The boy with sad eyes

- Джош? - взлохмаченный мальчик с грустными глазами неуверенно залез на подоконник в комнате его друга. Ночь давно накинула на город одеяло сумрака, и воздух был пропитан летней легкостью. Джош никогда не закрывал окно. - Д-Джош?.. - Джозеф медленно и осторожно подошёл к кровати, на которой сейчас мирно сопел его друг. Джош знал, что младший не любит стучаться. Осторожно поднеся трясущуюся ладонь к лохматой макушке, выглядывающей из-под груды одеял, Тайлер судорожно взъерошил волосы Дана. Они всегда были такими мягкими и приятными для Джозефа, но сейчас это было последним, что волновало его. Дан нехотя открыл глаза, пытаясь привыкнуть к темноте. Он не знал, который час. Это никогда не было важно. Джош был рад мальчику с грустными глазами в любое время. - Тай, почему ты здесь? - Дан не был раздраженным, он давно привык к ночным визитам своего друга. - Джош, мне приснилось, что мы умеем летать... - запинаясь, начал брюнет. - Но это же круто, дружище. - Джош заинтересованно сел на кровати и потянул Тайлера за запястье, втягивая его за собой. - Да, но... - Джозеф запнулся, чувствуя нарастающий в горле ком. - Джош... Младший начал хныкать и сильно запинаться. Его тело пробивала крупная дрожь, ему было страшно, и он никак не мог продолжить свой рассказ. - Тайлер? - обеспокоенно спросил Джош, на ощупь отыскивая в темноте ладонь своего друга. Лишь почувствовав её, он сцепил пальцы, и Джозеф продолжил: - Ты упал, Джош! Я... я видел, как ты падал, как летел вниз навстречу гибели, но я ничем не смог тебе помочь, ведь я такой трус, Боже!.. Джош, прости меня, Джош, - голос юноши срывался, а по щекам полились горячие слёзы, - Джош, я не спас тебя! Закончив, мальчик разрыдался еще сильнее и упал старшему на грудь: - Какой же я ничтожный, Джош! - застонал Джозеф, сильно сжимая в кулачках майку Дана. - Ну же, Тай, тише, - Джошуа обнял брюнета, закрывая его своими руками от всего мира, - Дружище, всё хорошо, я тут, рядом, и я никогда не позволю никому из нас упасть, слышишь? Дан отстранил Джозефа и взял его заплаканное личико в свои руки, пристально всматриваясь в грустные глаза. - Я клянусь тебе, Тайлер. - завершает Джош и проводит большим пальцем по щеке младшего. Дан вглядывается в лицо друга, освещенное лунным светом из окна, когда на его губах проскальзывает обнадёживающая улыбка. - Клянешься на мизинчиках? - Тайлер всхлипывает, утирает глаза и поднимает на своего защитника, протягивая ему свой мизинчик. - Клянусь на мизинчиках, Тайли. - шумно выдыхает Дан и переплетает их пальцы. Они сидят так какое-то время, пока Тайлер полностью не успокаивается. Затем, немного помедлив, Джозеф наконец решается заговорить: - Можно я останусь здесь, Джош? - закусив нижнюю губу, тихо спрашивает брюнет. - Конечно, Тай. Думаю, мои родители не будут против. - отвечает Дан, потирая мизинец младшего. - А можно я буду спать с тобой? - Джозеф наперёд знает ответы на все эти вопросы, но каждый раз задает их, так, на всякий случай. - Конечно, Тай. - спокойно отвечает кудрявый. - А можно будет тебя обнять? - Конечно, Тай. Джош всегда разрешает Тайлеру. - А можно тогда... - брюнет хищно улыбается, но Дан этого не замечает. - Можно будет укусить тебя? Джош тихо смеется, слегка сжимая руку друга. Он любит Тайлера, правда любит, но иногда его вопросы заводили в тупик и заставляли краснеть. - Конечно, Тай. Но как-нибудь потом. - юноша наконец разрывает их рукопожатие и похлопывает паренька по плечу, на что Джозеф показательно надувает губки и хмурит брови. - Ложись спать, Тайли. Утром они проснутся от лекций матери Джоша о том, что мальчики не должны спать вместе, тем более, в обнимку, но младший знает, что Миссис Дан добрая, она не расскажет родителям Тайлера, и брюнет правда любит Лауру.

***

- Джош? - парень с грустными глазами неуверенно мнётся у двери Дана. Прошло уже порядком пятнадцати лет, и мечтательные мальчишки превращаются в ответственных парней. У них есть слава, популярность, деньги, связи. Но детские привычки продолжают существовать, они также росли и развивались вместе с юношами. Тайлер успевает посетить немалое количество психиатров, но ни один из них не дает дельный совет, и Джозеф снова возвращается к своему верному защитнику - Джошу. Его терзают кошмары, он плохо спит и становится очень невнимательным и всё, что, казалось, может помочь, сейчас находилось в этом номере. - Тай? - сонный голос доносится из глубины комнаты. Включается лампа, так предусмотрительно расположившаяся на прикроватной тумбочке, и Тайлер видит взъерошенного Дана, разгорячившегося ото сна. Джош покорно ждёт, пока его мальчик начнёт рассказ. Джош всегда слушает. И брюнет всегда задается вопросом, как розоволосый до сих пор не прикончил его за бесконечные ночные визиты. - Прости меня, Джош, я не хотел тебя тревожить, но... - младший запинается. - Всё хорошо, Тайлер. - Дан слабо улыбается и протягивает парню руку. - Иди сюда. Джозеф наконец трогается с места, доходит до кровати старшего, берёт его за руку, принимая приглашение, и устраивается поудобнее у друга на коленях. Джош давно усвоил, что его мальчику с грустными глазами тем легче, чем ближе он находится к нему, поэтому розоволосый лишь обвивает талию брюнета своими руками и слушает. - Мне снилось... - начинает Тайлер, глазея в одну точку где-то на стене. - Что я накричал на тебя, и ты сказал, что ненавидишь меня и ушёл. Джозеф замолкает и переводит печальный взгляд на друга: - Джоши, ты и вправду меня ненавидишь? Я надоел тебе? - уголках глаз парня собираются слёзы. - Ну, что ты, дружище. - устало улыбается розоволосый и мягко смахивает слезу, блестевшую на щеке младшего. - Я люблю тебя, Тайлер. И ты ни за что не надоешь мне. Пройдёт время, и на этом же месте будут сидеть два старикана со вставными челюстями и дряблыми щеками. И они не перестанут дружить, Тай. - Дан останавливается, чтобы взять лицо брюнета в свои ладони. - Они будут любить друг друга только крепче. Джош никогда не врёт. Он протягивает Джозефу свой мизинец и, тепло улыбаясь, прибавляет: - Клянусь. Тайлер по-ребячески глупо улыбается, но всё-таки протягивает мизинчик в ответ: - Клянусь. Они сидят так какое-то время, пока Джозефа не начинает клонить в сон: - Джош, можно я останусь здесь? - всё так же по-ребячески закусывает губу брюнет. - Конечно, Тай. Оставайся здесь и обнимай меня сколько тебе нужно. - Дан снова обвивает руками плечи младшего и заваливается вместе с ним на кровать. - Спокойной ночи, Тайли. - Спокойной ночи, Джишва. - Джозеф отвечает прежде, чем уснуть на груди своего друга.

***

Так продолжается ещё полгода-год, и младший по-настоящему счастлив, пока Джош не находит себе подружку, и теперь она спит с ним. Она жмётся к его груди и чувствует дыхание Дана на затылке. Она, не Тайлер. И Джозеф искренне надеется, что розоволосый не возьмёт её вместе с собой в турне, ведь только так брюнет сможет побыть с другом и погреться на его груди в тесном спальнике их фургона, но он всё же забирает девушку. Никто из команды не был против, и младший просто не имеет права сказать что-то наперекор, изводясь от ночных кошмаров и недосыпов. Старший видит муки друга, и всем сердцем переживает за него. Он часто говорит с Тайлером, но тот лишь отмахивается и лживо улыбается. Однажды Джозеф сильно ворочается во сне и падает со своей полки в фургоне. Обиженно потирая ушибленное колено, он кидает беглый взгляд на мирно спящую пару и затаивает обиду на Дана, ведь он обещал, что Тайлер никогда не упадёт. Проходит месяц, и тур наконец завершён. Этот период был самым ужасным для брюнета, ведь он всё время забывал слова песен и не попадал по клавишам пианино или струнам укулеле, чем безумно расстраивал своих фанатов. Он ненавидел себя с каждым днём всё больше и больше, проклиная свою слабость. Он был похож на маленького сопляка, который не желал ничего более, чем вернуться к своей заботливой мамочке. И Джош действительно таковой был. Из-за непогоды рейс группы задерживают, и ребята решают переночевать в отеле неподалёку. Тайлер лишь устало пожимает плечами, узнав о решении команды, и позволяет Марку выбрать отель самому. Приехав, вся группа разбрелась по номерам, попутно желая друг другу спокойной ночи. Номер Джозефа находится по соседству с номером Джоша по обычаю и, наверное, он впервые в жизни этому не рад. Он пытается не думать о происходящем в соседней комнате, и высыпает себе на руку последние таблетки снотворного из пузырька, запивая их Ред Буллом, а после раздраженно бросает пустой сосуд на пол. Ночью Джош просыпается от пронзительного крика из номера друга. Он грубо стряхивает со своего плеча мирно спящую Дебби, ничего ей не объясняя и как можно быстрее бежит в комнату Джозефа. Он не на шутку пугается, когда обнаруживает младшего, разбросавшегося навзничь на своей кровати, а рядом видит пустую баночку снотворного. Брюнет не спит, его рот открыт в безмолвном крике, он жадно хватает воздух ртом, а зрачки распахнутых глаз расширены до ужаса. Тайлеру больно, и Дан знает это. Но Джошу еще больнее смотреть на это и понимать, что он беспомощен перед Джозефом. Он еще минуту пребывает в ступоре, а затем подрывается с места и подбегает к кровати брюнета. Он быстро забирается на нее, и пытается разбудить младшего, прижимая его к себе. Но силы покинули тело Тайлера, и его голова беспомощно болтается на шее, не в состоянии подняться. Розоволосый еще сильнее прижимает к себе своего мальчика с грустными глазами, поддерживает его за голову и, уткнувшись носом в плечо быстро проговаривает слова, повторяя их, как мантру: - Тайлер, сладкий, проснись, пожалуйста, будь со мной, Тайли, пожалуйста, открой глазки, ты нужен мне... Джош понимает, что его руки перестают слушаться, а тело наливается свинцом. В его голове орудует шум, он думает, что потерял всё, что любил. Он проделывает огромные усилия, чтобы отстранить от себя парня и посмотреть ему в лицо. Но лицо младшего оказывается на удивление умиротворённым, и Дан затаивает дыхание, прислушиваясь к другу. Джозеф дышал, его дыхание было размеренным и спокойным. Он... спал. Старший облегчённо выдыхает, опирается спиной о стену и устраивает голову Тайлера у себя на коленях, не спуская с него глаз. Джош медленно проводит рукой по непослушным волосам младшего и понимает, что он счастлив. Счастлив оттого, что наконец смог дать другу то, чего ему так не хватало: мирного сна. Он наклоняется и робко целует парня в щёку, на что Джозеф сквозь сон слабо проводит рукой по лицу. Через пару часов Тайлер просыпается, за окном еще темно, а Джош, на чьих коленях он так крепко спал, дремал, опустив голову на грудь. Руки Дана крепко сжимают плечи парня, и младший улыбается. Он поднимает руку и мягко проводит указательным пальцем по носу старшего, отчего розоволосый встрепенулся и опустил взгляд на объект своих переживаний. - Джоши, - слабо начинает Джозеф, рассматривая руки барабанщика. - Ты можешь возвращаться, спасибо тебе. - Нет. - отрезает Дан, но, заметив смятение на лице младшего, продолжает: - Я хочу остаться, Тайли. - Тебя будет искать Дебби. - А я искал тебя. Джозеф не понимает, о чём говорит его друг, но такой ответ его вполне устраивает, и он смеется. Джош улыбается в ответ, склонив голову набок, но тут же хмурит брови, почувствовав боль в шее. Тайлер видит это, и, прищурив глаза, спрашивает: - Сколько часов ты так сидишь? - Я, эм, не знаю... - Дан удивлён и смущён, но всё же отвечает: - Где-то три часа. Брюнет шумно выдыхает и садится в постели, чтобы старший устроился удобнее. Когда Джош лёг, Джозеф быстрым движением оказывается на плече парня, сладко мурлыкая и потираясь о него горячей щекой. - Знаешь... - снова начинает вокалист, и тут же запинается, слегка краснея. - Я столько раз спал вместе с тобой, что теперь вся команда думает, что мы любовники. - Плевать. - отмахивается Джош, проводя рукой по плечу младшего. - Но у нас никогда не было секса. - продолжает Джозеф, заставляя розоволосого краснеть. - А ты хочешь? - в голову не лезет ничего умнее. - На самом деле, нет. - прямо смотря на друга, отвечает Тайлер. - Ну, типа, ты горяч, очень горяч, и я правда люблю тебя, но, думаю, пока не готов к такому. Джош лишь смущённо улыбается в ответ и тепло смотрит на младшего. - А ты? - А я люблю тебя. - сладко мурлыча, отвечает барабанщик. Тайлер снова по-ребячески улыбается, и закрывает покрасневшее лицо руками. Оказывается, не только Дана смущают вопросы Джозефа. Но тут брюнет что-то вспоминает: он быстро убирает ладони, шустро садится и складывает губы, образовывая идеальную букву "о". Розоволосый не на шутку пугается, а младший лишь смеется в ответ: - Когда мы были маленькими, ты пообещал, что позволишь себя укусить. - хищно улыбаясь, начинает солист. - Да. - Так вот, Джош, я хочу укусить тебя. - без нотки смущения торжественно выпаливает Тайлер. Брови Дана ползут вверх то ли от удивления, то ли от возмущения, но он лишь кратко кивает, разрешая другу проделать желаемое. Брюнет долго думает о том, за что он может укусить парня, но в голову лезли лишь пошлые мысли. Отбросив их на потом, младший шумно выдыхает и хватает зубами нижнюю губу розоволосого. Тот опешил, но не оттолкнул Джозефа, ему было интересно, что он сделает потом. Солист медленно оттягивает губу старшего, сильно сжимая её зубами, и Дан чувствует металлический запах, резко ударивший в нос. Тайлер лениво слизывает капельки крови с губы парня, его руки поднимаются вверх и обвивают шею старшего, а язык проталкивается внутрь, изучая полость друга. Джош кладёт руки на талию брюнета и отвечает, углубляя поцелуй. Они целуются долго, останавливаясь только чтобы втянуть тяжёлый воздух в лёгкие. Получается влажно и развязно, но никого это не останавливает. Руки розоволосого забираются под футболку парня, они исследуют каждый миллиметр тела младшего. Когда горячие пальцы задевают твёрдые бусины сосков, Джозеф приглушенно стонет в губы Дана: - Блять, Джош, я передумал. Они будут наслаждаться друг другом еще очень долго, они уснут только под утро. И проснутся от нотаций Марка о том, что мальчики не должны спать вместе, тем более, в обнимку, но младший знает, что Марку на самом деле плевать, и он никому не расскажет, и брюнет правда любит Эшелмана за это. А когда он уйдёт, парни еще очень долго будут лежать в обнимку, изредка лениво целуясь. А потом Джош порвёт с Дебби, чтобы быть только со своим мальчиком с грустными глазами. И когда Тайлер узнает об этом, он искренне улыбнётся и скажет, что любит его, и глаза мальчика наконец будут отражать счастье.