Когда наступает темнота

      Холодные струйки воды скатывались по загорелому и накаченному телу. Блэк Стар задумчиво смотрел на белую плитку, но словно не видел ее, перед его глазами стоял образ молодой девушки, и ее изуродованное тело. На мгновение ему показалось, что вместо воды течет кровь. Парень помотал головой, прогоняя наваждение, он выключил кран и обмотал махровое полотенце вокруг бедер.       С кухни доносился аромат горького кофе и яблочной шарлотки. Блэк натянул на лицо беззаботную улыбку и направился в сторону кухни, оставляя на деревянном паркете влажные следы ног.       Цубаки уже сидела за круглым плетеным столом, стоявшим возле большого двустворчатого окна, в одной ее руке была небольшая чашечка с красным чаем, а в другой она держала тоненькую книжечку со стихами. Ее темно-синие глаза скользнули по вошедшему жениху и быстро вернулись к книге.       — Ты бы приоделся.       — Чего ты там не видела? — Блэк рассмеялся и почесал живот. Цубаки лишь тяжело вздохнула, откладывая книгу, чтобы отрезать кусок пирога.       Блэк сел напротив нее, пододвигая к себе чашку горького кофе без сахара. Он внимательно следил за действиями своей невесты и невольно хмурил брови, что не утаилось от той.       — Что? — спросила она, передавая тому тарелку с яблочной шарлоткой.       — Может вы с Лиз сегодня никуда не пойдете? — парень почесал затылок, отводя взгляд на цветок в углу комнаты.       — Все будет хорошо, — девушка заботливо коснулась руки напарника, — мы прекрасно можем за себя постоять. И я не думаю, что после прошлых загонов Кида, Лиз что-нибудь испугает.       Блэк Стар помолчал несколько минут, все также рассматривая цветок.       — Ладно, только будьте осторожны. Сейчас в городе черти-что происходит.

***

      Тем временем пока лучшая подруга Лиз мирно завтракала наедине со своим почти что мужем, сама девушка нещадно изнывала на тренировке. А все из-за недавней ссоры. Кид с ней не разговаривал, чем неимоверно злил и бесил. Девушка же в ответ отказывалась не то, чтобы вступать в резонанс, но и даже попадать в цель.       Сестры приняли человеческую форму и сели на сочную изумрудную траву, пока их повелитель отправился поправлять мишени. Лиз вытерла пот со лба и начала дергать траву возле себя.       — Сестренка и Кид снова поругались? — Патти посмотрела на лазурное небо без единого облачка.       — Просто обычное недопонимание, — та поджала губы и перестала дергать траву.       Шинагами вернулся к сестрам и молча выставил руки вперед. Розовое сияние мягко охватило тела Лиз и Патти, и уже через секунду Кид сжимал в руках два одинаковых пистолета.       Парень встал в стойку и сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться и настроить утраченный контакт с сестрами. Он прикрыл глаза, чувствуя, как по телу растекается приятная волна дрожи; это было невероятно каждый раз, когда он сжимал холодную сталь оружия. Еще один глубокий вдох и, может быть, даже удастся вступить в резонанс и тогда тренировка не будет совсем уж безнадежно испорченной.       Однако то ли назло, то ли по иронии судьбы Кид снова промахивается. Пуля из пистолета в правой руке снова летит мимо цели и попадает в ветку дерева. Та жалостно хрипит и падает на ряд мишеней. Парень стоит несколько минут, не моргая, осмысливая произошедшее, пока пистолет в левой руке хохочет на всю округу и требует повторить на бис.       Сестры принимают человеческую форму. Патти снова садится на землю, не прекращая хохотать и тыкать пальцем в своего повелителя. Лиз же хмурится и просто скрещивает руки на груди, рассматривая свои черные кроссовки.       — Лиз ты… — Кид поворачивается к ней лицом, его бровь забавно дергается вместе с глазом. Девушка все также рассматривает свою обувь, не скрывая раздражения.       Он махает рукой и покидает тренировочную площадку первым. Утро безбожно испорчено.

***

      Лиз и Цу встретились в обед возле салона свадебных платьев. Обе выглядели слегка растерянными и задумчивыми. Подруги посмотрели друг другу в глаза и, словно прочитав таившиеся там ответы, печально-облегченно вздохнули. Томпсон затолкала подругу внутрь первой, и Цу удивленно распахнула глаза. Множество сотен свадебных платьев разных покроев и фасонов идеально сидели на манекенах и висели на вешалках. Лиз, вошедшая следом, тоже оценила красоту салона и царившую здесь атмосферу. Невольно ей тоже захотелось окунуться в свадебную суматоху; выбор платья, цветов, дегустация напитков и огромного торта… И вот она идет к алтарю в невозможно пышном свадебном платье со шлейфом, легкий ветерок ласкает прядки волос, а в руках букет из алых роз…       — Лиз…       Девушка открыла глаза, все еще находясь в своих фантазиях. Она не сразу поняла, что от нее хотят, и поэтому тупо уставилась на подругу в белоснежном платье-русалке, которое идеально подчеркивало подтянутую фигуру девушки. Лиз моргнула, и на ее губах расцвела радостная улыбка. Она еще раз пробежалась глазами по платью, махнула рукой, чтобы Цу покрутилась и одобрительно кивнула. — Это оно!       Купив платье, подруги направились в торговый центр, в котором пробыли до самого вечера. Сначала Лиз несколько часов капризно выбирала себе платье подружки невесты; она перемерила, наверное, целую гору платьев: от коротких до длинных, от пышных до облегающих. Но все было не то. То цвет смешной, то вырез недостаточно глубокий или наоборот слишком глубокий, то сидит не так, то сидит так, но этот ужасный бант на спине…       Так ничего и не выбрав, девушки решили сначала заглянуть в крошечную, но невероятно уютную пекарню, а после сходить в кино на новый фильм ужасов. В итоге их чуть не выпроводили из зала за слишком громкий смех и вопли.       Когда девушки вышли из торгового центра с пакетами одежды, было около девяти вечера. Уже стемнело и заметно похолодало, на чернильном небе загорались первые звезды.       — Ой! — Цу достала телефон и увидела несколько пропущенных от Блэк Стара, — нехорошо получилось.       — Если хочешь, можешь свалить все на меня, — Лиз подмигнула подруге, — напиши ему смс, что мы уже едем домой.       Девушка кивнула и начала быстро печатать сообщение. Лиз отошла в сторону и погрузилась в темноту, она поправила сумку на плече и достала из кармана пиджака телефон. Ей никто не звонил и не писал. Даже Патти. Наверняка девчушка все еще торчала в академии, дожидаясь, пока Кид не закончит работу. Лиз убрала телефон обратно в карман и поежилась. Ей показалось, что за ней кто-то или что-то наблюдает откуда-то из темноты. Девушка нахмурилась и резко обернулась — никого. Но ощущение, что ее кто-то пожирает взглядом, никуда не пропало. Стало не по себе, и предательски вспотели ладони.       Лиз вглядывалась в темноту, в длинный мрачный переулок, который казался нескончаемым. Это все из-за глупого фильма, который они посмотрели. Мысленно успокаивала себя девушка, прикусывая нижнюю губу. Но что-то манило ее в этом переулке, непреодолимое желание узнать, что прячется в темноте…       — Эй, Лиз, мы идем? Скоро последний автобус…       Томпсон мотнула головой, прогоняя наваждение. Она едва не бросила пакеты посреди улицы.       — Да-да, идем.