Please don't leave me.

Я проснулась первая, как ни странно ещё до того, как прозвенел будильник. Ева мило спала на моём плече, которое порядком затекло, но вытащить его я не решалась. Сейчас как можно аккуратней, я всё же вытащила руку и слегка коснулась своими губами её носика, а потом поднялась с постели и пошла на кухню. На удивление рано проснувшись, я отлично себя чувствовала. Выпив как всегда кружечку горячего кофе, иду в ванну, принимаю прохладный душ, собираю высокий хвост, возвращаюсь в комнату и начинаю одеваться. Выбрав тёмные, классические штаны и тёплый свитер, смотрю на часы: до работы ещё почти час. Одеваюсь и сажусь к Еве на край кровати. Наблюдаю за тем, как ровно она дышит, как иногда на её губах появляется лёгкая улыбка, мне нравилось смотреть, как она спит... Так я просидела до самого выхода, оставив напоследок лёгкий поцелуй на её губах. На улице было не так уж холодно, как я ожидала, что немного поднимало настроение. Автобус тоже подошёл довольно быстро, и весь остальной день прошёл просто великолепно. На работе не грузили, начальника не было почти полдня, благодаря чему я могла переписываться с Евой. Мы болтали почти ни о чём, как вдруг от неё пришла довольно странная смс: «А ты когда успела столько наготовить?» Я удивлённо вскидываю брови и набираю сообщение: «Ты о чём?» Ответ не заставил себя долго ждать, но ему я была удивленна ещё больше: «Ну у нас весь холодильник набит всякими котлетками, курочкой, пирожками. Неужели ты ночью не спала, чтобы меня побаловать?» Не зная, что ответить, я решила поговорить об этом дома, чтобы понимать шутит она или правда забыла. «Прости, босс ругается, давай дома поговорим?» «Хорошо, но мне очень приятно, спасибо)*» Я знала, что не может так резко всё поменяться и стать идеальным, хотя я даже предположить тогда не могла, что ты не шутишь. Захожу домой, разуваюсь, снимаю куртку и прохожу в комнату. Ты спокойно сидишь на кровати, смотришь телевизор и жуёшь те самые пирожки. - Привет. - Привет, как на работе дела? - Да всё хорошо. Я присаживаюсь к ней и она тянется ко мне, целуя в щёчку. - Спасибо ещё раз, очень вкусно, как у мамы. - Да? Спасибо... Растерянно отвечаю я, замечая, что ты ни капли не шутишь. Я продолжаю молча сидеть, наблюдая, как ты смотришь какой-то мультик по телевизору и уплетаешь пирожки, а в голове пытаюсь понять, что же произошло. Может, это мне про маму приснилось? Из моих мыслей меня вырывает твоё резкое движение. Ты подскакиваешь с постели и несёшься в ванную. Слышу, что тебя тошнит и пулей мчусь к тебе. - Что с тобой? - Не знаю. Отвечаешь ты, тяжело дыша. Возвращаюсь в комнату, высыпаю на кровать содержимое сумочки, нахожу телефон и звоню в скорую. Ты довольно быстро приходишь в себя, я помогаю тебе прилечь на кровать, пока едет скорая, а ты странно на меня смотришь. - Ты чего? - Ничего. Ева улыбается, а я держу её за руки, чувствуя, какие они у неё холодные. Что за бред происходит? Это же ведь явно не из-за болезни. Не может быть такого от простой простуды. Может, она отравилась? Хотя не домашними же пирожками? Но может быть попалось что-нибудь несвежее? Раздаётся громкий стук в дверь и я иду открывать. В комнату проходят два врача и начинают расспрашивать о том, что произошло. Рассказываю, что Еву вырвало и они решают отвести её в больницу на промывание, так же решив, что она отравилась. Мы быстро собираемся и едем. В машине Ева крепко держит меня за руку, а я даже не знаю, как её успокоить. В больнице, когда Еву отвезли на обследования, я сидела в коридоре. Не люблю больницы, жутко нервничаю в них, тем более когда не знаю, что происходит. Проходит минут пятнадцать и из палаты выходит врач, который тут же подходит ко мне. - Извините, вы приехали с этой девушкой? - Да, а что не так? - Не замечали ли вы что-нибудь странное в последнее время? - Да. Вчера к нам приезжала её мама и привезла разных вкусностей, но сегодня Ева об этом забыла и спросила откуда это, а что-то не так? Это не отравление? - Не могу ещё ничего утверждать, но думаю, девушке нужно остаться на обследование. - Это что-то серьёзное? - Ещё не знаю, но думаю, что у Евы Александровны какое-то расстройство. - Я могу пройти к ней? - Конечно. Я подхожу к дверям, пытаюсь успокоиться и слегка улыбнувшись, захожу в палату. Сажусь рядом с тобой на стул и улыбка тут же пропадает, глядя на тебя. Ты вся бледная, что, безусловно, меня пугает. - Что сказал врач? С улыбкой спрашиваешь ты, а я снова пытаюсь улыбнуться как можно натуральней. - Говорит, что тебе стоит полежать немного в больнице и провериться. - А что со мной не так? Меня же просто вырвало. Я не буду тут лежать! Тогда Ева впервые повысила на меня голос. Она поднялась с постели и, взяв меня за руку, хотела направиться к выходу из палаты. - Пошли. - Нет, Ева, мы остаёмся. - Что? - Давай просто проверимся? Это на пару дней, обещаю. Ты всё равно на больничном, а я обещаю, что буду приходить каждый день. Привезу вещи и ноутбук, тебе не будет скучно, а ещё привезу каких-нибудь вкусняшек. - Обещаешь, что это ненадолго? - Обещаю. Я поднимаюсь со стула и крепко обнимаю тебя. Ты всё ещё такая же холодная и я чувствую, что тебе страшно. - А хочешь, сегодня мы поедем домой, а завтра с утра ты приедешь сюда вместе с вещами? - Хочу. Еле слышно отвечаешь ты и мы идём искать врача. Врач попался хороший, он легко отпустил нас домой под расписку с обещанием, что завтра мы вернёмся. Антон Владимирович, так звали нашего врача, сказал, что обследование займёт неделю, которую лучше всего провести в больнице. Ева немного поупиралась, но вскоре мы уже ехали домой с её твердым намерением вернуться завтра. Так странно было смотреть на тебя молчаливую. Ева лежала на моих коленях и смотрела в потолок, а я перебирала пряди её волосы. - Кать... - Что? - Я кушать хочу. «Ну, хоть что-то не меняется», - подумала я и слегка улыбнулась. - Может, что-нибудь вкусненького? - А есть? - Будет. Ева поднимается с моих колен, садится рядом со мной и, улыбнувшись, обнимает меня. - Может, тортика? В ответ ты киваешь, и мы идём на кухню. Я быстренько делаю омлет и, поставив кипятиться чайник, иду собираться в магазин, пока ты кушаешь. На улице уже стемнело, хорошо, что магазин через дорогу. Покупаю свой любимый медовый торт и возвращаюсь домой. Пока я нахожусь одна, у меня есть минутка подумать о том, что происходит. Только есть ли смысл думать, если ещё ничего не ясно. Но сейчас, когда я иду в темноте и рядом нет Евы, по моим замёрзшим щекам всё равно катятся слёзы от собственного бессилия. У подъезда делаю глубокий вдох и, смахнув слёзы, захожу. Около двери, вытираю глаза ещё раз, чтобы не расстраивать тебя окончательно. Раздевшись, прохожу в комнату и сразу замечаю, что ты спишь. Тихонько прохожу на кухню, убираю торт и выключаю там свет. Возвращаюсь в зал и сажусь на пол около кровати, взяв твою ладонь в свои руки. Опускаю голову на кровать и продолжаю так сидеть, молча любуясь тобой. В этот день я впервые испугалась того, что могу тебя потерять...