Заметки о земной жизни Тома Люсайтора

      Еще два дня Том корчил из себя общительного демона. Что ни говори, но эта дуэль была для него огромным испытанием, давящим и на тело и на дух. — Гори синим пламенем, эта Земля, — протянул он, падая на кровать, — Гори синим пламенем этот Асор, — Люсайтор закрыл глаза, вспоминая недавно пришедший конверт. Этот демон сам, первый, (что оскорбительно для того, кто поединок назначает) прислал дорогой и качественный пергамент в красивой, и не менее дорогой бумаге, с печатью с пером синей птицы и парой самоцветов. Настоящее письмо из царства Хель. Записка содержала следующее:       «Томасу Люсайтору от Ледяного Асора.       „Величайший“, не забыл о завтрашней дуэли? Раз ты не хочешь отсылать мне напоминание, я сделаю это сам, не благодари. Речь, как я понимаю, шла о кратере за Рынком, верно? Уж там-то твоя буйная магия сможет разгуляться. Предлагаю семь часов вечера по тому времени. Не придешь — я не приму реванша, и признаю тебя проигравшим.       Кстати, слышал, сэр Говард выгнал своего сына на Землю? Интересно, как ему живется?»       Вспоминая последнюю строчку, Том невольно подпалил одеяло. Вот же лизоблюд! Люсайтор об заклад бился, что Лавкрафт знает о завтрашней дуэли, но даже не появится там, оставляя все своим подданным.       Раздался глухой, но требовательный стук в дверь.       Точно, Марко. Том и думать о нем забыл. Все равно вечеринка не так уж и близка. Все что сейчас мог сделать Люсайтор, это налаживать отношения с Джеки и остальными «крутыми» ребятами школы, в то время, как Марко достаточно было только Линн-Томас, с которой они стали проводить несколько больше времени. Вражда и неприязнь были уже не такими острыми и явными, ведь, если честно, произошло с ними не так уж и мало приключений, которые, хочешь не хочешь, а сплотят людей. И демонов. — Да, — Том рывком сел на кровати. Его ожидания оправдались. В комнату вошел Диаз с каким-то свертком из теста на тарелке. — Мама сделала бурито. Поешь, — он протянул Люсайтору тарелку. — Неужели это забота? — прищурился демон. Ну вот, снова нужно притворяться экстравертом. — Нет, мама просила, — нахмурился Марко. Том пожал плечами, и откусил большой кусок рулета, — Кстати, он отравлен, — демон посмотрел на него, как на человека, сказавшего, что соль имеет замечательный сладкий вкус. — Марко, — снисходительно сказал Том, проглатывая пережеванную еду, — Меня столько раз травили в Преисподней, что у меня отличный иммунитет к ядам. К тому же, шутка не самая смешная, — Диаз закатил глаза, но тут же опомнился: — Что с тобой делали? — расширив от удивления глаза, спросил он. Демон вздохнул, предвкушая, что сейчас ему придется раскладывать все по полочкам. — Сейчас трон повелителя мрака занимает мой отец. Но метил на это не только он, например, другие демоны тоже. На этой площадке есть негласное правило: убьешь приемника нынешнего правителя, займешь трон следующим. Если, конечно, о твоих кознях не прознают. Со мной так делать можно было лет, только до восьми. — А потом? — А потом этим начал заниматься я, — пожал плечами Люсайтор, будто говорил о чем-то будничном. Видя замешательство и ужас Марко, он пояснил, — Нет, я не травил других. Это слишком вычурно и опасно. Это делали за меня. Знаешь ли, у меня есть природная харизма. — Ты чудовище! — воскликнул юноша. Том притворно удивился. — Ах! Правда?! Демон, и чудовище? Ты что-то путаешь, — Люсайтор быстро вздохнул, и, раздражаясь, заговорил, — Почему ты такой тупой, Диаз? Естественно, я этим занимался, потому что на кону стояла моя жизнь, и, если бы, например, лет шесть назад один из моих учителей алхимии не отравил по моему приказу ядовитыми парами министра моего отца, мы бы сейчас не разговаривали. — Тебе было девять! — Да, — кивнул Том, оттряхивая пальцы, после бурито. Из воздуха появился стакан с вишневым соком (что Марко, в свете последних реплик, принял за кровь). — Я живу под одной крышей с убийцей! — Возможно, — не стал отрицать Том, — А как бы ты поступил на моем месте? — Я… не знаю! Пошел бы к отцу, может быть, — Люсайтор засмеялся. — Вот в моей ситуации выход! Конечно, повелитель мрака поверит в правдивость слов девятилетнего сына, которого терпеть не может! Да еще и стал бы что-либо делать. Нет, с моим придурком-отцом это работало не так. Ему было легче приставить ко мне неубиваемых головорезов, которые иногда и меня за врага принимали. В любом случае, ты же не за этим пришел? — Да, у тебя же завтра дуэль? — Люсайтор заметно помрачнел. — Тебе, я вижу, ни капли не жаль свой дом? — мрачно пошутил он. — Нет, я наоборот хотел тебе предложить расслабиться. Есть одно классное место, там особенно хорошо на закате… — Это звучит как приглашение на свидание, — усмехнулся демон, и про себя подумал, что неплохо бы поменьше общаться с Сави, любительницей подобных шуток. — Вот именно поэтому я и не хотел тебя звать, — почти что рыкнул Диаз. Том рассмеялся. — Ой, да ладно тебе. Это шутка. Правда? — смотря на краснеющее от злости лицо Марко, Люсайтор еще раз прыснул, но пересилил себя, — Шутка, продолжай, — юноша медленно вдохнул и выдохнул. — В общем, сейчас туда можно сходить. Тебе понравится, — Том сделал «трубу» из своей ладони, и приставил к глазу на лбу, прищурившись им, — Что ты делаешь? — Дурачусь. Проверяю тебя на наличие негативных мыслей. — Не сломайся, пока проверяешь, — хмыкнул Марко. А вот ему не помешало бы прекращать общение с Люсайтором. — Показывай, где это твое озеро, — весело усмехнулся Том. Ему нравилось доводить Диаза. Несмотря на относительно поздний час, людей в целом, и подростков в частности, было не так уж и мало. Юноша шел куда-то уверенной, и, может быть, окрыленной походкой. С ним было что-то не так.       На небе начинали появляться совсем уж блёклые звезды, а Луна сияла наравне с солнцем. Закат только тянулся тонкой золотистой полоской по нити горизонта, окрашивая облака. Листья туже теряли свою былую сухость и веселый шелест, и этим их свойствам приходили на смену еще более невероятный и кружащий голову аромат и мягкость.       Оказалось, Марко шёл в парк. «Что ж, этого следовало ожидать» — подумал про себя демон. — Пришли, — объявил Диаз, раскачиваясь на пятках.       Он остановился напротив небольшого, явно искусственного, судя по слишком ровным берегам, водоема. Гладь воды нарушали то и дело падающие с деревьев дубовые листья, и из-за этого по идеальному отражению неба проходила рябь. Озеро, хотя, это, скорее, был пруд, располагалось ниже холма, на котором они стояли, и на конце которого, кто-то крайне умный, догадался поставить забор, бесспорно, нужный. На перила этого ограждения они и облокотились. Том извлек из воздуха два стакана с какими-то напитками, и один протянул Марко. Юноша кивнул, и шумно втянул жидкость из трубочки. — Ты как? — спросил Диаз демона, который сосредоточенно управлял одним из листков, плывущих по воде. Том отвлекся, и вопросительно посмотрел на него. Марко почему-то подумал, что вряд ли демон не расслышал, — В смысле, ты, конечно, придурок, но никто еще меня не таскал по другим мирам, и не собирался жечь мебель в кабинете директора, чтоб меня не отчитывали. — Да ты тоже не лучшее существо, которое я встречал, — пожал плечами он, — Но не забывай о сделке. — О, то есть, это для того, чтобы я считал тебя своим другом, но на самом деле это будет не так? — Люсайтор кивнул, — Ты просто ужасен, — Марко отвернулся.       Отвратительный, отвратительный Том! Нет ведь настолько мерзких личностей! Он даже не Джереми, который не скрывает своей неприязни, и открыто ему пакостит. Он не Грег, готовый придать лицу каждого кто с ним не согласен замечательный лиловый оттенок. Он просто дает иллюзию того, что все хорошо, а затем просто кивает, на вопрос о своей линии поведения! А Диаз начал думать, что у них могут быть дружеские отношения. Диаз начал думать, что Том не такой ужасный, каким кажется, или хочет казаться. Он не лицемерен, он просто отвратителен! — Стараюсь, — безразлично говорит Люсайтор. Марко слышал, как демон отпивает немного напитка из трубочки. — Почему ты… такой? — тихо, но со злобой спрашивает Марко. — Потому что я демон. Я воплощение зла, знаешь ли. Мне несколько плевать на чувства тех, кто меня окружает. — Но разве тогда на поединке ты не заступился за меня и Сави? — Допустим, перед ней у меня есть долг, о котором тебе знать не обязательно. Да и к тому же, тогда пострадала моя честь. — Твоя честь? Это все? Все, что тебе нужно? — Люсайтор молчал.       Как же на самом деле ему не хотелось, чтобы Марко говорил все то, что скажет сейчас. Как же это было бы обидно и грустно. Откуда обычному человеку знать, что он просто не может подпустить его достаточно близко? Откуда ему знать, что даже сейчас, возможно именно та небольшая бродячая кошка может оказаться злостным демоном? Диаз слаб, на самом деле слаб. И если для Тома он действительно что-то значит, его просто нужно не подпускать к себе. Ни на шаг. Уж лучше он будет его яростно ненавидеть. — Ты эгоистичный, грубый, нетактичный, высокомерный, отвратительный, лживый, надменный и горделивый придурок! Самый большой из тех, кого я знал! — в ярости крикнул Диаз. — И? — так же спокойно говорит демон, пытаясь не сорваться, а это очень трудно. — Я презираю тебя Люсайтор! Всей своей душой! — С кем не бывает, — и не выдерживает, — Истерик. — Я еще виноват? — Не я же такой тупица. Разве можно было не извлечь вообще ничего из того, что я тебе рассказывал, — демон сжимает в одной руке перекладину от перил перил, которая начинает трескаться. — Ах, точно, — юноша подходит к нему и тычет пальцем в грудь, — Еще ты жестокий и подлый! Не подходи ко мне! — Да как скажешь, идиот-Диаз! — Ограждение начинает гореть, и Том скидывает его в пруд в гневном запале. Демон смотрит на Марко. — Вот об этом я и говорю, — шепчет юноша. Люсайтор со злобой рычит и отталкивает Марко силой мысли метров на десять.       «Не подходи ко мне!» — эхом раздается в голове. Как скажешь.