Прости меня, давай начнем все заново.

Мне было тяжело отпустить Юнги из своих объятий. Я наконец нашла что-то родное, и как только мне удалось это? До сих пор, я не решаюсь принимать каких то серьёзных решений. Я пока ещё не готова к этому, и думаю, он тоже.. Нам было дано время побыть друг от друга в далеке. Честно, я думала, что могу забыть его и до сегодняшнего дня, ничего не получалось. Попытки в миг рушились, как песочные замки. И я, наверное, просто приму это? Мне пора переставать бороться со своими желаниями, они оказались сильнее меня. *** Я просто вбегаю в квартиру. Время за десять часов ночи. Я безумна благодарна подруги, за то, что она остаётся так поздно, просто чтобы помочь мне. Я действительно благодарна ей. И как только она слышит шуршание в прихожей тут же выходит и видит меня, всю запыхавшуюся. – Ещё раз, спасибо тебе! Ты правда выручила меня! – сейчас я рада. Мне всё удалось. Конечно, не без её помощи. – Всё в порядке, не переживай, – она улыбается мне. Я вижу как она устала. Бедняга.. – Извини, что задержалась, – не смотря на то, что она сказала, я продолжила извиняться и просить прощение. – Не переживай ты так. Я уже привыкла, – этим она вызвала улыбку и у меня. – Спасибо, – я обняла её, а после, не стала задерживать хоть ещё на несколько минут и тут же отпустила. Пройдя дальше в гостиную я никого не увидела. Значит, дети спят. Тихо подкравшись в детскую, я осторожно открываю дверь, и тут же от сердца отлегло. Они спят.. На утро я разбудила их пораньше и мы все отправились: я на работу, дети в садик. После полуденного рабочего дня, за окном пошёл снег. Снег в конце октября? Погода, по истине может удивлять... Большинство сотрудников отделения разверещались об этом неожиданном явлении. Ещё бы. Сеул – столица Южной Кореи. В большинстве случаев, снег, не то чтобы редкость, просто его очень мало. Он довольно быстро тает, да и зимой не так холодно. Тем не менее близится праздник. Я этому рада. – Мэй, – меня отвлекли, – у тебя есть работа, – мне принесли целую стопку бумаг. Нет, только не загружайте меня бумажной работой! – Что? – я выразила своё удивление, совершенно не так, как хотела.. – Конец года близок. Надо разобраться со всем этим пораньше, – он положил мне их на стол. – Если ты конечно, не хочешь работать в Новый год, – мужчина подмигнул мне. Сейчас мне захотелось закричать на весь этаж и молить о пощаде. Но как только я увидела что не одной мне предстоит это разгребать, вселило надежду в мою пустующую душу. Сейчас, главное, не отставать от остальных. Что я и принялась делать. Прошло больше трёх часов. Я так и не сделала даже и половины из того, что мне принесли. У меня мозг начал плавится, после тридцатого листочка. Благо у меня есть время до конца декабря. Я успею, возможно.. Забрав детей из садика, мы вместе направились домой. – Мама, сегодня в садике, мы лепили из пластилина! – Почти вечно счастливая Туан, прыгает в приподнятой настроении. – Да? И что? – я немного наклоняюсь, тепло улыбаясь маленькой девочки. – Мы лепили разных животных! Я слепила крокодила, потому что у него красивые острые зубки! – красивые острые зубки? Видимо в представлениях Туан, это какой то добрый крокодил. – Ты умница, – я погладила её по голове. – Бао, а что у тебя? Какое животные ты слепил? – Медвежонка, – тихо отвечает мальчик. – Что с тобой? – У меня не получилось, – я посмотрела ему в глаза. – Бао, не переживай, это ведь только первый раз. У тебя обязательно всё получится, я в тебя верю! Ты большой молодец! – я мягко потрепала его по волосам и одарила улыбкой. Ребёнок ответил мне тем же, той же улыбкой.. Улыбкой Юнги. Несомненно она была его. Такая скромная, еле заметная. Но такая тёплая, для моей души. Я люблю их. Очень люблю! *** Эта ночь, этот сон, привёл меня к Юнги домой. И как только я вошла, увидела и почувствовала под своими ногами кучи мусора. Вся квартира была похожа на свалку. Множество пустых бутылок, несколько пустых пакетов от чипсов, разбросанная одежда, порванные листы бумаги – тут творится хаос. По середине всего этого стоял он, весь такой разбитый...и не внешне, а внутри. Мне показалось, что я вижу как бьётся его красное сердце, с каждым ударом приобретая более тёмную окраску. – Юнги, что с тобой? Постепенно его образ, начал испаряться. Он разлетался на куски, перед о мной. И вдруг я дернулась с места. Вдруг есть шанс спасти его? И если я смогу... Но, едва ли мне удалось коснуться груди, как его не стало... Все стены начали медленно пропадать и терять свои краски, точно также, как и он сам. А письмо что лежала на столе, летело ровным счётом в никуда - с яростью брошенное в огненный Ад, оно, неодушевлённое и неразумное создание человека, не понимало, что стремиться в небытие... Я резко вскочила с места. Моё дыхание сбилось, так же как ритм сердца. Оно билось с бешеной скоростью, как будто пропуская один удар за другим. Однако я буду с ним говорить не потому, что это необходимо, а потому что я хочу. Да, так хочу я. – Юнги? – за дверью его квартиры, стояла гробовая тишина. Я подумала, что она может быть открыта, и была этому совершенно не удивлена. Пройдя чуть дольше, сразу вспоминается отрывками мой сон. Здесь действильно был бардак. А на кухне, спиной ко мне сидел он, и курил. Дымка серого неготина, мгновенно растоврялась в воздухе, заполняя его ядом. Мин дышит этим. Мне показалось, так, он медленно убивает себя. – С тобой всё в порядке? – мой голос застал его врасплох. Парень поспешил развернуться широко вытаращив на меня глаза. – Что ты тут делаешь? – да, он не ожидал меня увидеть, точно так же как и я его. Когда я сюда шла, в моих мыслях крутилось только одно предложение, что он не дома. И как только дверь открылась, все сомнения были развеяны. – Юнги, скажи мне правду, что с тобой происходит? – я была настроена решительно. Моей уверенности сейчас, любой бы позавидовал. Мин тяжело вздохнул. Всем своим видом он показывал, что откровенничать не собирается. Но если, он правда хочет, попробовать вернуть всё то, что было, ему нужно мне открыться. На этот раз по настоящему. – Почему ты такой измученный? – я буквально осыпала его однотипными вопросами, надеюсь, что на как-нибудь из них, получу ответ. Но Юнги уставился в одну точку, долго и внимательно всматриваясь в неё. – Видишь, вон то, красное пятно за занавеской? – он кивнул мне в сторону окон. На стене, красовалось бледно красное пятно, размером с ладонь. – Оно появилось, когда я говорил с тобой, около твоего дома. Мы поругались. Я кивнула. – Я разозлился на тебя и разбил остатки на дне, бутылки вина. Я теперь всякий раз вспоминаю тот день, когда вижу его, и понимаю, как всё изменилось. Так, как я обращался с тобой раньше... – Юнги было тяжело говорить. Единственное что я могла делать, так это сидеть тихо и слушать каждое его слово, – ...и как я жалею сейчас. Двойной удар, мне наносят мои дети. Те, которые не знают меня как отца. Они думают, я им чужой... Конечно, ведь, я тоже рос без отца, – он внимательно посмотрел на меня. – Папа спился, до моего рождения. Я не хочу, чтобы всё повторялось. Но, именно к этому всё и идёт. Ответь, Мэй, им нужен отец? – я молчу, не знаю что и ответить. Честно, дети об этом практически не беспокоются. Но чем чаще я вижу, как семьи в полном составе гуляют вместе, моё сердце не выдерживает. – Им нужен отец. Им нужен ты, Юнги, – я знаю что я говорю, я уверена в этом. – Я больше беспокоюсь за то, что не смогу быть отцом. Я не умею быть ответственным. Он врёт. – Ты это можешь! Вспомни, как ты спас жизнь своей дочери! Ты не дал ей попасть под машину, Юнги! Ты отвлекся от своих дел, ты успел! Но как бы я не убеждала его в обратном, всё сводилось к одному. Юнги не верит в себя. В какой то степени я его понимаю. Дети - это правда ответственность, и это не каждому дано. Но почему то, мне кажется, что из Мина, будет хороший и даже прекрасный отец. – Попробуй, пробыть с ними, хоть один день. – я накрыла его ладонь своей, – я верю в тебя! – Нет, Мэй! – утвердительно сказал он. – Даже если и нет, то что ты будешь делать? – я не стала кричать на него, и говорить про какие-то отцовские долги. Я просто решила спросить его, а нужны ли ему дети. – Я не знаю. Я уже ничего не знаю! Оставаться, нет смысла. – Если будешь готов, приходи, – я тихо удалилась. На самом деле, где то внутри, отголоски моего голоса, кричат мне, чтобы я не доверяла ему детей. Думаю каждой матери это знакомо. Я знаю что он их родной отец, но как сами дети примут его? Да и вообще, он ведь прямо сказал мне, что отказывается. *** Домой я уже вернулась не одна. Двое маленьких детей, тут же кинулись в детскую, принимаясь играть в игрушки. У меня было время выпить горячего чая. После того как чайник вскипел, я бросилась в поиски своей чашки, но так её и не нашла. Я и забыла о том, что произошло совсем недавно. Я тут же вспомнила их озабоченные лица, как они не выпускали меня на кухню. Но я не могу на них злится. Да, мне обидно. Это было моей личной вещью, в память о человеке. Но они всего лишь дети. Я не хочу оставлять это безнаказанно. Они должны были во всём признаться и извиниться. А я этого так и не услышала. Что ж, не хочу с этим тянуть. – Бао, Туан! – демонстративно открыв все шкафчики, я прижалась к столешнице. Дети тут же подошли ко мне, рассматривая. Они долго и молча блуждали глазами по кухни, пока до них не дошло. – Ничего не хотите мне сказать? – я сделала серьёзное лицо. – Мама, мы.. – тихо начала Туан. – Разбили твою чашку.. – Прости нас, – добавил Бао. Ну вот, я добилась того, чего хотела. Мне приятно, что они не стали мне врать. Значит я правильно их воспитываю. – Хорошо, я вас прощаю, – я тихо вздохнула и подошла к двум крошеным фигурам. – Но чтобы в следующий раз, такого не было. Если вдруг что-то высоко для вас стоит, попросите меня, ладно? – я каждому взглянула в глаза. Они послушно кивнули. – Идите играйте, позже будем ложиться спать.