"Через тернии к звездам"

-Боже... Это было неописуемое чувство, вы даже представить не сможете, как неловко я себя тогда ощущал. Бурю волнений вызвало совсем неожиданное объятие Клементины. Последний раз меня обнимали лишь в глубоком детстве, вот так искренне, неподдельно выражая свою любовь. Я лишь спас ее от этих крысаков, даже не надеясь получить в качестве награды нечто подобное. Волк растерянно развел лапы в сторону, пытаясь отойти от неожиданного шока. Что делать дальше? Робко положив лапы на спину девочки, он сильно прижал ее к себе, положив подбородок ей на плечо и забегал глазами из стороны в сторону, словно пытаясь прийти в себя. Сердце билось в обеденном ритме, дыхание сбилось, кровь закипела, а по телу пробежала легкая дрожь. -Нам нельзя здесь больше оставаться. Я невольно взглянул на трупы поверженных крысаков и огляделся вокруг, рыская взглядом по окнам пустых пятиэтажных домов, надеясь, что свидетелем этой перепалки никто не стал. -Подожди минутку. Ответил я, нехотя выскальзывая из крепких объятий напуганной девочки. Нужно было проверить тела, вдруг найдется что-нибудь полезное? Первые два крыса оказались без каких-либо вещей, а вот их главарь наоборот, стал настоящей находкой. Во внутреннем потайном кармане его поистрепанного плаща обнаружился блокнот и пару монет. Черт подери, монет! Волк повысил тон и изображая удивление развел лапы в сторону, пытаясь донести до старого фурри свои эмоции. Найти деньги в Тимаусе было сравнимо с тем, будто выиграть лотерею. -Так вот, блокнот и монеты я машинально спрятал в карман, решив не демонстрировать свою находку всей улице. Как говорится, у стен тоже есть глаза и уши. -Клементина, подойди, пожалуйста. Я подозвал девочку к себе и смерил ее взглядом. -Твое дорогое платье, лакированные башмачки и платиновая цепочка слишком бросаются в глаза. Такая роскошь для этого места в диковинку и за нее могут даже убить. Пришлось снять с крыса плащ и накинуть его на Клем. Конечно, ей он оказался весьма великоват, но сойдет и такой, главное дойти до моего дома, а там уже можно не волноваться насчет внешнего вида. Тщательно скрыв одежду под потрепанной тканью и натянув на голову девочки капюшон, я взял ее за руку и поспешил покинуть злосчастный квартал. Перед этим я настоятельно попросил Клементину молчать, идти с опущенной головой, ни в коем случае не останавливаться и не обращать внимания на окружающих. С чем она прекрасно справилась. Даже когда неожиданно появившаяся из закаулка старая женщина решила остановиться и взглянуть на лицо девочки, став у нас на пути и потянув к ней свои скорченные от возраста лапы, Клем не дрогнула. Лишь сильно сжала мою лапу и опустив голову ниже ускорила шаг, увернувшись от рук старушки. Я и не знал, что в маленькой девчушке может быть такая силища и выдержанность. Она будто поняла, что попала туда, где слабым нет места. Наверное Клементина в тот момент осознала одну важную вещь, детства у нее больше не будет. До того как встретить Клем я жил бедно. Небольшая комната, старый матрац в углу и ветхая тумбочка. Но с появлением девочки эта комната со временем преобразилась. Через месяц я смастерил из старых досок кровать, застелив ее специально найденным для Клементины мягким и более менее чистым матрасом, на всякий случай укрепил входную дверь и поставил прочный замок. Чтобы хоть как-то содержать девчушку, мне приходилось вкалывать в два раза больше, трудясь на сортировочных пунктах день и ночь, в перерывах приходя домой чтобы вздремнуть хотя бы часок. Было очень приятно просыпаться и видеть, как некогда серые и покрытые плесенью стены, теперь украшены различными детскими рисунками, героями каждого былы я и Клементина. Вот мы вместе сидим у реки, любуясь закатом, а вот смеемся, закидывая друг друга снежками. Каково же было мое удивление, когда один раз, проснувшись утром, я обнаружил на тумбочке ягоду клубники! Редчайшее сокровище, которое только можно найти в "Тимаусе" тогда лежало передо мной. Бог знает, где Клементина ее раздобыла. В записке, что лежала рядом об этом не было ни единого слова, кроме "Ты заслужил это, мой чертенок. Угощайся" Впервые за все время у меня на глазах появились слезы, а в горле стал ком. Я не смог и даже не собирался есть эту клубнику. Ее заслужил не я, а Клем. Мужчина замолчал, переводя тяжелое дыхание, вызванное столь бурным воспоминанием. Сидевший напротив фурри поправил очки и сглотнул слюну. -Зиму мы пережили с трудом. Чуть не замерзли от жуткого холода... пришлось пустить на дрова тумбочку и некогда сделанную моими же лапами кровать. О еде я вообще молчу, иногда не ел почти неделю, отдавая любую вкусную пищу девочке. -Мы пробыли в "Тимаусе" почти год. За это время Клементина стала для меня дочерью, которой у меня никогда не было, а я в свою очередь заменил ей отца. Мужчина опустил голову и шумно вздохнул. -Думаю пришло время рассказать историю нашего спасения. Итак...