Я переверну весь Сеул, но найду тебя.

Моя Надежда где-то в Ословском университете вкалывает, как лошадь, а в моей вселенной поселился рыжий щенок по имени Пак Чимин. Мне грех было жаловаться. Он готовит до ужаса вкусные завтраки, убирается в квартире и стирает вещи. Похоже, ему правда некуда идти, раз занимается всеми бытовыми делами в чужом доме. В один рабочий день я, как обычно, в нагибаторском положении заметал чужие волосы, а Тэхён кого-то ждал у двери. Как оказалось, этим человеком был Чонгук. Они задержались в коротких, но очень теплых объятиях, и направились в мастерскую Тэ. - Эй, Юнги, ты бы не мог мне помочь? – Обратился ко мне Ким, выглядывая из своей рабочей комнаты. Чонгук смотрел на Вишенку, не отрываясь, будто хотел съесть его. Он имеет парня взглядом. Стояла такая атмосфера, что после того, как я выйду, брюнет разложит Тэ на маникюрном столе и просто оттрахает до потери пульса. Ким же спокойно снимал мерки с Чона, не замечая на себе взгляда этого маленького монстра. А моя помощь заключалась в том, чтобы просто записывать заметки, о которых говорил мне Вишенка. В принципе, я уже привык. Мною все тут помыкают: это подай, то отнеси, это подержи, то выкинь. О рабочей комнате, как у Тэхёна, только мечтать. Тепло и уютно. Чувствуешь себя как дома. В углу стоит манекен, много разных фото корейских моделей. Стены окрашены в нежный оттенок розового цвета. Справа находилось невероятное количество ткани. По всей видимости, очень дорогой. Рядом вешалка для одежды, а на полочках над столами стояли миллионы флаконов с лаком для ногтей. Но самыми главными экспонатами этой мастерской были белый диван и Чон Чонгук. Мне приходилось не раз видеть работы Тэ, и я уверен, что они достойны мировой славы. Многие девушки хотели бы и, возможно, отдали бы все, чтобы именно Ким Тэхён был их дизайнером одежды. Но, как говорит сам Тэхён, славы он не желает и делает это просто ради удовольствия. А моя мечта и дело, которому я отдавался полностью, умерла вместе с родителями. Идя домой, я долго размышлял над тем, чтобы начать все заново, но внутренний голос кричал: «Забудь!». А может, это был всего лишь пессимизм. Зайдя в квартиру, я увидел выходящего из ванны Чимина. Передо мной стоял мокрый парень. Челка закинута назад, по обнаженному телу стекали капельки воды и впитывались в полотенце, которое прикрывало его бедра. Шесть кубиков пресса, накачанные ноги и руки – это все смотрело на меня манящим взглядом. - Ты чё раздетым по квартире шляешься? Иди, оденься! – Резко закричал я вместо того, чтобы сказать «Я дома». Чимин испугался и быстро побежал в комнату. Я долго еще стоял, смотрел вслед, но потом всё же снял с себя верхнюю одежду и пошел на кухню. Как только я зашёл в квартиру, запах был просто блаженным, а увидев на столе ужин, моя слюна просто не могла остановиться. Когда я приступил к трапезе, я понял – этот день не может быть ужасным и ничто это не испортит, но внезапно сзади меня заговорил Пак Чимин: - Юнги, прости. - Тихим голосом пробормотал он. - Да ладно, я привык к тебе и к тому, что ты немного засоряешь моё личное пространство, зато готовишь охуенно. - Нет, не за это… - А за что тогда? – Я уставился на парня не успев переживать еду. - Я зашел в ту комнату. Прости, я не хотел, правда… Палочки со звонким звуком полетели обратно в тарелку. Он не должен был заходить туда. Моё грозное лицо уставилось на щенка, и у него заметно прошла дрожь по телу. Я резко встал со стула и со словами «спасибо за ужин» ушел к в комнату. Об этой комнате никто не должен знать, кроме меня и Хосока. Это «могила» моей мечты, моих родителей. В день похорон Хоуп – единственный, кто был со мной. После смерти мамы и папы я так ни разу и не прикоснулся к аппаратуре, так и не написал ни единого текста, так и не сел за пианино, которое подарил мне отец. Я мечтал создавать музыку для людей, так много песен хотел посвятить своей матери, ведь она была моим первым, и единственным, фанатом. В один очень хороший день, когда все было идеально, мне позвонили из больницы и сказали, что «скорая помощь» привезла моих родителей. Я не мог поверить в это, я хотел, чтобы слова доктора оказались сном или какой-нибудь нелепой шуткой. Я бежал в больницу, сломя голову, а когда, спотыкаясь, подошел к доктору, то тот лишь развел руками и высказал соболезнования. Я долго пытался заставить себя зайти в палату родителей. При виде Мамы и Папы ноги подкосились. Я упал на колени и начал громко рыдать, кричать, бить кулаком в пол. Я обещал быть хорошим ребенком, меньше доводить Маму до слез, сделать все возможное, чтобы Папа гордился мною. Мне хотелось вернуться в прошлое и исправить все свои ошибки. После этого инцидента я долго хватался за прошлое, которое было огромным грузом на моих плечах. Я угасал с каждым днём словно свеча, а Хосок пытался сделать все возможное, чтобы огонь во мне не погас, но все попытки были тщетны. Мне послышались шаги, приближающиеся к кровати. Чимин принёс плед и улегся рядом со мной, близко прижавшись к спине. Его руки обвили мою талию. Он уткнулся лбом в мои чёрные волосы, поцеловав в затылок и сладким голосом, словно мед, сказал «прости». Его каждая выходка – либо смех, либо смерть для меня. Мне никогда не понять каким местом он думает прежде, чем что-то сделать. А думает ли он вообще? Объятия Чимина теплые и кажутся родными. Почему? Его поглаживания по моему телу заводят меня в ступор и заставляют чувствовать какую-то тяжесть в низу живота. Он слишком близко, слишком плотно прижался ко мне. Еще немного – и моя душа унесется в рай, а, может, в ад. Я буду убит руками какого-то щенка. Но я не умер, а всего лишь уснул и всю ночь мне снились только приятные сны. Я был словно под маминым крылом.

***

Разбудила меня тишина. Хотя уже привычным стало просыпаться под грохот посуды и другие звуки из кухни. Это было очень странно, ведь скоро время для завтрака. Я встал и пошел на кухню, но никого не нашел. «Может, он пошел за продуктами в магазин?» с этой мыслей я поставил чайник. Возможно, когда Чимин вернется, он будет рад выпить крепкого кофе. Прошел час, второй, а его все нет. Уйти он не мог, ведь ему некуда. Купить квартиру не за что. И все же, я решил проверить, на месте ли его вещи. Как оказалась, полка Чимина была пуста. В ванной отсутствовали косметические средства и зубная щетка парня. Внутри себя я почувствовал пустоту. Что-то рухнуло с громким «ба-бах». Номера у меня его не было, поэтому пришлось искать по всему Сеулу. Хотя, где, чёрт возьми, мне искать этого бездомного щенка? Сперва, я забежал в то кафе, где впервые его увидел, но сотрудники сказали, что парень давно уволился. Чонгук и Тэхён тоже не знали где Чимин. Мне ничего не известно о его родственниках и друзьях. Возможно, в том клубе, откуда мне приходилось забирать его пьяного, найдется какая-нибудь зацепка? Но и там ничего. «Где же ты, Чимин? Где, твою мать? Где ты?» Я в отчаянье упал задницей на обочину, сложил руки на ногах и опустил голову. Вокруг меня стоял шум большого города: кто-то искоса смотрел на меня, радостные дети выходили из магазинов с игрушками, улыбаясь своим родителям, влюбленные пары зажимались на лавочках и что-то весело обсуждали. Солнце садилось за горизонт. Нужно возвращаться домой, но мне совсем не хотелось идти в пустую и темную квартиру. Впервые я подумал о том, что темнота это не всегда хорошо, и она может свести с ума любого одинокого человека. Всю дорогу я надеялся открыть дверь, а там щенок своим звонким смехом кричит: «Шутка!». Но нет. Я возвратился в кромешную тьму. Не снимая обувь, я рухнул на пол. Просто лежал, просто смотрел в никуда. Хосок был прав: этот парень хороший. Его присутствие в доме не напрягало, создавая особый уют. Ведь приятно, когда приходишь домой с работы, а на столе стоит готовый ужин, к тому же очень вкусный. Застрелите меня, если не верите, но я нуждаюсь в этом парне. Мои походы в кафе возобновились в надежде увидеть Чимина снова. Дни стали прежними: серыми, пустыми и бессмысленными. Бесконечный замкнутый круг: дом-работа-дом-работа. Я приходил домой, совсем убитый и совершенно ничего не ел. Все радовались приближению нового года, а мне же было предельно плевать. «Эй, Хосок, мы же хотели встретить этот Новый год вместе»: мысленно обращался я к своему другу, который даже не догадывался, что со мной происходит. Я сижу в окружении бутылок соджу и пива. Алкоголь ударил в голову так, что я начал разговаривать сам с собой. Мне приспичило зайти в комнату, где были мои родители. Я сел перед ними на колени и опустил голову. С моих глаз хлынули слезы: - Мам, кажется, твой мальчик влюбился. Пап, не разочаровывайся во мне, пожалуйста. Простите, но я не получился… - Сказав эти слова, я сомкнул глаза и вскоре уснул. Каждый мой вечер был наполнен морем выпитого алкоголя. Каждый вечер я напивался до чёртиков глазах и засыпал в той самой комнате.

***

Прошло два месяца уже. Наступила весна. Снег растаял, дни стали длиннее и теплее. О Чимине не было слышно ни сном, ни духом, а мне стало как-то все равно. К моему удивлению, день сегодня был приятным. Я чаще начал общаться с Чонгуком и Тэхёном, с этой сладкой парочкой. Как оказалось, они начали встречаться еще в январе, но скрывали это. Мол, боялись, что сглазим их любовь. Тэ какое-то время готовил для меня завтраки и ужины, а потом я начал справляться и сам. Усевшись перед телевизором после трудового дня, я хотел хорошенько отдохнуть и расслабиться, как вдруг, в дверь кто-то позвонил.