Черная пустота

      Датчик сердцебиение начал противно пищать. Этот писк просто уничтожал мой мозг изнутри. Господи. Да разбираетесь же с этим прибором в конце концов! Который раз он выходил из строя и говорил, что я умер? Хватит меня и других пугать. Нам и так хватило того диагноза, который вы мне поставили.       Но... почему я не чувствую ту боль, которая мучила меня несколько недель? Мне стало... легче. Лучше?       Неужели... весь этот кошмар наконец закончился? Неужели я наконец смогу жить без всякий таблеток и операций, как все нормальные и здоровые люди?       Я открыл глаза. Меня окружала кромешная тьма. Никого не было. Ничего не было. Только я. Один. Ни души.       Может... сейчас включиться свет, и перед дверным проёмом будут стоять мои друзья и родители, и они закричат: "С возвращением, Эдд!"?       Но... когда я успел приехать домой?       Вдруг где-то из высока послышался чей-то громкий плач. Я вздрогнул и посмотрел наверх, ища источник звука. — Господи... почему именно он?! — Эдд, пожалуйста! Пошевелись! Открой глаза! Скажи, что ты шутишь! Пожалуйста! — Мне жаль это говорить, но мистер Гоулд... скончался.       Последнее слово повторялось несколько раз. С каждым разом оно становилось все тише и тише, пока не наступила мертвая тишина. Я приложил руку к своему сердцу.

О н о н е б и л о с ь.

···

      Я блуждал по этой тьме, кажется, целую вечность. Почему я здесь? Почему я не в раю или не в аду? Неужели мне придётся остаться здесь... навсегда?       Мне было плохо. Не физически, а психологически. Я начал говорить сам собой, рассказывать себе истории из жизни. И каждый рассказ, как иголка, пронзал мое сердце-игольницу.       Вдруг где-то вдалеке от меня появилась маленькая белая точка. Увидев что-то кроме тьмы, я побежал к ней. Точкой оказался небольшой шар, чем-то напоминающее планету Земля. Он был немного укутан в маленькие белоснежные облака. Когда я подошёл к шару поближе, то он приплыл ко мне на руки, и... та тоска, которая набралась у меня за все это время в одиночестве, ушла. Я стал... немного счастливее.

Это мой мир, который не стал после моей смерти забытым.

      Потом я услышал чьи-то шаги. К земному шару подходил парень, который был немного выше меня. Он был одет в синюю рубашку, галстук с узором шахматной доски, черные брюки и ботики с таким же узором, как и у галстука. Это был Том. Томас Риджуэлль. Мой лучший друг. Вместе с ним, Мэттом и Тордом я создал этот мир. Мир Эдда. — Том? — неуверенно спросил я, — Том! Том, это ты?! Господи, Том! Ты не представляешь, как я рад тебя видеть!       По всей пустоте раздалось мое эхо. Но Том даже не посмотрел на меня. Как будто... он не слышал и не видел меня вообще. Том взял с моих рук земной шар и прижал его к себе. — Эдд... я позабочусь о твоём мире... обещаю, что его никто не забудет.

···

      Прошло много времени. Том постоянно приходил в черную пустоту, садился на пол напротив земного шара и... разговаривал со мной. Ну, как. Он разговаривал с шаром, думая, что это я. Том меня не видел и не слышал. Но... я был счастлив, когда он приходил сюда. Мне теперь не стало так одиноко, как раньше. По его рассказам наш мир рос и развивался. Это меня радовало. Когда Том уходил, я шел за ним. Зачем? Просто я думал, что он укажет мне путь к выходу, но Том просто растворялся в воздухе, и все. Так он появлялся и исчезал.       И... однажды. Томас пришёл... в очень плохом настроении. Он стоял перед шаром и молчал. — Том..? Все с тобой хорошо?       Тот лишь сжал руки в кулаки. Меня это насторожило. Что он собирается делать? Также молча, Том взял шар... и со всей силой бросил его на землю. Раздался треск. С шара отлетело несколько маленьких осколков, но появилась длинная широкая чёрная трещина. Я схатился за сердце. От боли я упал на колени и, тяжело дыша, посмотрел на лицо Тома. Оно не имело никаких эмоций. Ни сочувствия. Ни злости. Потом он повернулся ко мне спиной и грубо сказал: — Прости, Эдд. Но я так больше не могу.       И, идя вперёд, растворился в воздухе.

Что произошло, Том?

···

      Прошло какое-то время. Том перестал приходить сюда. Трещина в шаре становилась все шире и шире, что делало мне больнее и больнее. Осколки не соединялись, постоянно падали на землю. В душе мне стало ещё печальней, чем когда-либо. Я не знал, что делать...

. . . О д и н у е х а л . Д р у г о й у м е р . Т р е т и й у ш е л . А ч е т в е р т ы й . . .

— Эдд..? Это ты?       Я поднял голову. Перед до мной сидел рыжеволосый парень. Он был одет в фиолетовую толстовку, зеленый пиджак, синие штаны и кроссовки. Это Мэтт. Мэтт Харгривс. — Мэтт... — неуверенно сказал я.

···

Как же все это закончится? Плохим или хорошим концом?