Please don't leave me.

Время только десять, а я уже собрана и сижу на кровати, всё время поглядывая на часы. Ещё с вечера позвонила шефу и отпросилась с работы. Думала, что не отпустит, но, наверное, он был наконец-то в хорошем настроении. Допиваю последний глоток уже остывшего кофе и снова смотрю на часы, прошло только пять минут. - Лучше приехать раньше, чем опоздать. Сказав это в слух, я встаю с кровати и иду в прихожую. Довольно быстро одевшись, выхожу и плетусь на остановку. В автобусе находится свободное место, я присаживаюсь и достаю телефон с наушниками. Как только заиграла музыка, мне пришло сообщение: «с добрым утром, я только проснулась. Представляешь, сегодня меня не будили для анализов или опросов, наверное, это хорошо и меня выпишут раньше, как ты и говорила, но надеюсь, ты сегодня всё равно приедешь? Я соскучилась :*» Только дочитав сообщение замечаю, что по щекам катятся непрошенные слёзы. Перевожу взгляд в окно и смахиваю их ладошкой, а потом набираю ответное сообщение: «Конечно приеду, даже пораньше. Я тоже соскучилась, что привезти?». Отправив ответ, всё же включаю музыку и пытаюсь взять себя в руки. Ещё ничего не известно, они могли ошибиться, но машина-то ошибиться не может и обязательно покажется, что Ева здорова. Ответа не было долго. Только когда я вышла, на остановке раздался сигнал смс. «Хочу мороженое, шоколадное. И чтобы мы вместе его съели.» «Заказ принят :) До встречи:)» «Буду ждать)*» Убираю телефон и оглядываюсь. Не знаю, есть ли тут поблизости магазины, поэтому иду уже в знакомый мне супермаркет, тем более, что время ещё есть. В больницу я вошла в двадцать минут двенадцатого. Нахожу Антона Владимировича в его кабинете и убедившись в том, что он один, захожу. - Здравствуйте, Антон Владимирович. - Екатерина, вы уже приехали, рановато. - Да, боялась опоздать. Эмм... а можно я это у вас оставлю? Протягивая ведёрочко с мороженым, спрашиваю я, на что он улыбается и молча убирает его в небольшой холодильник, стоявший у окна. - Не желаете раздеться, перед тем как я ответу вас с Софье Дмитриевне? - Да, конечно. Я снимаю куртку и протягиваю её врачу. Он вешает её около своей и мы направляемся к психологу. С каждым шагом напряжение становится всё больше и вскоре я отчётливо слышу биение своего сердца. На пятом этаже мы доходим до конца коридора и останавливаемся. - Вы не будите против, если я поприсутствую? Перед тем как зайти, спросил врач. - Нет, не против, думаю, что так мне будет немного комфортней. - Тогда прошу вас. С лёгкой улыбкой произнёс он и открыл передо мной дверь, пропуская вперёд. Первое, что бросается в глаза, это белоснежное оформление кабинета. Белый палас, стены, потолок, окна, жалюзи и даже люстры. Из всего этого выделяется чёрный стул и стол, на котором стоит белоснежный ноутбук и такие же фигурки. В принципе всё, что находилось на нём было белого цвета, это очень странно, на мой взгляд. Книжный шкаф тоже чёрный, но полки в нём конечно же белые; порадовали книги, которые были самых разных цветов. Около стены стоял серый диван, так как кабинет был небольшим, то он находился в паре шагов от стола. Как только я зашла, из-за стола встала блондинка с короткой стрижкой, в очках и строгом чёрном костюме. - Здравствуйте, Антон Владимирович, я понимаю, это Екатерина? - Да. Односложно ответил врач и девушка обратилась ко мне, указывая рукой на диван. - Присаживайтесь. После того как мы присели, девушка тоже заняла своё рабочее место и приступила к работе. - Расслабьтесь, всё что вам будет нужно, так это отвечать на мои вопросы. - Хорошо. - Вы давно знакомы с Евой? - Около полугода. - Когда у неё начались провалы в памяти? - Пару дней назад. - Не было ли такого раньше? Возможно, что это было не очень значительно и вы не обратили внимания? Я снова постаралась вспомнить, было ли что-то такое, на что я могла не обратить внимание. Как бы я не старалась, но ничего такого не было... хотя... - Пару месяцев назад, когда мы возвращались от друзей, Ева вдруг остановилась и вопросительно посмотрела на меня, спросив, куда идти дальше. Этой дорогой мы гуляли не раз и я только сейчас понимаю, что на самом деле это было странно. - Это всё? - Да. Больше ничего не могу вспомнить. - После того дня изменилось ли как-нибудь её поведение? Возможно такое, что она стала раздражительной? Может у неё случались необоснованные приступы паники или истерики? - Нет, ничего такого. Я бы даже сказала, что она стала наоборот спокойней. - Хм... Девушка ненадолго замолчала и начала разговаривать с врачом. - Я думаю, что мы не ошиблись в толковании результатов анализов. - Вы правы, Софья. Ответил Антон Владимирович и обратился уже ко мне: - К сожалению, предварительный диагноз подтвердился. У Евы болезнь Альцгеймера. - Что? - Болезнь Альцгеймера, это довольно редкое заболевание и обычно появляется у людей за шестьдесят, но бывают и исключения, Ева как раз к нем и относится. Болезнь начинает проявляться в расстройстве памяти и перепадах настроения. С её развитием проявляются такие симптомы как спутанность, раздражительность и агрессивность, колебания настроения, нарушается способность говорить и понимать сказанное, происходит потеря долговременной памяти и общее самоустранение больного от дел по мере затухания сознания. Постепенная потеря функций организма ведёт к смерти. Средняя продолжительность жизни после установления диагноза составляет около семи лет, но по статистике менее трёх процентов больных живут более четырнадцати лет. Врач ненадолго замолчал, а я лишь внимательно смотрела на него, пытаясь уловить суть того, что происходит. Как такое вообще может быть? Почему именно Ева? Мне хотелось спросить очень многое, пока я способна держать себя в руках, но понимала, что стоит мне произнести хоть слово и я сорвусь на истерику. После минутной паузы, Антон Владимирович продолжил: - В настоящее время не достигнуто полного понимания причин и хода болезни Альцгеймера. Исследования говорят об ассоциации болезни с накоплением бляшек и нейрофибриллярных клубков в тканях мозга. Современные методы терапии лишь несколько смягчают симптомы, но пока не позволяют ни остановить, ни замедлить развитие заболевания. Перевожу взгляд на окно, за которым выглянуло солнышко, а в комнате наступает тишина. В голове лишь один вопрос: что будет с Евой, когда она узнает? Поворачиваюсь обратно к врачу и, только приоткрыв губы, чтобы задать вопрос, начинаю плакать. Я не могу ничего сказать, в груди всё сжимается. Пытаюсь дышать чаще, чтобы успокоиться, но всё безуспешно. - Принесите стакан воды. Произносит Софья, обращаясь к Антону Владимировичу и как только он встаёт, женщина занимает его место. Её руки опускаются на мои и крепко их сжимают. Поймав мой взгляд она говорит то, от чего замирает дыхание. - Успокойтесь, вам нужно взять себя в руки. Вы как никто другой сейчас нужны Еве. Подумайте, чем вы ей сможете помочь в таком состоянии? Это только усложнит всю ситуацию. А ведь она права. Замечаю стакан воды, который протягивает мне врач. Молча беру его, делаю пару глотков, встаю с дивана и иду к дверям. Сейчас я должна увидеть свою малышку и решить, что делать дальше. Хочу обнять её... Все мои мысли сейчас только о ней, по щекам всё ещё катятся слёзы и как только моя рука касается дверной ручки... наступает темнота. Открываю глаза всё в том же кабинете и пару минут молча смотрю в потолок. Медленный, но глубокий вдох и медленный выдох, поднимаюсь с дивана и вижу в кабинете только Софью, которая перебирает какие-то бумаги. - Простите, а где Антон Владимирович? - Его срочно вызвали, но сейчас, думаю, он уже в своём кабинете. Как вы себя чувствуете? Думаю, что вам стоит ещё полежать. - Всё хорошо, спасибо. Мне нужно идти. Абсолютно спокойная, я выхожу из кабинета психолога и остро понимаю, как быстро мир потерял свои краски. Я опустошена, хочется только увидеть Еву. Зайдя к Антону Владимировичу, я прикрываю за собой двери и замечаю, что он с кем-то разговаривает по телефону, поэтому молча сажусь напротив его стола и жду. Ждать приходиться недолго, он почти сразу заканчивает разговор и садится за стол. - Можно ли лечить её так, чтобы хотя бы первое время она ни о чём не догадывалась? Начинаю разговор с мысли, которая появилась у меня, как только я зашла в кабинет. - Думаю, это будет сложно... - Но теоритически возможно? Перебиваю я его, но он всё же ответил, не продолжая начатой фразы. - Да, например, под предлогом, что это простая профилактика. На самом деле, мы должны обязательно сообщать больным об их заболеваниях, тем более о таких. - А я не прошу вас молчать, я сама ей скажу, но позже. - Хорошо, но прошу вас с эти не затягивать. - Как будет проходить лечение? - На сегодняшний день при этой болезни используют мемантин. Он оказывает нейропротективное, антиспастическое, противопаркинсоническое действия. Тормозит глутаматергическую нейротрансмиссию и прогрессирование нейродегенеративных процессов, оказывает нейромодулирующее действие. Способствует нормализации психической активности, улучшает память, повышает способность к концентрации внимания, коррекции двигательных нарушений. - Это уколы? - Нет, лекарства, но они довольно дорогие и продаются строго по рецепту, который я вам сейчас выпишу. - Деньги сейчас вообще не имеют значения, спасибо вам. - Принимать по одной таблетки два раза в день, строго после приёма пищи. В конце каждой недели вы должны приезжать к нам, на обследование. - Хорошо. - А сейчас вам нужно послушать ещё немного информации об этой болезни, точнее за уходом. Поскольку болезнь Альцгеймера неизлечима и постепенно сводит на нет способности человека заботиться о себе, уход за больным фактически составляет основу терапии и заслуживает особого внимания на всём протяжении болезни. Позже вам придётся полностью изменить распорядок дня Евы и начать вам лучше сейчас. Думаю на этой стадии ничего серьёзного не произойдёт и так как вы начнёте принимать это лекарство, то думаю, что дальнейшие меры ухода за Евой я вам расскажу позже. Главное, это разгрузить её сейчас от дел и приучить к спокойному и довольно однообразному образу жизни, чтобы она как можно дольше могла быть самостоятельной, хотя бы в пределах дома. А вам лично я советую копинг. Это индивидуальные занятия с психологом, которые в дальнейшем помогут вам избежать стрессов, так как с развитием болезни поведение Евы заметно ухудшится, как и здоровье в целом. Учёными отмечено, что люди, которые проживают с людьми больными этой болезнью, сильнее подвержены стрессам. Когда Антон Владимирович закончил, он протянул мне рецепт на лекарство. - Большое спасибо, это всё, что сейчас мне необходимо знать? - Думаю, что пока да. - Тогда я могу сейчас пойти к Еве и забрать её дамой? - Вполне. Поднявшись со стула, я иду к вешалке, на которой висит куртка и, сняв её, уже собиралась выходить, но врач окликнул меня, а когда я обернулась, то он протягивал мне ведёрко мороженного, про которое я совсем забыла. - Ещё раз спасибо вам. Взяв ведёрко, я выхожу из кабинета и направляюсь к палате Евы. Останавливаюсь около дверей, пытаюсь изобразить на лице радость и захожу. Заметив меня, она тут же поднимается с кровати и подходит ко мне. - Ты рано. - Взяла сегодня выходной, а вот твоё мороженное. Ева улыбается и сжимает меня в объятиях, а потом забирает ведёрко и садится на кровать, принимаясь сразу его открывать. - Ну иди ко мне. Доставая ложки, улыбнулась она и я присела рядом. Не проронив ни слова, Ева протянула мне ложку и мы начали есть. От её лучезарной улыбки на глазах наворачиваются слёзы, а сердце больно стучит в груди. Почему всё так не справедливо? Как такой милый человечек мог заболеть такой ужасной болезнью? Когда наши глаза встречаются, я искренне улыбаюсь ей и вытираю мороженое с уголка её губ. - У меня для тебя приятные новости. Я всё же начинаю разговор, когда с мороженным было покончено и Ева устроилась на моих коленях. - Какие? - Мы можем ехать домой, нас отпустили, но раз в неделю нужно приезжать проверяться, а дома пить таблеточки. - Я чем-то больна? - Ничего такого, нехватка витаминов. - Всего-то? - Ага. Ева тут же поднимается и начинает собираться. - Наконец-то, я так устала тут лежать. А давай сегодня в кино сходим? Или в кафе? Хотя можно просто погулять. - Может сегодня побудем дома? - Ну, Кааать? - Хорошо, но сегодня только прогулка, ладно? - Ладно. Ева поцеловала меня в носик и продолжила радостно собирать вещи.