто так смотреть! Если уж даже я счастлива, — Илья Петрович отметил Лесино «даже» странным ироничным хмыканьем, — то Рита тем более должна быть! Чего бы это не стоило!  — Вам?  — Кому угодно, — твердо ответила Леся с металлом в голосе.  — Понятно. Девушка, а вы кого-нибудь ещё осчастливить не хотите? Контр-адмирала Булатова, например. Нет-нет, разумеется не Багирой, но кандидатуру подобрать могу. Просто в вас столько энтузиазма, что грех упускать шанс. *** Мать дождалась и в этот раз, сидела на кухне, подтягивая хвосты и заполняя некие ведомости вперемешку с журналами. Внешний вид явно оценила, всё-таки костюм представлял сейчас собой крайне живописное зрелище, в районе ребер на рубашке отпечатки женских туфелек, на щеке глубокая ссадина, на шее неясного происхождения темный синяк. Ну то есть… Ну приличные люди не скажут, что это засос. Не тактично будет. Ах да, еще он прихрамывает и дышит тяжело.  — И?  — Встречался с Ритой.  — Помирились?  — А по каким признакам это можно понять? — Александр как раз глянул на себя в зеркало, прикидывая, продлять больничный или за неделю заживет.  — Глаза сияют, на воротничке помада, дырок в теле нет. Ребра не сломаны?  — Нет. В травмпункт заезжали, рентген сделали.  — А почему не с ней? Мог бы мне просто позвонить, я пережила бы.  — Не мог. У меня помощники были. Не так просто похитить высокопоставленного офицера по пути с работы домой, затащить в заброшенный подвал и устроить там романтический ужин. И вот помощников сдавать нельзя! А я был близок, Багира спрашивать умеет. Так что на некоторое время придется ограничить наше общение, так чтобы только на главное времени хватало.  — А потом?  — А потом она обо всем забудет, уж я-то постараюсь. Тем более, что у меня все ещё есть источник агентурных данных.