Please don't leave me.

- Это довольно странно, вы уверены, что ничего не изменилось? - Да, а что такое? - Пришли результаты анализов и болезнь начинает активно развиваться. - Почему? Мы ведь продолжаем пить таблетки и раньше они хорошо помогали? Может, организм к ним привык и стоит заменить лекарства? - Нет, эти таблетки не вызывают привыкания. Даже если предположить, что организм всё же привык к ним, то болезнь не должна так быстро развиваться. - Тогда что происходит? - Екатерина, вы уверены, что Ева пьёт таблетки? - Ну да. У неё нет повода обманывать меня, тем более после того, как я рассказала ей о болезни. - И давно? - Около месяца назад. - Как она на это отреагировала? - Ужасно. Она плакала, крушила всё подряд... - Думаю, вам стоит проследить за тем, как она принимает лекарства. Вполне возможно, что она решила сдаться, так как болезнь не излечима. В таком состоянии сложно понять, что лечиться всё же есть смысл. - Вы думаете, Ева не пьёт лекарства? - На самом деле, да. Потому что других причин, из-за которых произошёл такой скачок, я не вижу. - Хорошо, Антон Владимирович, я прослежу за этим. Домой я вернулась полностью погружённая в себя. Молча разулась и прошла на кухню, где села около окна и всматривалась вдаль. Чуть слышно ко мне подкралась Ева и опустила руки на мои плечи, от чего я слегка вздрогнула и улыбнулась. - Что случилось? - Ничего. Еле слышно ответила я и развернулась к Еве. - Я была у врача, пришли результаты анализов. - И что там? Дрожащим голосом спросила ты и я медленно выдохнула. - Ты не пьёшь лекарства? Глядя в глаза спросила я и ты тут же отвела взгляд. Ответ не нужен. В этой тишине стало всё ясно. - Ты куда? Спросила Ева, не покидая кухни, когда я встала со стула и направилась в прихожую, но я проигнорировала вопрос и покинула квартиру. Куда идти я не знала, но оставаться дома не было желания. На телефон тут же поступил звонок и я даже не сомневалась, что он от тебя. Посмотрев на мигающий экран, я подождала, когда звонок Евы превратится в пропущенный и выключила телефон. Пусть я поступаю неправильно, я это знаю. Знаю, что должна быть рядом, поддерживать и ни в коем случае не оставлять одну, я обещала... Но мне больно. Больно от того, что любимая решила сдаться, что она так легко опустила руки. Ведь Антон Владимирович сказал, что люди живут с таким диагнозом и четырнадцать лет, а вдруг у нас получится, а вдруг Ева проживёт ещё больше. Вспомнив слова врача про психолога, я включаю телефон и звоню ему с просьбой записать меня к Софье на приём два раза в неделю в обеденное время. Он пообещал это сделать и что точное время мне сообщит завтра. Так же я рассказала про то, что его догадки оказались правдой, на что он мне посоветовал как можно скорее вернуться домой. Когда разговор был окончен, я развернулась в сторону дома и быстрым шагом направилась туда, что-то напугало меня в довольно встревоженном голосе врача, да и от Евы был только один пропущенный, странно это. Зайдя в квартиру, сразу напрягает тишина. Евы не было в комнате и на кухне, а ванна была закрыта, от чего у меня началась паника. - Малышка, ты тут? Постучавшись, спрашиваю я, в ответ тишина. - Любимая, я знаю, что ты там, скажи хоть что-нибудь, не молчи. Всё ещё сдержанно стараюсь разговаривать я, но когда и на этот раз ответом мне послужило молчание, я начала с силой стучать и требовать открыть дверь. За дверью стали слышны всхлипы, она плачет. Я заставила плакать своего котёнка. Тут же пытаюсь что-то придумать и вспоминаю, что где-то в комоде у меня должен быть ключ от этой чёртовой двери. Бросаюсь туда, вываливая все вещи на пол, и наконец-то мне удаётся найти этот маленький, блестящий ключ на нижней полке в самом углу. Взяв его, быстро возвращаюсь к двери и открываю замок. Ева сидит в ванне, полностью раздетая и уткнувшись в колени, продолжает всхлипывать. Сажусь на край ванны и обнимаю её. - Прости меня, слышишь? Я не должна была уходить. Больше такого не повторится, я всегда буду рядом, не оставлю тебя ни на секунду. Она обнимает меня и я вытаскиваю её из ванны. - Глупышка моя, почему ты не открыла мне дверь? Я не знала, что и подумать... Когда я уложила Еву на постель, то стало понятно, что думала я всё правильно. На левой руке красовались тоненькие порезы. Конечно же она не такая глупая, чтоб вскрывать вены, но попытки уже происходят и это страшно. - Ещё рано, понимаешь? Начинаю успокаивать её, покрывая раны поцелуями. - Ты не должна сдаваться. Ты же сильная, я знаю, просто не сдавайся. Не всё потерянно, можно жить и с этим. У тебя есть я и мама, мы не оставим тебя, а ты будешь жить. Обязательно будешь жить, я обещаю. Тогда я не знала, насколько я не права и насколько стало невозможным выполнить моё обещание. Я не имею права тебя ни в чём винить, ведь нет гарантии, что я оказалась бы сильнее и что я бы не поступила так же. Сейчас твои глаза пристально смотрят на меня и я замечаю в них усталость, но та искра, которая была в них в день первой нашей встречи ещё не погасла, а значит не всё потерянно.