Когда наступает темнота

      В белой стерильной комнате витал запах смерти и табака. На кушетке лежало обезображенное тело, над которым склонился профессор Штейн, держа в одной руке сигарету, а в другой конец белоснежной простыни. Рядом стоял Кид, скрестив руки за спиной и наморщив лоб. Он кивнул профессору, и тот накрыл тело простыней.       — Ты опросил того парня?       Штейн сел на стул и откатился на нем к рабочему столу, заваленному всевозможными бумажками и папками. Немного порывшись, он извлек планшет с прикрепленным к нему желтым листом.       — Я опросил и осмотрел его повторно, а после сравнил с отчетом, который нам предоставила Ким, — Штейн протянул планшет Киду и, выпустив струю серого дыма, продолжил.       — Все сходится. Пока.       — Пока он питается девушками и набирает силы.       Профессор кивнул, прокручивая болт в голове и в привычной манере смотря куда-то в пустоту поверх очков.       — И сколько у нас времени, чтобы подготовиться…       Стук в металлическую дверь прервал Кида, заставив нервно дернуться и чуть не выронить планшет. В комнату забежала девчушка, та самая, что носится за Старом и называет себя его ученицей, вид у нее был испуганный.       — П-п-п-рофессор Ш-ш-ш-тейн, — девчушка запнулась, заметив директора академии и сглотнула, застрявший ком в горле, — у нас новое нападение на ученика…       — Сюда его, живо! — рявкнул Штейн.       — Да, что за чертовщина! — Кид сел на стул, взъерошивая черные, как ночь, волосы.       Через пару минут та самая девчушка, и ее напарник ввели в кабинет полуживую девушку и усадили ее на кушетку. Кид нервно постукивал пальцами по планшету, наблюдая за действиями Штейна.       — Имя.       — Марго Ро — демонический клинок, — ответила за пострадавшую ученица Блэк Стара.       Штейн пощупал пульс девушки. Слишком частый и громкий. Зрачки расширены. Глаза воспалено-красные. Взгляд потерянный. Кожа бледная и влажная. Симптомы были точно такими же, как и у прошлой жертвы.       — Утром принесу отчет. А теперь иди домой. Поздно уже.       — Но…       Штейн устрашающе посмотрел на Кида, от его взгляда даже сам Бог Смерти поежился и решил не перечить, а лишь молча кивнул и покинул кабинет. Следом за ним ушли девчушка и ее напарник.       В кармане белого халата завибрировал телефон. Профессор отвлекся от пострадавшей и достал мобильник, предварительно отъехав в сторону. Пришло сообщение от Мари, в котором говорилось, что его очень сильно ждет Рози, и если он и сегодня задержится, то будет спать на диване.       — Прости… — одними губами прошептал тот, убирая мобильник в карман халата.

***

      Домой Кид не пошел. Сначала он шатался по пустующим улицам, засунув руки в карманы весеннего пальто и опустив голову. В эти минуты ему не хватало отца, его советов и легкого стеба. Когда он был жив, все казалось проще. Ведь он был умным и знал, что делать, а теперь…. А теперь вся ответственность лежит на нем и давит на плечи тяжелым грузом, заставляя ссутулиться спину.       Парень забрел в первый попавшийся паб, сел за барную стойку и закал крепкий алкогольный напиток. По телевизору, что висел рядом в углу, крутили вечерний выпуск новостей, а за окном было уже темно и совсем прохладно. Алкоголь обжигал горло, но согревал замерзшую душу. Кид посмотрел на свои бледные длинные пальцы, которые казались ему замерзшими ледяными сосульками.       Просидев в баре, еще около часа, и изрядно запьянев, Кид вышел на свежий воздух. Стало тошно. Не от выпитого алкоголя, а от своей жизни в целом. Хотелось банальных теплых слов и объятий. Слов о том, что все будет хорошо, что он сильный и со всем справится. Сердце гулко билось в груди, и некому его было успокоить. Парень побрел вперед по улице, с головой нырнув в свои переживания. Что если он облажается? Подведет своих друзей, подведет каждого жителя этого небольшого городишка, который доверил ему свою жизнь, подведет отца, не оправдав его надежд? Слишком много «если».       Кид и сам не понял, как оказался под окнами Маки, в которых уже давно не горел свет. Постояв под ними немного, он уже хотел набрать ее номер и услышать родной голос, но в последний момент передумал, решил не будить и дать хоть немного отдохнуть. Впереди их ждала неизвестность. Было не ясно, когда начнется новая война и сколько еще жизней та унесет. Он лишь улыбнулся уголками губ, бросая взгляд на окно, ведущее в ее комнату.

***

      Стояла глубокая ночь, когда Кид вернулся домой. Он неслышно открыл дверь и бесшумно вошел внутрь. В прихожей резко зажегся свет, парень зажмурился от неприятной боли в глазах. Проморгавшись, он заметил в дверях недовольную напарницу, обнимавшую себя за плечи.       — Ничего не говори, — взмолился Кид.       Лиз поджала губы и опустила взгляд. Стало еще хуже. В городе такое происходит, а он только домой пришел. Дурак. Только утром ее успокаивал, говорил, что все будет хорошо. И как его оставлять одного? Пропадет ведь. Слишком самоотверженный, совсем, как Мака; двое великовозрастных детей.       — Прости.       — Ты ничего мне не рассказываешь. Ходишь, не пойми где. Пьешь. Запираешься в своем дурацком кабинете, уткнувшись в бумажки.       — Я не хочу втягивать тебя в это.       — Мы команда, — громче, чем хотелось, произнесла девушка, отворачиваясь, — ты сам говорил, что мы семья. Ты не должен нести этот груз в одиночку.       Уже тише добавила Лиз, собираясь уходить.       — Я боюсь вас потерять, — растерянно возразил Кид.       — А мы боимся потерять тебя, — бросила в ответ девушка и скрылась в темном коридоре.